то есть ты мой репетитор?

Сколько прошло? День? Два? Эти двое так и не выяснили свои отношения, то ли от смущения, то ли от страха. Но один день решит в их жизни всё. Финн лежит в своей комнате и смотрит галерею. Он любил делать это очень часто. Внезапно ему попалась фотка Ноа — самая первая, которую он сделал, когда тот впервые пришел к нему. В голове нахлынули воспоминания всех событий. Ему хотелось увидеть Ноа прямо сейчас, сегодня, неважно, но он хотел его увидеть. Не теряя времени, Финн зашел в чат с Ноа и очень быстро напечатал: «Приходи срочно, пожалуйста!» Зеленоглазый сразу же ему ответил, что выезжает, и вот через несколько мгновений Ноа будет у него. Он хотел повторить тот поцелуй: он хотел ощутить его губы на своих, распробовать их, изучить. Конечно, с разрешения Ноа, но кудрявый знал, что тот согласится, — они же так давно мечтали об этом. И вот, утонув в своих мыслях, он вздрогнул от звонка в дверь: кажется, пришел тот, кого он так долго ждал. Сердце Финна забилось где-то в горле.Он рывком распахнул дверь, и на пороге, затаив дыхание, стоял Ноа. Его зеленые глаза, всегда такие открытые, сейчас казались чуть темнее чем обычно, а легкая улыбка на губах была такой же неловкой, как и Финна. Время словно остановилось. — Привет, — прошептал Финн, и его голос дрогнул. Он смотрел на Ноа, такого реального, такого близкого, и все мысли, что крутились в голове ещё минуту назад, испарились, оставив только одно желание — сократить расстояние между ними. Ноа вошёл, закрыв за собой дверь. Он не сдвинулся с места, просто стоял, опустив взгляд на свои кеды, а затем медленно поднял его, встретившись с Финном. Воздух в комнате загустел, став почти осязаемым. Каждый вдох казался слишком громким. — Привет, — ответил Ноа, его голос был чуть хриплым. Он нервно переминался с ноги на ногу, и Финну вдруг захотелось протянуть руку и коснуться его. — Я... я так рад, что ты приехал, — выдавил из себя Финн, чувствуя, как краснеют его щеки. Он сделал неуверенный шаг вперёд, и Ноа вздрогнул, но не отступил. — Я... я просто хотел тебя увидеть. Глаза Ноа расширились, и что-то вспыхнуло в их зелёной глубине — узнавание, ожидание. Он сделал свой шаг, сократив расстояние между ними до минимума. Финн мог чувствовать тепло, исходящее от него, уловить легкий запах Ноа — смеси свежести и чего-то неуловимо своего. — Я тоже, — Ноа поднял руку, медленно, почти нерешительно. Его пальцы коснулись щеки Финна, и от этого прикосновения по телу кудрявого пробежали мурашки. Глаза Ноа теперь были прикованы к губам Финна, так же как и взгляд Финна был прикован к губам Ноа. Финн чуть подался вперёд, и Ноа последовал за ним. Расстояние между ними исчезло. Их губы коснулись — нежно, робко, словно оба боялись нарушить хрупкий момент. Это был не тот поцелуй, который Финн представлял себе. Он был полон невысказанных слов, долгого ожидания, нежности и облегчения. Это был вкус давно желанного счастья, которое, наконец, стало реальностью. Они целовались медленно, исследуя, пробуя, забыв обо всем на свете, кроме этого момента, который они так долго ждали. Разрывая поцелуй, Финн потянул Ноа за собой и толкнул на кровать. Теперь картина была такая: Ноа лежит на кровати, а Финн стоял сверху и изучал зеленоглазого. Ноа тем временем полностью покраснел. Он не ожидал таких действий от Финна, но он ждал, ждал большего. Недолго думая, Финн навис сверху и снова затянул Ноа в протяжный поцелуй. Им сейчас не хотелось отдаляться, но от нехватки воздуха пришлось немного попотеть. Спустя минуты две Финн отцепился от Ноа. Он медленно и аккуратно стал целовать ему шею, кусая и тем самым оставляя засосы. Ноа весь сжался, сдерживая свои стоны то ли от боли, то ли от удовольствия. Закончив с шеей, Финн аккуратно начал растягивать рубашку Ноа, но резко остановился. Он забыл спросить Ноа. Финн перевел взгляд на него: тот