Узоры пояса влюбленного мужчины несли стыдливую растерянность у женщин...

Маомао была очень зла. Нет, она была просто в ярости. Два месяца кропотливого напряженного труда коту под хвост. И все благодаря этому гаремному лекарю- шарлатану. После почти года попыток вырастить в стенах гарема кустик сенны, у Маомао распустилось и зацвело единственное растение. Стоило ли говорить, с каким трепетом и осторожностью девушка делала сбор листьев этого ценного и крайне полезного представителя флоры. Был срезан каждый листочек. Аккуратно уложен под ярким солнечным светом для сушки. Ежедневно просматривался и переворачивался. Прятался в дом лишь только появлялся намек на дождь. Наконец, был тщательно сложен в маленькую баночку из-под чая и поставен, как трофей, на самое видное место кухни травницы. Ну кто же мог подумать, что недотепа Гуэнь заявиться к Маомао в ее отсутствие и решит скоротать время ее ожидания за чашечкой горячего напитка. Любитель погонять чаи без долгих раздумий заварил большую часть травы сенны, и когда Маомао вернулась, залпом допивал последний глоток. Поняв, что только что натворил лекарь, девушка пришла в неописуемую ярость. Она буквально бросилась с кулаками на пухлого евнуха, но не успела нанести ни одного удара, поскольку выпирающий живот Гуэня жалобно и громко забурлил, а желудок свело спазмом. А все дело было в том, что трава сенны заготавливалась травницей, как очень сильное средство для очистки кишечника. Ценность лекарства была в скорости воздействия и неизменности результата. В баночке оставалось около трети всего сбора. А заготовить новый до следующего года было уже не возможно. Маомао ругалась и не скупилась на грубые выражения. Но евнух в это время был невероятно занят. Он сидел в забаррикадированном изнутри отхожем месте уже более двух часов и боялся пошевелиться. Слабительное оказалось настолько слабительным, что бедняга даже не мог говорить. Реакция организма начиналась на звук его собственного голоса. Девушка громогласно обьявила лекарю через запертую дверь, что найдет способ пришить его мужское достоинство обратно и выкинуть из императорского гарема. В ответ ей очень, очень тихо пожелали успехов. И вот, когда Маомао, засунув в рот приличный пучок перечной мяты, жевала его, стоя посередине кухни, словно пасущаяся на лугах коза, чтобы успокоиться, к ней пришла главная фрейлина госпожи Гёкуё - Хоннян с приглашением в Нефритовый павильон для срочной беседы с "Драгоценной супругой" императора. Две девушки чинно шествовали по внутреннему двору, по которому в великой суете сновали, выполняя рутинные работы служанки и евнухи. - Хоннян, ты хотя бы намекни, о чем будет разговор,- требовала Маомао. - О здоровье госпожи,- кратко отозвалась фрейлина. - Что-то серьезное? - Это ты должна сказать. - А почему госпожа решила вызвать меня? В гареме числится официальный лекарь- Гуэнь. - Вот именно. Числится. Маомао, ты прекрасно знаешь, что толку от этого лекаря почти никакого. К тому же речь пойдет о весьма пикантных частях женского тела. - Понятно. Нефритовый павильон встретил девушек сверкающей чистотой и цветочным благоуханием. Маомао вспомнила, что по расписанию в это время заканчивается ежедневная уборка дворца "Драгоценной супруги". Сама же хозяйка должна была находиться на террасе в окружении фрейлин и с маленькой дочерью - императорской принцессой Линли. Госпожа Гёкуё встретила травницу широкой благожелательной улыбкой. Ее зеленые глаза излучали тепло и любовь. А внешний вид и длинные рыжеватые волосы были в неизменном безупречном состоянии. Маомао низко поклонилась супруге императора. - Подойди ко мне, пожалуйста, дорогая. Присядь рядом,- ласковым голосом пропросила Гёкуё. Маомао не заставила себя долго ждать. Присев на краешек мягкой софы рядом с госпожой, травница сложила ладони на коленях, выражая полное внимание и услужливость. - Госпожа Гёкуё, Вы желали со мной о чём-то поговорить? - Да, Маомао. Я хочу, чтобы ты выяснила причины дискомфорта..,- молодая женщина немного смущенно сморщила аккуратный носик и потупила глаза,- ...