Игра в Го

Утренний свет мягко проникал через окна квартиры Юйшу, окрашивая стены в теплые золотистые тона. Девушка уже давно не спала – привычка просыпаться на рассвете укоренилась в ней с детства. Она сидела за небольшим столиком у окна, перебирая документы и попивая свой традиционный крепкий кофе, от которого большинство жителей Лофу морщились. Аметистовые глаза скользили по цифрам и отчетам с привычной точностью, а белый хвост с черными кончиками лениво покачивался в такт её размышлениям. Работа главного счетовода Лофу Сяньчжоу требовала не только математической точности, но и аналитического склада ума – качеств, которыми Юйшу обладала в избытке. Её квартира отражала её характер: минималистичная, аккуратная, каждая вещь на своем месте. Полки с книгами по математике и экономике, несколько фотографий с семьей и друзьями, и небольшая коллекция острых соусов – единственное, что выдавало её необычные вкусовые предпочтения. Закончив с утренними отчетами, Юйшу переоделась в свой обычный полуделовой наряд – брючные шорты, рубашку в стиле ципао с длинными рукавами и черные туфли. Прозрачные чулки с узорами в виде огня были её небольшой данью индивидуальности в строгом мире цифр и документов. Собрав волосы, она оставила несколько белоснежных прядей свободно падать на плечи – эта особенность её внешности всегда привлекала внимание, хотя сама Юйшу предпочитала оставаться в тени. По дороге на работу она остановилась в небольшом кафе, где заказала свой обычный завтрак – острую лапшу с дополнительным перцем чили. Владелец заведения уже привык к её странным предпочтениям и больше не удивлялся, когда видел, как хвост девушки буквально трясется от удовольствия при первом же глотке обжигающего блюда. — Юйшу! — раздался знакомый голос. Обернувшись, она увидела Гуйнайфэнь, которая направлялась к её столику с широкой улыбкой. — Опять ешь эту адскую смесь с утра? — Доброе утро, Найфэнь, — ответила Юйшу, слегка улыбнувшись. — Это не адская смесь, а идеальный способ проснуться. Гуйнайфэнь покачала головой, садясь напротив подруги. Её яркая личность и энергичность всегда контрастировали со сдержанностью Юйшу, но именно это делало их дружбу особенной. — Слушай, помнишь, что сегодня вечером мы планировали встретиться с Хохо и Ханьей? — спросила Гуйнайфэнь, заказывая себе обычный чай. — Конечно помню, — кивнула Юйшу, аккуратно наматывая лапшу на палочки. — Только не предлагай снова пить вино. Ты же знаешь, что происходит, когда я пью. Гуйнайфэнь рассмеялась, вспомнив, как её подруга могла уснуть, просто почувствовав запах алкоголя. — Ладно, ладно. Может, просто поболтаем и съедим что-нибудь нормальное. Хотя твое определение "нормального" весьма спорно. После завтрака девушки разошлись по своим делам. Юйшу направилась в административный комплекс, где располагался её кабинет. Здание поражало своей архитектурой – традиционные элементы Сяньчжоу гармонично сочетались с современными технологиями. Коридоры были широкими и светлыми, а через большие окна открывался вид на бескрайние просторы космоса. Её кабинет находился на одном из средних этажей, откуда было хорошо видно центральную площадь Лофу. Рабочее место Юйшу отличалось той же аккуратностью, что и её квартира – каждый документ лежал в строго определенном месте, а на столе стояла небольшая чашка для её крепкого кофе и счеты, которые она использовала не только для расчетов, но и как своеобразный способ сосредоточиться. Утро прошло в обычной рутине – проверка отчетов различных комиссий, сверка бюджетных расходов, анализ финансовых потоков. Юйшу погрузилась в работу с головой, её аналитический ум легко выявлял несоответствия и ошибки в документах. Именно эта способность сделала её незаменимой в системе управления Лофу. Около полудня в её кабинет постучали. Юйшу подняла глаза от документов и увидела секретаря с очередной стопкой бумаг. — Госпожа Юйшу, вам передали срочные отчеты от комиссии по алхимии, — сказал молодой человек, осторожно ставя документы на край стола. — Спасибо, — кивнула она, не отрываясь от текущей работы. — Оставьте их здесь, я разберу позже. Когда секретарь ушел, Юйшу продолжила работу над текущими документами. Её белые уши слегка подрагивали – привычка, которая проявлялась, когда она была особенно сосредоточена. Хвост покачивался в медленном ритме, отражая её внутреннее спокойствие. Время близилось к обеду, когда Юйшу решила сделать перерыв. Она встала из-за стола, потянулась, чувствуя, как затекшие мышцы приходят в норму. Взглянув в окно, она заметила знакомую фигуру на площади – генерал Цзин Юань неспешно прогуливался в сопровождении нескольких офицеров. Даже на расстоянии было видно его характерную расслабленную походку и длинные светлые волосы, развевающиеся на ветру. Воспоминание о том злополучном обеде два месяца назад заставило Юйшу отступить от окна. Тогда она предложила генералу попробовать свою особенно острую лапшу, не подумав о том, что его вкусы могут кардинально отличаться от её собственных. Результат был катастрофическим – Цзин Юань побледнел после первой же ложки, а когда она предложила ему свой кофе, чтобы запить остроту, он выплюнул горький напиток и поспешно удалился. Позже Юйшу узнала, что у генерала была диарея, а среди коллег поползли слухи о серьезном отравлении. С тех пор она старательно избегала встреч с ним, чувствуя неловкость за свою неосторожность. Каждый раз, когда их пути могли пересечься, Юйшу находила способ незаметно скрыться или изменить маршрут. Решив пообедать в кафетерии, она взяла сумку и направилась к выходу из кабинета. Коридор был довольно людным – время обеда привлекало многих сотрудников комиссий. Юйшу шла, погруженная в свои мысли, когда вдруг услышала знакомый голос в соседнем коридоре. — ...документы должны быть готовы к вечеру, — говорил Цзин Юань одному из своих помощников. Сердце Юйшу забилось быстрее. Она быстро оценила ситуацию – если она продолжит идти прямо, то неизбежно столкнется с генералом. Не раздумывая, она свернула в боковой коридор, ведущий к запасной лестнице. Её движения были быстрыми и точными, как у опытного стратега, избегающего нежелательного столкновения. Спустившись по лестнице, Юйшу вышла через другой выход и направилась в кафетерий окольным путем. Её щеки слегка порозовели от смущения – она понимала, что её поведение было детским, но не могла заставить себя встретиться с Цзин Юанем лицом к лицу. В кафетерии она заказала свое обычное блюдо – острую лапшу с дополнительными специями. Повар, уже знакомый с её предпочтениями, добавил столько перца, что у других посетителей слезились глаза только от запаха. Юйшу же с удовольствием принялась за еду, её хвост снова задрожал от наслаждения. — Как ты это ешь? — удивленно спросила проходящая мимо коллега. — Привычка, — коротко ответила Юйшу, не желая вдаваться в подробности. После обеда она вернулась в кабинет и принялась за отчеты комиссии по алхимии. Документы были оформлены аккуратно, но что-то в цифрах показалось ей странным. Одна из сумм не сходилась с общим балансом, а подпись на последней странице выглядела слегка размытой. Юйшу нахмурилась, перепроверяя расчеты. Её математический ум не мог игнорировать несоответствие, но она решила не придавать этому особого значения – возможно, это была простая ошибка или опечатка. Она отложила документы в сторону и продолжила работу с другими отчетами. Остаток дня прошел спокойно. Юйшу закончила все текущие дела и начала готовиться к уходу домой. За окном уже начинало темнеть, а огни Лофу создавали завораживающую картину космического города. Собирая вещи, она вспомнила о встрече с подругами. Гуйнайфэнь наверняка уже ждет её в Саду безмятежности вместе с Хохо и Ханьей. Эти встречи всегда поднимали ей настроение – несмотря на свой сдержанный характер, Юйшу ценила дружбу и теплое общение. Выходя из здания, она снова осторожно осмотрелась, проверяя, нет ли поблизости Цзин Юаня. Убедившись, что путь свободен, она направилась к Саду безмятежности. Сад встретил её привычной атмосферой спокойствия и красоты. Традиционные фонари освещали извилистые дорожки, а воздух был наполнен ароматом цветущих растений. Юйшу легко нашла беседку, где уже собрались её подруги. — Шу! Наконец-то! — воскликнула Гуйнайфэнь, вскакивая с места. — Мы уже думали, что ты передумала. — Извините за опоздание, — ответила Юйшу, садясь на свободное место. — Работы было больше обычного. Хохо нервно улыбнулась: — Н-ничего страшного. Мы только что пришли. Ханья, более сдержанная и серьезная из компании, кивнула в знак приветствия. — Как дела на работе? — спросила Гуйнайфэнь, наливая чай. — Что-нибудь интересное? — Обычная рутина, — пожала плечами Юйшу. — Хотя сегодня наткнулась на странные отчеты от комиссии по алхимии. Возможно, просто ошибка. — А что с генералом? — с хитрой улыбкой спросила Гуйнайфэнь. — Все еще избегаешь его? Щеки Юйшу слегка покраснели. — Я не избегаю. Просто... наши пути редко пересекаются. — Шу, — вмешалась Ханья своим спокойным голосом, — ты не можешь вечно прятаться от него. Рано или поздно вам придется встретиться. — Я знаю, — вздохнула Юйшу. — Просто пока не готова смотреть ему в глаза после того инцидента. Хохо тихо хихикнула: — М-может, он уже забыл об этом? — Сомневаюсь, — мрачно ответила Юйшу. — Такие вещи не забываются. Подруги провели приятный вечер, обсуждая последние новости Лофу, планы на выходные и различные слухи. Гуйнайфэнь рассказывала о своих последних выступлениях, Ханья делилась интересными случаями из работы в Комиссии десяти владык, а Хохо робко рассказывала о своих успехах в изгнании злых духов. Когда стемнело окончательно, девушки начали расходиться по домам. Юйшу попрощалась с подругами и направилась к своей квартире. Прогулка по ночному Лофу всегда успокаивала её – город приобретал особую магию в свете звезд и искусственного освещения. Дома она приготовила себе ужин – снова что-то острое, что заставило бы большинство людей бежать за молоком. Сидя у окна с чашкой крепкого кофе, Юйшу размышляла о прошедшем дне. Странности в отчетах комиссии по алхимии не давали ей покоя, но она решила подождать до завтра, чтобы разобраться с этим более тщательно. Перед сном она еще раз просмотрела свои записи, делая пометки для завтрашней работы. Её аналитический ум уже начинал выстраивать возможные объяснения замеченных несоответствий, но пока это были лишь предположения. Утром следующего дня Юйшу проснулась с твердым намерением разобраться с вчерашними странностями. Она пришла на работу раньше обычного и сразу же принялась за изучение отчетов комиссии по алхимии более детально. Чем глубже она вникала в документы, тем больше несоответствий обнаруживала. Суммы не сходились, даты выглядели подозрительно, а некоторые подписи казались поддельными. Её математический ум не мог игнорировать такие очевидные нарушения. К полудню на её столе лежали новые отчеты – на этот раз от комиссии по балансу. И здесь Юйшу обнаружила аналогичные проблемы. Это уже не могло быть совпадением. Решив действовать, она отправилась на площадь алхимиков, чтобы найти Линшу – нового мастера котла комиссии по алхимии. Площадь была оживленной, полной ароматов различных снадобий и звуков работающего оборудования. Линшу она нашла возле одного из больших котлов, где та наблюдала за процессом варки какого-то сложного зелья. Видьядхара выглядела сосредоточенной и спокойной, её острое обоняние позволяло ей контролировать процесс на уровне, недоступном другим. — Госпожа Линша, — обратилась к ней Юйшу, подходя ближе. Мастер котла обернулась, и её лицо выразило легкое удивление. Репутация Юйшу как тайного аудитора была хорошо известна среди руководителей комиссий, и её появление редко предвещало что-то хорошее. — Госпожа Юйшу, — осторожно поздоровалась Линша. — Что привело вас ко мне? — У меня есть вопросы по отчетам вашей комиссии, — прямо сказала Юйшу, доставая документы. — Не могли бы вы взглянуть на эти подписи? Линша взяла документы и внимательно изучила их. Её лицо оставалось невозмутимым, но Юйшу заметила, как слегка напряглись её плечи. — Эта печать выглядит смазанной, — наконец сказала Линша, указывая на одну из страниц. — Я бы никогда не отправила такой документ дальше своего стола. Обычно я прошу переписать все, что выглядит неаккуратно. Юйшу кивнула, её подозрения подтвердились. Что-то определенно происходило, и это требовало более глубокого расследования. — Спасибо за помощь, — сказала она, забирая документы. — Юйшу, — остановила её Линша, — будьте осторожны. Если кто-то подделывает наши документы, это может быть опасно. В этот момент к ним подбежала запыхавшаяся Гуйнайфэнь. — Шу! Наконец-то нашла тебя! — воскликнула она. — Хохо и Ханья освободились раньше, чем планировали. Пойдем к ним в Сад безмятежности! Юйшу хотела отказаться, её ум был полностью поглощен расследованием, но Гуйнайфэнь уже тащила её за руку. — Но у меня работа... — попыталась возразить Юйшу. — Работа никуда не денется! — настаивала подруга. — А вот свободное время у Хохо и Ханьи бывает редко. Не в силах сопротивляться энтузиазму Гуйнайфэнь, Юйшу позволила увести себя в Сад безмятежности. Там их уже ждали Хохо и Ханья с бутылкой вина. — Мы решили немного отпраздновать, — объяснила Ханья. — У Хохо сегодня получилось изгнать особенно сильного духа без посторонней помощи. Хохо покраснела от смущения: — Это была просто удача… — Не скромничай, — улыбнулась Гуйнайфэнь, наливая вино. — Это достижение! Юйшу неохотно взяла бокал, зная о своей низкой толерантности к алкоголю. Уже после первого глотка она почувствовала легкое головокружение, а после второго мир вокруг начал казаться размытым. — Шу, ты в порядке? — обеспокоенно спросила Гуйнайфэнь, заметив, как подруга начала клевать носом. — Я... просто немного устала... — пробормотала Юйшу, её веки становились тяжелыми. Через несколько минут она уже спала на скамейке, свернувшись калачиком. Её хвост обвился вокруг тела, а уши слегка подрагивали во сне. — Опять то же самое, — вздохнула Гуйнайфэнь. — Надо отнести её домой.

