По швам

День выдался солнечным. Фи удовлетворённо щурилась на небо, фыркая от смеха. Тех снова предсказал дождь, основываясь на своих железяках, которые, как он утверждал, «никогда его ещё не подводили». Вокруг была тишь да гладь. — Не знаю насколько божья, но эта тишина точно пойдет тебе на пользу, Кареглазик. — Фи сощурила глаза, и ее обворожительная улыбка вогнала Теха в краску. — Я ведь просил так меня не называть, — пробормотал он, слабо протестуя. Но Фи только задорно рассмеялась и повернулась к остальным. — Надеюсь, эта планета станет для вас домом. А мы, — с довольной улыбкой она положила руку на плечо Теха, — уже скоро сыграем свадебку, и никуда он отсюда не уедет! Тех порозовел ещё сильнее, но грозно свёл брови, хотя для Фи слово «грозный» и близко не перекликалось с ее объектом воздыхания. Спустя пару мгновений он сдался и, возведя глаза к небу, обречённо вздохнул. — А мое мнение здесь кого-нибудь интересует? — Ну конечно, милый, вот скажи, какого цвета выбрать печенье? Мне нравится лиловый и… Хантер стоял чуть поодаль. Он тихо усмехался, глядя, как Омега и Крушила вовсю помогают влюблённым «ненароком» остаться вдвоём. Но смех выходил глухой, надломленный. Он словно выжимался из лёгких, как лишняя влага, которую надо вытолкнуть, чтобы не задохнуться. Столько людей, столько новых прикосновений, взглядов, липких и цепких. На миссиях его спасал шлем. Если и его не было — то хотя бы броня. А здесь… Здесь он чувствовал на себе каждый вздох, каждый скользящий по нему взгляд, каждое извинение, каждый случайный контакт — и все они будто разъедали кожу, оставляя незримые ожоги. Он не знал, что с этим делать. Паника подступала медленно, как онемение к ступням в ледяной ванне, но также неотвратимо. Мысли в полном хаосе, и единственной точкой опоры для него становилась Омега. Омега и Крушила, они все ещё были рядом и могли защитить его в случае чего. В случае, если он не сможет сдвинуться с места от ужаса.

***

Хантер вертел в руках разобранный девайс, когда пальцы соскользнули, и очередной крошечный винтик упал на пол. Где-то рядом тихо хмыкнула Омега, но ничего не сказала. Он чувствовал на себе её взгляд. — Ты мог бы просто спросить у Фи, — неуверенно начала она. — Или… — Нет, — отрезал он резче, чем хотел, и тут же сгладил: — Я сам справлюсь. Проблема была не в винтиках. А может и в них, но явно не здесь. Хантер просто хотел сделать это сам. Потому что, если даже такую мелочь он не может… …то что он вообще может? Этот старый плеер ей сделал Тех ещё в одну из первых поездок, и Омега так обрадовалась, что с тех пор не расставалась с ним ни на секунду. С плеером тоже. Истерзанная ножка конденсатора надломилась. Хантер выругался вслух. Омега видела, в каком отчаянии он пребывает из-за своей гордости, но ничем помочь не могла — когда Хантер хотел чего-то добиться, остановливать его было бы равносильно предательству. Он полностью вкладывался в это дело, стремясь доказать себе, что справится. Но иногда он все же не справлялся. Поэтому Омеге оставалось лишь молча наблюдать и просить других помочь ее брату. Позже, в этот же день, Фи без стеснения сунула ему адрес на кусочке бумаги: — Если ты не хочешь просить меня — всё равно сходи сюда. Поверь, этому страдальцу, — она кивнула на плеер, — хуже уже точно не станет. Это наша местная мастерская, хозяйка — девушка что надо, починит и соберёт весь твой хлам в два счета, и тебе не придется корпеть здесь над этой легкотней. Он было хотел отмахнуться. Как же иногда раздражает ее лёгкая манера бросаться словами. Он работал над этой «легкотней» два часа! Даже Теху не давал, не хотел отвлекать его от других, более «важных» дел, но, конечно, Фи знает лучше всех, что здесь «легкотня»! Раздражение просто выливалось за край. Но, представив несчастное и сочувствующие лицо Омеги, он взял себя в руки, убеждаясь, что все это — просто очередная миссия.

***

Мастерская пряталась за рыночной площадью, в старом ангаре с облезлой вывеской, где слово «Мастер-Джет» выцвело почти до неразличимости. Внутри пахло пылью, паяльником и чем-то чуть сладковатым — как будто кто-то разогревал сушёные фрукты прямо на рабочем месте. Хантер вошёл, осторожно прилегая плечом ко входной двери. За спиной он оставил многолюдные магазины и всю эту душную, до слез цепкую толпу. Хотелось отдышаться, с болью и жаром, но тут он заметил движение в глубине ангара. За прилавком копалась в панели девушка — волосы убраны в небрежный хвост, на щеке — след от канифоли, будто терла лицо грязной рукой. Она бормотала себе под нос: — Если ещё раз эта модель замкнёт на пятом контакте, я клянусь, я её выкину… Затем она подняла глаза — и замерла. — О, ты… новенький? Из тех, что недавно прилетели? Хантер тоже замер. Его пальцы сжались на детали в кармане. — Я… Мне сказали, ты чинишь электронику. — А я-то думала, что вы сами со всем справляетесь — усмехнулась она и жестом пригласила внутрь. — Ну, давай, солдат. Показывай. Хантер осторожно начал выкладывать плеер по частям, попутно объясняя что откуда взял. Умолчал, правда, о том самом вымученном конденсаторе. В представлениях тот, впрочем, не нуждался. Девушка сразу посмотрела на него и грустно вздохнула. — Справишься? — Не вопрос, — девушка пожала плечами и сняла с грилля фрукты, откидывая грязную перчатку на рабочий стол. — Будешь? Хантер не ел с утра, и желудок упрямо урчал, не оставляя надежд получить хоть немного еды. — Да, спасибо, — он чуть поспешно выхватил у нее из рук кусок, стараясь не задеть ни пальцем. — Меня, кстати, Карой звать, а тебя? — Хантер. Девушка весело улыбнулась и протянула руку: — Будем знакомы! Он замер. Сердце, которое только что билось спокойно, рванулось. Кожа на ладонях вспыхнула — не от жара, от страха. Он не любил прикосновений. Даже случайных. Особенно — когда они были неожиданными. Особенно — с живыми людьми. Через костюм, который носили все бойцы ВАР это было ещё приемлемо. Но вот так, кожа к коже… Она, конечно, не выглядела угрожающе. Улыбалась вежливо. Просто приветливо. Просто… Он медленно разжал руки, будто открывал дверь в комнату, где когда-то прятались кошмары. Глубокий вдох. Ещё один. Он прикрыл глаза на долю секунды. И протянул руку. Пальцы Кары были тёплыми. Слишком тёплыми. Он не сжал ладонь — только коснулся. Лёгкое касание. Словно удар током. Пальцы чужого человека. Пахнущие химикатами. Холодные. Сжимающие челюсть. Погружающиеся в рот. Нет, не сейчас. Это не он. Это просто рукопожатие. Просто рукопожатие! Мозг моментально отреагировал: Хантер отдернул руку, словно обжёгся кипятком и отошёл на несколько шагов, испуганно озираясь. Он думал, что тот кошмар все ещё здесь. Что все это было реальностью, а не наваждением. Но ничего не произошло. Он жив. Её взгляд всё ещё направлен на него, но теперь в нем непонимание и… Страх.