I pray you can make it better down here (I don't mean a big reduction in the price of beer)

I see you knockin', knockin' on a door

You hear it callin', callin' out for more

Nothin' I say or do is helping you control it

You feel it comin', comin' back for more

Jim Yosef — Full Moon

             Она увидела три пропущенных звонка лишь тогда, когда к ней подошли и сказали, что на входе в павильон ее ждет какой-то молодой человек. Хэ Соль глянула на девочек — у них сейчас был перерыв, так что если отлучится, то ничему не помешает. Она тихо вышла. Старалась подбирать слова в голове заранее, дышать глубже. Может, дело было в успокоительных, которые она пила последнюю неделю, а может, в усталости — но, подходя к Тон Ха, она чувствовала себя спокойной, как удав.              Ровно до того момента, как увидела его. Тогда все и полетело к чертям.       Хэ Соль сложила руки на груди. Она старалась не думать о взглядах проходивших мимо. Кто-то тормозил, узнав ее. Кто-то проходил мимо. Ну почему это обязательно должно происходить в людном месте? Почему он опять делает это с ней? Делает такой невозмутимый взгляд?              — Зачем ты приехал?              — Тебя хотел погулять сводить. Это не причина?              Хэ Соль беспомощно развела руками.              — Это очень мило, но я же сказала, что не могу пока. У меня все забито. Организаторы поставили новое условие…              — Ты говорила, что мы встретимся на этой неделе.              — Да, но после того, как я разберусь с фестом! Когда ты говорил, что занят, я к тебе не лезла!              — Так я, по-твоему, лезу? — лицо Тон Ха исказилось гневом. Когда он сделал шаг вперед, Хэ Соль невольно чуть вжала голову в плечи и напряглась, словно готовая в любой момент либо ударить его, либо бежать. — Что я, по-твоему, какой-то сталкер? Ты, блять, моя девушка, и я имею право видеть тебя, когда захочу!              «Моя девушка». Он пару раз называл ее так, когда разговаривал по телефону с кем-то. «Не отвлекаешь, просто с девушкой гуляю». «Ну до встречи, меня девушка ждет». И, наверное, это имело смысл — они оба понимали, на что был расчет, еще когда обменивались номерами. Но почему-то сейчас Хэ Соль тошнило от этого собственнического титула. В его устах это звучало просто отвратительно. И, как бы она ни старалась, на ее языке не могло поселиться сочетание «мой парень».              — Если так, то я имею право тебя не видеть.              Тон Ха вдруг смягчился. Его напряженная, застывшая поза сменилась чуть расслабленной. Он двинул плечами и плавно шагнул к ней.              — Да ладно тебе, детка. Не обижайся.              — Буду. Мне неприятно, как ты со мной говоришь. Уйди.              — И даже на прощание не поцелуешь?              За все время их знакомства они не целовались по-настоящему — лишь пару раз Хэ Соль, поддавшись сентиментам, чмокнула его в щеку. И поэтому сейчас, когда он потянулся к ней, она не сразу среагировала. Сообразила она лишь когда почувствовала резкий запах одеколона у самого лица.              Это было последней каплей. Хэ Соль дернулась, поднимая руку. Крепкая пощечина застряла парня врасплох, он отшатнулся, прижав руку к щеке.              — Не трогай меня!              — Да как ты…              — Только попробуй ко мне еще прикоснуться, — процедила Хэ Соль сквозь стиснутые зубы. — Я вызову охрану. Пошел. Прочь.              Лицо Тон Ха почти нечитаемо. В этот момент он показался ей гораздо старше своих лет. И теперь Хэ Соль рада, что вокруг достаточно свидетелей, достаточно камер, чтобы уберечь ее от продолжения спора. Потому что чутье подсказывало ей: будь они в другом месте — он бы так просто не замолчал.              Он ничего не сказал. Просто… развернулся, до последнего не отводя от нее жесткого, ненавидящего взгляда. И пошел прочь, сунув руки в карманы куртки, чуть сутулясь, пытаясь придать позе небрежности. Хэ Соль стояла неподвижно, все еще не опустив руки после того, как ударила его — и очнулась лишь когда он скрылся за дверью.              Нужно было возвращаться. Не было смысла стоять здесь и просто растягивать этот момент, все глубже увязая в горьком послевкусии произошедшего. У нее подрагивали руки. И все же она стояла.

