In aequale jure

Драко Малфой замер у поста охраны перед коридором с камерами временного заключения, лениво листая папку с делом своей подзащитной. Он неспешно перекидывался ничего не значащими фразами с дежурным аврором, стараясь не вслушиваться в монотонный бубнеж из коридора. Не хотел мешать воспитательному моменту Золотого Трио. Если бы ему хоть раз в голову пришла мысль о том, что подобная папка не то, что окажется у него в руках - будет существовать в принципе - он бы добровольно отправился к целителям разума на лечение. С первой страницы на него смотрела Гермиона Грейнджер. И как ни странно - это было уже второе ее задержание. Малфой присутствовал и при первом - весь аврорат был на ушах. Героиня войны и обладательница Ордена Мерлина 1 степени просто не могла участвовать в несанкционированной протестной акции. Прямо в министерской мантии, какой моветон. Нет, нет! Даже сам Министр Магии Бруствер спустился в отделение Аврората, чтобы разобраться в этом недоразумении. Поттер, Уизли и еще с дюжину друзей и сочувствующих Грейнджер крутились в отделе, заламывали руки и недоумевали, как же так - кто посмел арестовать невинную девушку! Но Грейнджер гордо стояла в своей камере и хмурилась. Конечно, даже жабе Лонгботтома было ясно, что она попала на протест не случайно. Не случайно осталась в сливовой Министерской мантии, но сняла жетон, оставив его на столе в кабинете. И не случайно вышла на площадь к протестующим. И если бы люди, создававшие окружающий хаос остановились хоть на секунду и внимательно посмотрели на нее... Ох, им бы это не понравилось. Потому что знаменитое упрямство девушки уже горело металлическим блеском в ее глазах. Поэтому получив список задержанных на очередном митинге, которых он будет представлять как государственный адвокат, Драко не удивился ее фамилии. Даже повеселел - суфражистки бы гордились ею. Голоса из коридора поднялись на тон выше и он закатил глаза, бросая выразительный взгляд на запястье: - Придется прервать семейную ссору, все-таки до закрытия апелляционного суда осталось полтора часа, а мои подзащитные никогда не остаются под арестом на выходные, - он пожал руку аврору, а в голове добавил - даже такие несносные. Его шаги привлекли внимание, и неизменные Поттер и Уизли резко замолчали и вскинули на него удивленные глаза. Рон был весь красный и взъерошенный, а вот Гарри наоборот бледнел, но на его груди гордо блестел аврорский жетон - не прошло и пары дней, как его повысили до отдела расследований. - Ну привет, Эммилин Панкхёрст, - Малфой иронично склонил голову, подходя к камере, - Уже объявила голодовку? Грейнджер вскинула на него голову и отошла от стола, на который опиралась. Когда свет упал на ее лицо, он с удовлетворением отметил ее полуулыбку. - Еще не успела. Привет, Малфой. Они буквально пару секунд смотрели друг на друга в гулкой тишине и он покачал головой, поджимая губы. - Государство назначило меня твоим защитником, раз ты не представила нам своего адвоката. - Что?! - возмущенный возглас Уизли подействовал на мужчину как самая приятная музыка. Малфой достал из внутреннего кармана пиджака свое удостоверение и протянул его Рону. И пока они отвлеклись, он палочкой постучал по выемке между камерами и вошел в открывшуюся ему дверь. - Присаживайся, поговорим, - он кинул папку на стол, задней мыслью подумав, что документы в ней будут только множится и замер, выжидающе глядя на девушку. Она медленно прошла обратно к столу и села, закинув ногу на ногу. Брючный костюм без Министерской мантии смотрелся на ней просто прекрасно. Мужчина поставил перед Грейнджер бутылку с водой и сел напротив, открывая дело. Пару минут изучал его в абсолютно тишине, пока Золотое Трио изучало его с разной степенью неприязни. Точнее, двое из них. На лице Гермионы был лишь налет задумчивого и далекого интереса. - Ты знаешь, что задержание - не лучший момент раздавать интервью? Правило Миранды для тебя что, пустой звук? - Предупреждение полиции Великобритании, - поправляет она, - Правило Миранды в США. - Никак не перестроюсь, - отмахнулся он, - Не важно как ты его назовешь - воспользуйся им в следующий раз, будь добра. Это облегчит мне работу. - Не будет следующего раза! - возмутился из коридора Уизли, внимательно наблюдая за развернувшейся сценой, - Это все какое-то