Эпизод 9. Хаос в действии
8 июня 2025 г., 07:45
Ёнджун действовал быстро. Его связи оказались полезнее, чем кто-либо ожидал — уже к вечеру он узнал, в какой тюрьме держат Минсока.
Спустя несколько часов они уже стояли перед решётками камеры, где в полумраке сидел человек, сложивший руки на груди.
Минсок не был похож на того, кого ожидали увидеть парни. Это был молодой мужчина, невысокий, но подтянутый, с лисьими глазами, в которых читалась опасная смесь хитрости и обаяния.
Он выглядел так, словно вообще не переживал о том, что находится за решёткой, и вёл себя так же уверенно, как человек, который точно знает, что его скоро выпустят.
Но больше всего их сбил с толку его голос, полный нежности, когда он увидел Ханаби.
— Моя малышка пришла!
Тишина. Ханаби поджала губы, догадываясь, что сейчас начнётся. Парни застыли, будто их только что ударили по голове.
Субин даже не моргнул, но напряжение в его плечах было слишком явным. Тэхён медленно перевёл взгляд с Минсока на Ханаби, потом обратно.
— Ты это слышал? — спросил он у Бомгю, но так громко, чтобы все точно услышали.
— Да, и мне это очень понравилось, — выдал тот, буквально сияя от удовольствия.
Минсок, ничуть не смутившись, ухватился за решётки и с той же лисьей улыбкой заявил:
— Я знал, что ты меня не бросишь.
Он наклонился чуть ближе, насколько позволяли прутья.
— Но знаешь, малышка… если бы не эти чёртовы решётки, я бы тебя сейчас обнял.
Тэхён, не изменившись в лице, спокойно кивнул.
— У меня есть хорошая мысль: давайте оставим его там.
— Полностью поддерживаю! — Бомгю хлопнул в ладоши. — Ханаби, всё равно у тебя полно друзей, ты переживёшь.
— Ой, нет, нет, ребят, вы меня не понимаете, — Минсок театрально вздохнул и посмотрел на них с лёгким превосходством. — Я не просто друг. Я первый.
Наступила мёртвая тишина. Кай чуть не подавился воздухом. Тэхён остановился, прищурился, а потом медленно повернулся к Ханаби.
— Что он имеет в виду?
Минсок с явным удовольствием наблюдал за эффектом, который произвели его слова. Ханаби раздражённо посмотрела на Минсока, скрестив руки на груди.
— Минсок, будь добр, следи за словами.
— А что? Разве я не прав?
— Ты великолепно подбираешь формулировки, чтобы всё звучало двусмысленно, — процедила она. — Исправься.
Минсок театрально вздохнул.
— Ладно, ладно. Я первый… кто научил тебя целоваться. Так лучше?
Воздух в комнате стал каким-то слишком плотным, в тишине все услышали пролетающую муху.
— Ага, в твоих мечтах, — парировала Ханаби, — сколько раз объяснять, что глаголы "целоваться" и "драться" имеют одинаковое окончание, но разный смысл?
— Не злись, малышка. Но ты только глянь на них, — он махнул головой в сторону Субина и Тэхена, — Если бы взглядом можно было бы убивать, я бы уже был мертв.
— А ведь он прав, Субин, — сказал Ёнджун, замечая как почернели его глаза.
— О, Субин, да? — он внимательно посмотрел на него, как будто разглядывал соперника. — Тот самый?
— Что значит «тот самый»?
Минсок хитро улыбнулся.
— Ну, Ханаби о тебе говорила. Иногда.
Девушка резко шагнула вперёд и схватила Минсока за ворот рубашки через решётку.
— Ты заткнёшься или мне тебя придушить?
— Так-так, какие страсти, малышка! — Минсок искренне засмеялся, но всё-таки поднял руки. — Ладно, не буду. Но всё же, какие у тебя интересные друзья.
Тэхён тихо усмехнулся, бросая взгляд на Субина.
— Да уж. Очень интересные.
Субин глубоко вдохнул, но всё-таки сдержался.
— Давайте вернёмся к вопросу: как его отсюда вытащить? — он перевёл взгляд на Ёнджуна, проигнорировав Минсока.
Бомгю разочарованно выдохнул.
— А я уже хотел смотреть драму.