моих "нефритовых ворот". Маомао с беспокойством взглянула на Гёкуё. Из фрейлин были оставлены лишь Хоннян и Айлан. Остальных Маомао заставила покинуть террасу. Принцесса не обращала ни на кого внимания. Ей подарили новую игрушку. Яркую, украшенную двумя золотыми бубенцами куклу Дорумы. Ребенок был все себя от счастья и потерян для всего окружающего мира. В ходе жесткого допроса императорской супруги и ее главных служанок Маомао было установлено, что ни о каком заболевании речи идти не могло. Скорее всего у молодой женщины в столь пикантном месте проявилась аллергическая реакция. Еще через небольшой промежуток времени травница установила причину. Новое средство для стирки нижнего белья госпожи. На террасу незамедлительно была доставлена банка с подозреваемым веществом. Сняв крышку и сунув кончик носа в сосуд, Маомао безошибочно определила состав стирального средства: вода после мытья риса, зола, листья шелковой акации и лепестки глицинии. И если первые три ингридиента были обязательной составляющей стиральных средств для белья высокородных особ в императорском дворце, то используемые в качестве отдушки цветки глицинии носили непостоянный характер и были вполне заменяемы. - Госпожа Гёкуё, у Вас всего лишь неприятное раздражение из-за аллергии на используемый в моющем растворе цветок. Затем Маомао обратилась к стоящим за спиной госпожи фрейлинам. - Необходимо срочно сменить средство для стирки. Желательно без каких-либо ароматических отдушек. И срочно перестирать все нижнее белье госпожи Гёкуё. Айлан бегом покинула террасу, чтобы отдать необходимые распоряжения прислуге. - Маомао, ты же знаешь, что через два дня в императорском дворце состоится церемония празднования Цукими. А по его завершению император обязательно изъявит желание...полюбоваться со мной вместе луной в чашечках сокэ и вкусить цукими‑данго. - Я поняла Вас, госпожа. Времени на восстановление у нас не больше двух дней. Тогда я в срочном порядке приготовлю отвар из корня женьшеня и шафрана для восстановления сил и спокойствия тела. И еще, госпожа Гёкуё, мне потребуются Ваши пояса лунных дел. В кармашки я положу пропитанные отваром череды, чистотела и ромашки хлопковые катышки. С завтрашнего утра Вы должны будете менять их через каждые четыре сгоревшие палочки благовоний. И я уверена, что Ваше состояние к празднику будет в полном порядке. - Ах, Маомао, чтобы я без тебя делала,- с нескрываемой благодарностью в голосе произнесла "Драгоценная супруга". - Позвали бы гаремного лекаря - господина Гуэня,- пожала плечали Маомао. - Ой, что ты. Он всегда слишком занят. Мне совесть не позволит отрывать его от важного десятого за день чаепития. Госпожа и травница звонко по-девичьи рассмеялись. За небольшим окном в комнате Маомао солнце почти исчезло за горизонтом, открасив после своего ухода небо в бардово- сизый цвет. Над маленьким очагом висел чугунный котелок в котором поднимая густые белые клубы пара кипел отвар, наполняя скромное жилище травницы терпким насыщенным запахом ромашки. Сама Маомао сидела за столом, скатывала в ладошках хлопковые шарики и складывала их в широкое глиняное блюдо. Чуть дальше на столешнице были разложены абсолютно новые пояса лунных дел госпожи Гёкуё. "Драгоценная супруга" императора в отличие от остальных придворных дам использовала их единожды, после чего изделие сразу же сжигалось. Девушка периодически бросала восхищенный взгляд на пояса. Каждое было сшито из дорогих мягких, легко впитывающих влагу тканей и покрыто необыкновенной красоты вышивкой цветными нитями. Так, на одном поясе был создан цветущий сад с бабочками и птичками. На другом- по равнинам скакал табун изящных скакунов. Вышивка на третьем изображала бушующее море с кораблями. Остальные пояса также не без основания можно было считать произведениями искусства. Пикантное изделие имело длинную прямоугольную форму, но с одного конца было скреплено в конвертный уголок, к кончику которого была пришита небольшая петля. С противоположной стороны по углам были пришиты две пуговицы. Все это было необходимо для протягивания шелковой ленты, которой изделие подвязывалось к нижней части женского тела. Однако Маомао в силу своего практичного склада ума не понимала, зачем столь интимную вещь, необходимую исключительно для физиологически грязного дела, к тому же используемую всего лишь один единственный раз, нужно было украшать такой красивой вышивкой. Ну ладно бы император любовался подобным поясом на прекрасном молодом теле своей любимой супруги. Так нет. Согласно общепринятым моральным устоям пояса лунных дел строго настрого запрещалось показывать мужчинам, вне зависимости от их статуса и величия. Даже мужьям. Это было внегласным табу. Поэтому представители сильной половины населения страны не имели ни малейшего представления не только об облике необходимой интимной вещи их жен, дочерей или сестер, но и об ее существовании как таковой вообще. Маомао бросила взгляд на лежащие на краю стола разложенные пояса, а затем на пирамидку скатанных ею хлопковых шариков. Затем сложила белые мягкие комочки в небольшую корзину. Убрала ее со стола. Встала и подошла к кипящему котелку с отваром. Погасила огонь. И потянулась за полотенцем, чтобы снять посуду с печи, как в этот момент в сумеречной тишине комнаты травницы раздался стук в дверь. " Нет, нет, нет! Только не это! Точнее, только не он!"