Я всегда выбирал жизнь.

      Толпа журналистов никак не могла успокоиться. С каждого угла слышны вспышки камер, в воздухе ощущается аромат сплетен и интриг. Гарри сидел на неудобном жёстком кресле, а вид выражал того самого героя четырёхлетней давности. До 8 курса в Хогвартсе. До всей грязной кутерьмы.       Как он решился дать интервью? Всё до безобразия просто. Унять толпу можно двумя способами: убить свидетей или убить в них зарождающееся чувство. И не важно, ненависть это или желание справедливости. Конечно, можно мимо ушей пропустить бесконечный поток ругани, но как показывала практика, ни к чему хорошему такой вариант не приводит.       Он сидел в центре небольшой сцены в окружении нескольких бывших подчинённых. Приходить на такое мероприятие без охраны — подобно смерти, ибо журналисты — не люди, а самые настоящие звери, охотящиеся за сенсациями. Так что лишняя защита от примитивных надоедливых зевак была нужна. Где-то за кулисами стояли Рон и Гермиона, создавая видимость того, что сегодня он не один. Может говорить открыто, может говорить… правду.       — Мистер Поттер, как вы объясните недавнее фото в газетах? — Выкрикнула молоденькая девушка. Среди всех она казалась слишком миниатюрной, но рвалась в бой так, что рядом стоящие мужики могли только позавидовать. Сразу видно, кто из этих любопытных больше всех тянется за правдой. — Судя по данным издательства «Пророк», весь тираж выкупили практически сразу после публикации!       Вопросы сыпались один за другим, но вычленить что-то стоящее трудновато. Гарри бы не смог в такой обстановке нормально сосредоточиться, но благо, один из авроров с помощью заклинания в миг заткнул толпу. Громкий голос скользнул по маленькому помещению лавиной. Создалось впечатление, что даже стены задрожали от неизбежности.       — Никак не объясню. — С уже привычной настойчивостью сказал Поттер, бросая взгляд на девушку. — Мне больше интересно, кто допустил к раздевалкам журналиста.       — Думаете, он вас преследовал?       — Нет. Скорее искал повод для заработка. И нашёл.       Гарри сразу решил, что будет говорить так, как есть. Как думает и чувствует. Пусть люди видят в его словах не только вновь приобретенную ответственность, но и никогда не показываемую истинность. Пусть весь магический мир подавится слюнями от осознания, что бывший Пожиратель Смерти и Герой Британии теперь в отношениях. Скрывать им больше нечего, так зачем продолжать прятаться? Ради чего?       Сразу вспомнились слова Драко о свободе. Он был прав, когда говорил, что ничего не изменится, а сидеть в четырёх стенах и считать дни до счастливого будущего — удел тру́сов. Только сейчас это осознание не приносило ничего хорошего. На почве из недопонимания, они построили такое количество стен вокруг, что ломать их пришлось не просто кувалдой, а драглайном.       — Ты серьёзно считаешь, что встречаться с мужиком — это нормально?! — На этот раз из толпы послышался мужской высокий голосок. Словно обладатель хотел вывести Поттера на лишние эмоции одним только тембром. До ужаса неприятным тембром. — Особенно, если это Малфой!       Он сжал челюсти посильнее. Кингсли не простит ему убийство. Точно не такое.       — А у вас есть какие-то комплексы по этому поводу? — Его бровь метнулась вверх. В зале зашуршали прыткопишущие перья. Скрежет о пергаменты задевал оголённые нервы. — Если да — это не мои проблемы.       Отбиваться от словесных атак было приятно. А ещё приятнее осознавать, что ты можешь ответить на провокацию с ноткой остроумия и дерзости. Давно Поттер не испытывал эйфорию от надобности заткнуть чей-то поганый рот. Самые смелые опускались до косвенный оскорблений, но даже такие мелочные попытки вывести его из себя не увенчались успехом.       Храни Мерлин этого удивительно проницательного колдопсихолога. Если бы не Кирибан, справляться с гневом Гарри бы не научился.       Глубокий вдох. Выдох. Посчитать кучку идиотов, подметить их одинаковые галстуки и мысленно провертеть каждого на пиках. Сразу становится легче.       — Что Драко Малфой делал в раздевалке сборной по квиддичу?       Очередной тактичный вопрос, заставляющий картотеку воспоминаний вращаться в бешеном ритме, прозвучал среди гула как данность. Это интересовало многих, судя по выдвигаемым теориям.       — Пришёл поддержать. — Всё так же холодно ответил он. — Квиддич очень важен для меня. Нет ничего удивительного в том, что он зашёл в раздевалку после матча.       — Или трахаться. Судя по видку-то в газетах.       