недоразумение, да, Гермиона? Он практически умоляюще смотрел на нее, но каждый в этом помещении понимал, что это ложь. - Ну-ну, конечно, - пробормотал себе под нос Драко, но был услышан только Грейнджер, от чего развеселил ее во второй раз, - По этому поводу мы договорились, да? - Хорошо, - она легко откинулась на спинку стула и все-таки открыла бутылку с водой. Видимо лекция Поттера не проняла девушку. Что ж, это было вполне ожидаемо. - Через пол часа у нас апелляционный суд, - он всеми мыслями вернулся к работе и стал вмиг серьезнее, - С учетом, что это твой первый арест - прошлый раз тебя не оформили, я знаю - судья назначит штраф и продлевать арест не будет. Говорить буду я, если это еще не очевидно. Твоя задача молчать и сделать хоть немного виноватый и раскаявшийся вид. Ты меня услышала? Проводя краткий инструктаж, он от руки набрасывал прошение для судьи, а когда закончил - развернул ей бумагу, но не отдал, пока она не ответила: - Я поняла тебя, - закатив глаза, Гермиона приняла из его руки перьевую ручку и замерла, рассматривая ее, - А учеба в США пошла тебе на пользу - променял перо на обычную ручку. - Шариковые мне просто не по статусу, - фыркнул он, удивляя присутствующих. Пока она расписывалась, мужчина собрал все свои документы, перекинул пальто через руку и ждал ее с развернутым пиджаком в руках. - Неужели даже культуре США не удалось избавить тебя от аристократического снобизма? - она нырнула руками в пиджак и вышла из камеры, пропускаемая им. - А ты все такая же заноза в заднице, Грейнджер, - парировал он, - Приятно, что какие-то вещи не меняются, да? Пойдем, у нас мало времени. Ты же не хочешь просидеть в камере все выходные? Тем более - завтра открытие Уимблдонского турнира. Он дернул бровями на ее удовлетворенный кивок головой. Когда спустя сорок пять минут они вышли из кабинета судьи, группа поддержки девушки увеличилась втрое. Малфой окинул их ленивым взглядом, убирая папку с документами в портфель. - Спасибо, Малфой, - она протянула ему руку, - Приятно иметь дело с профессионалом. - О, я тронут, - его голос был полон иронии, - Дружеский совет - не надевай каблуки на протесты, а еще - всегда имей с собой воду и теплую кофту. Все-таки изолятор - это не кабинет Министра. Она лишь покивала, лопатками ощущая взгляды друзей и негласное обещание еще одного скандала дома. Помрачнела. - До встречи, Грейнджер, - он ухмыльнулся, издалека кивнув Поттеру и группе поддержки и ушел в противоположную от компании сторону. * * * - Ты сегодня задержался! - ее возмущенный голос звонко отбился от стен изолятора. - Извини, Мэри Уолстонкрафт, я был на заседании. Как ни странно, вытаскивать твою задницу из проблем - это не моя основная профессия! - Да неужели. Это было ее четвертое официальное задержание - вместе с неофициальными, уже наверное седьмое по общему счету. Держалась она так же легко и дерзко - даже и не подумала последовать его совету и сменить каблуки на что-то более практичное. - Ну и что на этот раз? Магглорожденные, женщины, оборотни, леприконы? Или просто за все хорошее против всего плохого? - Ты разве не получил рассылку от Г.А.В.Н.Э.? Наша встреча перенеслась на неделю. - Наверное затерялось в утренней почте, какая жалость! Теперь я не получу значок почетного члена ассоциации? - Внесешь пожертвование покрупнее и я все устрою, - фыркнула она, грея руки о картонный стаканчик с массалой, который стал вроде как их ритуалом. Осень постепенно вступала в свои права, в камерах становилось все холоднее, и сегодня она отчетливо жалела, что оставила свое пальто в кабинете. - Жаль, ты сегодня опоздал. Не застал как Гарри отчитывал меня целых сорок минут без единой передышки. Она хмурилась, пребывая где-то глубоко в своих мыслях, но он уловил главное - сегодня тут был только Поттер. И отнюдь не с визитом поддержки. Малфой прекрасно знал о том, как ее протесты и выступления на митингах подрывают его авторитет и мешают работе в аврорате. Даже Министр Брудсвер был ею недоволен. В коридорах министерства ходили слухи, что девушку ждет такое же головокружительное понижение в должности, как и карьерный взлет пару лет назад. После того случая, ее защиту поручили ему на постоянной основе. И никто не был против. За все это время Малфой лично наблюдал как рядели ее друзья. Как их беспокойство превращалось