- пришла в голову Маомао отчаянная мысль. Этот громкий, настойчивый, не терпящий игнорирования стук в дверь, после которого хозяину помещения не дают времени на раздумия или подготовку к встрече незванного гостя, был очень хорошо знаком девушке. И она его ненавидела. Практически сразу же после стука, в сторону отъехала дверь. На пороге стоял молодой человек в очень дорогих одеждах и невероятно уставшим выражением на прекрасном лице. Юноша сделал знак стоящему сзади него мужчине, оставаться за дверью и переступил порог комнаты травницы. Маомао обреченно посмотрела на котелок и склонилась в приветственном поклоне. - Извините, господин Джинши, ваш внезапный приход в столь позднее время стал для меня неожиданностью. Я Вас никак не ждала,- не поднимая глаз на молодого человека, произнесла девушка. Молодой господин задвинул за собой дверь и прошел вглубь небольшой комнаты, с любопытством рассматривая обстановку. - Хм. Неужели? - голос юноши звучал раздражённо. - А кого ждала? Уж не того ли вояку, который водил тебя в город и хвалился мускулами в ангаре, стоя перед тобой в одном нижнем белье? - Рихаку, господин. Он сказал, что я не в его вкусе. Он предпочитает девушек покрупнее, поупитаннее и поглупее. Вообще-то, Рихаку влюблен в одну из сестер Медяного дома. - Ага, значит вы с ним все-таки говорили на тему симпатий друг к другу? - ледяным тоном поинтересовался молодой господин. - Нет. Не говорили. Просто Рихаку, будучи очень порядочным молодым человеком, сразу предупредил меня о своих предпочтениях, когда я первый раз обратилась к нему за помощью. - Ну надо же , какой молодец,- молодой человек с грохотом отодвинул стул от стола и вальяжно сел, вытянув ноги. - Господин Джинши, Вам что-то от меня нужно? - Маомао прекрасно знала, что характер господина Джинши портился лишь двух случаях: когда он сильно уставал от службы и когда встречал травницу в компании мужчины. По всей видимости девушка наблюдала последствия первой причины. - Да, травница. У меня очень сильно болит голова. Дай мне что-нибудь, чтобы мигрень прекратилась. - Я? Но, господин Джинши, я же - не придворный лекарь, чтобы лечить таких знатных вельмож. Вы могли бы обратиться к лекарю Гуэню. Он все таки официальный лекарь императорского гарема. - Ты же прекрасно знаешь, что любой вызов лекаря к моей персоне сразу же станет достоянием общественности и причиной ученого консилиума. Хуже того, об этом сразу же узнает император. А я не хочу, чтобы помимо государственных дел, он беспокоился еще и о моем здоровье. Так что остаешься только ты. Единственная, к кому я могу обратиться с головной болью, чтобы не поднять на уши весь гарем и дворец. - Понятно. Маомао вздохнула и подошла к своему стеллажу с травами, занимавшему почти половину помещения. - Господин Джинши, сколько раз я Вам говорила, что Вы слишком много работаете. Вам нужно больше отдыхать. Спать. Вот сколько Вы сегодня спали? - Маомао налила в заварник воду и вновь зажгла огонь на печи. - Не знаю,- нехотя ответил юноша.- Тяжело уснуть, когда голова забита разными мыслями и...желаниями. Девушка прекрасно расслышала последнюю фразу молодого господина, но естественно сделала вид, что не обратила на нее внимания. - Господин Джинши, я заварю Вам чай с имбирем, цветками липы и травой донг куэй. Он поможет Вам снять боль, но только, если Вы сразу же ляжете отдыхать. Пока Вы на ногах, Вашу боль не уймет ни одно лекарство. - Хорошо. Давай, скорее заваривай,- капризно потребовал юноша, и тут взгляд его упал на разложенные на столе пояса госпожи Гёкуё. Маомао мысленно покрыла себя самыми грязными нецензурными выражениями, услышанными в своем неблагополучном квартале за то, что забыла о них, увидев входящего в ее комнату молодого господина, и оставила пояса лежать на столе. О, ужас! Юноша потянулся рукой и придвинул к себе украшенные узорами тканевые изделия. Маомао застыла, словно каменная статуя. На ее глазах молодой мужчина, пусть и важный императорский вельможа, совершал неслыханное святотатство, держа в руках и с любопытством разглядывая табуированные женские вещи. Пусть даже не зная об этом. И все по ее вине и недосмотру. - Весьма занятные узоры,- заявил молодой господин, перебирая пояса и поднося их к глазам, чтобы детальнее рассмотреть изображения.