***

Утром Юйшу проснулась в своей постели, совершенно не помня, как туда попала. Голова слегка болела, а во рту был неприятный привкус. Она попыталась вспомнить вчерашний вечер, но в памяти остались лишь обрывки – встреча с подругами, вино, и затем провал. По дороге на работу она позвонила Гуйнайфэнь. — Найфэнь, что вчера произошло? — спросила она, когда подруга наконец взяла трубку. Голос Гуйнайфэнь звучал хрипло, явно выдавая похмелье. — О, Шу... — простонала Гуйнайфэнь. — Ты уснула после пары глотков, как обычно. Мы с Ханьей продолжили пить... Честно говоря, не очень помню, что было дальше. Проснулась дома, но понятия не имею, как туда добралась. — А кто отвел меня домой? — нахмурилась Юйшу. — Э-э-э... — Гуйнайфэнь явно пыталась вспомнить. — Кажется, появился кто-то из стражников... Или нет, подожди... Кто-то в белом... Извини, Шу, голова раскалывается, не могу думать. Юйшу вздохнула и закончила разговор. Тайна того, кто доставил её домой, оставалась нераскрытой, но сейчас у неё были более важные дела. В офисе она сразу же погрузилась в изучение старых документов комиссии по алхимии, пытаясь найти закономерности в обнаруженных несоответствиях. Её аналитический ум методично обрабатывал информацию, выстраивая возможные схемы мошенничества. Около полудня в её кабинет вошли встревоженные Юйкун и Цинни. Мать выглядела обеспокоенной, а приемная сестра нервно теребила край своей одежды. — Шу, нам нужно поговорить, — серьезно сказала Юйкун, закрывая дверь кабинета. — Что случилось? — встревожилась Юйшу, отрываясь от документов. — В последнее время на моем столе появляются отчеты с моей печатью, которые я точно не подписывала, — объяснила Юйкун. — Я помню каждый документ, который проходит через мои руки, но эти... я их никогда не видела. Юйшу почувствовала, как её сердце забилось быстрее. Она достала свои документы и показала их матери и сестре. — Посмотрите на это. Я обнаружила аналогичные странности в отчетах комиссии по алхимии и по балансу. Изучив документы, Юйкун нахмурилась: — Это серьезно. Если кто-то подделывает официальные документы, это может привести к катастрофе. — В таком случае, нам стоит передать информацию десяти владыкам.— Задумчиво сказала Юйшу. — Шу, — серьезно сказала Юйкун, — я прошу тебя заняться этим делом. Твои навыки аудитора здесь незаменимы. — Но это не входит в мои обязанности, — попыталась возразить Юйшу. — Я всего лишь счетовод. — Ты больше чем просто счетовод, и ты это знаешь, — настаивала мать. — Пожалуйста, Шу. Если мы не остановим это сейчас, последствия могут быть катастрофическими. Юйшу посмотрела на обеспокоенные лица матери и сестры. Её чувство справедливости боролось с нежеланием брать на себя дополнительную ответственность. В конце концов, азарт и жажда истины победили. — Хорошо, — вздохнула она. — Я займусь этим. Следующие несколько дней прошли в интенсивном расследовании. Юйшу, Юйкун и Цинни работали как команда, собирая информацию, анализируя документы и выявляя закономерности. Постепенно начала вырисовываться картина сложной схемы мошенничества, затрагивающей несколько комиссий. Но что еще более тревожно, они обнаружили, что за последнее время исчезло несколько человек, включая одного из чиновников среднего звена. Это уже не было простым финансовым мошенничеством – здесь замешано что-то гораздо более серьезное. — Нам нужен документ из архива генерала, — сказала Юйшу во время очередной встречи в её кабинете. — Без него мы не сможем доказать связь между исчезновениями и подделками. — Но для получения доступа к архиву нужно официальное разрешение, — возразила Юйкун. — А это займет несколько дней. — У нас нет столько времени, — покачала головой Юйшу. — Каждый день промедления может стоить кому-то жизни. Она задумалась, перебирая варианты. Внезапно в её голове возникла рискованная идея. — А что, если мы... позаимствуем документ? — осторожно предложила она. — О чем ты? — Копия этого отчета лежит в кабинете Цзин Юаня. Если его ненадолго отвлечь и… — Продолжила счетовод. — Шу! — ахнула Юйкун. — Это же кража! — Не кража, а временное заимствование, — поправила Юйшу. — Мы вернем его через пару дней. Генерал Цзин Юань известен своей... расслабленностью. Он часто даже не замечает, какие документы подписывает. Вряд ли он заметит пропажу одного незначительного отчета. — Это безумие, — покачала головой Юйкун. — Но это может сработать, — задумчиво сказала Цинни. — Вопрос только в том, как отвлечь генерала. Юйшу почувствовала, как её щеки начинают гореть, предчувствуя, к чему ведет разговор. — Ты могла бы пригласить его поиграть в шахматы или го, — предложила Цинни. — Он же постоянно пытается уговорить тебя на игру. — Нет, — категорически отказалась Юйшу. — Найдем другой способ. — Шу, — вздохнула Юйкун, — боюсь, другой такой возможности у нас не будет. Цинни права – это наш лучший шанс. — Но после того инцидента с лапшой... — начала Юйшу. — Подожди, — перебила её Цинни с подозрительным выражением лица. — Ты же говорила, что извинилась перед ним и вы помирились! Юйшу виновато опустила глаза. — Я... может быть, слегка преувеличила… — Шу! — возмутилась Цинни. — Ты мне врала все это время? — Не врала, просто... не уточняла детали, — пробормотала Юйшу. Юйкун внимательно посмотрела на дочь: — Расскажите мне что произошло. Юйшу вздохнула и рассказала всю историю – как она предложила Цзин Юаню свою особенно острую лапшу, как он побледнел и ему стало плохо, как она попыталась помочь, предложив свой крепкий кофе, и как он выплюнул его и поспешно удалился. — И с тех пор ты его избегаешь? — уточнила Юйкун. — Я не избегаю, — защищалась Юйшу. — Просто... не попадаюсь ему на глаза. Уже два месяца. — Два месяца! — ахнула Цинни. — Шу, это же ужасно! — Теперь понятно, почему он выглядел таким грустным, когда спрашивал о тебе, — задумчиво сказала Юйкун. — Бедный мужчина, наверное, думает, что ты на него сердишься. — Я не сержусь, — тихо сказала Юйшу. — Просто стыжусь. — Тем более нужно исправить ситуацию, — решительно заявила Цинни. — Пригласи его на игру, извинись за тот инцидент, и заодно поможешь нашему расследованию. Юйшу долго колебалась, но в конце концов согласилась. Вечером того же дня она оставила записку секретарше генерала, в которой сообщала, что у неё появилось свободное время и она хотела бы сыграть с Цзин Юанем в шахматы. На следующее утро генерал лично явился в её кабинет. Юйшу почувствовала, как её сердце забилось быстрее, когда он вошел. Цзин Юань выглядел как всегда – расслабленно и спокойно, но в его глазах она заметила что-то вроде осторожной надежды. — Юйшу, — мягко сказал он, — получил твою записку. Приятно слышать, что ты наконец готова принять мой вызов. — Генерал, — формально поклонилась она, чувствуя, как краснеют её щеки. — Спасибо, что нашли время. Они договорились встретиться в обеденный перерыв в одной из отдаленных беседок Сада безмятежности. Юйшу передала эту информацию Юйкун, и план был приведен в действие. Когда настало время встречи, Юйшу направилась в сад, чувствуя странную смесь нервозности и предвкушения. Беседка, которую выбрал Цзин Юань, была действительно уединенной – окруженная цветущими деревьями и журчащим ручьем. Генерал уже ждал её, сидя за небольшим столиком с шахматной доской. Он выглядел удивительно молодо в неформальной обстановке, его длинные волосы мягко развевались на ветру. — Надеюсь, ты готова к поражению, — с легкой улыбкой сказал он, когда она приблизилась. — Посмотрим, — ответила Юйшу, садясь напротив него. Первые ходы прошли в относительном молчании. Юйшу играла как обычно – агрессивно и точно, быстро получив преимущество. Но затем она вспомнила о цели встречи и начала специально делать слабые ходы, позволяя Цзин Юаню отыграться. — Интересно, — заметил он после особенно очевидной ошибки с её стороны. — Обычно ты не делаешь таких промахов. Юйшу почувствовала, как её щеки горят. — Просто... отвлеклась. — На что? — с любопытством спросил он, изучая её лицо. — На... работу, — соврала она. Цзин Юань кивнул, но его взгляд говорил о том, что он не поверил ей. Тем не менее, он продолжил игру, наслаждаясь редкой возможностью провести время с загадочной счетоводом. Когда игра закончилась его поражением, он предложил отвезти её обратно на работу. — Это было приятно, — сказал он, когда они шли к его транспорту. — Надеюсь, мы сможем повторить. — Возможно, — осторожно ответила Юйшу. — В следующий раз, может быть, попробуем го? Глаза Цзин Юаня загорелись от интереса. — С удовольствием. — Только на этот раз я выберу время и место. — Улыбнулась она. — Договорились, — кивнул он. Когда они вернулись к административному зданию, Юйшу почувствовала странное разочарование от того, что встреча закончилась. Цзин Юань был совсем не таким, каким она его представляла – он оказался внимательным, умным и удивительно обаятельным собеседником. — До встречи, Юйшу, — сказал он, слегка поклонившись. — До свидания, генерал, — ответила она, наблюдая, как он уезжает на своем ялике. Вернувшись в кабинет, она обнаружила там Юйкун с довольным выражением лица. — Миссия выполнена, — сообщила мать. — Документ у нас. — Отлично, — кивнула Юйшу, пытаясь сосредоточиться на расследовании и забыть о странных ощущениях, которые вызвала у неё встреча с генералом. Следующие дни прошли в интенсивной работе над делом. Украденный документ оказался ключевым звеном, позволившим установить связь между финансовыми махинациями и исчезновениями людей. Картина становилась все более мрачной – кто-то использовал официальные документы для сокрытия серьезных преступлений. Тем временем Юйшу и Цзин Юань начали регулярно встречаться для игр. Каждая встреча приносила новые открытия – она узнавала его как человека, а не просто как высокопоставленного чиновника. Он оказался удивительно проницательным, с тонким чувством юмора и глубоким пониманием людей. Во время одной из таких встреч произошел инцидент, который заставил Юйшу по-новому взглянуть на генерала. Они играли в го в той же беседке, когда Цзин Юань внезапно спросил: — Юйшу, ты когда-нибудь думала о том, что твоя работа может быть опасной? — Что вы имеете в виду? — удивилась она, отрываясь от доски. — Твоя репутация тайного аудитора хорошо известна. Люди, которые занимаются незаконными делами, могут воспринять твои расследования как угрозу. Юйшу почувствовала холодок страха, но постаралась не показать этого. — Я просто счетовод, — сказала она. — Кому я могу угрожать? Цзин Юань внимательно посмотрел на неё, и в его взгляде она увидела искреннюю заботу. — Обещай мне, что будешь осторожна, — серьезно сказал он. — Обещаю, — кивнула она, чувствуя странное тепло от его беспокойства. Именно в этот момент Юйшу поняла, что её отношение к генералу кардинально изменилось. Он больше не был для неё просто высокопоставленным чиновником, которого она случайно отравила. Он стал... важным. Несколько дней спустя, Юйшу пришла утром в кабинет и обнаружила на своем столе красивый букет лилий. Цветы были свежими и ароматными, но уже через несколько минут она начала чихать. К полудню её лицо опухло, глаза слезились, а дыхание стало затрудненным. Когда в кабинет зашел Цзин Юань, чтобы обсудить детали их следующей встречи, он был шокирован её видом. — Юйшу! Что с тобой? — воскликнул он, подбегая к ней. — Какой-то идиот решил меня убить, — простонала она, указывая на букет. — У меня аллергия на лилии. Цзин Юань быстро убрал цветы из кабинета и открыл все окна для проветривания. Он чувствовал себя ужасно виноватым, но не мог признаться, что это он оставил букет, желая сделать ей приятное. — Тебе нужна медицинская помощь, — обеспокоенно сказал он. — Нет, пройдет, — отмахнулась Юйшу. — Просто нужно время. На следующий день ситуация повторилась – только на этот раз в кабинете её ждал огромный букет хризантем. Аллергическая реакция была еще сильнее, и когда Цзин Юань снова зашел к ней, Юйшу была в ярости. — Этот шутник совсем обнаглел! — кричала она, размахивая руками. — Вчера лилии, сегодня хризантемы! Он что, хочет меня добить? Цзин Юань чувствовал себя полным идиотом. Два раза подряд он выбрал именно те цветы, на которые у неё аллергия. — Может, у тебя аллергия на все цветы? — осторожно предположил он. — Нет! — фыркнула Юйшу. — Только на эти проклятые лилии и хризантемы. На пионы, например, у меня аллергии нет. Я их даже люблю. Цзин Юань мысленно записал эту информацию, уже думая, как исправить свои ошибки. Тем временем расследование продвигалось. Юйшу, Юйкун и Цинни собрали достаточно доказательств, чтобы понять масштабы заговора. Оказалось, что группа коррумпированных чиновников использовала поддельные документы для сокрытия торговли людьми и других серьезных преступлений. Но чем ближе они подбирались к истине, тем опаснее становилось их положение. Юйшу начала замечать, что за ней следят, а некоторые свидетели отказывались давать показания, явно напуганные угрозами. Однажды вечером, когда она работала допоздна в кабинете, в дверь постучали. Думая, что это охранник, она открыла, но за дверью никого не было. Только записка на полу: "Прекрати копать, или пожалеешь". Юйшу почувствовала холодок страха, но её упрямство и чувство справедливости не позволили отступить. Она продолжила расследование, став еще более осторожной. Именно в это время её отношения с Цзин Юанем начали развиваться в новом направлении. Генерал, заметив её напряженность, стал проявлять больше заботы и внимания. Он начал ненавязчиво сопровождать её после работы, объясняя это заботой о безопасности всех сотрудников. Во время одной из их встреч произошло событие, которое изменило все: Юйшу и Гуйнайфэнь решили испытать новый препарат, который должен был замедлить опьянение и не дать Юйшу уснуть раньше времени. Они отправились в один из баров Лофу. Препарат действительно работал – Юйшу оставалась в сознании гораздо дольше обычного, хотя и была заметно пьяной. Они весело болтали и смеялись, когда к их столику подошли двое парней с явными намерениями познакомиться. — Девочки, не хотите составить нам компанию? — с наглой улыбкой спросил один из них. Гуйнайфэнь и Юйшу переглянулись, и в их глазах промелькнула озорная искорка. — Извините, — сказала Гуйнайфэнь, — но мы лесбиянки. — И очень счастливы друг с другом, — добавила Юйшу. Чтобы убедить парней в серьезности своих слов, девушки страстно поцеловались прямо за столиком. Поцелуй получился долгим, демонстративным и с языком – именно таким, чтобы отвадить нежелательных поклонников. Когда они оторвались друг от друга, Юйшу случайно взглянула в сторону входа и увидела застывшего в удивлении Цзин Юаня. Их глаза встретились, и сердце девушки странно кольнуло. В его взгляде она увидела что-то, что