то есть ты мой репетитор?

Немного полежав, он прошептал Ноа на ухо: «Сладких снов, любимый», и сам погрузился в сон. Но, кажется, он не знал, что Ноа тоже не спал. Ноа лежал абсолютно неподвижно, его сердце забилось с удвоенной силой, услышав тихое, почти неслышное «любимый». Он не смел пошевелиться, боясь выдать себя. Эти слова, сказанные Финном, звучали как эхо в его ушах, заполняя каждую клеточку его сознания. Финн назвал его любимым. Не просто другом, не просто человеком, которому он дорог, а любимым. На секунду Ноа затаил дыхание. Он чувствовал, как Финн рядом с ним расслабился и уснул. Ноа лежал, прислушиваясь к ровному дыханию Финна, и медленно, осторожно, чтобы не разбудить, перевернулся на бок, чтобы лицом к лицу оказаться с ним. На глаза Ноа навернулись слёзы. Не слёзы печали, а слёзы счастья и облегчения. Всю свою жизнь ему твердили, что он не сможет никого любить, что его чувства – это нечто неправильное, что он обречён быть одиноким. А теперь, человек, который казался таким ужасным, таким далёким от его мира, не только принял его, не только сказал, что он ему дорог, но и назвал любимым. Это было слишком. Слишком хорошо, чтобы быть правдой. Ему хотелось обнять Финна, прижать его к себе и кричать от радости. Но он лишь тихонько вздохнул, стараясь успокоить свое сердце,которое очень быстро стучало.Ему было страшно. Страшно, что это сон, что он сейчас проснётся и всё исчезнет. Но тепло дыхания Финна на его лице, мягкость подушки, запах Финна – всё это было слишком реальным. Ноа осторожно, почти аккуратно протянул руку и накрыл ею руку Финна, которая лежала рядом. Его пальцы соединились с пальцами Финна. Он почувствовал, как мускулы Финна слегка напряглись во сне, но тот не проснулся. Ноа улыбнулся сквозь слёзы. Он остался лежать так, крепко сжимая руку Финна, до самого утра, стараясь запомнить каждую секунду этого момента. Ему нужно было обдумать всё, что произошло, но сейчас он просто хотел насладиться этим чувством – чувством того, что он любим. Финн проснулся первым от сильных лучей солнца, которые пробивались сквозь шторы. Он моргнул, привыкая к свету, и тут же почувствовал тепло рядом. Он повернул голову и увидел Ноа. Тот спал, но уже не так крепко, как ночью. Его ресницы подрагивали, а губы были слегка приоткрыты. Финн с нежностью посмотрел на него. Внезапно он вспомнил свой ночной шёпот. «Сладких снов, любимый». Боже, он же сказал это вслух! Как же он мог быть таким тупым? А что, если Ноа слышал? Пока Финн паниковал, Ноа тихонько вздохнул и открыл глаза. Он посмотрел на Финна, и в его глазах читалась какая-то необыкновенная мягкость и… нежность. — Доброе утро, — прошептал Ноа, и его голос был немного хриплым после сна. — Утро, — ответил Финн, чувствуя, как его щёки начинают гореть. Он попытался выглядеть спокойно, но это было сложно. — Как спалось? Ноа улыбнулся. — Замечательно. Я… давно так хорошо не спал. — Он не отводил взгляда от Финна. В его глазах не было ни удивления, ни осуждения, только тёплая, понимающая улыбка. Финн не мог понять, слышал ли Ноа его ночное признание. Если да, то почему он ведёт себя так спокойно? Или он просто делает вид? Финн решил рискнуть. — Я… я вчера кое-что сказал… — начал он, чувствуя, как краснеет ещё сильнее. Ноа наклонил голову, его улыбка стала ещё шире. — Ты что-то сказал? —Финн понял что зеленоглазый ничего не слышал,и не стоило рассказывать о своих чувствах именно сейчас.Сейчас не время,он не готов. Финн резко оборвал фразу, поймав взгляд Ноа. В его глазах было только любопытство, но Финн принял это за непонимание. Он почувствовал внезапный прилив холодного воздуха. "Он ничего не слышал".— пронеслось в голове Финна.