Минсок лишь ухмыльнулся, явно довольный тем, что его присутствие уже взорвало эту компанию изнутри.
***
Оказавшись на свободе, Минсок широко раскинул руки, делая шаг вперёд. — Обнимемся, малышка? Но Ханаби даже не колебалась: резко увернулась, а потом ловко ударила по рукам, заставляя того отдёрнуть ладони. — Не смей. Минсок обиженно надулся, театрально потирая побитые пальцы. — Ой-ой, да ладно тебе… — Ханаби, я так тобой горжусь, — спокойно сказал Субин, но в глазах явно читалось удовольствие. Тэхён улыбнулся, потому что это были его мысли вслух. Где-то позади Бомгю захихикал, а Кай затаил дыхание, явно ожидая продолжения. Минсок театрально приложил руку к сердцу: — Ох, милая, я так понимаю, ты уже не свободна? — протянул он, наблюдая за ней с интересом. Прежде чем Ханаби успела ответить, за нее это сделал это Субин. — Правильно понимаешь. Его голос был спокоен, но в нём чувствовалась сталь. В следующую секунду он оказался рядом, встав чётко между Минсоком и Ханаби. — Ну-ну… скажи мне, это ты приручила его или он приручил тебя? Ханаби закатила глаза, но прежде чем она успела что-то сказать, Субин сделал ещё один шаг вперёд, сокращая дистанцию между ними. — Думаю, это не твоё дело. Минсок фыркнул. — Явно приручила. Тэхён, до этого спокойно наблюдавший за сценой, решил нанести контрольный удар. — Но спит она рядом со мной, — небрежно бросил он, поправляя рукав. Наступила гробовая тишина. Бомгю, уже начавший восстанавливаться после приступа смеха, снова согнулся пополам. Минсок резко вскинул брови и растерянно посмотрел на Ханаби. — Так, подожди… Субин медленно повернул голову к Тэхёну, его челюсть заметно сжалась. — Какая неожиданная деталь, Тэхён. Тэхён же казался абсолютно невозмутимым: — Какая неожиданность, что ты этого не знал. Минсок рассмеялся, его глаза загорелись новым азартом. — Ох, да тут уже не просто любовный треугольник. Субин резко выдохнул и посмотрел на Ханаби, явно ожидая объяснений. Она наконец убрала руки с лица и встретилась с его взглядом. — Я просто проснулась между вами, это не то, о чём ты думаешь. И... хватит. Ты для меня семья. Он не пошевелился, но его глаза чуть дрогнули. — Всегда был и всегда будешь. — Семья? — его голос был низким, почти срывающимся. — Ты правда в это веришь? Ханаби застыла на секунду, но потом кивнула. Она не давала ему пространства для двусмысленности. Он промолчал. И этот молчаливый ответ задел её сильнее, чем если бы он стал спорить. Она перевела взгляд на Тэхёна. — А ты… ты мой друг. Тэхён приглушённо хмыкнул, будто знал, что она скажет это. — Ладно, Ханаби. Будем друзьями. Но его глаза потемнели, и что-то в его улыбке изменилось. Бомгю хлопнул в ладоши. — Ладно, потрясающее шоу, но можно уже спасать мир? Ханаби развернулась к Минсоку. — Что ж, может, наконец займёмся делом? Минсок постучал пальцем по подбородку, наблюдая за ней с любопытством. — Определённо, малышка, ты изменилась. Она скрестила руки на груди. — Да. А теперь перестань играть и скажи, где твои вещи. Минсок рассмеялся.***
Когда они вышли из тюрьмы, ночь уже спустилась на город. Шаги глухо отдавались в пустых коридорах. Тэхён неожиданно сократил расстояние, подстраиваясь к её шагам. — Интересное заявление ты сделала там, в камере, — его голос был тихий, только для неё. Ханаби не изменилась в лице, но внутри что-то дрогнуло. — Просто сказала правду. Тэхён наклонился чуть ближе, голос стал почти ласковым, но в нём скрывалось что-то большее. — Знаешь, что самое интересное в правде, Ханаби? Она не ответила. — То, что она может меняться. Она резко повернула голову к нему, но Тэхён уже отошёл, легко догоняя остальных. Ханаби осталась стоять на месте на долю секунды дольше, чем следовало. Потому что сердце едва заметно сбилось с ритма.
