Кровавый 4. Иа

Лукас не находил себе места. Нервы сдавали, и кровать казалась ему усыпанной иглами, которые врезались в задницу, заставляя ерзать без конца. Особенно бесило то, что пламя свечи, стоящей на столе, дрожало, словно в нетерпении, отбрасывая зловещие тени в и без того темном помещении. Он периодически обнаруживал то один, то второй ноготь правой руки между зубов. Посмотрев на их обкусанное печальное состояние и кое-где выступившую кровь из ранок, он подумал, что с такими темпами он руку отгрызет к приходу Тигры. Поморщившись, Лукас спрятал ее под коленом, охнув от боли. Мысли кипели, тревога не давала сидеть спокойно. Еще недавно у него была мать, отчим, дом и какая-никакая, но размеренная жизнь. Размеренно дерьмовая, бесперспективная, но имеющая тех, кто был рядом. И он потерял всё в один момент. Его жизнь обрела новый ориентир, когда в его руку легла рука сильного Тигры. Теперь же он сидел, ждал этого Тигру и ощущал что-то сродни страху. Не за жизни людей - в этом вопросе гибрид был верен слову. За свою. С ним происходило что-то ужасное, и это пугало его. Всё началось как внезапный прилив. Лукаса будто захлестнуло сильной волной эмоций. Сердце участило биение, он начал задыхаться, руки задрожали, а в груди поселилось неясное жгучее желание. Чего ему хотелось, Лукас не мог определить. Поначалу он думал, что это было желанием близости. Оказалось, ничего общего с вожделением порыв не имел. Секс не доставил ему ни капли облегчения. Затем ему пришла в голову мысль, что Сова вполне мог отравить его. Но смущало то, что парень не смог представить, чем таким можно накачать, чтоб хотелось неясно чего, и отмëл эту идею как несостоятельную. Желание продолжало распирать его изнутри, побуждая тело действовать. Лукас терялся и недоумевал. Он просто не знал, чего именно его организм хотел от него. Когда зудящее желание все-таки покинуло тело через несколько часов, Лукас облегченно вздохнул. Но страх внутри, почти такой же сильный, отравил его мысли и шепнул на ухо, что происходящее имело мало общего с нормой и чем-то хорошим. Только не после того, как Тигра ураганом влетел в его жизнь, разделив ее на то, что было, и то, что стало. Лукас повернулся и прижался другим боком к шкуре на стене. Его накрывало примерно один раз в два - три дня на протяжении двух недель. Он в одиночестве пережидал эти наплывы, так как рассказать другу о своих проблемах не представлялось возможным. Лукас не так давно заметил, что Винни, Пятак и Сова, будь тот не ладен, были раздражены, даже чем-то сильно обеспокоены. Чуть не кидались друг на друга. Лукас злорадствовал про себя, когда представлял, как Пятак вгрызается клыками в ненавистного Сову или Винни распарывает когтями грудь пернатого. О да. Подобные картины ласкали бы его воображение куда больше, если бы Тигра также не перенял общее настроение гибридной общины и не превратился в отрешенного ублюдка. Почти перестал разговаривать с ним. Часто отсутствовал и избегал контактов с Лукасом. Когда его друг почему-то отдалился, одиночество накатило лавиной на Лукаса и он порою стал ощущать себя самым несчастным на свете. Никому не нужным. Он остался совсем один и отними у него Тигру, он... Лукас потряс головой, пытаясь вытряхнуть мысли. Особенно ту финальную часть, которую он не додумал до конца. Боялся признаться самому себе, насколько он жалок. Сегодня он преисполнился твердым намерением всё-таки поговорить с гибридом и рассказать о том, что с ним происходит. Тот мог бы посоветовать, что делать. Или в крайнем случае просто выслушать, что тоже оказало бы положительный эффект. Лукас встрепенулся, когда услышал шаги за дверью. Мягкие, пружинистые, легкие. Уж сегодня они точно поговорят! В его душе заиграла легкость, стоило лишь взглянуть на лицо вошедшего. Звериную морду, если разобраться, но для Лукаса в мире не было ничего прекраснее и изящнее, чем то, что он видел. Любил прикасаться и бережно держать в руках. Сердце ухнуло куда-то вниз. Тигра явился не в настроении, так громко захлопнув за собой дверь, что Лукас вздрогнул. Хвост гибрида нервно подрагивал, руки сжались в кулаки, а лицо украшал звериный оскал. Лукас бы обязательно занервничал и сжался, если бы не знал, что ярость была направлена не на него. Кто-то разозлил Тигру. Немного утешало то, что на костюме отсутствовала кровь. Объятия и приветствие явно откладывались, и Лукас прочистил горло, подавшись вперед и взволнованно пробормотав: -Что случилось? Тигра рыкнул по-звериному, потряс головой, будто отрицал что-то, а потом стремительным шагом подошел к кровати и, бесцеремонно сдвинув удивленного Лукаса к стене, улегся к нему спиной. Рухнул, словно