- Я таких изделий раньше никогда не видел. Что это? И юноша пристально посмотрел на Маомао в ожидании ответа. В голове девушки с бешеной скоростью сменялись мысли. Сказать правду? К тому же господин Джинши - евнух. Можно считать, что не мужчина. А значит, фактически табу не будет нарушено. Но с другой стороны, эти пояса лунных дел принадлежат самой госпоже Гёкуё. И после озвученной ею влятельному евнуху области их применения, не будет ли информированный смотритель императорского гарема мысленно каждую встречу примерять эти пояса на "Драгоценную супругу", держа при этом в своей голове скабрезные мысли на этот счет. Нет. Правду говорить нельзя. Чтож, придется врать из-за своей непростительной глупости и ради спасения чести госпожи Гёкуё. - Это...это...это пояса для денег. Новинка. Модная и очень практичная вещь. Госпожа планировала подарить их на праздник Цукими ее служанкам. Господин Джинши приподнял удивленно брови, не отрывая взгляда от поясов. Перевернув один, он обнаружил потайной кармашек, куда планировалось вставлять хлопковые комочки. - Ну надо же,- восторженно произнес юноша, засовывая внутрь складки ткани палец. - Да. Пояс за пуговицы и петельку цепляется на основной пояс. И внутрь него можно прятать...монеты или шпильки,- Маомао приняла решение врать до конца. Правдоподобно. - Весьма любопытно и действительно очень удобно для монет,- заметил молодой господин. - Но откуда пришла к нам эта модная вещица? - С ярмарки. Той, что приезжала к нам недавно. - Странно. Я лично проверял торговые фургоны и ничего подобного не встречал. Маомао закусила губу. Она ненавидела врать. Но раз начала, то... - Ну, господин Джинши, Вы же проверяли товары, а не одежду торговцев. А они все стояли с такими поясами, только невзрачными. У них там были деньги. - О!- юноша поднял на девушку удивленный взгляд.- Действительно. Внешний вид продавцов я не разглядывал. - Но почему подарочные пояса у тебя? И их здесь не хватит на всех служанок госпожи Гёкуё. "Чтоб ты провалился со своим пытливым умом! У тебя же вроде голова болела,"- со злостью подумала Маомао. И чтобы господин не увидел ее гневного выражения лица, повернулась к нему спиной. Хорошо, что в этот момент в котелке закипела вода, и девушка начала заваривать юноше отвар от мигрени. Только что-то подсказывало ей, что боль в голове чудесным образом уже отпустила молодого господина. - Госпожа Гёкуё дает мне пояса партиями, чтобы я их подготовила. - Подготовила? К чему? - Господин Джинши... Вы же знаете, что за праздник Цукими. Это время не только любования луной, но и вознесения ей молитв с пожеланиями. И ночь для...маленьких любовных ритуалов. - Ух, ты! Ты готовишь пояса к любовному ритуалу? Брось, ты же прирожденный скептик,- засмеялся молодой господин. - Ну, я же не себе готовлю. А для других девушек. - Расскажи, что за ритуал. Я обязан знать, что творится в императорском гареме. - Ничего противозаконного и привольного, господин Джинши. Мне необходимо просто положить в потайной кармашек сушеный цветок муррайи. Чтобы исполнилось желание девушки найти после службы в гареме хорошего мужа. - Помогает?- иронично поинтересовался молодой господин. - Не знаю. Я не собираюсь принимать участие в ритуале. Просто выполняю поручение госпожи Гёкуё. - Ты не хочешь хорошего мужа?- голос юноши вдруг стал резким. - Нет. Не хочу,- правдиво ответила Маомао. - Почему? Девушка даже растерялась от такого провокационного вопроса. Господин Джинши разложил перед собой на столешнице пояса на подобии забора и, подперев щеку ладонью, с улыбкой наблюдал за Маомао. - Глупо мечтать о хорошем муже с моей невзрачной внешностью и скверным характером,- наконец, ответила Маомао. - И то правда,- весело согласился юноша. А девушка почувствовала странный укол обиды от столь невежливой реакции господина на ее откровение. Маомао налила в пиалу горячий отвар и поставила ее на стол перед молодым человеком. А затем начала складывать обратно в стопку разложенные им пояса. Неожиданно на одно из изделий, на котором были вышиты приглянувшиеся Маомао волны и кораблики, легла ладонь с длинными тонкими пальцами. - Нет. Этот оставь,- потребовал юноша. - Но, господин Джинши... - Я сказал: оставь! Мне он понравился. - Вы хотите его забрать?! - Да. Я его выкупаю у госпожи Гёкуё. Я думаю, что мне она не откажет в маленькой прихоти. - Но, господин Джинши, это же женские пояса. - Ну во-первых, ты сама сказала, что подобные пояса носили все торговцы ярмарки. А, во-вторых, узор