Колодец желаний

      В первые мгновения мне показалось, что я ослышался. Голос замолкнувшего адепта эхом разносился в черепной коробке, а в ушах стучала кровь. Мозг не переваривал новости, а я не мог заставить его работать — хотелось услышать, что всё это лишь чья-то шутка или, на худой конец, ошибка. Но никто не засмеялся. Вэнь Жохань приподнялся на своём стуле и впился потемневшим взглядом в дрожащего от страха адепта.       — Что ты сказал? Повтори, — чётко произнося каждое слово и делая между ними огромные паузы, произнёс Вэнь Жохань. В звенящей тишине его голос прозвучал подобно раскатам грома, от чего я невольно вздрогнул. Образ «Грозного Верховного Заклинателя» он при мне использовал только в тех случаях, когда принимал каких-то просителей или адептов, которые умудрились выводить его из себя, так что я от подобного отвык. Зато теперь масштаб настигшего нас пиздеца обрисовался более чётко и стал абсолютно очевидным.       — Г-глава, не гневайтесь, прошу! Я всего лишь доношу весть! Орден Ланьлин Цзинь объединился с Орденом Цинхэ Не и Орденом Юньмэн Цзян, и они идут войной на Орден Цишань Вэнь! Мы получили от шпионов донесения о собирающейся армии и готовящемся походе, и сразу же поспешили к вам! — побледнев, словно его уже приговорили к казни, пропищал адепт, а я меланхолично вспомнил, что делали в древности с гонцами, приносящими плохую весть. Ничего хорошего, даже жалко стало беднягу.              Но Вэнь Жохань не стал убивать адепта, а просто приказал всем убираться. В комнате остались только мы вдвоём, и тогда Верховный Заклинатель устало опустил голову на скрещенные руки и вздохнул. Я осторожно перебрался поближе к нему и легонько дотронулся до плеча Вэнь Жоханя, пытаясь хоть таким способом поддержать, потому что что ещё можно было тут сделать, я не знал. Увы, возможности за секунду уничтожить взбунтовавшиеся кланы у меня нет (и это только послужило бы причиной нового бунта), так что это всё, что я могу предложить Жоханю в этот момент. Надеюсь, сейчас он возьмёт себя в руки и расскажет мне о своих догадках по поводу случившегося, потому что я немного теряюсь, видя его таким… Уставшим и простым. За всем этим могуществом как-то забываешь, что Верховный Заклинатель тоже человек, пусть он и прожил уже больше ста лет и обрёл невиданное прежде могущество. Он тоже может уставать от всего этого дерьма и теряться в неожиданных и сложных ситуациях, и я это понимал. Но видя такого Вэнь Жоханя я чувствовал себя абсолютно беспомощным, ничтожным и бесполезным, и мне это не нравилось.       Однако каким бы беспомощным Верховный Заклинатель ни казался в этот момент, свет на ситуацию пролить мог только он — поскольку я находился в своеобразном вакууме, мне не были известны последние новости. А строить догадки — гиблое дело, я прекрасно помнил, как мог себя накрутить в экстренных ситуациях. Так что давай, Вэнь Жохань, приходи в себя и объясняй тупенькому мне, что нафиг происходит.       — Сяо Лэй, — задумчиво тянет Вэнь Жохань, неосознанно (или, наоборот, осознанно?) сжав мою руку. — Что бы ты сказал, если я решил бы уничтожить кланы Цзинь, Не и Цзян? Это, разумеется, не коснулось бы твоих друзей, но и только.       — Я бы… — а я не знаю, что «я бы». Клан Цзинь мне, по сути, безразличен — там нет ни одного близкого для меня человека, да и если он падёт, но не развалится, вполне возможно, что А-Яо сможет занять место Главы… С Цинхэ Не сложнее, ведь там Не Хуайсан, во-первых, он мой друг, а во-вторых — прекрасный кукловод и интриган. И, зная о ситуации в мире (возможно даже больше, чем кто-либо), Хуайсан быстро поймёт, кто виноват в падении его клана и смерти брата (а оставить его в живых при условии начала войны нельзя). Значит, будет очень опасен для Ордена Вэнь и, как следствие, моей спокойной жизни в нём, но позволить убить своего друга… Это очень сильно выходит за мои и так растянутые до невозможности моральные рамки. И, боюсь, в них точно не вписывалось уничтожение клана Цзян — я просто не мог захотеть оставить своих друзей сиротами. Да и при более тщательном обдумывании меня вдруг поразила собственная непоколебимая уверенность в том, что всё, кроме моих друзей, вполне можно уничтожить. Это же тоже люди! Пусть они сейчас и идут против Ордена Вэнь, они люди со своими жизнями, семьями, стремлениями и желаниями! Может, кому-то и вовсе не хочется вступать в эту войну, но против начальства же не попрёшь!       — Я не знаю, — обречённо признаюсь я. Принести в жертву жизни тысяч заклинателей ради своего спокойствия? Я потом с ума сойду! Да и если не станет этих Орденов, то простые люди, живущие под их защитой, будут обречены. Ну почему это так сложно?! В то же время я не могу и отказаться от Ордена Вэнь, и, особенно, от Вэнь Жоханя! Не могу просто вернуться в Гусу и жить так, будто не было ничего и никогда. Никаких лёгких касаний, особенных улыбок, которые доставались только мне, тёплых объятий, весёлых шуток, вечеров вместе, стремительного танца ненастоящего сражения, ценных советов, даваемых тихим спокойным голосом, поддержки, когда что-то не получилось и рвануло на весь Безночный Город… Совсем ни-че-го, но в то же время всё.       — Вот и я не знаю, — вздохнул Вэнь Жохань. — Сяо Лэй, надеюсь, ты понимаешь, что для меня не является проблемой уничтожить эти кланы? И особых терзаний по этому поводу у меня не будет, как и чувства вины. Я очень хочу, чтобы ты это понимал, потому что только так мы сможем найти решение, которое будет приемлемо для нас обоих. Мне бы не хотелось уничтожить три клана, а потом узнать от тебя, что ты этого не хотел и потому я «Чудовище, безжалостный убийца и всё в этом роде». Я вовсе не отрицаю, что это в какой-то степени правда, но мне вполне нравится то, что до сих пор ты ни разу не вёл себя со мной так, как мог бы при всём этом. И я не хочу, чтобы наши доверительные, как я смею думать, отношения пострадали из-за этой ситуации.       — Я тоже не хочу. Но в таком случае я не могу найти решение, — господи, да я даже не понимаю, зачем ему интересоваться моим мнением? Я бы принял любое его решение — в конце концов, не всё может идти по плану, и в таких условиях было бы естественно выбирать. И я, увы, не мог быть уверен, что выберу друзей. Хотя я с лёгкостью смог себе признаться, что Вэнь Жохань мне дорог, важен и интересен, я не был уверен в том, что это взаимно, хотя причины так думать были. Видимо, для осознания этого потребовалось узнать, как Вэнь Жохань поведёт себя в подобной ситуации. И теперь я мог с уверенностью сказать, что этому человеку я был настолько же важен, насколько он мне — в противном случае, стал бы он спрашивать, как я отнесусь к тому или иному его решению, когда от скорости его ответных действий зависел исход?       — Полагаю, мне стоит ввести тебя в курс дела, иначе ты не поймёшь, что послужило возможной мотивацией этого… Бунта.