не могла определить – удивление, разочарование, или что-то еще? Цзин Юань подошел к их столику, стараясь выглядеть непринужденно. — Интересный способ решения проблем, — с легкой улыбкой сказал он. — Действенный, — хихикнула Гуйнайфэнь. — Парни сразу отстали. — Мы просто подруги, — поспешно добавила Юйшу, чувствуя необходимость объяснить ситуацию. — Это была просто... тактика. — Понятно, — кивнул Цзин Юань, и в его голосе послышалось облегчение. Когда бар закрылся, генерал настоял на том, чтобы проводить девушек домой. Гуйнайфэнь он передал стражникам, а Юйшу решил отвести лично. По дороге к её квартире между ними завязался напряженный разговор. Алкоголь развязал язык Юйшу, и она начала говорить вещи, которые никогда не сказала бы в трезвом состоянии. — Знаешь, — сказала она, слегка покачиваясь при ходьбе, — я думала, ты меня ненавидишь после того случая с лапшой. — Ненавижу? — удивился Цзин Юань. — Почему я должен тебя ненавидеть? — Ну, я же тебя отравила, — всхлипнула она. — Ты так побледнел, а потом выплюнул мой кофе… Цзин Юань остановился и повернулся к ней лицом. — Юйшу, я не злился на тебя. Просто... твоя еда оказалась слишком острой для меня. А кофе... он был очень горьким. — Правда? — с надеждой спросила она. — Правда, — мягко сказал он. — Я скорее был расстроен тем, что ты начала меня избегать. — Я не избегала, — попыталась возразить она, но тут же споткнулась о собственные слова. — Ладно, может, немного избегала. Но только потому, что стыдилась! — Стыдилась чего? — Того, что не знаю твоих предпочтений, — призналась она. — Я же должна была спросить, любишь ли ты острое, прежде чем предлагать свою лапшу. А вместо этого чуть не убила тебя. Цзин Юань не мог сдержать улыбку. — Ты не убила меня, Юйшу. Просто расширила мои кулинарные горизонты. — А еще, — продолжала она, явно находясь под влиянием алкоголя, — Мне стыдно, что я все эти два месяца не могла извинится перед тобой сама, и мне пришлось это сделать только из-за тех бумаг для расследования! Она внезапно осознала, что сказала слишком много, и зажала рот руками. — Расследование? — заинтересовался Цзин Юань. — Какое расследование? — Я ничего не говорила, — пробормотала она сквозь пальцы. — Юйшу, — серьезно сказал он, — если ты расследуешь что-то опасное, мне нужно знать об этом. Но к тому времени, когда они дошли до её квартиры, алкоголь окончательно взял свое. Юйшу с трудом открыла дверь и тут же рухнула на диван, мгновенно заснув. Цзин Юань стоял в прихожей, размышляя о том, что делать. Оставить пьяную девушку одну казалось неправильным, но и оставаться в её квартире без разрешения тоже было неуместно. В конце концов, забота о её безопасности перевесила соображения приличия. Он устроился в кресле рядом с диваном и тоже задремал. Утром Юйшу проснулась с головной болью и смутными воспоминаниями о вчерашнем вечере. Увидев спящего в кресле Цзин Юаня, она сначала подумала, что это сон. Но когда он открыл глаза и улыбнулся ей, реальность ударила её как молния. — Доброе утро, — мягко сказал он. — Как самочувствие? — Что ты здесь делаешь? — прошептала она, чувствуя, как краснеют её щеки. — Ты вчера сказала мне о каком-то расследовании, — объяснил он. — Я беспокоился за твою безопасность. Воспоминания о вчерашнем вечере начали возвращаться, и Юйшу поняла, что проговорилась о секретном деле. — Я... — начала она, но Цзин Юань поднял руку, останавливая её. — Расскажи мне все, — серьезно сказал он. — Если ты в опасности, я должен знать об этом. После долгих колебаний Юйшу согласилась. Она рассказала ему о поддельных документах, исчезнувших людях и угрозах, которые начала получать. Цзин Юань слушал внимательно, его лицо становилось все более серьезным. — Почему ты не обратилась ко мне раньше? — спросил он, когда она закончила. — Потому что... — Юйшу замялась. — После того инцидента с лапшой я не могла заставить себя подойти к тебе. — Юйшу, — вздохнул он, — из-за острой лапши ты поставила под угрозу собственную жизнь? Когда он сформулировал это так прямо, её поведение действительно показалось глупым. — Возможно, — тихо призналась она. — Я помогу тебе, — решительно сказал Цзин Юань. — Но больше никаких секретов. Обещаешь? — Обещаю, — кивнула она. С этого момента их сотрудничество вышло на новый уровень. Цзин Юань официально подключился к расследованию, предоставив ресурсы и защиту, которых так не хватало Юйшу. Но вместе с деловыми отношениями начало развиваться и что-то более личное. Генерал начал проявлять тонкие знаки внимания. Он приносил ей правильный кофе – не такой горький, как она обычно пила, но и не слишком мягкий. Он запоминал её предпочтения в еде и всегда знал, где найти острые блюда, которые она любила. А еще он начал наматывать на её руку свою красную ленту для волос – символ доверия и защиты. Официально это должно было показать другим, что она находится под покровительством генерала и имеет право на доступ к определенной информации. Неофициально... Цзин Юань сам не признавался себе, но это было также способом пометить свою территорию. Юйшу поначалу смущалась этого жеста, но постепенно привыкла к ощущению шелковой ленты на запястье. Более того, она начала чувствовать странную пустоту, когда снимала её дома. Их расследование продвигалось, но вместе с успехами росла и опасность. Угрозы становились более прямыми, а попытки запугивания – более агрессивными. Однажды Юйшу обнаружила в своем кабинете мертвую крысу с запиской: "Следующей будешь ты". Цзин Юань был в ярости, когда узнал об этом. Он удвоил охрану вокруг неё и настоял на том, чтобы она не оставалась одна после наступления темноты. — Может, стоит остановиться? — осторожно предложил он во время одной из их встреч. — Нет, — решительно покачала головой Юйшу. — Мы слишком близко к истине. Если остановимся сейчас, все жертвы будут напрасными. Её упрямство одновременно восхищало и пугало его. Цзин Юань понимал, что влюбляется в эту странную девушку с её острой едой, аналитическим умом и железной волей. Переломный момент в их отношениях наступил во время очередного похода в бар: На этот раз они пошли только вдвоём – Цзин Юань настоял на том, чтобы сопровождать её везде, где она может быть уязвима. Они сидели за столиком, обсуждая детали расследования, когда алкоголь начал действовать на обоих. Юйшу была более разговорчивой, чем обычно, а Цзин Юань – менее сдержанным. — Знаешь, — сказала она, слегка покачиваясь, — я никогда не думала, что буду работать с генералом-арбитром. — А я никогда не думал, что буду расследовать преступления с счетоводом, который ест перец чили вместо яблок, — ответил он с улыбкой. — Это неправда! — возмутилась она. — Я ем яблоки. Иногда. — С острым соусом? — Ну... может быть, — призналась она, и они оба рассмеялись. В этот момент что-то изменилось в атмосфере между ними. Смех стих, и они смотрели друг другу в глаза, чувствуя электричество в воздухе. — Юйшу, — тихо сказал Цзин Юань, наклоняясь ближе. — Да? — прошептала она. Вместо ответа он поцеловал её. Поцелуй был страстным, полным сдерживаемого желания и эмоций. Юйшу ответила с такой же страстью, её руки сами собой потянулись к его волосам. Когда они оторвались друг от друга, оба тяжело дышали. — Мы должны... — начал Цзин Юань. — Да, — согласилась она, не дав ему закончить. Они поспешно покинули бар и направились к её квартире. По дороге они не могли удержаться от поцелуев и прикосновений, страсть захлестывала их обоих. Но когда они добрались до её квартиры, Цзин Юань внезапно остановился. — Юйшу, мы оба пьяны, — сказал он, борясь с собственным желанием. — Я не хочу пользоваться твоим состоянием. — Ты не пользуешься, — прошептала Юйшу, её голос дрожал от смеси алкоголя и желания. — Я хочу этого. Хочу тебя. Цзин Юань замер, борясь с собственными инстинктами. Её слова жгли его изнутри, но остатки разума кричали о том, что это неправильно. Юйшу была пьяна, уязвима, а он... он был генералом, который должен защищать, а не пользоваться ситуацией. — Шу, — начал он, но она прижала палец к его губам. — Не говори ничего, — её аметистовые глаза смотрели на него с такой открытостью, что у него перехватило дыхание. — Просто... будь со мной. Её прикосновение сжигало его изнутри. Цзин Юань медленно убрал её руку от своих губ и поцеловал её пальцы, наблюдая, как её дыхание становится прерывистым. Алкоголь притупил его обычную осторожность, но не желание – оно пылало в нём ярче, чем когда-либо. Они стояли в прихожей её квартиры, и воздух между ними буквально искрил от напряжения. Цзин Юань чувствовал, как его самоконтроль медленно рассыпается под её взглядом, под прикосновением её рук к его груди. — Юйшу, — его голос стал хриплым, — ты не понимаешь, что делаешь со мной. — Понимаю, — ответила она, поднимаясь на цыпочки, чтобы поцеловать его шею. — И хочу делать это ещё. Её губы оставляли огненные следы на его коже, и Цзин Юань почувствовал, как последние остатки его благоразумия улетучиваются. Он обхватил её лицо ладонями, заставляя посмотреть ему в глаза. — Если мы сделаем это, — прошептал он, — всё изменится между нами. — Уже изменилось, — ответила она. — С того момента, как ты поцеловал меня в баре. Цзин Юань закрыл глаза, пытаясь собрать волю в кулак, но когда открыл их снова, увидел в её взгляде такую искренность, такое желание, что не смог больше сопротивляться. Что-то сломалось внутри него. Все месяцы сдержанности, все попытки оставаться профессиональным рухнули под натиском её прикосновений. Он притянул её к себе, целуя с отчаянием человека, который слишком долго отрицал собственные чувства. Юйшу обвила его шею руками, её хвост инстинктивно обвился вокруг его ноги. Они двигались по коридору, спотыкаясь и не отрываясь друг от друга. Руки Юйшу дрожали, когда она расстёгивала его рубашку, а его пальцы путались в завязках её ципао. Каждое прикосновение отзывалось электрическими разрядами по коже. — Здесь, — выдохнула она, указывая на дверь спальни. Комната была простой, минималистичной – как и всё в её жизни. Но сейчас Цзин Юань видел только её, только то, как лунный свет играет на её тёмных волосах с белоснежными прядями. Как они рассыпаются шелковыми волнами по простыни, завораживая его. Они продолжали раздеваться, движения становились всё более лихорадочными. Его рубашка упала на пол, за ней последовала её верхняя одежда. Когда Юйшу осталась только в нижнем белье и тех самых чулках с узорами огня, Цзин Юань почувствовал, как воздух покидает его лёгкие. — Ты... — он не мог найти слов, глядя на неё. Бледная кожа казалась фарфоровой в полумраке, а чулки подчёркивали изящные линии её ног. — Ты прекрасна, — прошептал он, опускаясь перед ней на колени. Юйшу покраснела, но не отвела взгляд. Её хвост нервно подрагивал, а уши слегка прижались к голове от смущения и возбуждения. Даже в состоянии алкогольного опьянения она чувствовала смущение от его пристального взгляда. — Цзин Юань... — начала она, но он заставил её замолчать, нежно поцеловав её колено. Его губы медленно поднимались вверх по её ноге, оставляя горящий след на коже. Когда он дошел до края чулка, Юйшу издала тихий стон, её пальцы вцепились в постельное белье. — Эти чулки... — пробормотал он против её кожи, — они сводят меня с ума каждый раз, когда я их вижу. — Правда? — прошептала она, её голос дрожал от возбуждения. — Правда, — он поднял голову, встречаясь с её взглядом. — Ты даже не представляешь, как трудно мне было сосредоточиться на работе, когда ты сидела напротив в этих чулках. Его руки скользнули по её бедрам, и Юйшу выгнулась под его прикосновениями. Алкоголь делал каждое ощущение более ярким, более интенсивным. Цзин Юань медленно поднимался выше, покрывая поцелуями её бёдра, живот, добираясь до её груди. Каждое прикосновение его губ оставляло на её коже огненный след. Цзин Юань поднялся и аккуратно навис над ней на кровати. Его руки дрожали, когда он расстегивал свои брюки, оставаясь только в нижнем белье. Юйшу наблюдала за ним с замиранием сердца – его тело было идеальным, мускулистым, но не грубым. — Ты уверена? — спросил он последний раз, нависая над ней. — Да, — твердо ответила она, притягивая его к себе. Их губы снова встретились в страстном поцелуе. Цзин Юань целовал её шею, ключицы, спускаясь все ниже. Каждое прикосновение его губ заставляло её тело трепетать от наслаждения. — Цзин Юань... — простонала она, когда он нежно прикусил её соски сквозь кружево бюстгальтера. — Я здесь, — прошептал он, поднимаясь к её лицу. — Я с тобой. Их тела прижались друг к другу, и Юйшу почувствовала его возбуждение через тонкую ткань трусов. Она инстинктивно прижалась к нему бёдрами, вызывая у него тихий стон. — Шу... — предупреждающе прошептал он. — Что? — невинно спросила она, повторяя движение. Цзин Юань зарычал. Его глаза горели желанием, а дыхание было тяжёлым. — Ты играешь с огнём, — сказал он, целуя её шею. — Может, я хочу обжечься, — ответила она, обвивая руками его шею. Он продолжал покрывать поцелуями её тело, спускаясь всё ниже. Его губы оставляли влажные следы на её коже, а руки ласкали её бёдра. Юйшу извивалась под ним, тихо постанывая от удовольствия. — Ты такая мягкая, — шептал он между поцелуями, — такая теплая… Но алкоголь брал своё. Постепенно её движения становились всё более вялыми, а дыхание – более глубоким и размеренным. Его рука скользнула к застежке её бюстгальтера, но прежде чем он успел её расстегнуть, услышал тихое сопение. Подняв голову, он увидел, что Юйшу мирно спит, её лицо расслаблено, а дыхание ровное. Цзин Юань замер, затем тихо рассмеялся, качая головой. Конечно, алкоголь взял свое именно в этот момент. Он осторожно поправил одеяло, укрывая её, и лёг рядом, не решаясь уйти. Она спала, свернувшись калачиком, её хвост обвился вокруг её тела, а уши слегка подрагивали во сне. Её тёплое тело рядом с ним, тихое дыхание и едва уловимый аромат её кожи действовали на него успокаивающе. Он лёг рядом с ней поверх одеяла, не решаясь приблизиться слишком близко. Но даже так он чувствовал её тепло, её запах – смесь её любимых острых специй и чего-то нежного, исключительно её. Цзин Юань долго смотрел на неё, чувствуя странную смесь разочарования и облегчения. Часть его была благодарна судьбе за то, что она остановила их – он действительно не хотел, чтобы их первая близость произошла под влиянием алкоголя. Но другая часть... другая часть горела от неудовлетворенного желания. Сон пришёл к нему не сразу. Цзин Юань лежал в темноте, слушая её ровное дыхание, и понимал, что влюбился. Безнадёжно, полностью, без остатка. Эта странная девушка с её острой едой, аналитическим умом и неожиданной уязвимостью захватила его сердце так, как он никогда не думал, что это возможно.

