Верный до конца

Магнус стоял на коленях посреди разгромленного кабинета. Еще несколько минут назад в комнате бушевал смерч энергии круша стеллажи, рвя драгоценные фолианты, ломая стулья и столы, разбивая окна. Однако сейчас в кабинете стояла оглушающая тишина, такая громкая, что псайкер слышал собственное прерывистое дыхание. Магнус Красный допустил ошибку. Нет, не так. Он подвел всех. Отца. Братьев. Сыновей. Все человечество. Он хотел предупредить отца о предательстве Хоруса, но вместо этого повредил Золотой Трон и создал брешь в Материуме. Магнус вспомнил темную волну хищников Варпа устремившуюся к бреши. Успел ли Отец закрыть ее? В любом случае по вине Магнуса путь в Паутину на Терре недоступен и человечество лишено безопасного пути через Варп. Будущий триумф обернулся катастрофой. Впрочем заслуженная кара скоро настигнет его. Своим псайкерским чутьем Магнус видел как корабли флота Лемана Русса зависли на высокой орбите Просперо. Отец послал своего палача, чтобы казнить провинившегося сына. Еще недавно Магнус бы отдал приказ Тысяче Сынов готовиться к обороне, чтобы продать свои жизни Волкам как можно дороже. Но разговор с Сущностью из Великого Океана окончательно лишил Магнуса сил. В своей наивности он думал, что ошибся отправившись на Терру, но на самом деле он начал ошибаться намного раньше. В своей бесконечной гордыне он считал, что спас легион от ужасной участи “Изменения Плоти”, но Хищник Варпа издеваясь сказал, что дал Тысяче сынов лишь отсрочку, которая заканчивается сегодня… И он, Магнус, может их спасти за скромную плату. Ему всего лишь нужно отдать свою верность Тзинчу и предать Отца. Разумеется хищник врал. Смотря назад Магнус видел, что сущность уже единожды нарушала свое слово. Тогда, на Приюте Ковчега, произошла незначительная вспышка Изменения плоти. Погиб лишь один его сын — Гаспар. Но, как (не)удачно, что это произошло именно на глазах у Лемана Русса и его космических волков! Учитывая их конфликт мировоззрений… Что это как не прямая демонстрация, того что Пятнадцатый Легион — мерзие колдуны, творящие зло и сами от него страдающие? О, как Магнус был слеп… Их с Леманом изначально пытались натравить друг на друга… Как не терзала Магнуса вина перед сыновьями он нашел в себе силы отказаться. Он примарх и будет верен Отцу до конца даже если это будет означать его смерть, смерть его сыновей и всех невинных граждан Тизки. И если ему суждено умереть от руки Лемана Русса, то так тому и быть. Императору сейчас нужны все лояльные силы. И как бы Магнус не относился к Леману Руссу (этому грубому варвару не ценящему знания и оказавшемуся правым в своей варварской невежественности!) В гражданскую войну примарху шестого лучше вступить с полностью дееспособным легионом… Но что скажут Тысяча Сынов…? Горькие размышления Магнуса прервал звук распахнувшейся двери. Магнус вскинул голову. В проеме стоял один из его сыновей, Утизаар. За ним стояла пятерка тайных скарабеев. Визор каждого воина пересекала полоса. Символ их преданности, появившийся после Никеи. Символ их доверия, которое будет предано. Астартес ошеломленно рассматривал разгромленный кабинет. — Утизаар, — хрипло произнес примарх — убирайся отсюда! Магнус пытался сдержать поток своих мыслей, но увы от его ментального контроля ничего не осталось и в голову воина хлынули картины грядущего будущего. — Нет! — воскликнул Утизаар отшатываясь от отца, как от прокаженного — Этого не может быть! Скажи, что это ложь! — Все правда, сын мой. Все правда — пробормотал Магнус, пытаясь справиться с нарастающим ужасом. Правда вышла наружу и Утизаар захочет рассказать ее остальным… — Мы должны предупредить Легион — пробормотал Утизаар, поворачиваясь к страже — Мобилизовать Гвардию… Магнус должен был действовать быстро. Прежде чем Утизаар успел закончить отдавать указания. Прежде чем он успел ментально передать страшный секрет другим капитанам Магнус нанес психический удар. Трепещущие души были безжалостно вырваны из тел шестерых Астартес и исчезли в варпе. Через секунду в Материуме трупы вероломно убитых солдат упали на пол. Пустой взгляд Утизаара смотрел ему прямо в душу и Магнус отвернулся. Он должен был так поступить. Магнус сделал несколько глубоких вздохов и использовал Исчисления, чтобы вернуть себе ясность ума. Утизаар хотел ему что-то сказать. Скорее всего легион либо знает о приближении волков, либо узнает в скором времени. Сможет ли Магнус убедить их покориться судьбе? Перед мысленным взглядом примарха пронеслись лица его сыновей, пока он не замер перед Ариманом. Азек… он никогда не сдавался. Даже когда “Изменение Плоти” пожирало его тело он продолжал бороться и смог дождаться “помощи” от Магнуса. Его лучший сын. Прекрасный псайкер, лидер и стратег. Убедить его будет нелегкой задачей. Да и помимо него были другие сыновья, которые были слишком горды, чтобы склонить голову. Увы, в этом они слишком похожи на него. Магнус вздохнул. Он слишком часто ошибался. На этот раз он обязан преуспеть.