вышитый на нем не такой уж и женский. Как раз, наоборот. Так что я его забираю. Ты уже положила туда цветок? Молодой господин встал из-за стола. Взял пиалу и одним залпом выпил горячий отвар. Поморщился и забрал со столешницы пояс к корабликами. - Нет. Еще не положила,- недоуменно ответила девушка, до конца не осознавая, что происходит. - Ну так клади! А то мне по твоей же рекомендации спать надо ложиться. Маомао мысленно ругала себя всеми известными ей последними словами. Давно пора было понять, что этот неадекватный тип ведет себя, как правило, непредсказуемо. В отношении него нельзя строить никаких планов. И тем более врать. Кстати, а зачем ему цветок в поясе? Маомао извлекла из льняного мешочка несколько высушенных цветком муррайи. Взяла из рук господина пояс лунных дел и начала помещать цветы в кармашек. - Я Вам, господин Джинши, несколько штук внутрь помещу. Чтобы луна наверняка услышала Ваше желание и исполнила. - Буду ждать и надеяться,- весело заявил молодой господин и, забрав обратно пояс, направился было к выходу, но остановился и вдруг вернулся. Подошел к Маомао почти вплотную. - Ты будешь на церемонии празднования Цукими в императорском дворце? - Да, госполин Джинши. Я до сих пор числюсь официальным дегустатором еды госпожи Гёкуё. Молодой человек медленно протянул руку и хотел дотронуться до выбившейся из простой прически травницы пряди волос. Но девушка демонстративно подалась назад, округлив в недоумении глаза. - Вы чего это, господин Джинши? Юноша одернул руку. - Ничего,- бросил господин Джинши и, не оборачиваясь, исчез за дверью комнаты Маомао. " И что это было?"- подумала девушка, налила в пиалу остатки отвара, выпила залпом и села на освободившийся стул, приложив ладонь ко лбу. После всего произошедшего теперь и у нее разболелась голова... Празднование Цукими было в самом разгаре. Наступали сумерки. На темнеющем небе уже можно было различить низкий диск полной луны, слегка подернутый рваными серыми облаками. Церемониальный зал императорского дворца был украшен множеством горящих серебристых фонарей. Все убранство огромного помещения несло в себе упоминания лунного света: гирлянды, ленточки, дощечки с надписями, круглые рисовые шарики цукими‑данго с медом, стоящие в огромных блюдах на всех столах. Наряды высокопоставленных гостей императора включали в себя множество узоров серебристой вышивки и белых одежд. И конечно же все вокруг было усыпано пушистыми бутонами белых хризантем. Маомао стояла между двух больших ваз и чувствовала, что начинает задыхаться от их дурманящего запаха. Госпожа Гёкуё, сидящая на строго определенном месте для "драгоценной супруги" императора за низким столом на мягком табурете, находилась чуть впереди. Две главные фрейлины прислуживали госпоже. Маомао согласно этикету стояла не далеко. Основные блюда празднества уже были поданы. А десерт еще не принесли. Так что дегустировать травнице пока было нечего. Девушка с равнодушием смотрела на проходящие мероприятия с песнями, плясками, конкурсами чтения личных стихов на тему луны. Довольно часто звучали сожаления гостей о том, что, как и в прошлые года на столь значимом празднике во дворце снова отсутствовал младший брат Императора, по иронии судьбы носившего титул "Лунного принца". Сам Император был в прекрасном расположении духа. Шутил, улыбался, в меру выпивал и постоянно бросал взгляды на госпожу Гёкуё. Остальные три главные супруги тоже удостаивались внимания, но при этом все прекрасно понимали, что эту ночь их величественный муж будет любоваться луной в зените именно с террасы спальни хозяйки Нефритового павильона. Очередное восхваление красоты водной глади под сиянием лунного света от какого-то высокопоставленного чиновника едва не вогнало Маомао в сон. Девушка заставила себя взбодриться и хотела было незаметно потереть глаза, но в последний момент вспомнила, что на ее лицо Хоннян нанесла макияж. Чтобы немного развлечься Маомао начала искать в многочисленной толпе гостей знакомых людей. Это оказалось сложной задачей. Она никого из присутствующих лично не знала. Но видела на приемах императорского дворца. И тут Маомао поймала себя на мысли, что отсутствует единственный вельможа, кого она вынужденно знала уже лучше, чем "сестер Медяного дома". Нигде не было видно господина Джинши и его неизменого помощника Гаошуня. Сонную дрему сняло, как рукой. Маомао перевела взгляд на Императора. Судя по всему Владыка был в курсе причины отсутствия своего любимчика. Иначе бы он не находился в полном спокойствии и весельи, а был бы крайне