Живое искусство.

От мифов греческих я млею,

Бог Эрос (в Риме – Купидон),

Я расскажу Вам, коль сумею,

Как пошутил однажды он.

На Крите жил Пигмалион,

В свою скульптуру — Галатею,

Он безответно был влюблён!

«Пигмалион и Галатея», автор Александр Пальянов.       

      Ганнибал Лектер являлся известным на девятнадцатый век скульптором.       С детства он чуял своё призвание к рисованию и лепке из глины или гипса. И с самого раннего возраста, не задумываясь, он приступил к этому делу.       За его работы ему приходила довольно крупная прибыль, которой ему хватало на все удовольствия для жизни с лихвой.       За свои работы он и приобрёл себе обширный особняк, с огромной мастерской для работы над скульптурами. С дому было намного проще работать, чем ежедневно выезжать в город.       Сам особняк был большим зданием из камня, украшенный белыми колоннами и балюстрадой. Высокие окна, освещающие все его помещения, окруженные длинными балконами с чугунными перилами. Двери украшены резьбой, а парадный вход подчеркивался большой верандой, обставленной колоннами.       Дорожка во дворе вела в сады, которые были обсажены густыми деревьями и ухоженными газонами.       В самом сердце особняка располагалась мастерская скульптора. Высокие стеклянные потолки позволяли солнечному свету свободно проникать внутрь, освещая каждую деталь, каждую рельефную линию, каждый каменный завиток творений, созданных владельцем особняка.       Круглый год воздух здесь пропитан свежестью живых растений, а полки уставлены всевозможными инструментами скульпторского ремесла.       Высокие стрельчатые окна украшали витражные стекла, которые в вечернем свете рассеивали мерцающие блики цвета морской волны.

***

      Ганнибал, сидя в мастерской, набрасывал на альбоме набросок. Ведя карандашом, раз за разом, складывалась эластичная и идеальная фигура мужчины.       Нарисованный мужчина был нагим, но каких-либо недостатков или нюансов у него не было. Ганнибал пририсовал ему красивую анатомическую форму тела, царапая карандашом каждый штрих.       Он скользнул карандашом к его голове, рисуя непослушные кудряшки, которые при любом возможном случае падали бы на глаза и скручивались.       Ганнибала вырвали из дрейфования и мечтаний настойчивым стуком в дверь.       — Граф Лектер, как вы и просили, я сходил в город и купил новые принадлежности и скульптурную глину, — крикнул Альберт за дверью.       Ганнибал почувствовал раздражение от того, что его прервали, но поняв, что его раздражительность необъяснимая — лишь разочарованно вздохнул.       — Благодарю. Альберт, положите всё на стол, я сам всё заберу.       Альберт без слов оставил пакеты и удалился.       Через некоторое время Ганнибал со вздохом встал, закрывая и откладывая альбом в сторону вместе с карандашами. Он почувствовал странную меланхолию, будто бы ему чего-то очень не хватало.       Или кого-то...

***

      Ганнибал около года лепил неравнодушно того мужчину, которого по случайности создал сам.       Сначала он думал, что это просто совпадение, но этот мужчина стал ему сниться, они оба сидели в часовне (палати́нская капе́лла) с изображением скелета на полу, и просто наслаждались звуками тишины и отголосками церковного хора на периферии сознания.       Ганнибал с нежностью, точностью и неконтролируемой любовью лепил этого мужчину. На первых этапах работы он делал различные модели, если ошибался хоть раз — начинал всё заново.       Он вылепливал его тело глиной, воском, гипсом, всё время чередуя с различными материалами. После идеально полученной модели он стал подготавливаться к последующему литью.       После того, как тело застыло, Ганнибал поставил статую прямо, удерживая в вертикальном положении. Отойдя на пару шагов назад, он взглянул на него.       Найдя пару шероховатостей или неровностей, он их отполировал и отшлифовал.       В момент завершения Ганнибал влюблёнными глазами оглядывал статую мужчины, проводя пальцами по его торсу, челюсти, форме губ, волосам.       Накинув на оголённые бёдра мужчины и его достоинство ткань, он завязал её и ушёл из мастерской, держа в руках канделябр по пути.       

***

      Ганнибал пытался забыть, пытался отвлечься чем-нибудь, но почему-то он думал именно о неодушевлённом существе, которое стояло у него в мастерской.       Ганнибал попытался забыться в еженедельном сексе с женщинами или мужчинами, но на них у него с трудом и натяжкой вставало.       Но вот если он подумает о нём в таком плане, у Ганнибала член стоял выпрямленным, как солдат при строевой в армии.