***

Прошла неделя с момента как Ариман в последний раз видел Магнуса. Тогда, после ритуала тот сразу же унесся прочь не встретившись со своим сыном взглядом. И хоть слова не были принесены на душу первого капитана тяжелым камнем легло понимание — случилось что-то ужасное. Хуже предательства Воителя. Но что он сделал? От мыслей о поступках отца Аримана отвлекло донесение: психический щит, который возвели Корвиды на миг пошел трещинами из-за того, что один из Тысячи Сынов, поддерживающих его, внезапно попал под проклятье изменения плоти. Его уничтожили прежде, чем проклятье перекинулось на других Астартес, но беспокойство легиона многократно возросло. Волки, что пытались атаковать планету. Изменение плоти. Молчание примарха. Ариман понял, что так дальше продолжаться не может, ему требовались ответы. Легион нуждался в ответах. Но прежде, чем Ариман успел выйти из зала, где собралось большинство Астартес, Магнус явился. Он был облачен в свои золотые доспехи, ярко блестевшие в свете ламп, его единственный глаз, сегодня фиолетовый, слегка светился. Все головы повернулись к нему. — Сыны мои! — раздался в голове Азека голос — Настал самый мрачный час для нашего легиона, но вместе с тем это будет час нашего триумфа! Тысяча сынов молчала, внимая голосу вновь обретенного примарха. — Долгие десятилетия провели мы в битвах. Мы сражались с ксеносами и с варварами. Привели к согласию множество миров, но лишь сейчас мы столкнулись с по-настоящему опасным врагом. Долгие годы он следил за нами, выжидая время для нанесения удара. Сегодня он желает, чтобы Тысяча Сынов и Космические Волки сошлись в братоубийственной битве. Поэтому мы должны противоположно. Свернуть психический щит и позволить волкам спуститься… В зале прокатилась волна ропота. Ариман потянулся к Магнусу, пытаясь понять его состояние, но психическое поле примарха горело ровно. И все же Ариман чувстовал, что отец недоговаривает. Поэтому он произнес: — Мой лорд, почему Леман Русс напал на нас? Он предатель как и Хорус? Почему в таком случае мы должны позволить ему спуститься на планету и не дать боя? — Ты проницателен, сын мой. Как и всегда. Мое высокомерие было столь велико, что закрыло от меня знаки судьбы. Теперь пришел час расплаты. Леман Русс здесь, чтобы наказать меня, потому что проведенный нами ритуал хоть и позволил мне предупредить отца, но также дал возможность врагам нанести удар по Императору. В зале вновь поднялся ропот, на сей раз громче прежнего. Но Магнус усиленным магией голосом смог заглушить недовольных. — Я также знаю, что недавно мы потеряли Неранака от вспышки изменения плоти. И за этот недуг я прошу у вас прощения. Я полагал, что смог исцелить вас, но враг затуманил мой глаз. И назначил цену. Если я предам Императора, то вы исцелитесь. А если откажусь проклятие плоти сожрет вас всех ближайшие дни. Вот теперь в зале повисла мертвая тишина. Несмотря на сковавший сердце страх, Ариман отметил театральность момента. Отец все продумал заранее и теперь склонял легион к смирению. В сердце первого капитана вспыхнул огонь. Огонь неповиновения. Выждав еще миг Магнус продолжил: — Мы все обречены. Так не лучше ли нам уйти достойно? Хоть наш легион и будет стерт, но мы будем знать, что были верны Императору до конца… Ариман заметил, как некоторые из Тысячи сынов склонили головы. Слова Магнуса были горше лекарств апотекариев, но многие уже прислушивались. Еще немного и они словно овцы пойдут на убой, повинуясь