раздражен и постоянно нервно дотрагивался до своей аккуратной бородки. Однажды Маомао оказалась свидетельницей того, что господин Джинши опаздывал на церемонию приема иностранных послов из-за своей занятости. Тогда мероприятие было почти сорвано, гневным требованием Императора срочно доставить молодого человека во дворец. И пока господин Джинши не прибыл в церемониальный зал, повелитель категорически отказывался начинать церемонию. А сейчас веселье было в самом разгаре, но величественного евнуха на празднике не было. Неожиданно для себя травница поняла, что переживает за молодого господина. Возможно, он в отъезде по делам? А может он плохо себя чувствует? Говорила же травница ему неоднократно, чтобы он не работал так много. Необъяснимое беспокойство появилось в душе девушки. Вспомнился вечер пару дней назад, когда господин Джинши пришел к ней, жалуясь на головную боль. После праздника нужно будет сразу же узнать, что с ним. Возможно гаремный лекарь Гуэнь знает что-то. Но с другой стороны чего это она так распереживалась? Господин Джинши весьма знатный вельможа. Если он заболел, то при Императорском дворце числится целая лекарская служба с величайшими врачами страны. Они то точно знают, как помочь фавориту правителя. Да и сам владыка не слишком переживает за здоровье господина Джинши. Значит и Маомао беспокоится не о чем. Да и вообще, что это за внутренняя паника из-за отсутствия на празднике этого несностного, капризного, заносчивого молодого господина. Ведь ей до него нет никакого дела... Но мысль о том, почему он до сих пор не объявился, не выходила из головы девушки. Госпожа Гёкуё сделала знак Маомао подойти к ней. Травница незамедлительно исполнила просьбу. - Дорогая, у меня не было времени поблагодарить тебя за помощь в моем пикантном вопросе. Твои отвары из трав в поясах лунных дел сотворили чудеса. Даже намеков не осталось,- тихо сообщила госпожа. - Не стоит благодарности, госпожа. Я исполнила свой долг вашей преданной служанки. Вы так много для меня сделали, что эта помощь меркнет перед вашими добродетелями. - И все равно, большое спасибо тебе, Маомао. По залу пробежался гул. Травница и госпожа одновременно повернули головы в сторону входа. На пороге церемониального зала стоял господин Джинши с Гаошунем и Басеном за спиной и чудовищными синяками от усталости под глазами. И тем не менее на его божественно прекрасном лице сияла лучезарная улыбка. Молодой господин церемонно поприветствовал присутствующих, поздравил с праздником любования луной и размеренным шагом направился в сторону императора, который принял на своем троне приветственную позу и расплылся в довольной улыбке. Маомао не заметно от госпожи Гёкуё с облегчением выдохнула. Здоров. Но выглядит ужасно. Нужно будет заставить его попить отвар из валерьяны с мятой и пустырником. Чтобы засыпал прямо за рабочим столом. Может так получиться заставить его полноценно выспаться. Господин Джинши приветствовал трех супруг императора, чинно кланяясь и перебрасываясь несколькими любезными фразами с каждой. Гаошунь и Басен мопровождали приветствие поклонами. В принципе молодой господин и его сопровождение не совершали ничего, что нарушало бы придворный этикет, однако от Маомао не ускользнуло, то какими недоуменными становились лица супруг и их фрейлин после того, как мужчины отходили от них. Когда очередь дошла до последней "драгоценной" супруги, и господин Джинши подошел к столику госпожи Гёкуё, Маомао захотелось съесть рисовый шарик с ядом из косточек зеленых сливы и персика или стряхнином, а можно и все сразу, чтобы умереть на месте. Молодой господин был одет в праздничные одежды, соответствующие его статусу и мотивам праздника. Каждая деталь его наряда была строго соблюдена придворным этикетом и модой, но широкий монотонный пояс украшала аккуратно подвязанная за петельку и пуговицы небольшая пестрая лента пояса лунных дней госпожи Гёкуё с волнами и корабликами. Но самое интересное, что аналогичные пояса, но с другими узорами красовались на одеждах Гаошуня и Басена. Маомао судорожно сглотнула подкативший к горлу ком. И покосилась на госпожу Гёкуё, которая широко раскрытыми глазами рассматривала столь неожиданное украшение у молодого человека. - Прекрасная господа Гёкуё, помимо поздравления с праздником луны Цукими и пожеланий приятного наблюдения за ночным светилом, я бы хотел поблагодарить Вас за внедрение в гареме весьма удобного аксессуара для необходимых мелких вещей и денег. Весьма утомительно разыскивать мелочь в потайных складках рукавов. Теперь это стало очень сподручно. Вы поняли, что я имею ввиду пояс, который был вами так кстати замечен на ярмарке у практичных тоговцев? Я намереваюсь сделать его неотъемлемым аксессуаром при императорском дворе. Господа Гёкуё растерянно улыбнулась. - А...