От вчерашнего порыва не осталось и следа. Снова нахлынули страхи: "Что скажут друзья?", "Что подумает Ноа, если я так на него надавлю?", "Что если он передумает и захочет уйти?". Вся его смелость испарилась. Финн быстро поднялся с кровати, стараясь не смотреть на Ноа. Ему нужно было чем-то занять руки, чтобы скрыть нервозность. — Ты что-то сказал? — повторил Ноа, его тон был всё таким же мягким, но в нём появилась нотка вопроса. Финн неловко потянулся за одеждой, лежавшей на стуле. — А, да так… — махнул он рукой, избегая взгляда. — Просто про вчерашний разговор. Ну, типа, о том, что нам нужно "всё обдумать". Я об этом. Он начал натягивать на себя джинсы, затем футболку. Движения были слегка дёргаными. — Ты будешь лежать ещё? Или вместе пойдем на кухню? — Голос Финна прозвучал чуть более резко, чем он хотел, как будто он пытался быстрее переключиться на что-то другое. Ноа медленно поднялся, его взгляд внимательно следил за каждым движением Финна. Он видел, как тот сжимается, как будто прячется. И он слышал те слова ночью. Он слышал и хранил их как самое драгоценное сокровище. Но сейчас, видя панику на лице Финна, он понял. Финн испугался. И Ноа не хотел давить. Ему было важно, чтобы Финн чувствовал себя комфортно, чтобы не жалел о том, что произошло. — Нет, конечно, — сказал Ноа, голос его звучал спокойно, почти ласково. — Пойдем на кухню. Я, кстати, жутко проголодался. Он подошёл к своему рюкзаку, достал из него футболку и спортивные штаны и начал переодеваться. Финн отвернулся, давая ему личное пространство, хотя на самом деле ему ужасно хотелось посмотреть. — Отлично, — прошептал Финн, пытаясь придать своему голосу серьезность. — Могу сделать тебе… ну, чаю или что-то. Есть яйца. Ноа посмеялся, уже одетый. Он подошёл к Финну, который всё ещё стоял спиной к нему, как будто обдумывая, как пройти к двери. Ноа осторожно положил руку ему на плечо. — Финн, — сказал он, и Финн дёрнулся от неожиданности. — Всё в порядке. Правда. Я рад, что ты пригласил меня. И мне не нужно ничего "обдумывать". Я знаю, что чувствую. Финн обернулся. В глазах Ноа не было ни обиды или разочарования, только глубокое, нежное понимание. Финн почувствовал, как стыд и неловкость медленно отступают, уступая место теплому, но хрупкому чувству надежды. — Пойдем, — повторил Ноа, легко сжимая плечо Финна. — Завтрак ждёт. Они вышли из комнаты Финна и направились на кухню. Финн старался держаться как можно более спокойно, но внутри него всё дрожало. Он чувствовал, как неловкость висит в воздухе, и пытался развеять её общением. — Так, что ты будешь? — бодро спросил Финн, открывая холодильник. — Я могу сделать отличную яичницу, или просто тосты. Кофе, чай? У нас тут, конечно, не пятизвёздочный отель, но кое-что найти можно. Он специально говорил чуть быстрее, чем обычно, и добавлял лишние слова, лишь бы не оставалось неловких пауз. Его мысли метались: Боже, он точно слышал "любимый". Зачем я так сказал? Сейчас он подумает, что я какой-то псих. Или, ещё хуже, что я... что я такой же, как эти... Финн отмахнулся от этой мысли, но она засела где-то глубоко, отравляя каждый его шаг. Я не педик. Я просто... запутался. Это просто из-за того, что я никогда раньше ни к кому так не чувствовал. Это пройдёт. Это должно пройти. Ноа с лёгкой улыбкой наблюдал за обеспокоинным Финном. Он видел, как тот нервничает, как пытается заполнить пространство словами. Ноа понимал, что это защитная реакция. Он знал, что Финн боится. Боится не только своих чувств, но и того, как эти чувства воспримут другие, как они повлияют на его "статус". — Кофе было бы отлично, — спокойно ответил Ноа. — И тосты подойдут. Не беспокойся, я не требовательный. Финн кивнул, поставил чайник и достал хлеб. Он чувствовал взгляд Ноа на себе и это заставляло его ещё больше напрягаться. Он включил тостер, и громкий щелчок на