Отражение

      Тусклый, бледно-бирюзовый свет его экрана словно ночник мерцает в полутьме. Теледемон голый сидит на кровати, укрытый по пояс тонким одеялом. Он не двигается, сосредоточенно смотря на себя в огромном зеркале напротив. Смотрит себе в глаза тяжёлым взглядом. Затем переводит его на сидящего рядом Аластора, который улыбается и смотрит на него из зеркала с насмешкой. Вокс в очередной раз, будто в бреду, ведёт ладонью по простыне рядом с собой, неотрывно глядя в чужие глаза. Однако не нашарив даже тёплого следа, он беззвучно выдыхает, закрывая глаза. Аластора нет здесь. И никогда не было.       Вокс снова смотрит на Радио-демона, на его изящную фигуру в алой одежде. Голубые цифровые глаза уставшие, полузакрытые, в них уже не отражается того ужаса и боли, как было несколько дней назад. Или недель. Сколько он так провёл часов? Сидя перед зеркалом и смотря на него. На того, кто оставил его, на прощание одарив отказом.       Однажды Вокс не выдерживает — он подходит к зеркалу и тянется к нему. Аластор сидит, выпрямив ноги, и хитро щурится. Когда Вокс касается пальцами левой руки его лица, соприкасаясь с ледяной поверхностью зеркала, то Аластор на мгновение мутнеет и расплывается, тут же появляясь обратно. Теледемон дёргается от резкой боли. Вяло отдëргивает руку, замечая на ладони капли крови. Он сжимает кулак, слабо хмурясь, слишком истощённый, чтобы бурно реагировать на произошедшее. Но когда он поднимает взгляд на него, то видит потёки собственной аквамариновой крови на уголках улыбающегося рта. Аластор смотрит на него довольно и, плавно поднеся правую руку ко рту, стирает большим пальцем одну струйку, опуская руку на кровать, показательно вытирая палец о простынь. Вокс непонимающе оглядывается. Он вздрагивает и чуть шире распахивает глаза, как можно быстрее приближаясь к кровати. Замирает. След его крови чёткий и свежий. Реальный.       Он кладёт ладонь поверх смазанного отпечатка чужого пальца и улыбается безумной улыбкой, широко раскрыв глаза, пока его сердце заходится в бешеном ритме.       Следующей ночью он вновь стоит у зеркала. На этот раз он прикасается осознанно и держит руку максимально долго, пока не чувствует онемения. Когда его рука безвольно падает вдоль тела, он оборачивается. Аластор сидит на его кровати, облизываясь. Вокс видит его всего мгновение, после чего моргает, и перед его взором снова никого нет. Он опять поворачивается к зеркалу и долго смотрит на него. На до боли знакомого Радио-демона. Или же нет? Что-то едва уловимо изменилось в том, на кого Вокс так внимательно смотрит сквозь зеркало. Он будто стал кровожаднее улыбаться.

***

      С той ночи прошëл месяц.

      Теперь Вокс прикасался к зеркалу всё чаще, надолго теряя чувствительность в конечности. Как только его рука падала, с тихим шелестом рассекая воздух, он оборачивался и наслаждался тем, что видит его. Он не сводил с демона-оленя глаз, обводя влюблённым взглядом каждую черту чужого лица и, иногда, всего тела. Аластор был перемазан его кровью. И чем больше крови оказывалось на Радио-демоне, тем хуже восстанавливалось тело Вокса.       Он совсем не ел. Только иногда выпивал и заряжался от проводов. Но с каждым днём Вокс сокращал время отдыха, и только и делал, что смотрел. Смотрел и прикасался к нему.       Постепенно Аластор совсем перестал рябить и теперь уверенно сидел на чужой постели, будучи абсолютно реальным. Вокс к тому моменту уже еле двигался. Его руки стали так слабы, что он едва мог поднять их.       Теледемон медленно дошёл до постели и практически рухнул головой-телевизором к ногам Аластора. Тот не сдвинулся с места. Тогда Вокс подтянулся, забираясь на кровать, и лёг рядом с демоном-оленем. Полежав, он приподнялся и, с трудом фокусируя взгляд, потянулся всем телом к нему. Поднявшись на уровень чужого лица, Вокс неуверенно коснулся растянутых в широкой улыбке губ. Аластор слегка наклонил голову, как бы отвечая на поцелуй. Из цифровых глаз Вокса потекли слëзы, он закрыл глаза.       Это было последнее, что запечатлел его мозг.       Он не увидел, как потемнели и налились чернотой глаза Аластора. Как жадно он выпивал его жизненную силу. С каким безразличием он делал вид, что целует его…       Вокс упал лицом на одеяло спустя несколько минут. Он больше не мог подняться. Его душа покинула и это тело.       В комнате остался Радио-демон, или то, что было на него похоже, и труп теледемона. Чернеющее, увеличивающееся в размерах существо с огромными рогами жадно набросилось на чужое тело, поедая.       Ни одна посторонняя душа не была свидетелем произошедшего. Только Аластор смотрел на своего жуткого двойника из зеркала и скалился, пряча горечь во взгляде.