***

      Две недели назад состоялся очередной совет глав кланов. На нём поднимались многие вопросы, но самым спорным для сборища мужиков с завышенной самооценкой и чувством собственной важности оказалось предложение Главы Вэнь объединить все Ордена под его началом, чтобы в случае угрозы миру заклинателей можно было оперативно среагировать. На это предложение возмутились очень многие, в том числе и Главы двух других Великих Кланов: Не и (что удивило многих) Цзинь. В итоге ни к чему господа заклинатели не пришли, и вопрос остался висеть до следующего совета.       Но причиной недовольства, судя по всему, стало совсем не это — несмотря на то, что Вэнь Жохань такого приказа не давал, были уничтожены несколько мелких кланов, осмелившихся выразить недовольство предложением Верховного Заклинателя. Кто за этим стоял, было не ясно, но подобного оказалось достаточно для предложения Цзинями Не объединиться для свержения клана Цишань Вэнь. Цзяны попали во всё это случайно: помолвка Яньли и павлина сыграла на руку Цзиням, и те буквально вынудили юньмэнцев участвовать во всём этом. Примерно такие выводы я смог сделать из рассказанного.       — А откуда вы всё это так быстро узнали? — интересуюсь я у Вэнь Жоханя. В курс дела меня ввели через несколько часов после получения известия, но глава Вэнь уже знал почти обо всём происходящем.       — Ты же не думаешь, что у меня нет соглядатаев в других кланах? — интересуется Вэнь Жохань, приподняв бровь. Беспокойство, которое он всем своим видом демонстрировал за завтраком, исчезло без следа за привычной уверенной маской. — Кстати, они донесли, что… Сейчас вспомню… Вэй Усянь, Цзян Чэн и Не Хуайсан отказались участвовать в походе. У тебя очень преданные друзья, Сяо Лэй. А Орден Гусу Лань так и вовсе занял нейтральную позицию и не станет вмешиваться в это. Видимо, они всё ещё свято верят, что ты тут в заложниках, но это значит только то, что они тобой дорожат, — причин на это, впрочем, нет.       — Ясно, — вздыхаю я, чувствуя, что внутри что-то сжимается — безбашенная троица пошла против своих семей, чтобы даже косвенно мне не навредить. В письмах к ним я упоминал, что мне хорошо и интересно в Ордене Вэнь в целом и с Вэнь Жоханем в частности, и что мне тут нравится. Видимо, они поняли, что я останусь на стороне Верховного Заклинателя — особенно если клан Лань не вмешается. — А почему вы предложили объединить кланы?       — Видишь ли, — тянет Вэнь Жохань, постукивая пальцами но колену. — Нынешний император очень жаден до власти — всего за несколько лет его владения расширились почти в два раза. Простые люди обложены налогами и запретами, а для заклинателей выходят всё новые и новые ограничения. Ты знал, например, что при входе в столицу или любой другой большой город заклинатель обязан сдать оружие, даже если он глава Ордена и важный человек? И пусть многие новые законы можно легко обойти или проигнорировать, такое нельзя оставить без внимания. Я не рассказывал, но предыдущий император был таким же. Именно из-за него я убил своего отца — знаю, какие слухи обо мне ходят, и не отрицаю их. Как-то раз моего отца призвали в столицу по какому-то вопросу. Подобное вообще… Возмутительно, ведь заклинатели не подданные императора. Простые люди — да, потому что им необходим правитель, однако кланы могут самостоятельно защитить себя, у нас есть собственная иерархия и система правления, нам не нужен ещё кто-то. Вот только тот император это прекрасно понимал, потому отравил моего отца, тогдашнего Верховного Заклинателя, специальным ядом, который провоцировал искажение ци. По его плану отец должен был выйти из себя и разнести дворец, после чего люди начали бы бояться заклинателей. Император не расчитал, что его «жертва» окажется сильнее и умнее и сумеет убежать. Но яд уже подействовал, и остановить его было нельзя — ещё не придумали противоядие. Поэтому мне пришлось убить своего отца и занять его место. Тогда я поклялся, что эта династия прервётся как можно скорее, и что больше заклинателей не посмеют угнетать. Сейчас я увидел в действиях нынешнего Императора предпосылки к повторению той ситуации, и, поверь мне, я вовсе не собираюсь оставлять смерть отца безнаказанной, а мир заклинателей — в руках дурака на троне. Мы — независимые люди, которые не обязаны подчиняться простому человеку, который возомнил себя главным только потому, что его мать трахалась с Императором и родила его, — проскользнувшее слово выдало, что Вэнь Жохань… очень, очень зол. Его бесит вся эта ситуация, и это понятно.       