✸✸✸

      — Встречайте сегодняшних участников! И приветствуйте их громогласными аплодисментами!              Зал сотрясался от шума толпы и ритмичного пульса музыки в колонках. Ху Мина и Джун Те от сцены отделяло несколько рядов зрителей, но они подняли телефоны, глядя через экраны. Но Джун Те то и дело толкал какой-то пацан, на вид немного младше него самого. Лицо у него было почему-то знакомым, но скорее всего, то был обман зрения.              — Спасибо, что согласился пойти, — сказал, перекрикивая музыку, Ху Мин.              — Да не за что. Я все равно думал пойти, но одному было как-то неловко…              — Что, танцами интересуешься?              — Ну, типа того. Я…              Конец его ответа потонул в шуме толпы. Одна за другим, выходили команды, встречаемые криками и аплодисментами. Одна музыка сменялась другой. Но все не те, не те… Хэ Соль говорила, их команда называется…              — И наконец, поприветствуйте многообещающий молодой коллектив — LuxON!              Энергичная, звонкая тема — вперед вышли шесть девушек в похожих темных бомберах. Ху Мин вытянул шею. В ярком белом свете софитов было трудно разглядеть, кто есть кто — у одной только из них были крашеные в блонд волосы, что выделяло ее, но Ху Мин понятия не имел, кто это. Но когда девушки прошли чуть ближе, свет переменился, и отчетливо стали видны лица. Хэ Соль стояла третьей слева.              — Во-о-оу! Давайте, вперед! — заорал Ху Мин что было мочи. И не мог сдержать радости, заметив, что Хэ Соль смотрела в его сторону — может, заметила? Он толкнул Джун Те, и он тоже принялся махать.              — LuxON, давайте! — подхватил парниша рядом, тот, что никак не мог на месте устоять.              — Всего через несколько минут начнется наш фестиваль, а пока еще раз покажите, как вы этого ждете!              Ху Мин сбивал руки аплодисментами до легкого покалывания. Не то чтобы он горел всем этим — едва ли он бы даже узнал об этом фестивале, если бы его не позвала Хэ Соль. Но здесь и сейчаc, в моменте, его постепенно захватывал азарт. И не терпелось наконец увидеть, как Хэ Соль танцует вместе с командой. Когда они в последний раз гуляли, она немного показывала ему видео — но это было немного не то.              Досадно было только то, что было много и других команд. И некоторые из них, судя по громкости аплодисментов, были куда больше на слуху, чем «многообещающий молодой коллектив». Жаль, на перемотку тут было не поставить.              Но это было лучше, чем дома. Музыка и быстрые движения танцоров отвлекали лучше, чем нарезание курицы и напряженное молчание с отцом. До стрелки с Союзом оставались считанные дни, и чем ближе был назначенный срок, тем нервознее становились и Ху Мин, и все в его окружении. Так что… он был благодарен Хэ Соль за возможность отвлечься.              Интересно, как себя чувствовала она? Ну, то есть… разумеется, она нервничает, это совершенно нормально. Но радуется ли она? Здесь и сейчас окупаются долгие часы занятий, о которых он мог только гадать. Здесь и сейчас она показывала миру, чего достигла вместе с остальными. Ху Мин почти завидовал. Все, что он мог показать миру… это очередную потасовку за свои идеалы.              Так, нет. Он уже это проходил. Никаких самоуничижающих мыслей, никакого нытья и слез в подушку. Он не хотел этого, он не за этим пришел. Ху Мин похлопал себя по щекам и привстал на носках, стараясь лучше разглядеть, что происходит. Аплодисменты уже стихли. А кто выступает? Он не услышал объявления…              Знакомые фигуры в похожих темных бомберах вышли вперед. Освещение сменилось с нейтрального желто-белого на насыщенный лиловый. Зазвучало что-то похожее на флейту.

Starin' at the moon, it's comin', illumination

I know better than to think that this time's different

      Вперед выступили двое — Хэ Соль и девушка чуть выше, вероятно, лидер. Плавные, нарочито растянутые движения — шаг, поднятые к сводам зала глаза, вытянутые руки. И вдруг, быстро, но естественно, словно дым от задутой свечи, музыка наполнилась новыми звуками — что-то яркое, электронное, — и в этот момент двигались все они. Танец начался.