без сил. Лукас возмущенно фыркнул, и рукой двинул по плечу Тигры, который остался неподвижным, как скала. Будто его погладили. -Нам нужно поговорить! - воскликнул парень, ударив по плечу еще раз. В любое другое время он бы поплатился за подобную вольность, но дела у Тигры, похоже, были совсем плохи. Ответом послужило ворчание и дерганое движение плечом, означавщее "отвали". Парень разочарованно вздохнул, не в силах даже начать злиться. В груди расплывалась мрачная пустота. Комната резко потемнела, будто свечу задули. Воздуха стало не хватать, и появилось ощущение, что стены начали смыкаться вокруг него. Набрав полную грудь воздуха, Лукас сжал с силой руки в кулаки и зажмурился. Когда перед глазами начали вспыхивать цветные точки, он резко распахнул глаза, хватая ртом воздух. Первой в глаза бросилась свеча. Ее пламя танцевало незатейливый танец, от которого стены медленно расступились, позволив ему дышать спокойно. Мысли в голове снова выстроились, как рота солдат, а взгляд упал на спящего гибрида. Лукасу следовало, наверно, хотя бы обидеться на Тигру. Сегодня снова им было не до разговоров, и Тигре не до него. Как и вчера, и позавчера. Лукас с каждым днем все больше ощущал себя не живущим рядом с Тигрой как с другом и любовником. Он чувствовал себя замурованным, запертым в клетке вместе с существом, которое не являлось ни человеком, ни зверем. Нечто среднее, застрявшее посередине меж двух миров и не принадлежащее ни одному из них. Лукас не ощущал себя частью мира гибридов и скучал по миру людей, по свободе, которую ему ограничили, тосковал по отзывчивому Тигре и по моментам. Их с Тигрой моментам, когда он был центром Вселенной для гибрида. Не то, что сейчас. Обида клокотала внутри, набирая обороты, но Лукас прикрыл глаза, поерзал на месте и выдохнул, напомнив себе, что он не мадам для обид и скандалов. Тем более, хуже от этого станет ему, а не Тигре. Тот вообще может не заметить состояния Лукаса, потерянный в собственных мыслях, эмоциях и событиях. Что-то тревожное происходило в жизни гибридов, Лукас чувствовал и видел, как те нервничают. Надвигалась беда. Возможно, это было связано с друзьями, о которых упоминал Тигра. Или с врагами. Лукас поежился, когда представил, что его другу могут навредить. На других, особенно Сову, ему было плевать. Да он вообще помог бы убить крылатого! С радостью. Другое дело - если нападут на Тигру. А он, слабый человек, не сможет ничем помочь. Сердце защемило и заныло, и Лукас зацепился за надежду, что гибрид не рассказывал подробности, потому что ничего серьезного не происходило. А еще потому, что берëг. И, наверно, любил. По-своему. Мысли согрели трепещущее от недовольства сердце, охладили пыл. Во сне, явно беспокойном, Тигра задергался и заворчал. Лукас протянул руку и невесомо провел кончиками пальцев по затылку Тигры, спустился к шее, нежно обвел контур плеча. Гибрид успокоился, перестав двигаться; что бы ни снилось ему, то ушло. Лукас прогнал кошмар. Его рука нашла уютное пристанище на локте гибрида, а на лице высветилась легкая улыбка. Он был слабым по сравнению с полу людьми, но не бесполезным. Лукас не мог отрицать очевидного. Его тянуло к существу, лежащему рядом. И ради него он сделает что угодно - между ними образовалась связь, ощутимая и сильная. Поэтому он готов был многое прощать, понимать и сочувствовать. Лукаса не похищали и над ним не ставили эксперименты, превратив в полу животное. У Тигры было травмирующее прошлое, пошатнувшее психику. Они нуждались друг в друге, и большой вопрос, кто больше. От этих мыслей сердце сжалось, сметя обиду. Его проблемы, которые и проблемами не назвать, вполне могут подождать. Не смертельно. Лукас лег, прижался грудью к теплой спине напротив, закинул руку на талию Тигры и ... оцепенел. Замер. Мысли сбились в невнятную кашу, а грудь сдавило от страха. Он медленно снял руку и приблизил к лицу, не веря глазам, а через пару секунд и ощущениям, когда большой палец прошелся по кончикам указательного и среднего пальцев. Боли не ощущалось. Ногти были ровными, кровавые ранки исчезли, будто их не было. Лукас моргнул, сомневаясь в реальности происходящего. Может, ему приснилось, что он грыз ногти до крови? Наверняка он спал. Иных объяснений он не нашел. И успокоился. Лукас прижался теснее и зарылся носом в шею спящему, размеренное дыхание друга успокаивало и убаюкивало, отгоняло тревожные мысли и вселяло уверенность в том, что он не один. И ему помогут, что бы ни случилось. Быть рядом в трудную минуту, поддерживать и любить. Вот что требуется от Лукаса. И он готов набраться терпения и ждать, сколько потребуется. И помочь в трудную минуту.