мгновение нарушил тишину. Финн почувствовал себя немного спокойнее. — Так что, — начал Финн, пытаясь перевести разговор в более дружескую атмосферу,как ему казалось. — Как там твоя команда? Вы к следующей игре готовитесь. Ноа подошёл к столу и сел. — Да, готовимся. Следующая игра важна. Мы много тренируемся. А ты… чем занимаешься, помимо… ну, учебы? Финн нахмурился. Вот он, снова этот вопрос о хобби. — Да так… ничего особенного, — грубо ответил Финн. — Ну, в зал хожу иногда. С ребятами зависаю. — Он специально выделил "с ребятами", чтобы подчеркнуть себя к "нормальному" миру. — Кино там, тусовки… Ноа молча слушал, кивая. В его глазах не было осуждения, только всё та же мягкая внимательность. Он не давил, не задавал уточняющих вопросов, которые могли бы поставить Финна в тупик. Эта его спокойная реакция ещё больше сбивала Финна с толку. — А ты? — спросил Финн, ставя перед Ноа кружку с кофе и тарелку с тостами. — У тебя же там этих… кружков… миллион. Расскажи. Ноа взял тост. — Ну, я в шахматный клуб хожу, ещё немного играю на гитаре. И, конечно, читаю много. — Он посмотрел на Финна. — Мне нравится узнавать что-то новое. Финн почувствовал, как какая-то зависть шевельнулась в груди. Ноа был таким… хорошим.У него были интересы, он был умён, спокоен. А Финн чувствовал себя пустышкой, скрывающейся за маской крутого парня. — Классно, — выдавил Финн, откусывая свой тост. — Вот бы мне так. Они завтракали в относительной тишине, прерываемой лишь звуками тарелок и неловкими, обрывочными фразами Финна. Он постоянно думал о том, как бы "отмотать назад" ночь , чтобы Ноа не слышал тех слов. Или чтобы Ноа просто не придал им значения. Финн изо всех сил пытался убедить себя, что это было просто мимолетное увлечение, что он не такой, как его друзья называют. Он должен держаться на расстоянии. Он должен быть "нормальным". После завтрака они вернулись в комнату Финна. — Что теперь? — спросил Ноа, садясь на кровать. Он выглядел расслабленно, как будто ничто не беспокоило его. Финн взял пульт от телевизора. — Можем… можем фильм посмотреть, — предложил он, пытаясь найти что-то нормальное. — Ну, какой-нибудь боевик или… что-то такое. Парням обычно нравится. Ноа лишь улыбнулся.— Как хочешь,— сказал он.— Я не против. Финн включил телевизор, листая каналы. Он чувствовал, как стена, которую он пытался возвести между собой и Ноа, с каждой секундой становилась всё толще. Он надеялся, что, действуя "как друзья", он сможет отогнать эти странные, пугающие чувства. Ноа смотрел на экран телевизора, но на самом деле его взгляд был прикован к Финну. Он видел, как Финн напряжён, как старательно избегает прямого контакта глаз. В глубине души Ноа чувствовал лёгкую боль. Он знал, что Финн борется. И он не хотел давить. Ноа был готов ждать. Он был готов быть "просто другом", если Финну это было нужно, но в его сердце теплилась надежда, что Финн однажды позволит себе быть искренним. Он просто не знал, сколько времени это займёт, и насколько глубока эта внутренняя борьба Финна. Финн наконец остановился на каком-то канале где показывали какие то взрывы и погони. — Вот, — сказал он, протягивая пульт Ноа. — Классика. Ноа кивнул, беря пульт, но не включая фильм. В этот момент раздался громкий, настойчивый звонок в дверь. Финн вздрогнул. Его сердце моментально провалилось куда-то в живот. Он знал, кто это. Только его друзья могли заявиться без предупреждения, да ещё и так громко. — Чёрт! — выдохнул Финн, вскакивая. Его глаза забегали по комнате, лихорадочно ища выход. — Это мои… мои друзья. Ноа, почувствовав его панику, вопросительно поднял бровь. — И что? — начал он, но Финн уже тащил его за руку. — Быстро! — прошипел Финн, почти толкая Ноа к огромному шкафу. — Залезай сюда! Быстро! Ноа растерялся. Финн