***

Утром Юйшу проснулась от солнечного света, бьющего в глаза. Голова раскалывалась, а во рту был отвратительный привкус. Она попыталась вспомнить, что произошло вчера вечером, и воспоминания начали возвращаться по частям – бар, поцелуй, дорога домой... Внезапно она осознала, что лежит в объятиях Цзин Юаня, который мирно спит рядом. Оба они были в нижнем белье, и это заставило её щеки вспыхнуть от смущения. — О нет, — прошептала она, осторожно пытаясь выбраться из его объятий. Цзин Юань проснулся от её движений и открыл глаза, встречаясь с её испуганным взглядом. — Доброе утро, — тихо сказал Цзин Юань. — Мы... — начала она, но не смогла закончить фразу. — Мы поцеловались, — спокойно сказал он, садясь на кровати. — И ты попросила меня остаться. Но дальше ничего не было. Облегчение и разочарование смешались в её груди. С одной стороны, она была благодарна ему за то, что он не воспользовался её состоянием. С другой – воспоминания о его прикосновениях заставляли её тело гореть от желания. — Спасибо, — тихо сказала она, натягивая на себя халат. — За то, что... за то, что был джентльменом. Она поправила растрепанные волосы, стараясь не смотреть на него. — Мне нужно на работу, — пробормотала она. — Юйшу, — он коснулся её руки, заставляя обернуться. — Нам нужно поговорить. О том, что между нами происходит. — Ничего не происходит, — слишком быстро ответила она. — Мы просто... работаем вместе. Цзин Юань вздохнул, видя, как она снова возводит стены между ними. — Хорошо, — сказал он. — Тогда увидимся на работе.

