Еë голубые

      — Светлана Ивановна, заберите меня, — кое-как выговорила Полина, будучи очень пьяной.       Девушка напилась. На часах было полвторого ночи, и она не знала кому позвонить. Набрала номер преподавательницы и, положив голову на барную стойку, пыталась выдать что-то внятное.       — Что случилось? — сонно спросила женщина, потирая глаза. — Ты где?       — Я не знаю, где я, — рассмеялась.       — В смысле? Полина, что с тобой? — сон, как рукой сняло. — Рядом есть люди? Дай кому-нибудь телефон.       Девушка протянула телефон бармену, который, к счастью, в этот момент был рядом. Объяснив Светлане Ивановне местоположение бара, он вернул телефон.       — Выезжаю, — последнее, что было сказано в телефоне на том конце.       — Дай ещë, — Полина обратилась к бармену.       — Не стоит, — вежливо отказал паренëк, — за тебя очень переживают. Я просто не могу налить тебе.       — Никто за меня не переживает, — вздохнула, — наливай.       Бармен не хотя налил виски и протянул девушке.       — Переживает, — стоял на своëм. — Если бы не переживала, то не поехала бы к тебе.       Полина отмахнулась и опрокинула в себя содержимое стакана. Через пару таких стаканов к ней подсел изрядно выпивший мужчина, у которого на неë, видимо, намечались планы.       — Привет, красотка, — мужчина приобнял еë.       — Привет, — улыбнулась, не в силах сопротивляться.       — Ты тут одна?       — Одна.       Полина узнала, что мужчину зовут Анатолий, сколько ему лет и что он одинок. Толик пытался несколько раз поцеловать девушку, но она выкручивалась. Продолжая мило ворковать, они даже не заметили, как к ним подошли.       — Полин, вставай, — это была преподавательница, — пойдëм, — она потянула еë на себя за запястье.       — Ой, Светлана Ивановна, — Полина заулыбалась.       — Женщина, вы кто? — спросил Анатолий, который явно не хотел оставаться один.       — Правильнее было бы, если бы я задала этот вопрос, — кое-как подняла девушку с места, крепко удерживая за талию, чтобы та не упала.       — Отпустите эту прелестную даму, — мужчина хотел встать, но тут вмешался бармен.       — Это вам за счëт заведения, — протянул полный стакан коньяка.       Учительница кивнула в знак благодарности и, положив на барную стойку пять тысяч, увела Полину к выходу.       — Зачем напилась? — спросила, когда вышли на улицу.       Девушка промолчала, стараясь не смотреть на неë. Сейчас она ничего не соображала. Но очень хотелось сделать то, о чëм она так долго мечтала.       — Полина, — протянула Светлана Ивановна, — я спраши...       Полина впилась в еë губы поцелуем, не давая договорить. Смазанным, но поцелуем. Женщина опешила от такого, а через пару секунд, сама того не понимая, ответила на него. Девушка устроила свои ладони на еë щеках, притягивая ближе к себе.       — Остановись, — осознание пришло быстро. — Ты пьяна.       — Я вас люблю, — прошептала.       — Полина, прекрати. В тебе говорит алкоголь.       Если бы Полина знала, как ей тяжело держать себя в руках. Как тяжело не прижать к себе, не поцеловать, не признаться в чувствах... Но вместо этого преподавательница достала телефон и зашла в приложение поиска такси.       — Адрес? — спросила, внимательно смотря на неë.       Спустя время приехало такси. Кое-как усадив девушку в машину, Светлана Ивановна села на соседнее место. Полина сразу устроила голову на еë плече, прикрывая глаза. Учительница никак не отреагировала, повернувшись к окну. В голове проносилось только одно: «Какая же я дура».       Погрузившись в мысли, женщина даже не заметила, как машина подъехала к месту назначения. Вытащив Полину из машины, она подошла к подъезду.       — Дома есть кто? — достала ключи из еë сумки. — Мама, папа?       — Мама в командировке, — говорить было легче, алкоголь стал выветриваться, — а папа давно в другой семье живëт.       — Замечательно, — вздохнула, открывая дверь подъезда, — заходи.       Как же сыграло на руку, что Полина жила не на пятом, а на втором этаже. Именно в этот момент она была благодарна всем, кому можно и нельзя.       — Квартира какая?       — Пятьдесят первая.       Светлана кивнула и открыла дверь, заводя девушку внутрь. Вторая, даже не разувшись, прошла в свою комнату и рухнула на кровать. Преподавательница прошла следом.       — Полин, а раздеться?       — Не хочу, — уже засыпала.       Женщина стянула с неë кроссовки и помогла раздеться. Переодеть в пижаму не хватило бы сил, поэтому она оставила еë в нижнем белье       — Останетесь? — прошептала Полина.       — Нет, — категорично покачала головой. Дома были муж и сын, у которых появились бы вопросы, если бы утром они не обнаружили еë дома.       — Почему?       — Спи, — не ответив на вопрос, укрыла еë одеялом и провела рукой по каштановым волосам.       Отстранившись, Светлана вышла из комнаты, а после и из квартиры. Вызвала такси до дома.       «Света, не глупи. Ты не можешь взять и всë вот так бросить. Не можешь уйти от мужа. Тем более к девушке. Тем более к своей ученице, которая тебе в дочери годится. Нельзя любить еë. Это неправильно. Неправильно, но я ничего не могу с этим поделать...»