распахнул дверцу шкафа, где висела его одежда, и втолкнул Ноа внутрь. — Сиди тихо! Ни звука! — прошептал Финн, прежде чем захлопнуть дверцу. В темноте шкафа Ноа почувствовал запах одежды Финна и собственное сердце, бешено колотящееся в груди. Что это было? Финн прячет его? От друзей? Боль, острая и жгучая, пронзила его. Финн, тяжело дыша, быстро оправил кровать, как будто Ноа никогда на ней не сидел, и рванул к двери. Он попытался придать своему лицу как можно более спокойный вид, прежде чем открыть. За дверью стояли три парня: Крис, Джейк и Макс. Громкие, уверенные в себе, со смешками на лицах. — Йо, Финн! Чего так долго? — Крис первым шагнул в комнату, едва дождавшись, пока Финн отойдёт. — Да так, залип в телик, — соврал Финн, стараясь говорить максимально беспечно. — А вы чё без звонка? — Да скучно стало, решили заскочить, — ухмыльнулся Джейк, плюхаясь на кровать. — Зависаем сегодня у тебя? Финн чувствовал, как его ладони потеют. Он бросил быстрый, нервный взгляд на шкаф. — Ну… вообще, я тут собирался… — начал Финн, но Макс, осматривая комнату, перебил его. — А что это у тебя, Финн, такой порядок? И пахнет… о, чем это? Неужто ты дома убрался? Финн похолодел. Запах Ноа. Он забыл про это. — Да нет, ну, мамка приходила утром, убиралась, — соврал Финн, тут же придумывая на ходу. — И это… а, я окно открывал, может, свежий воздух. Крис прищурился. — А что, Финн, ты в последнее время что-то мутный стал. Перестал с нами зависать. На звонки не отвечаешь. Зачем ты вообще с этим… Ноа связался? Финн сглотнул. Это было прямо в лоб. Его взгляд невольно метнулся к шкафу. — С Ноа? Да ничего такого, — Финн попытался рассмеяться, и смех вышел натянутым. — Просто пару раз пообщались. Он же, ну, ботаник наш, типа. Он мне там с математикой помогал. Джейк презрительно хмыкнул. — С математикой? Да ладно тебе, Финн, мы же знаем, какой он. Этот Ноа… он же педик. Внутри шкафа зеленоглазый вздрогнул. Слово ударило его, как пощёчина. Он сжал кулаки, пытаясь подавить стон. — Да ладно, Джейк, чего ты, — сказал Финн, пытаясь звучать спокойно, но его голос дрожал. — Мне-то что? Просто, ну, поговорили там, как нормальные пацаны. Я же не… не такой. — Конечно, не такой, — Макс подошёл ближе к Финну, похлопывая его по плечу. — Мы просто волнуемся, что ты с ним время теряешь. Он же не из нашей компании. Да и вообще, такой тип… Он же тебе все портит. Ходят слухи, что ты с ним слишком часто видишься. — Какие слухи? Да бред! — Финн снова выдавил смех, стараясь, чтобы он звучал убедительнее. Он чувствовал, как предаёт Ноа, но паника была сильнее. — Да я его, типа, обманываю иногда. Типа, прикиньте, ботаник этот, Ноа, он же такой смешной! Думает, что я с ним, типа, дружу. Финн посмотрел на друзей, пытаясь найти подтверждение своей "крутости" в их глазах. Он сделал ещё один шаг, который стал ударом для Ноа. — Да он такой лох! — сказал Финн, и ему показалось, что он слышит собственный голос где-то со стороны. — Я просто прикалываюсь над ним. Он же сам на меня вешается, типа, "Финн, Финн, помоги". А я так, типа, даю ему надежду, чтобы он думал, что круто быть со мной. А на самом деле… — Финн рассмеялся, и это был самый фальшивый смех, который он когда-либо издавал. — А на самом деле, я ж ржу с него! Он же не понимает, что я просто… просто так, по приколу. Из шкафа донёсся едва слышный звук. Будто что-то упало или кто-то тихонько всхлипнул. Финн моментально напрягся, его сердце пропустило удар. — Что там? — подозрительно спросил Крис, прислушиваясь. Финн мгновенно отреагировал. — А, это… да это, наверное, кошка там, — он махнул рукой в сторону коридора, пытаясь отвлечь внимание. — У меня Барсик, он любит по шкафам лазить. Любит, типа, ныкаться. Друзья переглянулись, но вроде успокоились. — Ну