Прости за любовь

      Кира проснулась от аромата чего-то сладкого, витавшего в воздухе. Девушка взяла телефон и невидящим после сна взглядом посмотрела на время - было уже 10 утра. - Вот это я поспать... - прошептала русская, сладко потянувшись и от души зевнув. - Доброе утро, любимая, - улыбнулся Якоб, который "колдовал" в кухонной зоне ее номера в одних боксерах и футболке, - Ничего, что я у тебя тут хозяйничаю? - Доброе утро, милый, - с улыбкой произнесла Кира, потирая глаза и, надев на голое тело рубашку Якоба, встала с кровати, - Что у нас сегодня на завтрак? - Я нам какао сварил - нашел его в шкафчике, видимо, специально для гостей, - ответил швед, разливая из ковшика по кружкам ароматное какао, - Тебе с молоком? - Да, с молоком, - на автомате ответила девушка, садясь за стол и не переставая удивляться.              Внезапно в дверь номера постучали, и Якоб со словами "А вот и завтрак приехал!" пошел открывать. Завтраком оказался манный пудинг с лесными ягодами и пончики с разноцветной глазурью. - Вкусный завтрак, спасибо, любимый, - произнесла Кира, допив какао. - Пожалуйста, солнышко, - ответил Норргорд, - Какие планы на сегодня? - Репетиция финала после обеда, - ответила Кира, - А у тебя? - Аналогично, - ответил Якоб, - Может, сходим куда-нибудь вечером? - Я не против, - улыбнулась Трифонова. - Тогда сейчас позавтракаем, порепетируем, а вечером встретимся и подумаем, куда можно будет сходить, - предложил Норргорд, на что Кира согласно кивнула.       Молодые люди закончили завтрак и Якоб уже собирался уходить в свой номер, но, видя Киру с её распущенными золотистыми русалочьми локонами, в его рубашке, убирающую кружки в раковину и снующую по кухне, он привлек девушку к себе и, завороженно смотря в её глаза и на её лицо, положил ладони на её бедра и опустив голову ей на грудь, слушая ритмичное биение её сердца. - Ты такая милая, такая домашняя, такая уютная... Хочу всегда видеть тебя такой...       Кира, гладя пальчиками мягкие русые волосы мужчины, тихонько рассмеялась: - Ты хочешь взять меня в кухонное рабство? - Нет, я... - Якоб не стал продолжать то, что хотел сказать, словно боясь спугнуть девушку, но Кира догадалась, что он имел в виду. - Успеем ещё, к тому же, вдруг, я невкусно готовлю или вообще неряха и лентяйка? - усмехнулась Трифонова. - Я в это не верю, - ответил Якоб, просунув горячие ладони под рубашку и гладя нежную спину Киры, - Тем более я слышал, что русские девушки очень хозяйственные и офигенно готовят, и я думаю, что ты не исключение. - Ну вот, ты меня раскусил, - рассмеялась Кира, - Как-нибудь постараюсь удивить тебя своим коронным блюдом, - подмигнула она, параллельно сняв с себя рубашку Якоба и отдав её ему. Якоб отложил рубашку в сторону и, прижав Киру к себе, стал губами ласкать грудь девушки и ладонями её попку, заставив Трифонову тихонько застонать от удовольствия. - Твое тело - произведение искусства, ты знаешь это? - прошептал швед, скользя пальцами по её тонкой загорелой талии, не прекращая при этом играть языком с её возбужденными розовыми сосочками. Кира, оседлав бедра Норргорда, страстно поцеловала его в сладкие после какао губы, снимая с него белую хлопковую футболку с V-образным вырезом, красиво сидящую на его фигуре.       