Гарри искренне не понимал таких людей. Как и их желание получить по морде за подобное речи. Неужели не существует понимания ситуации? Сдержанности, тактичности? Да, плести драму, словно паук паутину, всегда интереснее. Многие жить без этого не могут, постоянно полагаясь на чужие взлёты и падения. Какой бы новость не была, каждый может вычленить из неё повод для сплетен. Таковы реалии знаменитости.       Поттер спокойно сказал одному из авроров, чтобы тот вывел из зала провокатора. Он здесь не для того, чтобы вымещать злость на каком-то невоспитанном придурке.       Толпа ненадолго затихла, будто стала тщательнее подбирать слова. Хотя… так показалось только в самом начале. Уже спустя несколько минут, на Гарри вновь посыпались вопросы странного содержания. И отвечать на них было тяжело.       — Судя по слухам, вы вели распутный образ жизни. Это не мешает в отношениях? Драко Малфой так легко согласился?       Сразу три несуществующих ножа пронзили плоть. Сколько бы Поттер не учился жить заново, мысли о прошлом всё равно появлялись. Он не думал слишком много, но вопрос журналиста звучал так небрежно, что захотелось послать его подальше.       Так легко согласился? Что он несёт?! Неужели в глазах общественности Драко превратился в лужицу? Если бы люди знали всю подноготную, то перестали бы нести чушь.       — Мешало. Раньше. — Правда всё же выскочила наружу. Гарри буквально пришлось протолкнуть её языком, чтобы не выглядеть унизительно. — Исправлять ошибки молодости трудно. Не думайте, что Драко настолько наивный.       Позади послышался шорох. Поттер обернулся за кулису и увидел, как Рон нервно топчется на месте. Гермиона что-то шептала на ухо, а парень всем своим видом кричал о том, что сожалеет. Пока толпа переваривала новый поток информации, Гарри тихонько постучал по стулу, привлекая к себе внимание. Друг бросил на него сочувствующий взгляд.       — Не вини себя, дубина.       Одними губами передал он, пару раз стукнув кулаком у виска. Рон замахал руками в воздухе и крутанул головой.       — Но я виноват.       — Нет.       Они перебрасывались жестами, будто играли небольшую сценку в немом театре. Окружающие наверняка это заметили, но предпочли молчаливо строить догадки, нежели спросить напрямую.       — Пару минут. — Бросил Гарри в толпу и поднялся со стула.       Он не мог оставить друга в таком состоянии, особенно сейчас. Уизли тот ещё паникёр, пусть и не показывает это. Гермиона, может, и справиться с рыжем буйством, но лишний раз давать ей повод для нервозности не хотелось. Девушка и так настрадалась за всю беременность.       Все они не особо жалуют рассказывать о проблемах. Так что «Золотая троица» могла похвастаться лишь титанической выдержкой и героическим сокрытием своих переживаний.       — Че творишь?! Мы так-то тебе репутацию налаживаем! — Агрессивный шёпот проехался по слуховым рецепторам. Рон ткнул его пальцем в грудь.       — Твой обморок мне не поможет.       — С каких пор тебе не поебать? Иди к ним!       — С этих. — Поттер положил ладони на плечи. Чувствуя чужую дрожь, он быстро нашёл нужные слова. — Я не могу отказаться от этого интервью, как и тратить время на твой покой. Прими тот факт, что ты не виноват.       — Если бы я только углубился в психоанализ.!       — Всё было бы по-другому, да. — Поттер дёрнул его из стороны в сторону, приводя в чувства. — Но сейчас бессмысленно думать об этом. Всё пучком.       — Дожили. Пациент успокаивает врача!       Рон сбросил с себя цепкую хватку и отошёл подальше. Не понятно, нервничал он или просто злился на себя за то, что не смог помочь. Гарри в любом случае не винил его.       — Прекращай вести себя как баран. — Усмехнулся он, бросая взгляд на Гермиону. Подруга выглядела расслабленной. — Ты мой лучший друг. Прекрасный отец и муж. Смирись.       Он подмигнул Уизли и сделал несколько шагов назад. Друг хотел добавить что-то ещё, судя по красным щекам и открытому рту, но Гарри ему не дал, оставляя в воздухе истину.       . . .       Толпа уже нашла очередную порцию вопросов. Поттер выдохнул остатки напряжения, снова усаживаясь на неудобное кресло.       — Как долго вы в отношениях?       — Не боитесь за общественное мнение?       — Малфой тоже даст интервью?       — Что вы делаете с нападками на свой дом? Не боитесь, что люди найдут способ отомстить?       