ладно, Финн, — сказал Джейк, вставая с кровати. — Главное, чтобы ты понимал, кто свои, а кто нет. Мы тут, типа, волнуемся за тебя. Слышишь? Не ведись на этих… чудиков. — Да я понял, понял, — быстро кивнул Финн. Он чувствовал себя отвратительно. От него пахло потом и ложью. Ему хотелось, чтобы они ушли. Сейчас же. Друзья ещё немного поболтали о своих делах, о новой игре, о вечеринке, которая планировалась на выходные. Финн стоял, кивал, смеялся над их шутками, но его мысли были только о шкафу. О Ноа. О том, что он только что сделал. Наконец, Крис посмотрел на часы. — Ладно, мы погнали. Завтра в школе пересечемся, Финн. Не забудь, что на следующей неделе тренировка после уроков. — Да, да, конечно, — Финн поспешно проводил их до двери, стараясь выглядеть радостно. — До завтра! Как только дверь захлопнулась за ними, Финн рванул к шкафу. Его руки дрожали, когда он открывал дверцу. Внутри среди его одежды, сидел Ноа. Его лицо было мокрым от слёз, зелёные глаза смотрели на Финна с такой болью и разочарованием, что Финну стало физически плохо. — Ноа… — прошептал Финн, протягивая руку. — Я… я просто… Ноа отшатнулся, как от огня. — Не трогай меня, — его голос был тихим, но в нём была такая сила, такая боль, что Финн замер. — Я всё слышал, Финн. Каждое слово. Слезы текли по щекам Ноа. — "Лох"? "Прикол"? — он повторил слова Финна, и каждое из них звучало как удар. — Ты… ты смеялся надо мной. Ты просто… притворялся. Финн почувствовал, как мир вокруг него рушится. Его сердце сжалось от боли, намного более сильной, чем любой страх, который он когда-либо испытывал. Он смотрел на Ноа, такого хрупкого и разбитого, и понимал, что только что разрушил всё, что между ними только начало зарождаться. — Ноа, ты же понимаешь, что это всё была неправда? Понимаешь? — Финн запинался, его речь была невнятной, и каждое слово, вместо того чтобы оправдать, убивало Ноа с каждой секундой. Он смотрел на Ноа, ища в его глазах хоть какой-то намёк на понимание, но видел лишь бездонную пропасть боли. — Я это говорил не всерьез! Я… я просто… они… Он не мог найти слов. Его мозг искал хоть какое-то логичное объяснение, но никаких логичных объяснений не было. Только страх быть отвергнутым "своими", страх, который заставил его вытоптать чужие чувства. Финн запутался в собственных эмоциях: он хотел Ноа, но боялся этого желания до смерти. Он боялся своих друзей, боялся общественного мнения, боялся себя. Ноа покачал головой, и это движение было наполнено такой глубокой усталостью. — Я тебя не понимаю! — его голос стал чуть громче, в нём зазвучала злость. — То ты мне предлагаешь дружить! То шепчешь мне на ухо «любимый»! А сейчас что? Зачем это всё? Определись уже и хватит надо мной издеваться! Ноа оттолкнул руку Финна, которая всё ещё была протянута к нему. В его глазах больше не было слёз, только решимость. Он подошёл к своей сумке, которую, кажется, забыл взять после завтрака. Он подхватил её, накинул на плечо и двинулся к двери. — Мне это не нужно, Финн. — Его голос был ровным, без эмоций, что было страшнее любых криков. — Просто оставь меня в покое. Финн попытался сделать шаг, схватить его за руку, но Ноа был быстрее. Он распахнул дверь и вышел из комнаты, не обернувшись. Финн стоял посреди комнаты, полной тишины. Единственным звуком было его собственное дыхание и колотящееся сердце. Он опустился на колени, пытаясь осознать произошедшее. Вся его "крутость", весь его мир рухнул, оставив его наедине с пустым шкафом и осознанием того, что он натворил. На следующий день в школе Ноа держался на расстоянии. Он ходил по коридорам, словно и не замечая Финна. Финн пытался поймать его взгляд, окликнуть, но Ноа либо ускорял шаг, либо отворачивался, либо просто проходил мимо, как будто Финна не