в осуждение и непонимание - ну зачем она это делала? “Разве ты одна способна что-то изменить?”: спрашивала Джинни. “Все же итак нормально, а вдруг станет только хуже?”: хмурился Рон. Поттер только бессильно злился, переживая больше о своей карьере. Ведь несколько раз был именно тем, что забирал у нее палочку, надевал наручники и зачитывал то самое предупреждение полиции Великобритании. Газеты здорово проехались по этому идеологическому расколу. И вот сегодня она была особо задумчива и молчалива - ведь настал тот день, когда к ней пришел только Поттер - и то, чтобы отругать ее как провинившегося котенка. Ткнуть носом пониже, обвинить в том, что он перестал ее понимать. Кажется, что его “Ты позоришь меня, Гермиона” въелось не только в ее мозг, но и стены, стол и даже решетку. Она молчала всю дорогу до кабинета судьи. Молчала и внутри. Не проронила ни слова, пока они не вышли в Атриум. - Уизел тебя встретит? - Малфой заговорил первым, чуть трогая ее за предплечье. Начинал даже переживать, глядя в ее пустые глаза. - Мы расстались. Пару недель как, - она жмет плечами, хмурится, - Оказывается - когда год ходите друг вокруг друга на пальцах и избегаете темы, острее чем погода, то все заканчивается громким скандалом, - она задумчиво крутила шарф в руках, и вдруг неожиданно подняла на него глаза, - Не хочешь выпить, Малфой? День был паршивый, как и последние несколько месяцев. А ты вроде как работаешь на меня - а я даже ничем тебе не отплатила. Огневиски? Он кивнул и они просидели несколько часов в ближайшем маггловском баре, обсуждая все на свете - от его учебы в США до последних мировых новостей. Она впервые за долгое время не спешила домой, а он был приятно удивлен ее компанией. * * * - Ради Мерлина, нет сил слушать этот бред, - высокий блондин стремительно заходит в маленькую комнатку для адвокатов и их подзащитных. На его шерстяном пальто еще не растаял первый Лондонский снег. Мужчина с абсолютным пренебрежением долгую секунду смотрел на государственного защитника, которого ей выделили, а потом, наконец-то, перевел взгляд на нее. С последней встречи девушка изменилась. На смену неизменным брючным костюмам и лодочкам пришел черный шерстяной гольф и обычные джинсы. В повседневной одежде и с хвостом, в который были собраны ее буйные кудри, Грейнджер смотрелась совсем не так воинственно. Хмурая и уставшая, без каблуков она была ниже и смотрелась абсолютно вымотанной. Но все-таки такой же упрямой, да. Это было не отобрать ничем, видимо. - Малфой, - Гермиона склонила голову на бок и улыбнулась бледными губами, - Вот это встреча. - Драко Малфой, компания “Шерман и Стерлинг”, - он протягивает удостоверение зашедшему следом хмурому аврору, - Дальше я буду представлять интересы мисс Грейнджер, спасибо. Его тон бескомпромиссно выставлял всех присутствующих за дверь, а Гермиона лишь скрестила руки на груди и прищурилась. - “Шерман и Стерлинг” значит... - протянула она, когда все лишние люди покинули помещение, а Драко сел напротив, притянув к себе ее папку с личным делом. Которая ох как пополнилась со времен ее первого задержания и их первой встречи, - У меня нет столько денег, чтобы оплатить хотя бы час твоей консультации, Малфой. - Лучше молчи, Грейнджер, - он поморщился, будто у него заболела голова от ее глупых слов. Но взгляда не поднял, продолжая листать папку, - Что-то не вижу тут твою суетливую группу поддержки. Знал, что этой самой группы поддержки уже давно не было в этих стенах. Героиня войны Гермиона Грейнджер стала практически нерукопожатной ввиду своей социальной и политической активности. - Ну ты же здесь. Он поднимает все-таки на нее глаза, и смотрит очень внимательно, отмечая каждую мелкую деталь. Выбившиеся из хвоста волосы у висков. Отсутствие макияжа и синяки под глазами. Впалые щеки и покусанные губы. На тонких пальцах было несколько чернильных пятен вместо колец. - Твое счастье, Грейнджер. И ее губы трогает кривая ухмылка. - Это просто беспредел, - бормочет он себе под нос спустя двадцать минут тишины, - Неужели за те несколько арестов, что меня не было, ты успела даже отсидеть пять суток? Он смотрел на нее в полнейшем непонимании, когда как Гермиону на пару незаметных секунд пробила дрожь воспоминаний. Девушка стискивает собственные пальцы, пряча руки под стол. - Это была