ну...конечно, господин Джинши. Я так же желаю Вам приятных наблюдений за луной и...рада, что Вы так высоко оценили...э-э-э...пояс торговцев с ярмарки. Молодой господин бросил горящий взгляд на Маомао, поклонился и вместе с сопровождающими мужчинами направился к императору. Госпожа Гёкуё повернула голову в сторону травницы. Ее глаза лучились едва сдерживаемым весельем. От с трудом удерживаемого смеха дрожали губы. - Маомао, ничего не хочешь мне рассказать?- через силу тихо спросила "драгоценная " супруга. Девушка виновато улыбнулась в ответ. Луну совсем затянуло тучами. Все шло к тому, что ближе к утру все-таки пойдет дождь. Порывы осеннего прохладного ветра настырно пытались пробраться под шерстяную рубаху, которая была надета Маомао прямо поверх праздничных одежд. Девушка сидела на стене императорского дворца на том месте, где немногим ранее слушала откровения бывшей супруги правителя - А- Дуо, на утро следующего дня покидавшей гарем. Маомао не сколько любовалась едва различимыми контурами луны, сколько отдыхала душой и телом от суеты своей жизни. Она сидела, подтянув к себе колени и обняв их руками. Ее голова была закинута назад и глаза закрыты. Внизу у подножия стены по реке медленно плыли украшенные праздничные лодочки, на которых состоятельные жители столицы так же вели тихое созерцание ночного небесного светила с целью разглядеть на нем лунного зайчика. После нескольких полных пиал соке многие воочию наблюдали их в большом количестве. Госпожа Гёкуё продолжила празднование с императором в Нефритовом павильоне. Услуги Маомао там были не нужны. Спать не хотелось. А слушать бесконечный гомон развлекающихся подвыпивших фрейлин желания у девушки не было. Поэтому мысль уединиться на стене пришлась ей по душе. Эх, сейчас бы еще бамбуковую фляжку с ячменным вином! - Тебе что тут, медом намазано? Девушка от неожиданности вздрогнула и поморщилась, поняв кому принадлежит этот голос. - Я поставлю охрану к этим ступеням на стене, чтобы она тебя не пропускала. Маомао встала и склонилась в приветственном поклоне. - Господин Джинши, это единственное место, куда не могут забраться фрейлины госпожи Гёкуё, чтобы втянуть меня в свои праздничные развлечения. - А ты не хочешь развлекаться? - Нет. Я не люблю праздники,- честно призналась Маомао. - И я. Молодой господин подошел к девушке. И первое на что она обратила внимание, это на отсутствие пояса с корабликами. - А где Ваш новый аксессуар? - не удержалась от вопроса Маомао. - Вынужден был подарить императору. Его величество уж очень им заинтересовался. Приказал включить в список обязательных атрибутов наряда государственных чиновников. - Не слишком ли пристальное внимание к какому-то поясу? - Нет. Особенно когда он действительно довольно практичен. - Понятно. Господин Джинши здесь очень холодно, а Вы одеты легко. Вы можете простудиться. - Могу,- согласился юноша и почти в плотную приблизился к девушке.- Но раз ты так беспокоишься о моем здоровье, то не дашь мне замерзнуть. Маомао начала снимать с себя шерстяную рубашку. - Ты что делаешь?- недоуменно поинтересовался молодой господин. - Хочу, чтобы Вы ее набросили на плечи. Господин Джинши довольно грубо ухватился за поднятый девушкой подол рубашки и с силой опустил его обратно. А сам развернул Маомао к себе спиной и прижал ее маленькое худое тело к себе. - Так будет теплее всем,- сообщил юноша. А травница вдохнула запах дорогих отдушек и масел, которые у нее на всю оставшуюся жизнь теперь ассоциируются с молодым господином. - Как Вам будет угодно, господин Джинши. - А тебе что, так не угодно? - Я боюсь, что Вас со мной могут увидеть. Начнут задавать вопросы. - Я не буду на них отвечать. - А как же Ваша репутация? - Она настолько примерная, что ее давно уже пора испортить. - И для этого Вы выбрали меня? - Так вышло, что ты единственная, с кем бы я на это решился. Юноша пальцами начал медленно гладить обхваченные им плечи девушки. Даже через толстую шерстяную ткань рубашки и несколько слоев праздничного платья были ощутимы столь откровенные дразнящие прикосновения. " Какие-то не евуховские поглаживания,- настороженно подумала Маомао.