И другая смесь бесконечных уточнений его новой жизни. Журналисты не останавливались, а значит собрание могло продолжаться вечно. Конечно, первое интервью за столько долгое время, так и новости весьма противоречивые. За первый час из зала выставили ещё несколько хамоватых, но это никак не помогало Поттеру. Мысли о друге, о Драко, о безопасности — всё смешалось в единый валун. Только пальцем ткни и он рухнет с горы, сметая всё вокруг.       — Что скажете тем, кто против вашего союза?       Выкрик из дальней части зала почему-то взбесил Гарри до чёртиков. Может, на это повлияла усталость, а может и сам вопрос.       — Пошли все нахуй. — Не скрывая раздражения, он нервно мотнул рукой в воздухе. — Это моя жизнь. Мой выбор. То, что я разрушил и построил сам.       Внезапный мат, кажется, разом заткнул всёх. Даже авроры загадочно переглянулись между собой, ведя молчаливый диалог о происходящем.       — Мне решать с кем быть. — Продолжил Гарри, делая паузы между предложениями, чтобы перевести дух. — Противники могут сколько угодно докучать, но в таком случае пусть вспомнят, кто убил Волан-де-морта.       Противоречие в словах присутствовало, ведь парни буквально просидели дома две недели, стараясь не нарываться на общественность. По крайней мере, сейчас никто из них уже не хотел прятаться.       Рано или поздно толпа успокоится. Очередная дешёвая сенсация заставит забыть о Гарри Поттере и его партнёре.       — Хватит и этого.       Одним жестом он обозначил конец интервью. Срываться с петель на столь значимом событии было бы глупо, так что лучше закончить сейчас, нежели потом сожалеть. Гарри сказал достаточно и надеялся на хороший результат. Обозначил позиции, пригрозил расправой (а кто захочет идти против Героя, да?) и обезопасил честь Драко, чтобы его в последствии не обвиняли в охмурении, соблазнении и так далее.       Работа успешно проделана. Толпа, судя по всему, пребывала в раздумиях. Осталось дождаться завтрашнего выпуска газет, а там и всё наладится.       Наверное.       — Ты его любишь?       Поттер резко обернулся. Этот голос… мелодичный, загадочный, нежный. Его не должно быть здесь.       Глаза забегали по головам журналистов в поисках пушистой львиной гривы. Многие тоже искали обладательницу столь пленительного голоса и в конце концов нашли. Её длинные белоснежные волосы, собранные в пучок, выделялись в чёрной толпе. Странно, что Поттер не заметил её присутствие ещё в самом начале.       Полумна вышла чуть вперёд, ошарашивая не только своей красотой, но и по обычному странноватым внешним видом. На девушке хорошо прослеживалось большое количество браслетов с природными минералами, а на глазах знакомые гипнотические очки. Или… как она их называла? Спектрально-астральные?       Гарри уже виделся с Лавгуд на свадьбе Рона и Гермионы, но вычленить время на разговор так и не вышло. Девушка развлекалась с остальными, танцевала от души и вела себя так, как привыкли называть в школе — полоумно.       И… её действительно не должно быть здесь. Насколько Поттер осведомлён, школьная подруга стала магозоологом и сейчас тратит всё время на изучение неизвестных видов. Её отец продолжает вести журнал, но популярность загадочного чтива с обыденным слогом упала почти сразу после войны. Это, к слову, никому не мешало вести журнал дальше. В Британии достаточно магов, которые интересуются подобным.       Полумна наклонила голову в бок, привлекая внимания Поттера к себе ещё больше. Почему-то сейчас парень подумал, что вокруг него неустанно летают мозгошмыги. Такое чувство, будто они не покидали его жизнь никогда.       — В отношениях важно, чтобы оба любили. — В своей прежней манере продолжила девушка, по странному улыбаясь. — Ты любишь Драко?       Повтор вопроса вызвал в Гарри неожиданное… смятение? Смущение? Неловкость? Его щёки тут же загорелись красным, словно он звучал слишком интимно, хотя в рамках интервью можно было ожидать одним из первых.       И нет. Это не любовь. Это высшая степень взаимоуважения, с нотками срывов на почве недосказанности. Это готовность прыгнуть в огонь, ради спасения чужой жизни. Это жертвенность, умение искать компромисс даже в самой дерьмовой ситуации.       Закуска с острым перцем. Когда приятная боль ощущается лучше, чем идеально приготовленное блюдо.       — Это агапэ́.       Гарри не нашёл подходящего ответа. Не стал утверждать и опровергать столь значимый вопрос. Он сказал коротко, отметая все последующие попытки разузнать больше. А после аппарировал, оставляя искателей интриг в своих раздумиях. Полумна бросила ему напоследок улыбку, через время бесшумно скрываясь среди толпы.

