Психбольница ужасов

Холод кафеля коснулся щеки. Я лежала на полу в своей палате, вдыхая резкий запах хлорки. Психбольница… место, где мои амбиции об экзаменах превратились в пустой звук. Не выдержала. Сгорела, словно спичка, в пламени зубрежки. Теперь я здесь, окруженная бледными лицами и искаженными судьбами. Дни тянулись бесконечно. Таблетки, психолог, однообразная еда. Ночью становилось хуже. На стенах будто просыпались призраки. Скрежет, стук, царапанье – какофония безумия, лишающая покоя. В моей палате жила старушка. Ее звали Мария. Днем она молчала, глядя в одну точку, словно пытаясь увидеть сквозь стену. Ночью же она начинала шептать что-то на незнакомом языке, раскачиваясь из стороны в сторону. Ее шепот сливался с ночным кошмаром больницы, усиливая ощущение безысходности. Другие пациенты тоже были не лучше. Кто-то кричал, что видит демонов, кто-то бился головой о стену, кто-то просто плакал, не переставая. Я чувствовала, как их безумие просачивается в меня, отравляя разум. Однажды ночью, не выдержав, я выскочила в коридор. Полумрак, длинный, уходящий вдаль. Из палат доносились стоны и шепот. И тот самый скрежет, сводящий с ума. В конце коридора я увидела силуэт. Мужчина в смирительной рубашке. Он стоял у стены и яростно царапал ее ногтями. Остановившись, он повернулся ко мне. В лунном свете его глаза казались безумными, горящими. "Они… они следят за нами!", - прохрипел он, указывая на потолок. "Они хотят забрать наши мысли!" Я хотела убежать, но ноги словно приросли к полу. Страх парализовал меня. "Не верь им!", - продолжал мужчина. "Не дай им забрать твой разум!" В этот момент появилась медсестра. Она схватила мужчину и потащила его обратно в палату. Он сопротивлялся, кричал, но его крики постепенно стихли, заглушенные скрежетом за стеной. Вернувшись в палату, я села на кровать и обхватила голову руками. Что это было? Кто эти люди, издающие ночные звуки? Что происходит в этой больнице? Я больше не могла терпеть. Я должна была выбраться отсюда. Я должна была вернуть свой разум. Экзамены подождут. Сначала нужно было выжить.