Plus Rotten Girl

Хацуне Мику

***

Я... ну, в тот день села себе на скамейку тихо так, чтобы никто не заметил. Голова у меня вдруг закружилась, и я вообще не понимала, что происходит вокруг. Все эти ребята из класса громко фыркают, бегают по залу, и я пытаюсь как-то спрятаться в тени. В спортзале так пахло потом и резиновыми ковриками, что мне стало ещё хуже, аж желудок подпрыгнул. Вокруг — куча движений, цвета, и я — просто сижу в стороне, как будто меня и нет. А потом физрук свистнул — такой резкий звук! Мне даже немножко страшно стало, я чуть сама не подпрыгнула... Хмм, ну я, наверное, просто вообще не очень вписываюсь в эту всю движуху. Я сидела в стороне, как обычно — почти как невидимка, если честно. Сквозь туман своего вечного смущения заметила, что Гакупо Камуи, наш учитель физкультуры, внезапно ускользал из толпы, в которой все дружно тарахтели и бегали. Обычно он такой ответственный, никуда не уходит во время занятий, а тут будто кошка, которая случайно забрела на выставку собак и теперь пытается слиться с каждым углом.   Что-то в этом меня зацепило — да, я знаю, звучит странно, учитывая, что я обычно стараюсь не лезть не в свое дело и тихо сидеть в своей раковине (там хотя бы никто не видит, как я краснею при любом взгляде). Но вот, сердце у меня почему-то начало барабанить как плохой метроном, и я почти невзначай подвинулась от стены, чтобы последовать за ним.   "Ладно, не я первая, кто за учителем следит. Главное — не попасться", — подумала я, пытаясь не храпеть и не наступать на собственные ноги. Шаги мои, конечно, были скорее шепотом, чем криком, но почему-то казалось, что каждый звук — это бомба прямо под моими ногами.   И вот я иду за ним, замешкавшись, чуть потея от собственной смелости и одновременно думая: "Пожалуйста, не поворачивайся, пожалуйста, не поворачивайся..." — ну, типично для меня, короче. Пока что я скорее невидимка и тихоня, зато любопытная. Но я уже сто раз пожалела, что вообще пошла... а может, не пожалела? Время покажет.   Мои ноги, честно говоря, шатались, будто я пыталась ходить на каблуках впервые (что, к счастью, было не так. Терпеть их не могу). Сердце колотилось так громко, что, наверное, его мог услышать Гакупо-сэнсэй... В коридорах рядом с залом было так жутковато тихо, что казалось, можно услышать, как пыль на полу лениво скрипит под каждым шагом.   Лампы над головой гудели своим раздражающим жужжанием, отбрасывая холодный, почти суровый свет, который превращал мои собственные тени в какие-то зловещие фигуры. Мне вдруг подумалось — если бы я была в манге, рядом с моим лицом появилась бы надпись: "Почему я вообще решила это делать?" Заворачивая за угол, я мельком увидела, как учитель исчез в комнате, которая явно не была частью спортзала. Дверь приоткрыта, и изнутри доносился приглушённый, но такой странный звук. В животе затянулся неприятный узелок, и мои пальцы чуть дрожали, когда я спустя пару минут осторожно толкнула дверь.   То, что я увидела, застало меня врасплох — будто ударило прямо в живот. Кайто Шион, учитель рисования, стоял на коленях перед Гакупо, а его рот был занят чем-то, что определённо не было кистью. Я споткнулась назад, рука инстинктивно закрыла рот, чтобы подавить выдох. Жар покрыл мои щеки, резко контрастируя с холодным потом, который проступил на лбу. Я не могла поверить своим глазам. Кайто-сэнсэй, всегда такой добрый и нежный, сейчас оказался в положении, которое одновременно шокировало и будоражило меня — я не могла понять, что именно чувствовала. Глаза физрука были закрыты, его лицо искажалось от удовольствия, а голова Шиона ритмично качалась.   Я застыла на месте, словно меня вкопали в пол. Вообще-то, хотелось прикрыть глаза и поскорее сбежать в какую-нибудь щель — но почему-то я не могла оторваться. В воздухе были эти... ну, как бы сказать... странные влажные звуки? То есть, неразборчивое бормотание Кайто-сэнсэя и что-то тихое, почти за стенкой — это был точно не обычный школьный разговор, если честно. Моё дыхание стало каким-то странным, поверхностным, а по спине пробежала странная дрожь, которая одновременно пугала и... странно возбуждала? Я с этим совсем не была готова. Я должна была бы чувствовать себя ужасно смущённой или даже немного отвращённой, но вместо этого — вау, я