показательная порка. - Я читал газеты. Это не помешало тебе публиковаться и поддерживать протестующих. Вот уже несколько месяцев она вела колонку в неподконтрольной Министерству небольшой газетенке, продажи которой от этого взлетели до невиданных ранее высот. Она лишь покивала, так и не сводя задумчивого взгляда с его запястий. Он видел, точно видел что она чуть растеряла свой идеалистический боевой настрой. Была уставшая, невыспавшаяся, и, скорее всего, голодна. - Жаль ты сегодня без массалы, - протянула Гермиона, натягивая рукава гольфа на пальцы, - Я так и не нашла где ты покупал ее, такую вкусную. Волшебные кофейни даже не слышали о подобном. - Я заваривал ее сам, - жмет он плечами. - Вот как, - ее взгляд становится еще пристальнее и ведьма наконец-то поднимает на него глаза, встречаясь взглядами, - А меня уволили с работы. Между ними повисает тяжелая тишина. Он поджимает губы и не спешит восклицать что-то типа “Как так!”. Потому что предсказывал подобную развязку уже давно. - “Личное - это политическое”, да, моя Кэрол Ханиш? Она закивала головой, снова отворачиваясь, но он успел уловить странную искру смирения и возмущения в ее темных глазах. - Попросила бы я тебя вытащить меня отсюда, - тихо призналась она первый раз за все аресты, - Но апелляционный суд уже не работает, а значит меня ждет прекрасная бессонная ночь в камере временного заключения. Он только фыркает, от чего она обиженно хмурится. - Ты серьезно думаешь, что я бы позволил еще раз оставить тебя тут ночевать?! - в его голосе даже слышатся возмущенные нотки, - Я со всем разобрался еще до того, как появиться здесь. Знаешь ли, но этот арест вообще не законный. Так что министерство приносит тебе свои извинения и бла бла бла... - Так какого хрена мы все еще тут сидим, Малфой! - она поднимается со стула, ударяя ладонями по столу и грозно смотрит на него. А Драко, ну каков мерзавец, просто улыбается ей, захлопывая папку и тоже поднимаясь вслед за Гермионой. - Ну-ну, Грейнджер, не шуми. Я просто по тебе соскучился. - Ну да, конечно, - она выходит первая, не дожидаясь пока мужчина откроет перед ней дверь. Оказывается, он и забыл какая она малышка без своих обычных каблуков. - Пойдем, возьмем поесть, - он помогает надеть ей пальто, так и не обращая внимания на молнии, которые она метала вокруг себя, - Нам предстоит длинный разговор. - Ты не перестаешь меня удивлять, Малфой, - качает головой Гермиона, впуская его в свою темную квартирку, - Знаешь по именам всех участниц суфражистского и феминистического движения в Англии и США, ездишь на Уимблдон, а теперь что - ешь китайскую еду?! Она все еще с недоверием смотрела на несколько бумажных пакетов у него в руках. Они смотрелись очень неестественно у мужчины, одетого в дорогущий, сшитый по индивидуальным меркам костюм. - Полюбил ее во время стажировки в США, - он жмет плечами, будто не находя в этом ничего особенного. Всего-лишь чистокровный британский аристократ, который сутками работал в Америке и ел китайскую еду из картонных коробок, даже не сервируя под это столовую. - Располагайся, я хочу переодеться, - Гермиона оставила его в кухне, а сама скрылась в спальне, стремясь стащить с себя вещи, которые насквозь пропахли сыростью Аврората. Он доставал коробочки из пакета, оглядываясь вокруг. Ее квартирка была небольшой, но уютной, и каждая деталь была наполнена Гермионой и дышала ее увлечениями. Весь холодильник был увешан множеством фотографий, на столе стояла чашка с недопитым кофе, а отдельно стоящая табуретка была вся покрыта рыжей шерстью. Гермиона бесшумно вернулась на кухню, переодетая в пижамные клетчатые штаны, и толстовку - боги, ну конечно бордовую - Стенфорд. На руках у нее сидел большой комок рыжей шерсти и щурил свои инфернальные желтые глаза, попав на свет. - Ты знаешь, что небезопасно вот так носить палочку? - любезно поинтересовался он, кивнув на ее пучок, который держался только благодаря волшебной палочке, используемой на мотив кандзаси. - Не нуди, Малфой, - она отмахивается и подходит ближе к нему. - Это тот же кот, что был у тебя в школе? - спрашивает Драко, заставляя Гермиону удивиться еще сильнее от того, что он помнит ее фамильяра. - Да, Глотик... Он наполовину низзл, поэтому еще в самом расцвете сил, да, моя Тыковка? - девушка запричитала над своим рыжим