***

Следующие дни прошли в мучительном избегании друг друга. Цзин Юань погрузился в работу, стараясь не думать о том, как её губы отвечали на его поцелуи, как её тело прижималось к его груди. Но каждый раз, когда он видел её издалека в коридорах административного здания, его сердце сжималось от непонятной боли. Юйшу тоже страдала. Она ловила себя на том, что ищет его взглядом в толпе, что её пальцы непроизвольно касаются губ, вспоминая вкус его поцелуя. Работа больше не приносила привычного удовлетворения – мысли постоянно возвращались к той ночи. Гуйнайфэнь сразу заметила изменения в поведении подруги. — Шу, что с тобой происходит? — спросила она во время очередной встречи в кафе. — Ты выглядишь так, будто потеряла что-то важное. — Ничего не происходит, — соврала Юйшу, размешивая свой крепкий кофе. — Просто много работы. — Это связано с генералом? — проницательно спросила Гуйнайфэнь. — Я заметила, что он тоже выглядит... странно. Как будто что-то его гложет. Юйшу почувствовала, как её щёки горят. — Не знаю, о чём ты говоришь. — Шу, — вздохнула подруга, — ты же знаешь, что можешь мне довериться? Но Юйшу только покачала головой, не готовая делиться своими переживаниями даже с лучшей подругой. Через три дня Юйшу уже больше не могла выносить эту неопределённость. Она решительно направилась к кабинету генерала, её сердце бешено колотилось в груди. Секретарь попытался её остановить, но она прошла мимо, не обращая внимания на протесты. Она распахнула дверь кабинета и замерла на пороге. Цзин Юань сидел за своим столом, изучая документы. При её появлении он поднял глаза, и в них мелькнуло что-то похожее на облегчение, быстро сменившееся осторожностью. — Юйшу, — сказал он, откладывая бумаги. — Что привело тебя ко мне? — Ты меня избегаешь, — прямо сказала она, закрывая дверь за собой. — Я думал, ты этого хочешь, — ответил он, вставая из-за стола. — Ты же сказала, что мы просто коллеги. — Я лгала! — выкрикнула она, и её голос дрогнул. — Я лгала, потому что боялась. Боялась того, что чувствую к тебе. Цзин Юань замер, не веря услышанному. — Что ты чувствуешь? — тихо спросил он. Вместо ответа Юйшу подошла к нему ближе, её аметистовые глаза сияли непролитыми слезами. — Я не могу перестать думать о тебе, — призналась она. — О том, как ты целовал меня, как держал в своих руках. Я схожу с ума от этих мыслей. Он не дал ей закончить. В два шага преодолев расстояние между ними, Цзин Юань схватил её за плечи и притянул к себе, впиваясь в её губы жадным, отчаянным поцелуем. На этот раз в нём не было нежности – только страсть, сдерживаемая слишком долго. Его руки сжимали её талию, прижимая к себе так крепко, что она едва могла дышать. Юйшу ответила с той же страстью, её пальцы впились в его волосы. — Ты хочешь знать, что я чувствую? — прорычал он между поцелуями. — Я схожу с ума от желания тебя. Каждую ночь я думаю о твоих губах, о твоих руках, о том, как ты стонала под моими прикосновениями. Его слова заставили её застонать. Она чувствовала, как её тело отвечает на его близость, как внизу живота разливается знакомое тепло. — Цзин Юань... — прошептала она. Он поднял её и усадил на край своего стола, встав между её ног. Его руки скользнули по её бедрам, задирая короткую юбку. — Ты хотела правды? — хрипло спросил он, наклоняясь над ее шеей. — Вот она. Я хочу тебя так сильно, что готов забыть обо всём – о долге, о приличиях, о последствиях. Юйшу откинула голову назад, подставляя шею его губам. Его губы скользнули к её шее, и он услышал тихий стон, который заставил его кровь закипеть. — Кто-то может войти, — прошептала она, но её голос звучал не как протест, а как мольба. — Подожди, — хрипло сказал он и быстро подошёл к двери, повернув ключ в замке. Когда он обернулся, Юйшу смотрела на него с таким желанием, что у него перехватило дыхание. Она сидела на его столе, её юбка задралась, открывая стройные ноги в прозрачных чулках с огненными узорами. — Цзин Юань, — тихо позвала она, и в её голосе была вся её уязвимость. — Я должна тебе сказать... я никогда... то есть, у меня не было… Понимание озарило его лицо. Он нежно коснулся её щеки. — Ты уверена? — спросил он мягко. — Мы можем остановиться. — Нет, — покачала она головой. — Я хочу, чтобы это был ты. Эти слова сняли последние барьеры между ними. Цзин Юань снова поцеловал её, на этот раз медленно, с бесконечной нежностью. Его руки скользили по её телу, изучая каждый изгиб, каждую реакцию. Он начал расстёгивать пуговицы её рубашки, его губы следовали за его пальцами, оставляя горячие поцелуи на открывающейся коже. Юйшу тихо стонала, её спина выгибалась дугой. — Тише, любимая, — прошептал он, накрывая её губы своей ладонью. — Нас могут услышать. Слово "любимая" отозвалось в её груди сладкой болью. Она кивнула, кусая губы, чтобы сдержать звуки наслаждения. Цзин Юань одной рукой смёл со стола документы, они разлетелись по полу шуршащим дождём. Он осторожно уложил её на освободившуюся поверхность, его глаза пожирали каждый сантиметр её обнажённой кожи. — Ты прекрасна, — выдохнул он, склоняясь над ней. Его губы оставляли на её коже тёмные отметины – знаки его принадлежности. Юйшу извивалась под его прикосновениями, её дыхание становилось всё более прерывистым. Когда его пальцы скользнули между её ног, она вскрикнула от неожиданности и удовольствия. Он снова накрыл её губы рукой, его собственное дыхание стало тяжёлым. — Ты такая мокрая для меня, — прошептал он ей на ухо, и его слова заставили её тело содрогнуться. — Такая готовая. Он медленно вводил в неё пальцы, чувствуя, как её тело принимает его, как она сжимается вокруг его пальцев. Юйшу кусала его ладонь, пытаясь заглушить свои стоны. — Пожалуйста, — прошептала она, когда он убрал руку с её губ. — Я хочу тебя. Всего тебя. Цзин Юань расстегнул свои брюки, его член был твёрдым и готовым. Он медленно потёрся им о её влажные складки, и оба застонали от острого удовольствия. — Это может причинить боль, — предупредил он, глядя ей в глаза. — Я знаю, — кивнула она. — Я доверяю тебе. Он вошёл в неё медленно, осторожно, чувствуя, как её девственная плева поддаётся под его напором. Юйшу вскрикнула от боли, слёзы выступили у неё на глазах. — Прости, — прошептал он, целуя её слёзы. — Прости, любимая. Он продолжил медленно входить в неё, пока не погрузился полностью. Ощущение её тесноты вокруг себя было почти невыносимым – он едва сдерживался, чтобы не начать двигаться сразу же. — Ты такая тесная, — простонал он. — Так хорошо… Когда боль утихла, Юйшу начала двигать бедрами, подавая ему сигнал, что готова к большему. Цзин Юань начал медленно двигаться в ней, каждый толчок был осторожным и нежным. Её тесность сводила его с ума. Каждое движение отдавалось волнами наслаждения по всему его телу. Он сжимал зубы, пытаясь сдержать собственные стоны. Звуки их близости наполняли кабинет – тихие стоны, шелест одежды, влажные звуки их соединения. — Ты чувствуешь, как хорошо мы подходим друг другу? — шептал он ей на ухо. — Как будто ты была создана для меня. Юйшу могла только кивать, потерянная в океане новых ощущений. Каждое движение Цзин Юаня приносило ей все больше удовольствия, боль полностью исчезла, уступив место чистому блаженству. Её тело училось принимать его, училось отвечать на каждое его движение. Его руки играли с её сосками, сместив ткань бюстгальтера, а его член медленно скользил в ней, касаясь мест, о существовании которых она даже не подозревала. — Цзин Юань, — стонала она, забыв о необходимости молчать. Он накрыл её рот поцелуем, заглушая её стоны. Его контроль начал ускользать, особенно когда Юйшу начала сжиматься вокруг него, приближаясь к своему пику. Его движения становились всё более интенсивными, и вскоре они оба балансировали на грани экстаза. — Я не могу... — задыхалась Юйшу. — Что-то происходит… — Отпусти себя, — прошептал он. — Доверься мне. Оргазм накрыл её как цунами, заставляя её тело содрогаться от невероятного удовольствия. Цзин Юань почувствовал, как она сжимается вокруг него, и не смог больше сдерживаться. С глухим стоном он излился в неё. Юйшу почувствовала, как что-то теплое разливается внутри неё, и это ощущение довело её до дрожи в коленях. Они оба тяжело дышали, прижавшись друг к другу. Цзин Юань нежно целовал её шею, её щеки, её губы. — Я люблю тебя, — прошептал он. — Я люблю тебя так сильно, что это пугает меня. — Я тоже тебя люблю, — ответила она, её глаза были полны слез счастья. Выйдя из нее, Цзин Юань смотрел, как медленно вытекает его семя, пачкая важные документы оставшиеся на столе, и это зрелище пробудило в нём новую волну желания. Что-то первобытное проснулось в его груди – желание пометить её, сделать своей окончательно и бесповоротно. Он медленно ввел пальцы в её влажность, проталкивая своё семя обратно, улавливая как она застонала от удовольствия. — Что ты делаешь? — задыхаясь, спросила она. — Хочу, чтобы ты носила меня в себе, — признался он, и его голос был хриплым от желания. — Хочу, чтобы каждая клеточка твоего тела помнила, что ты моя. Юйшу покраснела от его слов, но не могла отрицать, что они возбуждали её. Она почувствовала, как он снова твердеет против её бедра. — Ещё раз? — удивилась она. — Если ты хочешь, — он поцеловал её шею. — Я хочу тебя снова и снова. На этот раз он был более уверенным, более требовательным. Он развернул её, прижав грудью к столу, и вошёл в неё сзади. — Цзин Юань! — ахнула она от неожиданности. — Тише, — прошептал он, накрывая её тело своим. — Не хочешь же ты, чтобы весь Лофу узнал, как ты стонешь для своего генерала? Его слова заставили её внутренности сжаться от возбуждения. В этой позе он проникал в неё ещё глубже, достигая самых потаенных уголков её тела. Его движения были более жёсткими, более страстными. Он держал её за бёдра, направляя каждый толчок, а она цеплялась за край стола, чувствуя, как удовольствие накатывает волнами. — Ты чувствуешь, как глубоко я в тебе? — прошептал он ей на ухо, его дыхание обжигало её кожу. — Да, — выдохнула она. — Это так хорошо. Его руки сжимали её бедра, оставляя отметины на коже. Каждый толчок был глубоким и мощным, доводя её до грани безумия. — Ты такая прекрасная, — стонал он. — Так хорошо принимаешь меня. Юйшу была на грани потери сознания от интенсивности ощущений. Её тело дрожало, ноги подкашивались, но Цзин Юань крепко держал её, не давая упасть. Он ускорил темп, его толчки стали почти жестокими в своей интенсивности. Юйшу чувствовала, как приближается ещё один оргазм, более мощный, чем первый. — Ты такая тесная, — стонал он, двигаясь в ней с нарастающей интенсивностью. — Такая идеальная для меня. Её второй оргазм был более мощным, он прокатился по её телу волнами, заставляя её дрожать всем телом, а Цзин Юань продолжал двигаться, продлевая её наслаждение. Его собственный оргазм был не менее интенсивным. Он излился в неё с таким количеством семени, что оно тут же начало вытекать, стекая по её бёдрам. Они оба рухнули на стол, тяжело дыша. Цзин Юань осторожно вышел из неё и помог ей повернуться к нему лицом. — Ты в порядке? — обеспокоенно спросил он, видя её бледность. — Да, — слабо улыбнулась она. — Просто... это было невероятно. Он нежно поцеловал её, а затем принялся аккуратно вытирать её бёдра своим платком. Его прикосновения были полны заботы и нежности. — Прости, если был слишком грубым, — сказал он, помогая ей одеться. — Ты не был грубым, — заверила она его. — Ты был идеальным. Когда они оба оделись, Юйшу попыталась встать, но её ноги подкосились. Цзин Юань тут же подхватил её. — Посиди здесь, — мягко сказал он, усаживая её в своё кресло. — Отдохни. Он собрал разбросанные документы, некоторые из которых были безнадёжно испорчены. Но его это не волновало – он был готов сжечь весь свой кабинет ради того, что произошло между ними. — Цзин Юань, — тихо позвала она. — Да? — Что теперь будет с нами? Он подошёл к ней и опустился на колени рядом с креслом, взяв её руки в свои. — Теперь ты моя, — сказал он просто. — А я твой. Навсегда.

***

На следующее утро Юйшу пришла в свой кабинет и замерла на пороге. Весь кабинет был украшен пионами – её любимыми цветами. Они стояли в вазах на столе, на подоконнике, даже на полу. Воздух был наполнен их нежным ароматом. На столе лежала записка: "Теперь я знаю твои предпочтения. – Ц.Ю." Юйшу улыбнулась, чувствуя, как сердце наполняется теплом. Вчерашний вечер изменил всё между ними, и эти цветы были подтверждением того, что Цзин Юань серьёзно относится к их отношениям. В дверь постучали, и вошла Гуйнайфэнь с любопытным выражением лица. — Ого, — протянула она, оглядывая кабинет. — Кто-то явно произвел впечатление на генерала. — Не знаю, о чём ты, — попыталась сделать невинное лицо Юйшу, но румянец выдал её. — Шу, — хитро улыбнулась Гуйнайфэнь, — у тебя на шее засос. Юйшу быстро прикрыла шею рукой, её щеки загорелись ещё ярче. — Рассказывай всё, — потребовала подруга, садясь напротив неё. — Нечего рассказывать, — упрямо ответила Юйшу. — Ага, конечно. А эти цветы сами себя принесли? Прежде чем Юйшу успела ответить, в кабинет вошёл Цзин Юань. Увидев Гуйнайфэнь, он слегка смутился, но быстро взял себя в руки. — Доброе утро, — сказал он, его взгляд задержался на Юйшу чуть дольше необходимого. — Доброе утро, генерал, — ответила Гуйнайфэнь с широкой улыбкой. — Красивые цветы. — Спасибо, — кивнул он. — Юйшу, когда у тебя будет время, нам нужно обсудить новые данные по расследованию. — Конечно, — ответила она, стараясь говорить профессиональным тоном. Когда он ушёл, Гуйнайфэнь повернулась к подруге с торжествующим видом. — Так, теперь точно рассказывай всё!