Мир заклинателей существует обособленно от простых людей, но в тоже время у них есть точки соприкосновения. Мы защищаем их, они… А что они? Да, они работают в полях, благодаря чему мы получаем еду, но это не даёт им право считать себя главными. Заклинатели же не лезут в правительство обычных людей, так пусть и они не лезут к нам! Это казалось весьма логичным, пусть я и не мог в полной мере ощутить то, что чувствовал Вэнь Жохань. Однако, как мне кажется, объеденить кланы и создать что-то вроде собственной армии было бы разумно, ведь амбиции некоторых высокопоставленных личностей действительно велики, и скоро они вполне могут охватить и Великие Ордена.       — Но кто мог уничтожить те несколько кланов и какое дело Цзиням до этого? Если я правильно помню, Гуаньшань предпочитает не вылезать до последнего.       — Видишь ли… Недавно кто-то пустил слух, что все эти казни — результат безумия, начавшегося из-за экспериментов с Тёмной энергией. Я не спорю, что такое было бы вполне возможно при прежних переменных, но сейчас мне далеко до искажения ци, ведь Вэнь Цин внимательно следит за моим состоянием. Я полагаю, эта новость снесла старому блядуну, жадному до власти, голову и остатки осторожности, так что теперь он уверен в моей невменяемости и в том, что его клан, возможно, следующий на уничтожение. Поэтому на том собрании он высказался, чтобы «подвести» Не Минцзюэ к мысли, что они союзники, а теперь спешит как можно скорее собрать армию, чтобы быть способным защитить себя в случае если я решу уничтожить Ланьлин. А если их затея со свержением Цишань Вэнь вдруг удастся, то Гуаньшань станет Верховным Заклинателем, — что-то такое я и предполагал… Но что делать, так и не понял.       — Что вы будете делать? — осторожно интересуюсь я.       — Думаю, пришло время уступить место новому поколению, — невозмутимо попивая чай, отозвался Вэнь Жохань. — А-Цин прекрасная и способная девушка, она сможет справиться с Орденом. Твой друг, Лань Яо, если я правильно помню, является внебрачным сыном Гуаньшаня и имеет некоторые права на Орден. Если разбить Ланьлин, а Цзысюаня просто убрать, то твой друг станет главой. С Цинхэ Не сложнее — Не Минцзюэ ни за что не пойдёт на попятную, однако ради брата он готов на всё. Если он сможет убедить Главу Не в необходимости отступить, то мир на некоторое время сохранится. К тому же, старший Не не совсем идиот — он не станет нападать на Цишань Вэнь, если его возглавит А-Цин. С Орденом Цзян проще, ведь изначально они были втянуты во всё это не по своей воле. Исчезнет Гуаньшань, исчезнут и проблемы с Юньмэном.       — Но почему вы хотите уйти с поста главы? — непонимающе спросил я. Да, это будет решением — по крайней мере, конфликта с другими Великими Орденами (хотя многие не смогут принять женщину во главе Ордена) — но есть и другие способы! Можно исключить из плана этот пункт и почти ничего не поменяется!       — Эта ситуация напомнила мне, что пока Император будет желать подчинить себе все кланы, подобные вещи будут продолжаться… Слухи, скорее всего распустил он и кто-то из недовольных, но не наказанных, а потому имеющих доступ у миру заклинателей. Возможно даже, А-Сюй… Но пока это не важно. Не станет Императора, не кому будет претендовать на власть над всеми заклинателями, а с восстанием кланов мы разберёмся. Так что пора покончить с этой династией. Для этого мне придётся уйти из Ордена Вэнь, чтобы не привлекать лишнего внимания. Ещё лучше будет, если мы сможем разыграть мою смерть… Кажется, я знаю, что мы сделаем.       Я с облегчением выдохнул. Будут жертвы, да. Многие не вернутся с этой войны домой, дети останутся сиротами, я, скорее всего, потеряю уважение и доверие многих друзей и возможность вернуться в Орден Лань… Однако Цишань Вэнь продолжит существовать, мои друзья — может, семья? — не умрут, Вэнь Жохань останется жив, а я… Я просто буду. Буду, возможно, рядом с ним, плечом к плечу, свергать дорвавшегося козла с императорского трона. А что потом? Если Вэнь Жохань сыграет собственную смерть, то уже не сможет возглавлять Орден Вэнь, но это не значит, что жизнь на этом закончится. Можно попробовать вознестись — его уровень совершенствования, кажется, уже пробил потолок, а я могу постараться и достичь того же. Тогда Орден Вэнь обретёт постоянную защиту, а я — твёрдую уверенность в завтрашнем дне.       События повторятся, но на этот раз всё будет иначе. Карты легли так, как положил их я.