***

      Когда отчаяние достигло апогея, Ганнибал был вынужден обратиться к покойной Афродите на острове Кипр, если следовать его познаниям в древнегреческой мифологии.       Ганнибал собрал свои вещи и отправился на некоторое время в путешествие, кочуя на грани одиночества без разговоров. Он пересаживался из одного транспорта в другой, но ожидал лишь скорейшего прибывания на остров.       Через пару недель он наконец оказался в храме в городке Пафос. В центре храма стояла статуя женщины.       Ганнибал подошёл к статуи Афродиты и преклонил перед ней колени (сродни тому, когда в церковь приходят заблудшие и грешные души, искупляясь за свои грехи перед священником, моля о прощении).       Ганнибал не сказал бы, что являлся сторонником всей этой части богов и богинь. Ганнибал придерживался больше рационализму и все его высказывания исходили от многочисленных раздумий и светских диалогов с людьми, с которыми можно было поболтать о такой тематике.       Обычно это происходило в опере, когда после финала к Ганнибалу подходили люди и расспрашивали о его увлечениях и хобби.       Но чувствуя отчаяние, он готов был поверить даже в сверхсильное существо, которое прислушалось бы к его мольбам. Ганнибал был готов абсолютно на всё, даже на банальное жертвоприношение.       — Я прошу прощения за мой резкий визит, но я в полном отчаянии и провёл долгий путь сюда. Я влюблён. Но, как бы иронично это не звучало, влюблён я в не живое существо, а в своё собственное творение. Прошу вас, Афродита, если вы услышите мои мольбы, я бы отчаянно хотел, чтобы вы его оживили для меня.       Ганнибал оставил букет роз в знак уважения на ступеньках и вышел из храма, отправляясь обратно к себе домой.

***

      Ганнибал за то время, когда ехал домой, уже несколько раз усомнился в своём решении. Он потратил почти месяц на это, и скорее всего это просто забавная городская легенда для детей.       Когда он приехал и шёл к своему особняку, он достал ключи и отпёр дверь, заходя внутрь. Сняв лакированные туфли и пальто, Ганнибал прошёл в свою мастерскую.       Открыв дверь, он врезался в кудрявого и голого мужчину, и они оба свалились на пол.       Они оба смотрели друг на друга около минуты, у обоих одновременно расширились зрачки и перехватило дыхание.       Поразительная синхронность.       Только когда мужчина пришёл в себя, он обматерился пару раз и отполз от Ганнибала, прикрывая пах и принимая позу эмбриона, только в вертикальном положении, чтобы скрыть свою наготу.       — Ты ещё, блядь, что за извращенец?       Ганнибал замер, оглядывая его. Нет, Ганнибал не ребёнок, он не верит в сказки, и сейчас это просто чей-то банальный розыгрыш или его разыгравшееся воображение. Он обошёл всю мастерскую, ища скульптуру, но её нигде не было.       Мужчина поднялся с пола, ища чем прикрыться, аккуратно идя к входной двери.       — Нет.       Мужчина замер, оборачивая голову на Ганнибала через плечо.       — Что «нет»?       — Ты никуда не пойдёшь.       — Дожили! И что мне, так и стоять тут с голым задом?       Ганнибал опустил взгляд вниз, оглядывая изгибы задницы мужчины. Да, его зоркий глаз и эти детали мимо не пропустил при лепке...       Ганнибал пытался сдержаться, но счастливо улыбнулся, подходя ближе.       — Как тебя зовут?       — Уилл Грэм.       — Ганнибал Лектер.       Уилл пожал ладонь Ганнибалу, кивнув. Стоя перед ним, он мялся на месте, скрещивая ноги, всё просто потому, что он до сих пор стоит голый.       Ганнибал слегка облизнул кончиком языка губы.       — Не прикрывайся, ты безумно прекрасен.       Уилл всколыхнулся краской.       — Легко говорить, когда на тебе три слоя одежды. А на мне вот ни одного нету.       Ганнибал улыбнулся и взял ладонь Уилла, целуя в центр, одновременно вдыхая его запах. Он даже не пахнет как статуя... Он пахнет морем и листвой. Словно любитель природных зон, а не городского железа.       Ганнибал с нежностью взял его ладонь в свою, подойдя поближе.       — Прозвучит безумно, но, пожалуйста, постарайся не пугаться. Я могу тебя поцеловать?       Уилл моргнул пару раз.       — Чего?       — Поцеловать. Ты божественно красив.       Уилл почувствовал, как его щёки явно розовеют от нескончаемых комплиментов.       — Я... Я не уверен, никто так резко не спрашивал и не предлагал.       Ганнибал не дослушал и притянул Уилла к себе за талию, прекрасно понимая как она сложена, и впился в его губы с отчаянием.       Уилл сначала опешил, а после неуверенно обхватил затылок Ганнибала руками, отвечая на поцелуй. Целоваться с незнакомым мужчиной — странная идея, но... Сердце почему-то трепетало в груди. Будто они знакомы всю жизнь.       — Прошу, скажи мне, почему моё сердце всегда так бешено колотится при виде тебя, как будто по ощущениям я знаю тебя вечность, — хрипло прошептал Ганнибал в губы Уилла напротив.       — Ты влюбляешься в меня снова и снова с каждым ударом сердца? Романтично.       — Снова и снова. В любой из всех возможных вселенных.              В любой возможной вселенной, кем бы они не были — они всегда найдут друг друга.