Every time the full moon comes around

A change in the night as your secrets come alive

What's left of you doesn't want to be found

Your shadow's dancin' in a new disguise

      Было… чертовски много движения. Большинство он и уловить-то так просто не мог, не то что обработать головой. Девушки менялись местами, скользили, кружили, гипнотизируя бодрыми, резкими движениями в такт не менее энергичной песне. Ху Мин снимал на телефон, но едва ли видео получилось приличным. Да и черт с ним.              Когда песня закончилась, а девушки сделали шаг назад, почти зеркально повторяя начало танца, почти сразу последовал взрыв криков и аплодисментов, словно лопнула пружина, сдерживавшая зрителей. И Ху МИн с ДЖун Те хлопали, пока ладони не стали гудеть, словно истыканные сотнями иголок. Парниша рядом с ним не хлопал, но махал одной рукой и пару раз тоже крикнул что-то поддерживающее.              Отсюда было плохо видно, но Ху Мин был почти уверен, что пара девушек едва держались на ногах от волнения. Трудно было понять, кто.              — Проводим очаровательных девушек из команды LuxON! Прекрасное выступление, судьям определенно будет что сказать! Давайте, на прощание еще раз!              Стоило девушкам сойти со сцены, как Ху Мин принялся печатать:              «Выступили мощно, прям дух захватило. Молодцы все! Ты как?»              Ответ последовал далеко не сразу — прошло минут десять, прежде чем пришел короткий ответ:              «Спасибо! Ноги все еще дрожат, кошмар. Там скоро перерыв, а после батлы. Я участвую только в три на три, это не скоро»              «Я не тороплюсь»              Сказать, что он вообще не смотрел другие выступления, было нельзя. Нет, он смотрел, иногда даже с интересом. Просто… это не так уж цепляло. Он отвлекался, пялил в телефон, рассматривал людей из толпы. Джун Те, надо отдать ему должное, смотрел с искренним интересом, тоже хлопал и иногда тряс Ху Мина, бращая внимание на яркие моменты.              Когда дело дошло до батлов, стало чуть интереснее. Они с Джун Те наклонялись друг к другу, делая ставки. Как Хэ Соль и сказала, в первом батле их команды она не участвовала — вместо этого выступала как раз та крашеная блондинка, и выдала весьма выразительную импровизацию против откровенно неприятной соперницы из другой группы. Но вот близился конец, и один из последних этапов — те самые батлы три на три.              Когда Хэ Соль вышла на сцену вместе с двумя другими девушками, Ху Мин и Джун Те, как по команде, разразились аплодисментами и подбадривающими воплями. Ее лицо было трудно разглядеть, но она задержалась на секунду и чуть приподняла руку, маша им в ответ.              Что-то было не так. Что-то в ее походке было не скоординировано. Но Ху Мин не мог ничего сделать со своего места, поэтому просто… смотрел. Первыми выступала другая команда, но смотрел он краем глаза, больше следя за реакцией девушек. Они просто сдержанно ждали, почти не шевелясь на своей половине сцены.              И вот очередь LuxON. Заиграла музыка — какая-то песня, слишком быстрая, чтобы разобрать слова. Девушки двигались слаженно, уверенно. Как два спутника, Хэ Соль и еще одна из команды двигались вокруг третьей, которая в свою очередь танцевала на месте, глядя прямо на команду соперников. Получалась этакая звездная система в миниатюре. Идея хорошая, но… но в какой-то момент Хэ Соль покачнулась. Ее напарница, заметив это, тоже качнулась — так, чтобы казалось, что это намеренно. Третья попыталась перетянуть внимание на себя, эпично вытянувшись вверх, каак распускающийся цветок. Хэ Соль восстановила равновесие, но движения ее все еще были немного странными. А может, Ху Мин просто цеплялся за мелочи.              В зале было душновато, может, поэтому ей стало плохо? А может, просто не успела уловить, как продолжить в синхроне с остальными? Надо будет найти ее, когда это все закончится.              Но пока между ними все еще были ряды и ряды зрителей и несколько метров сцены. И он мог лишь… махать ей и посылать лучи поддержки. И тихо, так, чтобы никоим образом не передать этого ей, беспокоиться.       