лежал, закрыв глаза и прикусив губу. Кудрявый почувствовал это милым, но все же аккуратно приблизился к уху Ноа и спросил: «Можно?» Сразу же отдалился, показывая взглядом на рубашку. Он так сильно хотел ее снять. Она мешала ему увидеть то тело, которое он всегда хотел изучать. Но у него плохо получалось из-за того, что он пытался держать «личное пространство». Конечно, он подглядывал, но изучить так близко, тем более целовать прекрасное тело Ноа, ему еще не удавалось. Ноа вздрогнул от шепота Финна, и медленно открыл глаза. В них полыхнуло что-то дикое. Финн, повисший над ним, с беспокойством смотрел на его лицо, и Ноа на мгновение почувствовал себя самым желанным человеком на свете. Он прикусил губу, пытаясь совладать с дыханием, и с трудом выдавил из себя почти неслышное: — Да… — и затем, чуть смелее, его рука потянулась вверх, обхватывая шею Финна и притягивая его ближе, давая немой, но совершенно однозначный ответ. Уголки губ Финна дернулись в нежной улыбке. Он почувствовал, как сердце, до этого сбившееся с ритма от волнения, теперь запело в груди. Медленно, словно боясь спугнуть момент, Финн начал расстегивать пуговицы на рубашке Ноа. Каждая пуговица поддавалась с трудом, и пальцы Финна, такие обычно ловкие, сейчас казались непривычно неуклюжими от предвкушения. Он оттягивал воротник, позволяя своим глазам скользнуть по ключицам Ноа, затем по линии его шеи, где уже ярко краснели свежие засосы. Когда последняя пуговица была расстегнута, Финн осторожно стянул рубашку с плеч Ноа, позволяя ей мягко сползти на кровать. Рубашка упала на пол с тихим шорохом, открывая взгляду Финна торс Ноа. Он был ещё более прекрасен, чем Финн мог себе представить — бледная кожа, слегка очерченные мышцы,немного родинок расскиданых повсюду. Ноа лежал, прикрыв глаза, его щеки всё ещё пылали. Он чувствовал пристальный взгляд Финна, ощущал, как его собственное тело отзывается на этот взгляд, на прохладный воздух, коснувшийся обнаженной кожи. Легкий ветерок из открытого окна заставил его слегка поежиться, но это было больше от возбуждения, чем от холода. Финн медленно опустился, его горячее дыхание коснулось груди Ноа. Он проследил взглядом за каждым изгибом, за каждой линией, которую так долго мечтал исследовать. Финн прислушивался к учащенному дыханию Ноа, к его тихому, почти неслышному стону, когда Финн начал целовать его кожу. Сначала это были легкие, дразнящие поцелуи, которые скользили от ключиц к груди, останавливаясь на каждом изгибе. Ноа тяжело выдохнул, и Финн услышал, как его ногти слегка дергаются под ним. Затем поцелуи стали более требовательными, более глубокими, смешиваясь с нежными укусами, которые заставляли Ноа выгибаться и прижиматься к кровати. Финн чувствовал, как Ноа сжимается под ним, как его тело трепещет от ощущений. Он слышал тихие стоны, которые срывались с губ Ноа, и это только порадовало его ещё больше. Финн поднял голову, его глаза встретились с глазами Ноа, которые теперь были полуоткрыты, затуманены. В них читалось всё то же волнение, но теперь к нему добавилась глубокая жажда. — Красивый, — прошептал Финн, его голос был хриплым от эмоций. Он опустил голову и продолжил свой путь, медленно, с наслаждением исследуя каждый сантиметр кожи Ноа, оставляя за собой дорожку влажных поцелуев. Его пальцы скользили по бокам Ноа, затем осторожно обхватили его талию, притягивая ближе, пока между ними не осталось ни миллиметра свободного пространства. Немного подумав он решил действовать, потихоньку направляясь к ширинке. Пульс бился казалось на всю катушку.