Шрамы

У всех были шрамы. Разные. Глубокие, длинные, лёгкие, незаметные, зашитые, белые, багровые. Но все их связывало одно – причина, по которой были оставлены. Изнанка. Или боль, которая привела к ней. Шрамы-точки, обсыпающие руки Уилла были со всех сторон. Уж очень они были похожи на шрамы от уколов, каковыми и являлись. Врачи в лаборатории не заботились о том, что делают, не в первый раз, не во второй. Ещё был шрам, похожий на длинный след от когтей, оставленный справа на груди, противоположной стороне от сердца, что, видимо, было удачно для жизни. След был рваный, уходящий глубоко, в местах со швами, обплетающими большую поверхность пяти полос. Векна пытался удержать его на месте, совершенно не думая о том, что может удержать уже мёртвым. Мало, кто знает, но есть ещё округлое пятно от сигареты. Как-то раз отец, по пьяне, совсем сошёл с ума и затушил фильт об его плечо, после чего Джойс окончательно покончила с ним. Об этом шраме знает только Майк. Байерс сразу рассказал ему. У Эл есть шрам на лодыжке, глубокий, крепко зашитый, как от ножа, но на самом деле после того самого слизняка под кожей. Ещё чуть-чуть и она бы хромала на одну ногу, что, кстати, происходит в перегруженные дни. У неё ещё есть белые полосы, очень похожие на красный шрам её брата, но только они находился на спине, уходя почти за низ пояса, и были не такими глубоки. Ей почти удалось сбежать, перевернувшись, но Векна успел схватить вновь. И иногда эти следы когтей сильно пульсировали, заставляя чуть ли не на стену лезть от мучительно боли. Было страшно подумать, как с этим справляется Уилл. Так же имеются тоненькие косые молнии, появившиеся после одного неудачного разряда дефибриллятором, когда одно испытание сил под руководством доктора Оуэнса пошло совсем не по плану. У Майка, если присмотреться, можно заметить короткий шрам внизу подбородка, оставшийся после неудачного падения о камень в результате шуток Троя и его компании. А после встречи с Векной лицом к лицу, появилась отметина на запястье, чёртово клеймо, оставленное в напоминание о себе. Это было бесформенное белое пятно, но травмированное сознание всегда рисовало в нём разбитое сердце, которое он так безжалостно оставил Джейн. Это место всегда с трепетом поглаживал Уилл, успокаивая, а Эл на это каждый раз тепло улыбалась, напоминая, какие они милые. Лукас никому не скажет, но после того, как Эл буквально сравняла его с землёй, у него появился шрам, который мог принести заражение, ведь он расцарапал за какие-то железки, впечатавшись не в лучшем месте. Ещё он получил не мало ожогов, где позже сжалась кожа, на пальцах и ладонях, пока он экспериментировал с бомбами-фейерверками и рогатками. После драки с Джейсоном у него остался почти незаметный шрам на щеке и рубцы на костяшках пальцев. У Дастина есть рубцы разного размера на руках, получившиеся в результате конструирования чего-то нового. А ещё, тот самы маленький демо-пёс несколько раз укусил его, оставив следы клыков. За ногу, пока он его искал, за руку, пока Хендерсон пытался его покормить, и за бок, пока он спал. Во время того, как его пытались протиснуться в вентиляцию он сильно зацепился за крепление металлических листов, и чуть не задохнулся от этого, не ожидая. Пока парень добирался до Эдди, одна из тварей успела зацепить его, уцепившись когтями в поврежденную лодыжку. Но он, стиснув зубы, продолжил свой путь. У Макс есть маленькие шрамы на руках, оставленные стеклом, которое разбил Билли-Истязатель, ведь девушка не успела отойти, сообразив слишком поздно. Она ненавидела эти мелкие рубцы и перекрывала их длинными полосами, которые оставляла сама себе, желая уйти за братом. После комы у неё остались до ужаса ровные полосы, окольцовывая те места, где были переломанные конечности, напоминая. У глаз так же были шрамы, как у шута, но их можно было заметить, только если остальная кожа загорит. Макс стала ненавидеть солнце, а Калифорнию всегда объезжать стороной. У Стива есть неприятный, больший шрам на шее, оставленный укором-наркотиком от Русских. Он был слегка рваным от того, как беззаботно вытаскивали иглу. Бывали дни, когда это место адски болело. Так же, после солдат остался шрам под губой. Такой, некрасивый, портящий лицо. Но ему ли об этом возмущаться? А ещё, конечно, остались глубокие, болючие укусы демо-мышей, которые приходилось зашивать, на поясе. И не