✸✸✸

      Они справились. Справились — и это было главное.              Хэ Соль слушала объявление призеров — и что-то внутри болезненно замирало, когда объявляли не их. Их объявят дальше или они вообще не вошли в топ? Заметили ли судьи то, что она едва не потеряла сознание во время фристайла? Наверняка заметили. Если они никуда не войдут, будут все причины винить ее. Если они не…              — Второе место занимают блистательные LuxON!              Весь воздух словно выбило из легких. Второе место — это шикарно. Это успех. Щелкали камеры, гудела толпа. Су Ён придерживала ее за локоть, пока они шли, ненавязчиво, просто на всякий случай. Хэ Соль искала глазами место, где стояли Ху Мин с Джун Те и где несколько раз мелькнула голова Ток Хвана — он пришел после настойчивой просьбы папы, заявившего, что «поддержать сестру в важный день — мужественный поступок». Было немного жаль, что родители не смогли приехать, но отчасти так было и легче. Не нужно было метаться между танцовщицей Хэ Соль и дочерью Хэ Соль.              Когда они сошли со сцены, Ху Мин уже ждал. И стоило ей подойти, как он рассыпался в шутливых поклонах.              — Поздравляю! Ну как ощущения? Уже чувствуешь запах славы?                    Хэ Соль чувствовала только запах нашатырного спирта, которым ее приводили в порядок недавно — от него щипало глаза.              — Вам хоть было не скучно? — спросила она, улыбаясь. — Ну, так долго стоять…              — Вообще нормально, не переживай. Ну что, какие планы? Ты сейчас куда? — Ху Мин прислонился плечом к спине. — Нужно ведь отпраздновать…              — Я вижу, к чему ты клонишь, но… Ю Джин уже забронировала нам столик в ресторане неподалеку.              — Вы ведь только узнали о втором месте.              — Мы в любом случае бы пошли. Если бы ничего не заняли, это был бы утешительный ужин.              — Как все сложно, слушай! Окей, ну хоть минут пять на поболтать у тебя будет?              Как же странно-свободно было дышать. Неужели в самом деле это закончилось? Можно… дальше спокойно учиться, спокойно видеться с друзьями? После празднования можно будет пойти и лечь спать, не мучая себя мыслями о том, что она могла бы заниматься делом вместо того, чтобы лежать в кровати?              Хэ Соль в самом деле могла поболтать. А когда ее наконец окликнули девочки, быстро распрощалась с друзьями и побежала переодеваться. Не зря она захватила с собой платье — переодеться во что-то красивое было приятно как никогда. Распустить волосы, поправить макияж. Подмигнуть своему отражению и поспешить навстречу заслуженному отдыху.              В ресторане было тепло и влажно. Место было не из популярных — Ю Джин рассказывала, что его ей показала ее бывшая наставница, а та в свою очередь узнала о нем лишь потому, что ее родственники знали владельцев. Спрятанный в тупике, освещенный лишь парой фонарей, он больше напоминал бар, чем ресторан или кафее. Размер алкогольной карты, прилагавшейся к меню, эту догадку только подтверждал. Но в остальном место было совершенно приличное, как и посетители в нем.              Была глупая болтовня. Были обсуждения ошибок. Ю Джин и Джи Хе, как единственные совершеннолетние, взяли себе соджу, но под пристальными взглядами работников даже не шутили о том, чтобы дать попробовать кому-нибудь. А когда принесли заказанный на всю компанию сет, настроение у всех окончательно поднялось.              — Хэ Соль, у тебя соус на воротнике.              — Черт, серьезно?              — Иди смой побыстрее, а то потом не отстираешь.              — Не хочу вставать…              — Давай-давай, бегом! — ее практически вытолкнули из-за стола, что-то говоря про женскую солидарность и «ты же потом пожалеешь». Хэ Соль потянулась через весь стол, чтобы закинуть в рот кимчи, и встала. Ничего, все равно пора было немного пройтись.              Туалет был в подвале, вела туда узенькая лесенка и довольно сырой по ощущениям коридор. Плитка была скользкой, и все внимание Хэ Соль было занято тем, чтобы не поскользнуться и не полететь вниз.              Может быть, поэтому она не заметила ничего подозрительного. А может, просто даже не могла представить, что что-то может пойти не так.              — Красивое платье.              Она вздрогнула, резко поднимая взгляд. У двери в туалет стоял Тон Ха. Рядом с ним стояли, что-то смотря в телефоне, еще двое — и сразу было очевидно, что они с ним.              — Что ты здесь делаешь?              — Поздравить пришел. Слышал, у вас сегодня праздник.              — Вот только среди зрителей я тебя что-то не видела. Уйди, пожалуйста. Я не хочу сейчас говорить.              Тон Ха поднял взгляд из-под бейсболки. И что-то в этом взгляде заставило Хэ Соль замереть.              — Вот как. А я тебя спрашивал?              Она попыталась попятиться, но подниматься по лестнице спиной вперед было трудно. На ее запястье сжалась большая рука.              Праздная расслабленность их маленького пиршества окончательно покинула Хэ Соль. Она стояла… и не могла бежать. И понимала, что что-то пошло очень, очень неправильно.       