- Может мужские желания и повадки у него еще остались? Тогда его жаль вдвойне. Мучается бедняга. Но надо сообщить ему, что подобные действия в отношении служанки уже совсем не похожи на служебные отношения". - Господин Джинши, я должна Вам кое-что сказать,- вслух произнесла травница, - Ты хочешь сказать мне, что те пояса, что лежали у тебя на столе и, один из которых я забрал - не для денег? И что никаких поясов на торговцах не было? И ты все придумала? Внутри Маомао все похолодело, но не от ветра. Она даже перестала дышать. Но почувствовала, как острый подбородок юноши лег ей на макушку, а пальцы одной руки переместились с плеча на ее горло. - Я...я не могла Вам сказать, что это за пояса. Это было бы оскорблением...чести и достоинства одной знатной дамы. - Я знаю. Именно поэтому назначил тебе за вынужденный обман наказание в размере оплаты двух месяцев твоей службы. Маомао подпрыгнула и сделала попытку вырваться. Но вторая рука Джинши прижала ее с такой силой к своему телу, что девушке показалось, что она услышала треск собственных костей. - Но, господин Джинши! - Ну я же не мог так просто простить тебе свое удивление, когда швея, которой я принес пояс, чтобы она сшила еще несколько таких же, узнала свою работу и по глупости выразила свое недоумение. А далее выяснить назначение этого изделия не составило большого труда. Пальцы господина Джинши отпустили шею Маомао, поднялись к уху и заправили за него свисающие пряди волос девушки. Внутренний холод травницы мгновенно перешел в пожар. - И после того, что Вы узнали, Вы все равно пришли на церемонию в поясах?- Маомао из последних сил пыталась держать равнодушный тон. - Я же сказал, что с тобой мне хочется совершать безумства. - Только почему-то за мой счет,- возмутилась девушка. Рядом с виском раздался тихий смех. И вдруг молодой господин легко, но ощутимо укусил ее за кончик уха. Девушка ойкнула и сделала еще одну попытку вырваться. В этот раз ее отпустили. - Что теперь будет с распоряжением императора о ношении этих поясов вельможами? - воскликнула, тяжело дыша, Маомао. - Как что? Через пару дней все мужское население императоского двора будет носить пояса для мелочи у себя на нарядах. Конечно, пришлось намекнуть правителю немного их изменить, якобы, для универсального удобства: сделать длиннее, в два раза шире, убрать уголок с петелькой и перешить внутренний карман. Но отказываться от столь удобной штуки я не стал. - Вы меня удивляете, господин Джинши. - А ты меня. Все, хватит мерзнуть на этой стене. Пора спускаться. К тому же уже очень поздно. А у меня на завтра много дел. И у тебя, надеюсь, тоже. Иначе могу добавить работы. - Нет , господин. Мне тоже пора отдыхать. Завтра у меня бесплатная служба начинается. - Это точно. Девушка быстро спускалась по выступающим каменным блокам по стене. Спрыгнув с последнего на землю она вскрикнула от неожиданности, увидев появившегося из ниоткуда Гаошуня. - А где господин Джинши? Маомао подняла голову. Она была уверена, что юноша последовал за ней. Но стена была пуста. - Наверное, остался наверху. Спокойной ночи, господин Гаошунь. Травница, не дожидаясь ответа, бросилась бежать по направлению к своему павильону. Гаошунь, почувствовав легкое беспокойство, быстро поднялся на стену. Господин Джинши стоял подняв лицо к небу. Одежда на его груди и шее была ослаблена, словно юноше не хватало воздуха. Начинался мелкий дождь и первые капельки падали на лицо молодого господина, глаза которого были закрыты. - Ваше Высочество, я не хочу брать на себя обязанности травницы, но все равно скажу: Вы заболеете. Юноша медленно повернул голову к своему советнику и охраннику. - Я хочу ей рассказать. - Что Вы - наследный принц? - Нет. Пока только то, что я- полноценный мужчина, а не евнух. - Но тогда Вам придется заодно и объяснять причины столь нестандартной службы полноценного мужчины в императорском гареме. Эта девушка весьма умна и проницательна. При этом, к удивлению, весьма тактична. Но она обязательно задаст Вам главный вопрос о том, почему у Вас есть право посещать гарем. Господин, Ваше признание в мужской полноценности неизменно повлечет признание в том, что Вы- младший брат императора. - Гаошунь, я не знаю, что со мной происходит,- голос юноши слегка дрожал. - Просто Вы очарованы этой необычной девушкой. - Очарован? Да я с ума схожу! Гаошунь не знал, что сказать своему господину. Он подошел к молодому человеку и склонился в поклоне. - Ваше Высочество, нам пора. Вам еще нужно выпить снадобье. Наследный принц именуемый по официальному статусу " Лунный", с горькой усмешкой посмотрел на то место, где от главной виновницы праздника на черном небе наблюдалось лишь размытое светлое пятно, и пошел к краю стены...