Почувствовав под своими бедрами его возбуждение, Кира стала двигаться, выбивая стоны из груди шведа и вскоре добилась своего - Якоб подхватил девушку на руки, отнес к кровати и, опустив её на ложе и развернув спиной к себе, попросил принять коленно-локтевую позу, затем, осторожно надавив, ладонью прогнул ей поясницу, попутно покрывая страстными, но быстрыми поцелуями её спинку и избавляя себя от боксеров, ставших сейчас такими тесными и ненужными. - Что ты делаешь со мной, мм? - прошептал Якоб, надев презерватив на давно уже требующий разрядки член и, использовав смазку, вошёл в лоно девушки, держа ее бедра в своих горячих ладонях и начав двигаться, заставляя Киру стонать и цепляться пальчиками за простыни, - Я понимаю, что это прозвучит грубо, но я хотел бы трахать тебя всю жизнь, - хрипло произнес Норргорд почти в самое ухо девушки, легонько прикусив мочку, от чего девушка вздрогнула и застонала чуть громче, вдыхая сладкий, тонкий, цитрусовый аромат её волос и наслаждаясь цветочно-мускусным запахом её кожи, - Ты просто огонь, мне никогда и ни с кем не было так, как с тобой... Ты не представляешь, как я хочу тебя, день и ночь думаю только о тебе. Я люблю и хочу только тебя, моя девочка, мое солнышко, любовь моя...       Кире одновременно и нравилось, и льстило то, что говорил Якоб. Да, звучало слегка грубовато, но она уже давно поняла, что несмотря на мягкость и "няшность" Якоба, ему также присущи и небольшая грубость, которая ничуть его не портила, а наоборот, добавляла этому "десерту" харизматичную нотку перца чили - именно таким, по её мнению, и должен быть настоящий мужчина.       Испытав первый полу-оргазм, Кира сменила позу, ложась на спину и притянув к себе Якоба, смотря в его красивые серо-зелёные глаза с расширенными зрачками. Мужчина, не разрывая зрительного контакта, смочил пальцы слюной, после чего снова вошёл в неё, навалившись на девушку всем весом, и Трифонова, обвив ножками его стройную талию, касаясь пяточками упругих мужских ягодиц, вдыхая хвойно-ледяной аромат его кожи и ощущая приятную тяжесть его тела, стала двигаться одновременно с ним, пока его губы беспорядочными, "слепыми" поцелуями касались её губ, лица, шеи, груди, ключиц, плеч, запястий и возвращались обратно к губам с уже более страстными и развязными "французскими" поцелуями. - Твой аромат сводит меня с ума, Кира, - произнес Якоб, губы которого ласкали нежную шею русской, - Не могу надышаться тобой... Давай теперь сидя.       Они сели на постели и, одновременно начав движение и чувственно целуясь и лаская друг друга, вместе дошли до пика. - Люблю спонтанность, - тяжело дыша и широко улыбаясь, произнес Якоб, ложась на спину и заложив руки за голову, - Тебе понравилось, милая? - Да, очень, - ответила Кира, положив голову на плечо мужчины и обняв его за талию, - Ты лучший. - Хотел бы всю жизнь с тобой из кровати не вылезать, - произнес швед, - Но на Евровидении, к сожалению, нужно выступать другим способом, - Кира рассмеялась, a следом рассмеялся и он. - Обожаю твой смех, родная, буду почаще тебя смешить.       Кира, лицо которой освещала яркая улыбка, взглянула на экран телефона и сообщила, что репетиции начнутся уже через час.       Молодые люди вместе сходили в душ, привели себя в порядок и Якоб, покидая люкс девушки, произнес: - Не прощаюсь, солнышко, - и нежно поцеловал девушку. - Люблю тебя, - прошептала Трифонова, закрывая дверь за шведом. - И я тебя люблю, Кира, - ответил Якоб, выходя из её номера и направляясь к лифту.       Кира, заплетя волосы в косы, нанеся лёгкий дневной макияж и переодевшись в тренировочные штаны и в свободную футболку, отправилась в зал для репетиций, где ее уже ждала её группа.