✸✸✸

             Почему-то он не удивился, встретив ее здесь. Он заметил ее возле столика с напитками. Как бы людно ни было, тем более сейчас, когда основная часть шоу закончилась и люди начали разбегаться по остальным площадкам фестиваля, все равно она стояла немного на расстоянии ото всех — словно под каким-то защитным куполом. Она заметила его не сразу, просто стояла, перемешивая трубочкой напиток в большом стакане.              — О, здравствуй, — сказала она без улыбки, заметив его. Ху Мин думал пройти незаметно, но было уже поздно. — Не хочешь сикхе?              — Нет, спасибо. Мы шли за закусками.              — «Мы»? Ты с кем-то?              — Джун Те, — Ху Мин отошел, позволяя другу выйти вперед. — Знакомься, Ино. Ино, это Джун Те.              — Наслышана, — Ино кивнула и отпила немного через трубочку, не отрывая взгляда от Джун Те. Тот сдержанно кивнул и пробормотал что-то приветственное. — Рада знакомству.              — Я… тоже рад.              — Не против, если я пройдусь с вами? Одной в таких местах трудно, того и гляди затопчут. Мне повезло, что я вас встретила.              Ху Мин глянул на Джун Те. Тот пожал плечами, но когда молчание затянулось, кивнул:              — К-конечно. Вместе веселее.              Неловкой компанией они направились к зоне с едой. Разговаривать в таком шуме было некомфортно, поэтому между ними вновь повисло молчание, которое, впрочем, нетрудно было игнорировать, когда совсем рядом играла музыка. За едой, разумеется, уже выстроились километровые очереди. Они встали в первую попавшуюся.              — Ты здесь для Бэк Джина? — не удержался и спросил Ху Мин.              — Нет, просто наслаждалась зрелищем. У меня есть и своя жизнь, знаешь ли.              — Да, конечно.              — Кстати, я бы хотела предупредить — будь настороже. Я совсем недавно видела Тон Ха, он очень решительно направлялся следом за той женской командой. Может, решил выпить с ними за компанию.              — Наверное, ему тоже хочется поговорить с Хэ Соль, — предположил Джун Те.              — Чего? О чем ты говоришь?              — А… я думал, ты в курсе, что они знакомы. Мы разве не говорили? Когда мы пришли спрашивать про тебя, она сперва подумала, что мы от Тон Ха… не знаю, может, они…              Ху Мин почти чувствовал, как поворачиваются в голове шестеренки. Тон Ха… редкостный ублюдок. Крайне редкостный. И какими бы ни были его дела с Хэ Соль, это не было хорошо. Что он от нее хочет? Узнал, что она знакома с Ху Мином, и решил использовать это? Или придумал что-то серьезнее?              Лицо Ино, как всегда, не выражало никаких эмоций. Вот что оно всегда говорило — «я не более чем вестник, не обращай внимания, думай о своем». Но она наблюдала. Подмечала все в его реакции.              — Я слышала, у Тон Ха есть девушка-танцовщица, — вдруг спросила она. — Но могу и ошибаться. Ты ревнуешь, Ху Мин?              И ее вопрос прозвучал так… участливо. Как призрак той интонации, которую иногда использовал Хён Так, дразнящий, но самую малость, просто чтобы не обнажать кроющееся в вопросе беспокойство.              Хэ Соль отправляла ему фото, спрашивала, не знает ли он это место. Ху Мин понятия не имел, он вообще в этой части не знал почти ничего. Но узнает сейчас. И найдет.              — Мне нужно идти. Спасибо за компанию. Извините. Это… Джун Те, напиши в наш чат, когда дома будешь. Ино…              Он посмотрел на девушку, ожидая встретить все то же невозмутимое ожидание. Но вместо этого на него из-под завесы ее необычайных волос смотрел… кто-то участливый и странно знакомый. Ино быстро моргнула и кивнула:              — Не извиняйся. Полагаю, увидимся? Может быть, еще до того, как все соберутся на наш маленький школьный праздник.              Напоминание о будущем немного сбило его с толку. Неужели и Ино собиралась прийти? Ху Мин знал девушек, любивших хорошую драку не меньше парней, но Ино точно была не из таких.              — Я… посмотрим. Может, и увидимся.              Хэ Соль, напомнил он себе, ему нужно найти Хэ Соль. Убедиться, что она в порядке. Даже если он просто идиот, даже если ведет себя как пес, лающий на ветер — лучше уж так, чем изъедать себя беспокойством, а потом узнать, что в самом деле что-то случилось.              И он глубоко вдохнул, развернувшись. Хватит прощаний, сказанного уже хватит. Ему нужно было спешить.