Собирая воедино

Сильнейшие выживают. Весенний воздух ворвался в лёгкие. Джинни скрестила руки на груди, прищурившись и отводя взгляд от яркого солнца. Она смогла поспать около девяти часов. Первый длинный и не беспокойный сон. — Накинь, — на плечи Уизли упала кожаная куртка. Надо же, Малфой иногда бывает адекватным. — Где ты спал? — Что? — Когда мы договорили, я ушла в спальню. Уснула где-то через минут двадцать. Что делал в это время ты? — Тоже спал, — Драко прислонился к дверному косяку. — В гостиной на твоём диване. Сожжёшь его? — После тебя то? Просто выкину. На самую-самую захламлённую мусорку, — он хмыкнул, а она усмехнулась. Его глаза скользнули по фигуре Уизли. Драккл бы побрал его разум, подкидывающий Джиневру в голом виде. Что ж, ей хотя бы легче от воздуха, а блондин уверен на девяносто процентов, что она давно не выходила на улицу. Дверь хлопнула и Малфой пропустил соседку рыжеволосой. Пожилая дама спустилась по лестнице, придерживая поводок собаки. Джинни проводила соседку взглядом, и поправила волосы. — Когда приступаем к работе? Малфой улыбнулся от адекватного вопроса. У Уизли есть шанс, если она не сорвётся. Закурив, оба негромко заговорили о текущих продвижения Аврората по поиску команды Долохова. Пальцы Малфоя касались руки Джин, и та не сразу одёргивала её. Хорёк вдыхал мартовский воздух и иногда продолжал задерживать взгляд на Уизлиетте. Он бы соврал, если бы не заметил, что в ней что-то изменилось.

***

несколькими часами ранее Джин не могла уснуть. Когда Малфой назвал фамилию урода, ей показалось, что она перестала дышать. Два глубоких вдоха, и насколько выдохов. Испуганное лицо хорька. Её бледные губы, которые она облизала. Жест, что её стоит оставить в покое. Она ушла в спальню, накрылась одеялом и прикрыла глаза. Ей было больно, и эта боль проникала под ребра. Он убил её любимого, а сейчас убил и бывшую подругу. Он собрал команду и собирался продолжать убивать. Что, если следующими будут Гарри, Рон или Гермиона? Луна? Симус? Парвати? Комок в горле мешал глотать, и Джин села. Поменяв положение тела, она уставилась на свою левую руку. Часть кожи была изодрана из-за частых порывов Уизли навредить себе. Это помогало, и огонь, сжигающий всё у ведьмы внутри, немного утихал. Она не общалась ни с кем вживую больше года. Ограничивалась короткими ответами на письма Рону, Гермионе и Гарри. Видела мать и отца однажды на Рождество, но её хватило на три часа. Перебрав с алкоголем, Джинни не помнила, как добралась до своей квартиры. Минуло три месяца, и появляется хорёк, решивший поиграть в спасателя. Как выяснилось, слизеринец преследовал и свои цели. Уизли глубоко вздохнула. Ей захотелось заснуть, но она боялась, что увидит Невилла. Живого и хотящего её видеть. Она хотела дать ему всё, что только могла, но это ни хрена бы не изменило. Закрыв голову руками, Уизли всхлипнула. Ни одной попытки отпустить мужа она не предприняла. Не пыталась жить дальше, и боялась, что забудет его, если едва попытается. Провалиться в сон получилось попытки с десятой и Уизли не видела ни одного сна. Её дыхание было ровным, а волосы, блестящие и красивые, обрамляли лицо. Кто бы мог подумать, что в это же самое время Малфою снилась операция с коллегами из Аврората, в числе которых была и Уизлиетта. Глупая улыбка Драко адресовалась Уизли, ударившей его в плечо во сне. Он видел, что ей стало лучше и она не пыталась совершать что-то ужасное с собой. Блондин не понял, в какой момент это начало его заботить, пока сон затягивал Малфоя в свои сети.