Книга Салата и Торта

Я не знаю, как это объяснить... но всё началось в обычную субботу, когда мама оставила меня одну дома и сказала: «Разогрей себе Наполеон». Я открыла холодильник и — Боже мой — на торте лежал... лист САЛАТА. Настоящий. Хрустящий. Как будто салат «Цезарь» захотел обнять этот воздушный, нежный, такой слоёный «Наполеон». И я ПОНЯЛА. Цезарь и Наполеон — они должны быть вместе. Они — идеальная пара, как сладкий крем и что-то неожиданное, зелёное, древнеримское. Где-то вне времени и логики, на историческом фанфик-небосклоне... Юлий Цезарь стоял на Форуме, гордо поправляя тогу. Его лицо было величественным, нос орлиным, взгляд — будто он всегда побеждает. Он только что завоевал очередную Галлию и теперь скучал. А потом, разорвав ткань пространства, прямо перед ним появился... он. Наполеон Бонапарт. Низкий, как ложечка, чтобы съесть торт, но мощный, как сахарный слой между коржами. — Ты кто такой?.. — спросил Цезарь, приподнимая бровь и щурясь, как будто проверял, идёт ли противник с фланга. — Я — Наполеон. Император. Завоеватель. Слоёная страсть Франции. А ты, должно быть, тот самый Цезарь, которым все поливают листья. Цезарь ухмыльнулся. — Я не привык, чтобы меня ели... но ты выглядишь аппетитно. И тогда их взгляды встретились. Там, на фоне Колизея, словно в рекламе духов, где всё пахнет военным порохом, маслинами и политическим заговором. Наполеон подошёл ближе. Его взгляд был решительным, как вторжение в Россию. Он протянул руку: — Давай создадим нечто великое. Союз империй. Ты — салат. Я — торт. Вместе мы... блюдо богов. Цезарь улыбнулся. — Ave, pâtissier.

***

Они гуляли по Вечному городу, держась за руки, ели виноград, кормили лебедей на Тибре и обсуждали, кого именно стоит проклясть в Сенате. Когда им становилось скучно, они смотрели в зеркало и спорили, кто из них красивее. Наполеон говорил: — Я красив, как политическая реформа. А Цезарь отвечал: — Я красив, как удар кинжалом от Брута.

***

В один прекрасный день, в сладком сне, полном римского величия и французских революций, Наполеон и Цезарь стояли у торта, на котором лист салата уже не выглядел странно. Он был там, где и должен был быть. Они поцеловались на фоне падающих колонн и звучащего гимна любви (на балалайке и лире одновременно). А я, сидя на кухне и глядя на тот странный торт, сказала вслух: — Я тоже хочу, чтобы кто-то смотрел на меня, как Наполеон смотрел на Цезаря, когда тот ел оливку. 🍰+🥗 = 💘