как будто наклонилась чуть ближе, глаза у меня раскрылись широко, как у какого-то потерянного котёнка, хотя я точно хотела промолчать и спрятаться где-нибудь под партой. Чёрт, да что со мной вообще?! Это выглядит так, будто я тайная фанатка или какая-то странная наблюдательница, а не тихоня-изгой, которой обычно проще раствориться в стенах и притвориться невидимой… Вдруг Гакупо-сэнсэй резко открывает глаза, и его взгляд встречается с моим. В этот момент у меня чуть ли не сердце в пятки провалилось — я поняла, что меня поймали за слежкой. Но он совсем не растерялся, а посмотрел на меня так, будто я какой-то ужин, который слишком долго прятался. Другой учитель тоже поднял голову, широко раскрывая глаза, щеки у него покраснели, а рот блестел... Ой-ой, да это точно, что-то неловкое творилось. Они оба уставились на меня, и я не могла понять ни одного их выражения — будто читала какую-то крипову мангу без перевода. Я в тот момент чувствовала себя как та самая олениха в свете фар — ни шагу, ни слова, только паршиво вцепилась в собственные туфли и молилась хоть бы не взорваться от смущения. Что вообще говорить? Ох… Я с дрожью в руках толкнула дверь чуть шире, как будто боялась, что она может меня проглотить, и зачем-то тихо зашла в комнату. В голове у меня бегало миллион оправданий, извинений, ну хоть что-нибудь, чтобы объяснить, зачем я вообще здесь стою. Но слова потерялись где-то в горле и закопались под стопкой моих нервов — потому что Гакупо… Его глаза не отпускали меня ни на секунду. Как будто он мне говорил без слов: "Понравилось?" Комната оказалась, ну, типа складом — полки забиты чем-то. Запах… ммм, смесь мужского пота и скипидара — жутко странная ароматерапия, но... в общем, пахло так, что голова чуть не закружилась, как и мои мысли.   Кайто-сэнсэй сидел на коленях, глаза опущены, дыхание тяжёлое (и я сначала думала, что это всё от нервов, а не от того, что он там на самом деле делал). Физрук слегка наклонился и расстегнул ширинку сильнее (бинго, момент для паники!), а его взгляд всё ещё цепко за мной удерживался. А он ещё ухмыляться начал и сказал что-то типа: "Думаю, ты заслужила место в первом ряду на шоу". Я тут слегка закашлялась, и всё в моём теле кричало: "Беги", но ноги будто приросли к полу. В общем, я в очередной раз решила, что быть интровертом — это прям самый неловкий навык на свете. Ну почему я не могу просто исчезнуть? Я тихо стояла в углу и просто наблюдала... Ну, учитель рисования решил продолжить то, чем он занимался до этого — засунуть кое-что обратно в рот, щеки у него такие впалые стали, как будто он только что вдохнул весь кислород из комнаты. Я пыталась не дышать, чтобы меня не заметили (хотя куда уже, если я перед ними стою), но мысли вообще запутались до сумасшествия.  В какой-то момент мне стало так страшно и неловко, что я просто захотела исчезнуть. В голову закралось чувство, что если я сейчас не убегу, то мне придется жить в этой комнате с этими взглядами вечно. Так что я почти беззвучно крутанулась и побрела прочь, стараясь не задеть ничего и ни с кем не столкнуться. Ну, что поделать, иногда бежать — это тоже вариант. Правда? Я тихо забежала в туалет, стараясь не шуметь, и быстро захлопнула дверцу кабинета. Щёки горели так, что казалось, их кто-то подкрашивает прямо в этот момент. Я села на край унитаза, спрятавшись и глядя в пол, потому что дико смущалась. Как будто кто-то заметит и начнёт смеяться. Но в голове крутилась одна мысль — то, что я только что увидела, почему-то очень-очень понравилось. Даже странно так думать, но это реально так. В общем, я тихонечко поняла, что люблю такие вещи. И это прям какой-то новый для меня мир — немного непонятный, но очень притягательный.   Я вообще-то впервые увидела такое в живую... Обычно в фильмах вся эта тема мелькает быстро — да и там всегда мужчина с женщиной, а тут... ну, по-простому, только мужчины. Честно, когда я раньше смотрела это с родителями, я всегда закрывала глаза — воспитание все таки — но теперь, кажется, начинаю понимать: блин, это реально кайф. Смешно, что я — почти серая мышка в школе — вот так внезапно открываю для себя что-то своё, и пока мои одноклассники тусуются и дурачатся, я тихонько переживаю свои маленькие тайны. Ну, кто ж меня поймёт, правда?