чудищем, который не сводил враждебного взгляда с блондина. Грейнджер посадила его на табуретку, а сама села напротив Драко, притягивая к себе коробку с лапшой и с тихим щелчком разламывая палочки. - Так где ты был, пока я пять суток ночевала в СИЗО? - Я сдавал экзамены в Америке, а потом подтверждал квалификацию в Британии и получал разрешение на ведение официальной практики. Вся эта бумажная волокита, плюс устройство в компанию... Сколько арестов я пропустил? - Мм, три? Мне кажется, что три. И мое увольнение. Было достаточно громко, неужели ты не читал в газетах? Он отрицательно покачал головой. По приезду просто сжег в камине всю накопившуюся за это время почту и думать забыл. Они так и продолжали есть, поддерживая разговор ни о чем, лишь бы не сидеть в тишине. - Ой, друг, ты нас сдал, - Драко чуть откидывается на стуле, когда Живоглот прыгает ему на колени и утыкается носом ему в подбородок. Гермиона весело фыркает, качая головой от этой сцены. - Конечно, ты скормил ему практически все креветки, - на его попытку сделать невинные глаза, девушка лишь улыбается, - Да-да, я все видела, мальчики. - Нет, просто коты меня любят, - с толикой гордости произнес он, почесывая кота по горлу и не обращая внимания на то, что его безупречно-черные брюки покрываются рыжей шерстью. Гермиону такое поведение любимца мягко говоря - удивило. Ведь даже когда они жили с Роном, кот никак не мог его принять - шипел, нападал на ноги из темного угла и с превеликим удовольствием точил когти о его неосторожно брошенные свитера, превращая их в шерстяные спагетти. - Мне будут нужны копии всех твоих рабочих договоров и бумаги об увольнении, - вдруг резко переключился он обратно в рабочее русло. Грейнджер после плотного ужина, тепла своей квартиры и приятной компании разморило, и она не поняла - зачем это все было ему нужно. - Мы подадим в суд на Министерство за незаконное увольнение по политическим мотивам. - Прости, что?! - А ты собралась спустить это на тормозах? - он прищурился, подаваясь вперед, - Мало того, что они не особо законно задерживают тебя, держат в этих камерах, портят твою репутацию и карьеру, так еще и вышвыривают с работы? Ну уж нет. Ты будешь защищаться. - Но... зачем? - она зябко жмет плечами, обхватывая себя руками, - Я не хочу возвращаться туда на работу. - Никто не заставляет тебя там работать, - медленно разъяснил он, - Мы должны вернуть тебе твое имя, показать на примере этого дела их предвзятость. Сделать прецедент. Она улыбнулась, впервые по-настоящему улыбнулась за этот бесконечный день. - “Остерегайся проклятия, проклятия Ведьм”? - процитировала она, уловив его искру в глазах. - Вот это уже настрой! - он одобрительно кивнул, продолжая гладить мурчащего Живоглота на своих коленях, - Только белых мышей выпускать никуда не будем. Это слишком театрально, остановимся на фактах. - Конечно не будем, - понимающе кивнула она, - Я же еще и зоозащитница! И мужчина расхохотался. - Конечно... У меня, кстати, есть для тебя небольшой подарок, - он взмахнул палочкой, призывая к себе свой портфель и выуживая оттуда книгу. “My Own Story” гласило название на обложке. Гермиона добрых пять минут в тишине пялилась на подарок, держа его так аккуратно, будто младенца. - Это...? - у нее чуть осип голос, но заканчивать вопрос ей не пришлось. - Да, это первое издание, - он пожимает плечами, будто и нет ничего особенного в таком тонком знаке внимания. - Сотри помаду, Малфой, я тебя сейчас расцелую, - она потрясенно продолжала смотреть на книгу, не смея ее даже открыть. - Ну, на первом свидании я не целуюсь, - он притворно закатил глаза, - А вот после второго - пожалуйста. Я придумаю что-то поизящнее, чем китайская еда в картоне. Она вскинула на него голову, его слова доходили до ее мозга с задержкой в несколько секунд. - В смысле - свидание? Когда оно началось? - Как только мы вышли из Министерства, - учтиво подсказал он. - Мда, профессиональная этика у тебя хуже некуда. Все-таки Америка тебя испортила, Драко Малфой. - О, ты даже не представляешь на сколько, - он улыбался, глядя прямо на нее. Впереди у них еще назревало большое и публичное судебное разбирательство, куча заседаний и проблем. Но сейчас они сидели на кухне, в теплом свете лампы, и просто разговаривали, будто такие вечера уже были для них обыденностью.