команде пастуха. Нельзя этого допустить. — Где Утизаар и пятеро твоих стражей, мой лорд? Почему они не возвращаются? Они узнали о твоем плане преждевременно и ты избавился от них? — Азек, придержи язык! — воскликнул Калофис — примарх бы ни за что этого не сделал! Все взгляды обратились к красно-золотой фигуре. Ариману показалось, что плечи Магнуса опустились. Тишина стала гнетущей. Наконец Магнус произнес: — Он прав, Калофис — и эти простые слова разбили сердца Тысяч сынов — Утизаар пришел ко мне в час моей слабости и хотел сражаться. Мне пришлось остановить его. Во имя всеобщего блага мы должны быть уничтожены… — Никто не будет уничтожен — с яростью в голосе сказал Ариман — Если Псы Русса желают битвы, то они ее получат! — Нет, Ариман. Мы должны смириться. Императору вскоре потребуются все волки до единого, чтобы остановить Ересь. Мы не должны мешать его планам — продолжал пытаться вернуть ситуацию под контроль Магнус. — Не говори, что это единственный путь. Ты считаешь, что благороднее принять свою судьбу. Но я восстану против нее с оружие в руках! Корвиды будут сражаться! — громко произнес Ариман, гордо подняв голос. Какой контраст они сейчас составляли! В варпе Ариман пылал не сдерживаемой психической мощью и аура уверенности окутывала его как броня. Магнус же напротив, будто потускнел и съежился. Чувство вины давило на него невообразимым грузом. Тысяча сынов смотрела на них и делала свой выбор: — Рапторы с тобой — ответил Фозис Т’Кар. — Павониды вступят в бой — воскликнул Хатхор Маат. — И Пирриды тоже! — вторил им Калофис. — Увы, сыны мои. Я не могу вам этого позволить — с болью в голосе произнес Магнус и через мгновение свет в глазах Аримана померк.

***

Зал пирамиды потонул в грохоте магии и болтерных выстрелов. В первую минуту погибло восемьдесят процентов Астартес в пирамиде. Часть убил Магнус, вырвав их души из тел. Его дети были слишком ошеломлены предательством отца, чтобы сопротивляться психическому воздействию. Остальных расстреляли члены девятого братства под предводительством Амона. Еще в начале речи примарха они были рассредоточены по залу так, чтобы при ведении огня покрыть максимальную площадь. Теперь этот расчет давал свои плоды. Хатхор Маат был застрелен в попытке добраться до Магнуса. Калофис попытался создать огненную завесу и обрушить ее на нападавших, но примарх разрядом молнии сжег его дотла. Фозис Т’Кар продержался дольше всех. Его щит отражал все атаки, а ярость пылавшая в душе, защищала его от ментальных атак Магнуса. Достигнув примарха он попытался обрушить на него всю мощь физической силы рапторов, но последний разрубил его пополам своим хопешем. Еще через минуту в зале остались лишь дымящиеся тела детей Магнуса, выжившие члены девятого братства и сам Магнус. Амон перешагнув по пути через тело Хатхора Маата подошел к примарху, который смотрел на развернувшуюся перед ним бойню отсутвующим взглядом. — Если бы только они меня услышали… — не к кому не обращаясь тихо сказал примарх. — Зато МЫ тебя услышали — громко сказал Амон, привлекая внимание Магнуса — Мой примарх мы нуждаемся в вас. Здесь мы закончили. Как и было запланировано я уже отправил сообщение остальным отрядам из девятого и других лояльных вам братств начинать зачистку. Бомбы были взорваны. В квадратах 7,8,12 и 14 сейчас идут наиболее тяжелые бои. Каков будет приказ? Магнус оторвался от созерцания мертвого Халофиса: — Идем в ближайший квадрат, где мы сейчас нужны.