единожды, между прочим. Кожа просто воспалялась, отказывая принимать швы. Во время финального сражения с Векной, на Стива напала одна из тварей, пока он пытался защитить детей, поэтому на плече остался хоть и не глубокий, но заметный шрам. Про крест на бедре Джонатана знает только Нэнси. Сам он не особо помнил, как это произошло, ведь потерял сознание от того, как отце впечатал его в стену, оставляя выпуклый рубец, но был уверен, что это всё тот же Лонни, обкурившийся чем-то. Маме он, как обычно, ничего не сказал. На правой руке, от большого пальца до одной трети предплечья, тянулся кривой шрам, оставленный в ходе борьбы с демогоргоном в больнице во время третьего года. В Калифорнии ему пришлось закрывать собой младшего брата и Майка, и один раз ему прорехались по боку чем-то острым, он не успел уследить. Благо, Аргайл не стал задавать по этому поводу вопросов, перевязывая рану, пока подростки отошли на заправке. У Нэнси есть две точки, после того, как её укусила одна из сумасшедших крыс, пронизывая палац почти насквозь. Одна из демо-мышей когтями зацепила её щёку, оставляя три маленькие полосочки, но в сам момент она это проигнорировала, оторвав своему палачу голову. Уилер, пытаясь сократить дуло ружья, зацепила пилой палец левой руки, слегка прорезав его, но сдержала лицо и голос, чтобы скрыть свою неудачу от Макс. Ох, и как же я могла забыть про те парные линии, переходящие с одной ладони на другую. Как любовь. От Нэнси к Джонатану — и обратно. Робин, может кому-то показаться, досталось меньше всего. Но вот, оказывается, на русской базе пол был шершавый, от чего на некоторых местах рук стянутая кожа и не растут волосы, после того, как она пыталась привести Стива в чувства, а ей влепили пощёчину. И вообще, вы знали, какая твёрдая плитка в туалете торгового центра, если упасть на неё со всего разбега. Демо-мыши, как и с остальными её товарищами, не были дружелюбны, оставив парочку укусов на щиколотке пока она помогала Нэнси, но проигнорировала это, увидев Харингтона и то, что с ним происходит. Что уж говорить, школьные годы тоже не обошлись с ней хорошо, оставив после себя белые полосы на бёдрах и шрамы на пальцах от неудачной работы, которые скрывались кольцами. Билли никогда никому не скажет, но на его спине, словно звёзды, были рассыпаны рубцы после падений на спину в результате ссор с отцом. Так же, всё было исполосанно длинными линиями. Это тоже оставлял отец, но уже ремнём, не заботясь о том, что это могут увидеть в школе. Но грудь Нил никогда не трогал, ведь если сын начнёт застёгивать рубашки, то это вызовет подозрение. А последствия неудачной драки были перекрыты татуировкой на лице, за которую чуть не получил ещё один шрам. И, конечно, как и у его сестры, у парня остались шрамы от того самого стекла, на которое он неосознанно напарывался, ведомый Истязателем разума. Живот был насквозь проткнут щупальцем Пожирателя разума, но эту рану уже нельзя было залатать. По телу, уже после смерти, остались чёрные подкожные тонкие узоры, страшно захватившие всё его тело. Эдди сам по себе был травмотичен, врезаясь куда-то, и имел много шрамов ещё до того, как совершенно случайно связался с Изнанкой. Достаточно напоминаний было от отца, до того, как его посадили, из-за доказательств кого-то из соседей о домашнем насилии, а после и за употребление наркотиков. Это были точки-звёзды от сигарет на запястьях, скрываемые браслетами и напульсниками. Порезы на ступнях и ладонях от битого стекла бутылок, поэтому он никогда не показался с босыми ногами. Не проходящие ожоги на спине от кипятка вскипевшего отца, которые перекрывала огромная татуировка. После последовало издевательство от сверстников и старших. Драки, кидания чем-то, подножки. На груди есть рваный шрам от неудачного падения на гравий, который порвал кофту, перекрытый каким-то непонятным демоном. На лице рубцы от ударов, на которые никто не обращал внимание за волосами, а так же слухов ненавистников. Полоса на виске от очень неудачно попавшей в него коробки от сока. Смерть Крисси отзывалась болью в бедре, которое было проткнуто чем-то острым, оказавшимся не в то время не в том месте, когда он в страхе попятился назад и упал. Демо-мыши постарались на свою славу, оставив на всём торсе Мансона кучу шрамов, порезов и укусов, которые уже не заживут никогда. Конечно, больше всего шрамов было на сердце.