***

Их отношения ощутимо стали совершенно иными. Цзин Юань больше не избегал её – наоборот, он находил любые поводы для встреч. Официально это было связано с расследованием, но оба понимали, что дело не только в работе. Он стал более внимательным к её потребностям, запоминая каждую мелочь – как она любит кофе, какую еду предпочитает, в какое время дня у неё лучше настроение. Юйшу, в свою очередь, начала замечать детали его характера, которые раньше ускользали от её внимания. Но расследование приближалось к развязке, и враги становились всё более отчаянными. Угрозы участились, а попытки запугивания стали более агрессивными. В один вечер, Юйшу вернулась домой и обнаружила свою квартиру разгромленной. Мебель была перевернута, документы разбросаны, а на стене кровью была написана угроза: "Прекрати, или умрёшь." Дрожащими руками она набрала номер Цзин Юаня. — Шу? — его голос был полон беспокойства. — Что случилось? — Они... они разгромили мою квартиру, — прошептала она, оглядывая хаос вокруг. — Не двигайся с места, — приказал он. — Я еду. Цзин Юань прибыл через десять минут в сопровождении стражников. Увидев разгром, его лицо исказилось от ярости. — Кто посмел? — прорычал он, его обычное спокойствие испарилось. Юйшу никогда не видела его таким. Генерал, известный своей невозмутимостью, сейчас выглядел как разъярённый хищник, готовый разорвать любого, кто посмел причинить вред его женщине. Он обнял дрожащую Юйшу, прижимая к себе. — Всё в порядке, — успокаивал он её. — Я здесь. — Они знают, где я живу, — прошептала она. — Они могли убить меня… — Этого не случится, — твёрдо сказал он. — Собирай вещи. Ты переезжаешь ко мне. — Но... — Никаких "но", — перебил он. — Я не позволю им причинить тебе вред. В ту же ночь Юйшу переехала в дом Цзин Юаня. Его резиденция была просторной и элегантной, оформленной в традиционном стиле Сяньчжоу. Но больше всего её удивил белоснежный лев с голубыми глазами, который встретил их у входа. — Это Мими, — представил его Цзин Юань. — Не бойся, он дружелюбный. Лев обнюхал Юйшу, а затем потерся о её ноги, мурлыча как огромная кошка. Она осторожно погладила его, удивляясь мягкости его шерсти. — Он красивый, — сказала она. — И очень умный, — добавил Цзин Юань. — Он будет охранять тебя, когда меня нет рядом. Вечером они поужинали вместе, обсуждая детали расследования. Атмосфера была напряженной – оба понимали, что приближается развязка. — Завтра мы арестуем главных подозреваемых, — сказал Цзин Юань. — Всё закончится. — А если что-то пойдёт не так? — спросила Юйшу. — Ничего не пойдёт не так, — заверил он её. — Я не позволю. После ужина они посмотрели фильм, сидя на диване в обнимку. Юйшу чувствовала себя в безопасности в его объятиях, но усталость давала о себе знать. — Я хочу принять душ, — сказала она. — Конечно, — кивнул он. — Ванная наверху. Возьми мой халат, он висит на двери. Юйшу поднялась наверх и обнаружила роскошную ванную комнату с большой душевой кабиной. Халат Цзин Юаня был из чистого шёлка, мягкий и приятный на ощупь. В душе она наконец-то расслабилась, позволив горячей воде смыть стресс и усталость дня. Когда она вышла и надела халат, то поняла, что он действительно огромен на ней – рукава свисали далеко за кисти рук, а подол доходил почти до колен. Выйдя из ванной, она направилась в гостиную, где Цзин Юань убирал посуду после ужина. Когда он увидел её в своем халате, то замер, держа в руках тарелки. Зрелище Юйшу в его одежде, с влажными волосами и розовой от пара кожей, лишило его дара речи. Халат был слишком велик для её миниатюрной фигуры, но именно это делало картину невероятно соблазнительной и трогательной одновременно. — Я... — начал он, делая шаг назад, но споткнулся о Мими, который лежал на полу. Белоснежный лев с голубыми глазами мирно дремал посреди комнаты, и Цзин Юань, отвлечённый видом Юйшу, не заметил его. Потеряв равновесие, он упал, а тарелки с грохотом разбились о пол. — Цзин Юань! — вскрикнула Юйшу, бросаясь к нему. Мими зарычал, недовольный тем, что его разбудили, и попытался встать. Юйшу быстро отвела льва подальше от осколков, опасаясь, что он может пораниться. — Мими, иди сюда, — позвала она, и лев послушно подошёл к ней. Цзин Юань медленно поднялся, отряхиваясь. К счастью, он не пострадал, только слегка ушиб локоть. — Ты в порядке? — обеспокоенно спросила Юйшу, осматривая его на предмет порезов. — Да, всё хорошо, — заверил её он, но не мог оторвать глаз от её лица. Халат слегка распахнулся, открывая соблазнительный вид на её грудь, а когда она наклонилась чуть ближе к нему, он почувствовал её запах – свежий, чистый, смешанный с его собственным ароматом от халата. Цзин Юань сглотнул, чувствуя, как его тело реагирует на её близость. — Ты уверен? — обеспокоенно спросила она, её руки скользили по его телу, проверяя на наличие порезов. — Уверен, — хрипло ответил он, с трудом сдерживаясь, чтобы не притянуть её к себе прямо здесь, среди осколков. Они убрали битую посуду, Цзин Юань то и дело украдкой поглядывал на Юйшу. Вид её в его халате будоражил что-то первобытное в его груди – желание обладать, защищать, любить. Когда они легли спать, Цзин Юань обнял её сзади, притягивая к себе под одеялом. Юйшу прижалась к нему, чувствуя себя в безопасности в его объятиях. — Спасибо, — прошептала она. — За то, что защищаешь меня. — Всегда, — ответил он, целуя её в макушку между ушками. Но сон не шел к нему. Ощущение её тела рядом, запах её волос, мягкость её кожи под шелком – все это сводило его с ума. Его рука, лежавшая на её талии, начала медленно скользить вверх. — Юйшу, — прошептал он. — Ты спишь? — Нет, — тихо ответила она. — Не могу уснуть. Его рука проскользнула под халат, касаясь её обнаженной кожи. Юйшу вздрогнула от прикосновения, но не отстранилась. — Мне нравится видеть тебя в моей одежде, — прошептал он ей на ухо. — Это так красиво... и так возбуждающе. Его пальцы нежно поглаживали её живот, поднимаясь все выше. Когда он коснулся её груди, Юйшу тихо застонала. — Ты пахнешь мной, — продолжал он, его голос был полон темного удовольствия. — Носишь мою одежду, живешь в моем доме. Ты моя, Юйшу. Полностью моя. Его слова заставили её тело загореться желанием. Она повернулась к нему лицом, её глаза горели в темноте. — Тогда покажи мне, — прошептала она. — Покажи, что я твоя. Цзин Юаню не нужно было повторять дважды. Его губы нашли её в темноте, поцелуй был страстным и требовательным. Его руки скользили по её телу под халатом, исследуя каждый изгиб, каждую впадинку. — Ты такая мягкая, — шептал он между поцелуями. — Такая теплая. Я не могу насытиться тобой. Юйшу отвечала на его прикосновения с равной страстью, её руки исследовали его мускулистое тело. Когда он раздвинул полы халата, обнажив её полностью, она не почувствовала смущения – только желание. — Я люблю тебя, — прошептала она, когда он покрывал поцелуями её шею. — Люблю так сильно, что это пугает меня. — Не бойся, — ответил он, его губы скользили все ниже. — Я никогда не причиню тебе вред. Никогда не оставлю тебя. Их любовь в эту ночь была нежной и страстной одновременно. Они двигались в унисон, как будто были созданы друг для друга. Каждое прикосновение, каждый поцелуй были наполнены любовью и обещанием вечности. Лежа в его объятиях после, Юйшу чувствовала себя полной и счастливой, несмотря на все угрозы и опасности. Пока он был рядом, она могла справиться с чем угодно.

***

Утром их разбудил звонок. Цзин Юань нехотя потянулся к телефону, стараясь не разбудить спящую в его объятиях Юйшу. — Генерал, — взволнованный голос помощника прервал утреннюю идиллию. — Произошло убийство. Один из ключевых свидетелей найден мёртвым. Цзин Юань резко сел в кровати, его лицо помрачнело. — Я буду через полчаса, — сказал он и положил трубку. Юйшу проснулась от звука его голоса. — Что случилось? — сонно спросила она. — Убили свидетеля, — мрачно ответил он. — Нам нужно действовать быстро, пока не убрали остальных. Реальность ворвалась в их мирный мир, напоминая об опасности, которая их окружала. Следующие дни прошли в лихорадочной работе. Цзин Юань удвоил охрану вокруг Юйшу, но она настояла на продолжении расследования. Каждая найденная улика приближала их к истине, но также и к большей опасности. — Я нашла связь, — взволнованно сообщила Юйшу, ворвавшись в кабинет генерала с кипой документов в руках. — Все поддельные отчеты имеют один источник – заместитель главы комиссии по торговым отношениям, Лю Вэй. Цзин Юань поднял глаза от карты Лофу, которую он изучал. — Ты уверена? — Абсолютно, — её глаза горели торжеством разгадки. — Почерк, печати, даже бумага – всё ведёт к нему. Он использовал своё положение для фальсификации документов и сокрытия исчезновений. — Тогда мы арестуем его сегодня же, — решительно заявил Цзин Юань, но Юйшу покачала головой. — Не так быстро. Мне нужно больше доказательств. Одних документов недостаточно – нужны свидетели, записи разговоров, что-то неопровержимое. — Шу, — в голосе генерала звучала тревога, — это слишком опасно. Если он узнает, что мы близко… — Он не узнает, — перебила она. — Дай мне ещё день. Один день, и у нас будет всё, что нужно для обвинения. Цзин Юань долго смотрел на неё, борясь между желанием защитить и пониманием необходимости довести дело до конца. — Хорошо, — вздохнул он. — Но ни шагу без охраны. Обещай мне. — Обещаю, — кивнула она, подходя к нему и нежно целуя в щёку. На следующий день Юйшу отправилась в архив комиссии по торговым отношениям. Её сопровождали двое стражников, но она попросила их остаться у входа – внутри архива было множество конфиденциальных документов, и присутствие посторонних могло вызвать подозрения. Часы тикали медленно, пока она просматривала папки за папкой, ища окончательные доказательства вины Лю Вэя. Её математический ум методично обрабатывал информацию, выстраивая цепочку фактов. Внезапно свет в архиве погас. Юйшу насторожилась, её уши встали торчком, улавливая малейшие звуки. В коридоре послышались приглушенные удары – словно что-то тяжелое падало на пол. — Стражники? — тихо позвала она, направляясь к двери. Ответа не последовало. Дверь архива не была заперта изнутри – что-то металлическое лязгнуло с другой стороны. Юйшу попыталась открыть её, но безуспешно. — Помогите! — закричала она, колотя в дверь. — Здесь кто-нибудь есть? Вместо ответа в воздухе появился сладковатый запах. Юйшу инстинктивно задержала дыхание, но было уже поздно – её веки стали тяжёлыми, а сознание начало затуманиваться. — Цзин Юань... — прошептала она, прежде чем рухнуть на пол.