***

На улицах Тзики творился хаос. Жители города, внезапно превратившегося в ад на земле пытались бежать или прятаться, лишь бы спастись из этого кошмара. Но в итоге именно их смерть настигала чаще всего. Это не было злым умыслом Тысячи сынов. Никто не хотел причинять им вреда, но в сражении Ангелов смерти простым людям места нет. Астартес сражались. Астартес умирали. Тысяча сынов распалась на воюющие между собой группы. Многие не понимали, что происходит и почему их товарищи повернули свое оружие против них. Броня Магнуса из золотой стала алой от крови его детей. На лицах погибших от его руки Астартес читались злость, ненависть, ярость, страх, удивление, скорбь. Магнус не считал скольких он забрал в тот день: души одних он вырывал из тела, других убивал физической магией, третьих забирал его клинок. Битве не было конца и края, поэтому когда крики внезапно стихли и больше никто не бросался на него с оружием Магнус на долгое время застыл, не понимая, что все закончилось. Он обернулся. Остатки лояльных ему сынов стояли или обессиленно сидели позади него. Их осталось всего два десятка. Почти никто из них не смотрел в его сторону, но в глазах тех немногих кто осмелился взглянуть на примарха Магнус прочел страх. Они боялись его? Или обещанного им будущего? Все почти закончилось и им следовало испытывать облегчение. Магнус отвернулся, взглянув на город впереди себя. Тизка превратилась в безмолвные руины освещенные угасающим светом заката, окрашивающим город в кровавые тона. В пятидесяти шагах впереди из груды обломков выглядывал край вывески. Апер — "изобилие", кажется так называлась кофейня на окраине города, куда он однажды заходил. Хозяйка улыбчивая женщина со слабыми способностями к пирокинезу, готовила довольно вкусную выпечку и еще у нее кажется были дети. Только сейчас Алый Король понял, что он тоже ранен. Некоторые из его детей успели задеть его магией или оружием. Его тело слишком устало, чтобы быстро залечить их. Поэтому глубокие раны в боку и на руках все еще кровоточили, а на щеке остался глубокий ожог. Но об этом не стоило беспокоиться. Скоро все закончиться. Погруженный в свои мысли Магнус не сразу заметил, что он не один. Амон встал рядом с ним смотря на то, что осталось от их дома. Наконец он нарушил молчание: — Волк скоро будет здесь. — Я знаю — ответил Магнус. Штормовые орлы Лемана уже вошли в атмосферу. До его прибытия оставалось меньше часа. — До твоего появления здесь я часто видел во снах пылающую Тзику. Когда ты спустился к нам кошмары перестали приходить ко мне. Я подумал, что ты — наше спасение. Я ошибался. Никто не способен изменить будущее. Все предначертано и мы можем лишь смириться. Магнус ничего не ответил. Они продолжали стоять в тишине пока ее не прервал судорожный хрип. Примарх обернулся, чтобы увидеть как один из его сыновей упав на землю начал превращаться в оплывшую массу из раздувшихся и разросшихся кусков органов. Изменение плоти. Оно вернулось и теперь поглощало последних из его детей. Все было не так как Приюте Ковчега. Там был один заболевший, а Магнус был полон сил. Здесь же Астартес падали один за другим. Словно кто-то мстительный (и Магнус знал кто) переключил рубильник отдав команду заразе забрать всех. Магнус шагнул к своим сыновьям, но в этот миг рядом с ним слабо застонал Амон. Примарх успел подхватить падающего астартес. Глаза последнего из капитанов побелели, из рта потоком шла кровь, а из-за воротника брони пузырясь вытекала плоть. — М-м-магнус… — прохрипел Амон, из последних сил пытаясь бороться с бунтующей плотью, но проигрывая ей. — Закройте глаза, Наставник — прошептал Магнус бессильно крича внутри. Он уже ничего не мог сделать для спасения Амона. Дальнейшее использование Имматериума убило бы его, а Амону дало всего несколько минут. — Ты давно… не называл… меня… так… — прохрипел Амон в последний раз закрывая глаза. — Я много чего не делал, из того что должен был — тихо сказал примарх, ломая шею капитану.