существовало. Сообщения, которые Финн отправлял, оставались непрочитанными. Звонки — непринятыми. Ноа исчез из его жизни так же внезапно, как и появился, оставив после себя лишь привкус вины и опустошения. Финн чувствовал себя потерянным. Ему стало тошно от друзей, от их шуток, от их "нормальности". Каждый раз, когда они начинали шутить над Ноа, он чувствовал себя предателем. Он пытался участвовать в их шутках, но смех застревал в горле. Он был пойман в ловушку своих страхов. Прошла неделя. Дни тянулись мучительно медленно. Финн не спал ночами, вспоминая в голове события того утра. Он понял, что совершил огромную ошибку, но не знал, как её исправить. Страх признать свои чувства. Однажды вечером, после тренировки, Финн шёл домой в одиночестве. Он чувствовал себя разбитым. Вдруг он заметил знакомую фигуру в нескольких кварталах впереди. Это был Ноа. Он шёл по тёмной, плохо освещённой улице, погруженный в свои мысли. Финн не знал, зачем он это делает, но он следил за ним, сохраняя расстояние. Он просто хотел убедиться, что Ноа в порядке. Ноа повернул за угол, и Финн услышал голоса. Громкие, агрессивные голоса, которые он узнал бы из тысячи. Голоса его друзей. Кудрявый резко прибавил шаг. Он завернул за угол и увидел. Крис, Джейк и Макс окружили Ноа. Лица парней были злыми. — Ну что, педик, думаешь, ты можешь просто так ходить по нашим улицам? — прорычал Крис, толкая Ноа в грудь. Ноа упал,— Мы же тебя предупреждали, — добавил Джейк, занося ногу, чтобы пнуть. — Держись подальше от Финна. Ты на него плохо влияешь. В этот момент что-то внутри Финна сломалось. Страх, гомофобия — всё это разом отступило. Он видел Ноа на земле, беззащитного, и это было слишком. Это было его Ноа, которого он предал. — Эй! — прокричал Финн, вылетая из-за угла. Его голос был полон злости. — Вы что творите? Крис, Джейк и Макс обернулись, удивляясь.Они не ожидали увидеть Финна. — Финн? Ты чего здесь? — спросил Макс, явно запутанный. — А вы чего творите, уроды?— Финн рванул к ним, игнорируя их панику. Он оттолкнул Джейка от Ноа. — Отвалите от него! Крис шагнул вперёд, его лицо потемнело. — Ты что, Финн? Встаёшь за этого? За этого… — Он махнул рукой в сторону Ноа, который с трудом поднимался с земли. — Да, встаю! — крикнул Финн, и его голос дрожал от злости. — Потому что вы, уроды, понятия не имеете, что делаете! Оставьте его в покое! Джейк и Макс двинулись к нему, но Финн был готов. В этот момент, когда его друзья готовы были накинуться на него, он чувствовал себя более живым и настоящим, чем когда-либо. — Финн, ты рехнулся? — прошипел Крис. — Ты что, с ним заодно? — А вам какое дело?! — прокричал Финн. Он почувствовал, как что-то внутри него наконец-то освободилось. Все эти недели он сдерживал свои чувства, свою боль, свою вину. И вот, сейчас, перед лицом этой несправедливости, всё вырвалось наружу. — Если хотите драться, то бейтесь со мной! Но его вы не тронете! Крис, Джейк и Макс переглянулись. Они не были готовы к такому Финну. К такому опасному, защищающему. Было очевидно, что Финн готов драться. И они знали, что в ярости он был очень опасен. — Ладно, Финн, — сказал Крис сквозь зубы. — Но мы тебе это ещё припомним. И ты, педик, — он злобно посмотрел на Ноа. — Берегись. Парни,развернулись и удалились в темноту. Финн проводил их взглядом, убеждаясь, что они действительно уходят. Только когда они исчезли из виду, он повернулся к Ноа. Ноа стоял, дрожа.На щеке уже был синяк. Он смотрел на Финна с таким непониманием, смешанным с болью и, возможно, надеждой. — Ноа… — прошептал Финн, чувствуя, как у него подкашиваются колени. — Ты… ты в порядке? Ноа ничего не ответил. Он просто стоял, глядя на Финна. И Финн, видя его таким, наконец-то осознал весь масштаб своего предательства и то, как сильно он сожалеет.