***

Пробуждение было болезненным. Голова раскалывалась, а во рту был отвратительный металлический привкус. Юйшу попыталась встать, но поняла, что находится в незнакомом месте – темном помещении, освещенном только тусклой лампочкой над головой. Стены вокруг неё были покрыты зеркалами, создавая бесконечные отражения её испуганного лица. Пол был холодным металлом, а воздух пах химикатами и страхом. — Проснулась, дорогая? — насмешливый голос эхом отразился от зеркальных стен. Юйшу резко обернулась, но не увидела источника голоса. Звук шел отовсюду и ниоткуда одновременно. — Кто ты? Что тебе нужно? — выкрикнула она, стараясь скрыть дрожь в голосе. — О, как трогательно. Смелая счетоводка хочет знать правду? — голос был полон ядовитой иронии. — Ты так старательно копала, милая Юйшу. Так методично разрушала мою прекрасную схему. И теперь пришло время заплатить за свое любопытство. — Лю Вэй, — прошептала она, узнав голос. — Это ты стоишь за всем этим. — Какая сообразительная девочка! — рассмеялся он. — Да, это я организовал торговлю людьми, я подделывал документы, я убирал свидетелей. И знаешь что? Мне это нравилось. Каждый исчезнувший человек приносил мне не только прибыль, но и удовольствие от власти над чужими жизнями. Юйшу почувствовала, как её желудок сжимается от отвращения. — Ты монстр. — Возможно, — его голос стал холоднее. — Но ты, дорогая, скоро не будешь в состоянии никого судить. Видишь ли, я приготовил для тебя особенное развлечение. Серию испытаний, которые проверят не только твой знаменитый аналитический ум, но и волю к жизни. Внезапно зеркальные стены начали медленно сдвигаться, уменьшая пространство комнаты. На одной из стен появилось красное табло с цифрами: 10:00. — Первое испытание, моя дорогая. Классический зеркальный лабиринт с небольшой особенностью – у тебя есть всего десять минут, чтобы найти выход. Стены будут сдвигаться всё быстрее, и если ты не найдешь путь... — он многозначительно замолчал. — Что ж, давай посмотрим, действительно ли ты такая умная, как все думают. 09:59... 09:58... 09:57… Паника ударила в голову, но Юйшу заставила себя сосредоточиться. Она начала бежать между зеркалами, пытаясь найти выход, но каждый поворот приводил её в тупик. Отражения множились до бесконечности, создавая оптическую иллюзию. — Бесполезно бегать, как мышь в ловушке, — насмехался Лю Вэй. — Ты обречена, как все те люди, которых я продал. Их крики были такими жалкими… — Заткнись! — закричала Юйшу, её хвост дрожал от ярости и страха. 08:23... 08:22... 08:21… Стены сдвигались всё быстрее. Юйшу остановилась, тяжело дыша, и заставила свой аналитический ум работать. Она внимательно посмотрела на отражения, игнорируя панику, которая грызла изнутри. — Подожди, — прошептала она. — Отражения... они не случайны. Её математическая интуиция подсказывала, что в расположении зеркал есть система. Юйшу начала считать отражения, анализируя углы и расстояния. 07:45... 07:44... 07:43… — Фибоначчи, — выдохнула она. — Это последовательность Фибоначчи! Лабиринт был построен по математической спирали, где каждый поворот соответствовал числам знаменитой последовательности. Вместо того чтобы следовать логике зеркал, Юйшу начала двигаться против них, руководствуясь числовой прогрессией. — Один шаг вперёд, один поворот налево, два шага, поворот направо, три шага, снова налево, пять шагов... — бормотала она, двигаясь по спирали. 03:17... 03:16... 03:15… Юйшу игнорировала злорадные комментарии, полностью сосредоточившись на последовательности. Её ноги двигались сами собой, следуя математической логике, а не визуальным иллюзиям. И вдруг – она увидела дверь. Настоящую дверь в стене, которая раньше была скрыта игрой отражений. 02:03... 02:02... 02:01… Юйшу рванула к двери и дёрнула ручку. Дверь открылась, и она буквально упала в следующую комнату, когда за её спиной с грохотом сомкнулись зеркальные стены. — Восемь минут, — прошептала она, тяжело дыша. — Я справилась за восемь минут. — Впечатляюще, — голос Лю Вэя звучал задумчиво. — Но это было только разминкой, дорогая. Следующее испытание будет гораздо интереснее. Вторая комната оказалась просторной, в её центре стояли огромные весы с множеством гирь, разбросанных по полу. На каждой гире были выгравированы математические уравнения, а на стенах светились формулы и числа. Над головой медленно опускался металлический потолок с острыми шипами. — Двадцать пять минут, — объявил Лю Вэй. — Тебе нужно решить систему уравнений и расставить гири в правильном порядке на весах. Если не успеешь... — потолок опустился ещё на несколько сантиметров, — тебя раздавит, как насекомое. 25:00... 24:59... 24:58… Юйшу кинулась к гирям, быстро сканируя уравнения. Её мозг автоматически начал решать их, но через несколько минут она поняла – что-то не так. — Эти уравнения... они неразрешимы, — пробормотала она. — В них намеренные ошибки. — Конечно, есть! — захохотал Лю Вэй. — Ты думала, я дам тебе простую задачку? Нет, дорогая, ты должна хорошенько подумать! 20:17... 20:16... 20:15… Потолок опускался неумолимо. Острые шипы уже нависали в нескольких метрах над её головой. Юйшу чувствовала, как паника снова пытается захватить её разум, но она боролась с ней. — Подожди, — прошептала она. — А что если… Её мозг работал на пределе возможностей. Если уравнения специально сделаны неразрешимыми, то нужно создать новую систему, где ошибки становятся не препятствием, а частью решения. — Математическая поэзия, — выдохнула она. — Ошибки как переменные. Юйшу начала переосмысливать задачу. Вместо попытки исправить ошибки, она стала использовать их как дополнительные переменные в новой системе уравнений. 15:43... 15:42... 15:41… Её руки летали между гирями, расставляя их на весах в соответствии с новой логикой. Каждая ошибка в исходных уравнениях становилась ключом к решению. — Неужели ты думаешь решить неразрешимое? — Захохотал Лю Вэй. — Разрешимое, — прошептала Юйшу, ставя последнюю гирю на место. — Если переосмыслить саму логику задачи. Весы пришли в идеальное равновесие, и потолок остановился в нескольких сантиметрах от её головы. 07:28... 07:27... 07:26… Дверь в следующую комнату тут же открылась, и Юйшу, не теряя времени, нырнула в неё. Войдя в третью комнату, Юйшу сначала не поняла, что происходит. Комната выглядела совершенно обычно – стены, пол, потолок, даже несколько предметов мебели. Единственной странностью была дверь на потолке и какой-то механизм на полу. — Комната третья, — объявил скучающий голос. — Комната будет медленно поворачиваться на сто восемьдесят градусов. Единственный выход – дверь на потолке. Она откроется только при активации механизма на полу. Время полного поворота: пятнадцать минут. — Что за... — начала Юйшу, но тут же почувствовала, как пол под ногами начал наклоняться. 14:57... 14:56... 14:55… Комната действительно начала переворачиваться. Сначала медленно, почти незаметно, но постепенно угол наклона и скорость увеличивались. Мебель – стулья, столы, какие-то ящики – начали скользить к тому, что раньше было стеной. — Восхитительно, не правда ли? — послышался голос Лю Вэя. — Когда комната полностью перевернется, всё, что не закреплено, включая тебя, упадёт на то, что сейчас является потолком. Юйшу быстро оценила ситуацию. Механизм находился в центре того, что сейчас было полом, но когда комната перевернется, он окажется на потолке. Ей нужно было каким-то образом добраться до него в нужный момент. — Нужно что-то, что поможет мне держаться, — пробормотала она, осматривая свою одежду. Она быстро сняла свою рубашку в стиле ципао и принялась разрывать её на полосы. Материал был прочным, но поддавался её настойчивым усилиям. Следом она сняла туфли и принялась расшнуровывать их. — Что ты делаешь? — с любопытством спросил Лю Вэй. — Решила раздеться перед смертью? — Создаю систему канатов, — ответила Юйшу сквозь стиснутые зубы, связывая полосы ткани со шнурками. 09:59... 09:58... 09:57… Комната наклонилась уже на тридцать градусов, и стоять прямо становилось всё труднее. Юйшу быстро привязала один конец импровизированной верёвки к массивной трубе, которая была намертво вмонтирована в стену. — Физика маятника, — пробормотала она, рассчитывая траекторию. — Если я раскачаюсь в нужный момент… Комната наклонилась ещё больше, и незакрепленные предметы начали падать с грохотом. Юйшу привязала себя к импровезированной веревке за талию и приготовилась к прыжку. 07:45... 07:44... 07:43… Когда комната наклонилась на девяносто градусов, Юйшу оттолкнулась от того, что раньше было стеной, и полетела на противоположную сторону, как маятник. Ткань натянулась, и она описала дугу в воздухе, целясь ногами в механизм. — Сейчас! — крикнула она и со всей силы ударила по рычагу ногами. Механизм активировался с металлическим лязгом, и дверь на том, что сейчас было полом, начала открываться. — Да ты сумасшедшая! — завопил Лю Вэй. Но Юйшу уже развязывала верёвку, прыгая к открывшейся двери. Когда комната полностью перевернулась, она успела заскочить в проём. — Физика, — выдохнула она, вываливаясь в следующий коридор. — Простая физика. За её спиной комната резко завершила поворот с оглушительным грохотом падающих предметов. Четвёртая комната встретила Юйшу узким коридором. Стены были сделаны из металла и выглядели подвижными. В дальнем конце коридора она увидела вентиляционную решётку. — Комната четвёртая, — объявил Лю Вэй так, будто читал инструкцию к чайнику. — Стены будут медленно сходиться в течение двадцати минут. Единственный выход – через вентиляционную шахту. Предупреждение: диаметр шахты составляет тридцать пять сантиметров. Юйшу быстро оценила размеры. Тридцать пять сантиметров – это слишком узко даже для её миниатюрного телосложения. Но другого выхода не было. — Тридцать пять сантиметров, — повторил Лю Вэй. — Даже для такой худышки, как ты, это смертный приговор. Хотя, конечно, ты можешь попробовать… Стены действительно начали медленно сдвигаться. Юйшу подбежала к вентиляционной решётке и попыталась её снять. Болты были ржавыми, но поддавались усилиям. 20:00... 19:59... 19:58… — Думаешь, протиснешься? — издевательски спросил динамик. Когда решётка наконец упала, Юйшу заглянула в шахту. Действительно, очень узко. Она попыталась просунуть сначала руку, потом голову. Голова пролезала с трудом, и то только если прижать уши к черепу. 15:43... 15:42... 15:41… — Пятнадцать минут! — объявил голос. Юйшу почувствовала, как пространство вокруг неё сужается. Нужно было действовать быстро и решительно. Она встала спиной к стене и со всей силы ударилась плечом о металлическую поверхность. — Ах! — вскрикнула она от боли. Плечо вывихнулось со зловещим хрустом, но теперь рука стала более компактной. Юйшу повторила процедуру с другим плечом, стиснув зубы от боли. — Калечишь себя сама ради выживания? Занимательно…— Хмыкнул Лю Вэй. — Иногда... — прохрипела Юйшу, протискиваясь головой в шахту, — нужно... пожертвовать малым... ради большего… Движение в шахте было мучительным. Её вывихнутые плечи горели огнём, а узкое пространство давило со всех сторон. Она двигалась как змея – извиваясь, выгибаясь, используя каждый сантиметр пространства. 09:59... 09:58... 09:57… Самым сложным оказался момент, когда нужно было протащить через шахту бёдра. Юйшу пришлось буквально выдавливать себя вперёд, дыша поверхностно и сосредоточившись на том, чтобы не поддаться панике от замкнутого пространства. Шахта была длинной и извилистой. Юйшу ползла в полной темноте, ориентируясь только на поток воздуха. Наконец впереди показался свет. Ещё несколько метров, и она выползла в пятую комнату, падая на пол от изнеможения. Её тело было покрыто ссадинами и синяками. Плечи пульсировали от боли, но она была жива. — Выживание... — прошептала она, пытаясь вправить плечи. — Иногда требует... радикальных мер… За её спиной стены четвёртой комнаты сошлись с оглушительным металлическим скрежетом. Пятая комната поразила Юйшу своим зрелищем. Вдоль всех стен были установлены стеклянные шкафы, в которых рядами стояли десятки шприцов с различными жидкостями. Некоторые были прозрачными, другие – цветными, третьи – мутными и подозрительными. — Комната пятая, — объявил скучающий голос. — Лаборатория выбора. В воздух поступает медленно действующий нервно-паралитический газ. Время до необратимого паралича: тридцать минут. Среди представленных шприцов только два содержат противоядие. Остальные содержат либо физиологический раствор, либо ускорители действия яда, либо яды мгновенного действия. Юйшу уже почувствовала сладковатый привкус во рту – газ действительно начал поступать в комнату. На стенах были написаны химические формулы – подсказки для определения правильного противоядия. — Ах, моя дорогая, — раздался довольный голос Лю Вэя. — Это моя любимая комната. Видишь ли, я не только финансист, но и алхимик. Каждый из этих шприцов я готовил лично. Большинство убьёт тебя за секунды, несколько просто ускорят действие газа, и только один спасёт тебе жизнь. Юйшу подошла к ближайшему шкафу и начала изучать формулы на стенах. Её математический ум быстро анализировал молекулярные структуры, но время поджимало. 