***

Леман Русс провел на орбите целую неделю пытаясь связаться со своим упрямым братом. Император велел доставить примарха пятнадцатого легиона живым. Хорус, говорил, что он предатель заслуживающий смерти. Сам Леман считал Магнуса колдуном, играющим в смертельно опасные игры с Варпом и все же… он был его братом. Поэтому Леман давал Магнусу шанс за шансом, пытаясь решить конфликт мирно. Но Просперо молчал. Ни Сыны Шторма, ни механикум не смогли связаться с теми, кто был внизу. Поэтому сегодня примарх космических волков дал приказ о начале штурма. На землю Просперо полетели бомбы, пытаясь пробить мощный психический щит, наверняка установленный Магнусом. К вечеру остатки щита исчезли, позволив примарху и его штурмовой группе опуститься на планету. Выйдя из Штормового Орла Леман не увидел знаменитых стеклянных пирамид Тзики. Город был разрушен практически до основания. На улицах лежали тела обитателей города и Астартес. — Что здесь случилось? Кто на них напал? — пораженно воскликнул один из сынов Лемана. — Возможно произошел прорыв обороны города Психосейненами? Ариман говорил, что они опасны даже для Астартес — пробормотал Охтхере Судьбостроитель — хотя их здесь нет. Похоже на то, что они сражались друг с другом. Догадка пронзила их холодом. Что за ужасные ритуалы проводили здесь колдуны, если все закончилось подобным безумием? — Разбейтесь на группы и прочешите город. Найдите Магнуса — отдал приказ Леман Русс, мысленно добавив “или то что от него осталось”. Сам примарх шестого вместе с несколькими Кустодес и Сестрами Тишины двинулись по главной улице. Чем глубже они вступали в город тем больше подтвеждений теории Судьбостроителя они видели. Вот двое астартес проткнули друг друга хопешами да так и остались стоять застыв навек. Вот две группы Тысячи Сынов лежащие на разных сторонах улицы, а между ними груда тел гражданских. Вот мать отчаянно пытавшаяся прикрыть собой ребенка, но не сумевшая защитить его и себя от выстрела болтера по касательной разорвавшего ей пол груди… Они прошли почти весь город прежде чем нашли Магнуса Красного. Сначала Леману показалось, что он тоже мертв, как и все в этом проклятом городе. Он сидел спиной к приближающимся воинам, абсолютно недвижимый. Лишь его Алая грива слегка шевелилась на теплом морском ветерке. — Магнус! — позвал Леман, но Магнус не пошевелился. Игнорируя знаки одной из сестер Тишины, предложившей проверить примарха пятнадцатого лично, Леман Русс сам подошел к Магнусу и заглянул ему в лицо однако колдун никак не отреагировал и на это. Обычно колкий на язык примарх молчал и равнодушно смотрел сквозь Лемана. На руках Магнуса лежало тело одного из его сыновей. Лицо воина сильно пострадало и Леман Русс не смог опознать его. Вздохнув Леман отдал приказ: — Забирайте его.

***

Магнус слышал шаги и голос Леман Русса, но продолжал сидеть неподвижно держа на руках тело Амона. Ему было все равно, что с ним сделает Русс. Глаз Алого Короля был прикован к полупрозрачным фигурам его убитых сыновей, стоящим вокруг него. Магнус знал, что ничто в мире не поможет ему заслужить их прощение…