Он не верил что это происходит с ним и сейчас. Финн, рука которого уже скользила к поясу Ноа, замер, почувствовав, когда тот напрягся под ним. Он остановился, внимательно глядя на Ноа. В его глазах была не только жажда, но и некая настороженность, небольшая нерешительность. Финн понял, что ему нужно убедиться в полной готовности Ноа, что бы этот момент был абсолютно добровольным. Он прикоснулся к лицу Ноа, проведя пальцем по его щеке, и прошептал: — Всё в порядке? Ты уверен? Ты можешь остановить меня в любой момент. Ноа глубоко вдохнул, его грудь поднималась и опускалась быстро и неравномерно. Он повернул голову, встретившись с взглядом Финна.Он кивнул, и его рука сильнее сжала плечи Финна. Финн улыбнулся,и его улыбка была полна нежности. Он продолжил своё движение, медленно и осторожно раскрывая ширинку штанов Ноа. Кожа Ноа была нежной и чувствительной под его пальцами, и Финн чувствовал как его собственное тело откликается на это прикосновение. Движения Финна были медленными и чувственными. Он наслаждался каждой секундой, каждым взглядом, каждым прикосновением. Он постепенно снимал оставшуюся одежду.Финн был сосредоточен на Ноа, на его реакциях, на его дыхании, на его стонах. После того, как одежда была снята, Финн наклонился, прижимаясь к телу Ноа. Он начал целовать его шею, грудь, живот, постепенно спускаюсь ниже. Каждое прикосновение вызывало у Ноа волну ощущений, и он стонал, выгибая спину. Финн был очень нежен, он действовал медленно, со вниманием, следя за реакцией Ноа. — Ты когда нибудь пробовал ну,растягивать себя там? — неожиданно спросил Финн. — Нет..но ты можешь это сделать.— предложил Ноа. Финн не теряя времени засунул один палец в своего друга парня.А после последовал и второй и третий. Ноа, прикрыв глаза, выгнулся, когда третий палец Финна нашел чувствительную точку. Его тело напряглось, стоны стали громче, прерываясь короткими вдохами. Финн, чувствуя, как Ноа близок, замедлил движения, наслаждаясь реакцией любимого. Он медленно выводил пальцы, один за другим. Некоторое время они просто лежали, прижавшись друг к другу, пока дыхание Ноа не выровнялось. — Готов? — прошептал Финн, его голос был хриплым от возбуждения. Он видел, как Ноа кивнул, его глаза были полузакрыты, а губы приоткрыты от учащенного дыхания. Финн осторожно смазал свой член, и, сдерживая дрожь предвкушения, прикоснулся головкой к входному отверстию Ноа. Несколько секунд он ждал, чувствуя, как Ноа напрягается, а потом, медленно и нежно, начал проникать внутрь. Ноа вскрикнул, от неожиданности и от остроты ощущений. Финн остановился, дожидаясь, пока Ноа не привыкнет. Ноа глубоко дышал, его руки сжимались в кулаки, впиваясь в простыни. Финн продолжил, двигаясь очень медленно, постепенно увеличивая глубину и темп. Он целовал шею Ноа, его плечи, его волосы. Он делал это не спеша, нежно, чувствуя каждую реакцию Ноа. Ноа, поначалу испытывающий дискомфорт, постепенно расслабился. Он начал двигать бедрами, помогая Финну. Его стоны смешивались с глубокими вздохами. В воздухе витала напряженная, почти осязаемая страсть. Финн чувствовал, как Ноа крепко сжимает его бедра, как его тело отвечает на движения Финна, как изгибается навстречу. Оба они были на грани. Пик настал внезапно и одновременно. Ноа выгнулся, крикнув от удовольствия, а Финн, сдерживая стон, излил все в своего любимого. Они лежали, переплетаясь телами, пока не успокоились и не восстановили дыхание. Тишина повисла в комнате, прерванная только тяжелым дыханием двоих. Финн, нежно поцеловав Ноа в лоб, повернул его на бок и, взяв его член в руки, начал неспешно массировать. Ноа, прикрыв глаза, вперся пальцами в постель. Финн любил его, и этот акт служения был для него таким же важным и необходимым, как и собственное наслаждение. Его движения были мягкими и уверенными, и через некоторое время он увидел, как лицо Ноа исказилось от удовольствия, как его тело напряглось в предвкушении. Сладкий стон прорвался из груди Ноа, и Финн проглотил его. Он довел Ноа до предела, чувствуя себя бесконечно счастливым. Он любил его. И Ноа любил его. Эта мысль была для Финна лучше любого наслаждения. Они были вместе. И это было все, что имело значение.