***

      Лес встретил обилием новых звуков, которые разительно отличались от городского шума. Воздух наполнял лёгкие свежестью, а недавно прошедшая морось смыла с зелени пыль и грязь. Природа тянула к нему свои широкие ветки, укрывая от тяжести интервью, от тупых вопросов и беспокойства.       То самое озеро. Тот самые пирс. Их первый чувственный разговор, который предполагал, что общественное мнение — пустой звук, на фоне внутреннего самочувствия. Если бы Поттер только знал, что спустя пару месяцев, жизнь заставит пожалеть о столь необудманно брошенных словах.       Лёгкий ветер трепает кроны деревьев, разнося запах свежескошенной травы по всей округе. В озере рядом плещутся рыбы, где-то позади птицы встречают неизвестного им человека своим пением. Гарри садится на пирс, свешивает ноги и смотрит на водную гладь. Глубина уже у берега достигала немыслимых размеров, являя взору черноту. Это может быть как разыгравшееся воображение, так и реальность. Кто знает, что находится за пределами нашего восприятия.       Рядом с ним уже обустроено место для пикника. Драко хотел на природу? Гарри это устроил. Всё просто, без лишних нервов и переживаний. Осталось только аппарировать домой, забрать своего партнёра из лап двухнедельного заточения и насладиться предзакатным солнцем. Небо сегодня, на удивление, чистое, без тягучих облаков, которые так привыкли закрывать обзор.       Звезды можно увидеть даже невооружённым глазом.       Как и остальные вещи. Смотреть на мир с точки зрения своего мировоззрения, без фальшивых зелий, без романтизации, без драмы и выдумки. Вот оно — настоящее. Мир в котором Поттеру есть место.       А может, оно было всегда. Просто Гарри не видел его в силу собственной слепоты.       Ещё раз проверив приготовления, оглядев поляну и посмотрев прогноз погоды, он поднимается с деревянной конструкции и вдыхает атмосферу полной грудью. Наполняется решимостью наконец-то закончить полугодовую беготню по кругу, тем самым ставя последние точки на координатной прямой. Фиксируясь именно в этом моменте времени. И пусть позади остались события, именуемые минус бесконечностью, важно помнить, что впереди знак сменяется на плюс.

***

      Небольшая прогулка до дома привела мысли в полный порядок. Сегодня на удивление слишком много народу. Пока он шёл по широкому тротуару, то успел заметить людскую суету. Машины бикали на светофорах, мимо промчался пожарный экипаж, следом догоняла скорая. В этом районе всегда происходили какие-то беды, но обычно приезжала милиция. То драка, то разбой, то кража — ни единого спокойного дня. Гарри, в силу своих нервотрёпок, не особо замечал подобное, но Драко успел рассказать о прелестях жизни на окраине.       Вдалеке скопилась куча народу. Крики, невнятные мольбы, кто-то махал руками — дурдом одним словом. Поттер подумал, что жители наконец-то взбунтовались против аварийных жилых комплексов, которые стояли намного глубже его дома, но находились в том же дворе. Давно пора позаботиться о жителях, которые вынуждены провести остаток дней в откровенно ужасных квартирах.       Подойдя ближе, Гарри смог полностью понять ситуацию.       Среди толпы паникующих уж очень сильно выделялась бабушка с совой на плече и хорьком в руках. Чтобы её не заметить надо быть полностью слепым.       — Что случилось? Почему вы здесь? — Поттер подошёл ближе к Мэчмекер. Их дом был за поворотом, в метрах ста от сборища.       — Ох, Гарри! Что же теперь будет то? — Та покачала головой, смотря в сторону других многоэтажек. — Горит, всё горит!       — Что горит?       — Дом наш! Всё пропало, господи, боже.       Толпа суетливо рассуждала о вынужденном переселении. Кто-то даже радовался, что им выделят новые ухоженные квартиры, в замен на сгоревшие. И пока люди продолжали повышать градус беспокойных разговоров, Поттер пытался унять разрывающую пустоту внутри. Столько сил и времени вложено в это место…       — Где Драко? — Спросил почти сразу, а после огляделся по сторонам.       — Там он! Ох, что же будет... Гарри!