25:00... 24:59... 24:58… — Уже чувствуешь, как немеют пальцы? — спросил динамик. Юйшу действительно почувствовала лёгкое покалывание в кончиках пальцев. Газ действовал медленно, но неумолимо. Она взяла первый шприц – жидкость в нём была прозрачной и бесцветной. — Физиологический раствор, — пробормотала она, сверяясь с формулой. — Должен быть безвредным. Она ввела себе содержимое шприца в руку. Никаких немедленных изменений не произошло, но она знала, что это не противоядие. — Ты используешь себя как подопытную мышь? — с восхищением спросил Лю Вэй. — Это же безумие! — Это стратегия, — ответила Юйшу, берясь за второй шприц. — Если я буду разбавлять яд в крови физраствором и одновременно искать противоядие, у меня больше шансов. Она ввела себе ещё три шприца с физраствором, надеясь снизить концентрацию яда в организме. Её руки уже начали заметно дрожать. 19:57... 19:56... 19:55… Юйшу взяла шприц с желтоватой жидкостью. Формула на стене указывала на сложное органическое соединение, которое могло быть противоядием. Она ввела его себе и почувствовала, как по телу разливается тепло. 14:57... 14:56... 14:55… Дрожь в руках усилилась, но общее состояние улучшилось. Юйшу поняла, что нашла правильный шприц, но слишком поздно – действие газа было слишком сильным. — Нужно ещё, — прошептала она, хватая ещё один шприц с такой же жидкостью. Второй шприц с противоядием остановил действие газа окончательно. Юйшу рухнула на пол, тяжело дыша, но она была жива. — Невероятно! — закричал Лю Вэй. — Ты превратила русскую рулетку в научный эксперимент! — Математика... и немного... удачи, — выдохнула Юйшу, поднимаясь на дрожащих ногах. Дверь в следующую комнату открылась. Шестая комната встретила Юйшу арктическим холодом. Температура здесь была значительно ниже нуля, и её дыхание сразу же превратилось в белые облачка пара. В центре комнаты стоял стол с какой-то сложной криптографической головоломкой, а рядом – обогреватель, который пока не работал. — Комната шестая, — объявил Лю Вэй. — Криптографическая загадка в условиях низких температур. Температура в комнате: минус двадцать градусов по Цельсию и продолжает падать. Обогреватель включится только при правильном решении головоломки. Время до смертельного переохлаждения: двадцать минут. Время пошло. Юйшу подбежала к столу и увидела сложную систему символов, цифр и букв. Её пальцы уже начали неметь от холода. 18:57... 18:56... 18:55… — Холодно, дорогая? — насмешливо спросил Лю Вэй. — Эта головоломка потребует от тебя много времени, а твои пальчики скоро совсем не будут слушаться. Как ты собираешься вводить ответ, когда не сможешь даже держать ручку? Юйшу попыталась взять карандаш, лежащий рядом с головоломкой, но её пальцы действительно плохо слушались. Холод делал движения медленными и неточными. — Нужно... согреть руки, — пробормотала она сквозь стучащие зубы. Она поднесла руки ко рту и начала дышать на них, пытаясь восстановить кровообращение. Затем быстро засунула руки под подмышки, чтобы согреться. 15:43... 15:42... 15:41… — Температура упала до минус тридцати! — послышалось из динамика. Юйшу поняла, что у неё есть только один шанс. Она начала изучать головоломку, запоминая каждый символ, каждую цифру. Её математический ум работал на пределе, анализируя закономерности и связи. — Это шифр Цезаря, — прошептала она, — но с элементами матричной криптографии. Она начала решать головоломку в уме, используя свою фотографическую память. Каждый символ соответствовал числу, каждое число – букве, каждая буква – части ответа. 09:59... 09:58... 09:57… Её губы уже посинели от холода. Но решение уже начало складываться в её голове. Она согрела руки последним теплом своего дыхания и быстро, пока пальцы ещё слушались, ввела ответ на клавиатуре. Обогреватель включился с тихим гудением, и в комнату начало поступать спасительное тепло. — Фотографическая память... — выдохнула Юйшу, подставляя руки под поток тёплого воздуха. — Ты решила её в уме! — закричал Лю Вэй. — За десять минут! — Иногда... крайности... делают нас сильнее, — ответила она, чувствуя, как кровь возвращается в пальцы. Седьмая комната была просторной, но это не обрадовало Юйшу. По всему помещению, от пола до потолка, были натянуты тонкие красные линии – лазерные лучи. Они образовывали сложную сеть, через которую нужно было как-то пройти. На противоположной стороне комнаты виднелась дверь выхода. — Комната седьмая, — объявил голос Лю Вэя. — Лазерная система безопасности. Лазеры активируются при любом движении в комнате. При контакте с лазерным лучом происходит воспламенение. Юйшу осторожно шагнула в комнату и сразу же заметила, как лазеры начали двигаться, реагируя на её присутствие. Самый низкий луч проходил примерно в тридцати сантиметрах от пола. — Ах, — раздался довольный голос Лю Вэя, — это моя любимая комната для людей твоего... хммм... анатомического строения. Видишь ли, эти лазеры настроены на человека обычного телосложения. Но у тебя же есть этот пушистый хвост… Юйшу посмотрела на свой хвост. Действительно, даже если она проползет под самым низким лучом, её пушистый хвост неизбежно заденет лазер. — Проклятье, — прошептала она, оценивая ситуацию. Она попыталась прижать хвост к телу, но он был слишком объемным. Даже максимально прижатый, он всё равно создавал препятствие. — Двадцать пять минут! — объявил динамик. — Время идёт, а ты всё стоишь у входа! Юйшу глубоко вдохнула и приняла тяжёлое решение. Она осторожно поднесла кончик хвоста к ближайшему лазерному лучу. — Прости меня, — прошептала она и позволила лазеру коснуться шерсти. Кончик хвоста вспыхнул болезненным огнём. Юйшу стиснула зубы, чтобы не вскрикнуть от боли, и быстро затушила огонь, прижав хвост к полу. Примерно треть объема хвоста была обожжена, шерсть обгорела, но теперь он стал значительно компактнее. — Ты что, подожгла собственный хвост?! — закричал Лю Вэй. — Это же безумие! — Это... адаптация, — прохрипела Юйшу, слёзы боли стояли у неё в глазах. 20:00... 19:59... 19:58… Теперь она могла использовать обгоревший кончик хвоста как индикатор высоты лазерных лучей. Она легла на пол и начала медленно ползти под лазерами, используя хвост для определения безопасной высоты. Движение было мучительно медленным. Каждый сантиметр давался с трудом, а обожженный хвост пульсировал от боли. Но её стратегия работала – обгоревший хвост точно показывал, где проходят лучи. 14:57... 14:56... 14:55… Юйшу продолжала ползти, игнорируя боль. Её одежда порвалась о шероховатый пол, колени и локти были ободраны, но она двигалась вперёд. 08:23... 08:22... 08:21… Она была уже на половине пути. Лазерная сеть становилась всё плотнее, но её обгоревший хвост помогал находить безопасные проходы. 05:17... 05:16... 05:15… Последние метры были самыми трудными. Лазеры проходили так низко, что Юйшу пришлось буквально ползти на животе, используя хвост как щуп. Когда она наконец добралась до двери, её тело было покрыто ссадинами и синяками, а хвост болезненно пульсировал. Но она была жива. — Самопожертвование ради выживания, — констатировал маньяк. — Ты готова калечить себя без колебаний. — Жертвы... — прошептала она, поднимаясь на дрожащих ногах. — Иногда выживание требует жертв… Дверь в восьмую комнату открылась. Следующая комната встретила Юйшу пустотой и удушающим химическим запахом. Воздух был такой густой от неизвестного вещества, что она сразу же начала кашлять и слезиться. — Комната восьмая, — уже привычно скучающе объявил Лю Вэй. — В воздухе распылено вещество, которое блокирует нервные импульсы к конечностям при попытке совершить определенные действия. Концентрация постепенно увеличивается до токсичного уровня. Через пятнадцать минут начнётся нагревание пола. Единственный выход – дверь в дальнем конце комнаты. Время пошло. Юйшу попыталась дойти до двери, но едва сделала несколько шагов, как почувствовала, что её руки перестают слушаться. Когда она попыталась дотянуться до дверной ручки, её пальцы просто не реагировали на команды мозга. — Прекрасно, не так ли? — раздался голос Лю Вэя. — Это вещество блокирует именно те нервные пути, которые отвечают за моторику рук. Чем больше ты дышишь им, тем сильнее становится эффект. А через пятнадцать минут пол раскалится до такой степени, что зажарит тебя заживо. Юйшу отступила от двери, чувствуя, как её руки медленно возвращаются к нормальному состоянию. Но запах становился всё сильнее, и она понимала, что скоро её нервная система будет полностью парализована. — Даже если ты задержишь дыхание, твой нос всё равно будет улавливать молекулы вещества, — злорадствовал Лю Вэй. — Ты не можешь отключить своё обоняние, милая лисичка. 08:23... 08:22... 08:21… Пытаясь побороть эффект токсина, Юйшу почувствовала тихую панику от безысходности. Её руки уже начали неметь, а запах становился всё сильнее. Пол под ногами ощутимо нагревался. В тихой истерике она прислонилась к стене, начиная медленно сползать на пол, лихорадочно сопротивляясь мысли о том, что это конец. 03:17... 03:16... 03:15… — Пора сдаваться, дорогая, — продолжал издеваться Лю Вэй. — Ты не можешь победить собственную природу. И тут Юйшу осенило. Если она не может отключить обоняние, то может повредить сам орган обоняния. — Нужно... отключить обоняние, — прошептала она, глядя на стену. У неё созрел отчаянный план. Если она не может справиться с химическим воздействием, нужно исключать сам механизм воздействия. — Прости меня, — прошептала она и со всей силы ударилась лбом о стену, целясь меж бровей. Хруст сломанного впоследствии носа отозвался болью во всей голове. Кровь хлынула из носа, но вместе с болью пришло облегчение – она больше не чувствовала химический запах. 02:03... 02:02... 02:01… Юйшу, зажав нос рукой, чтобы остановить кровотечение, подошла к двери. Вкомнате действительно становилось все жарче. Но теперь её руки нормально реагировали на команды мозга. Она повернула ручку и толкнула дверь. Юйшу вышла из комнаты, оставляя за собой кровавые следы. — Выживание... — прохрипела она сквозь боль. — Любой ценой… Девятая комната оказалась самой страшной. Это был куб со стенами, которые медленно сдвигались со всех сторон. В центре комнаты стояла клавиатура на постаменте, а на стенах висели десятки фотографий – все знакомые Юйшу люди. — Комната девятая, — объявил Лю Вэй. — Стены сходятся со всех сторон. Финальный размер камеры: пятьдесят на пятьдесят сантиметров. Единственный способ остановить механизм – ввести правильный код. Клавиатура активируется при давлении семьдесят килограммов. Время сжатия: десять минут. Юйшу быстро встала на весы рядом с клавиатурой. Стрелка показала шестьдесят пять килограммов – не хватало пяти килограммов для активации. — Последняя загадка, дорогая, — раздался торжественный голос Лю Вэя. — И самая жестокая. Клавиатура не активируется, пока на неё не будет нажиматься давление в семьдесят килограммов. А код... код ты должна знать сама. Юйшу начала лихорадочно осматривать стены, ища подсказки. Стены медленно сдвигались, и пространство становилось всё меньше. 08:23... 08:22... 08:21… На фотографиях она увидела всех близких ей людей – Гуйнайфэнь, Хохо, Ханью, Цинни, Юйкун, Цзин Юаня... И одну фотографию мужчины, которого она никогда не видела, но знала по рассказам матери. — Отец... — прошептала она, глядя на фотографию. Юйшу начала отрывать от стен всё, что можно было оторвать – металлические пластины, куски изоляции, любые предметы. Каждый грамм был на счёту. 07:45... 07:44... 07:43… Стены сошлись уже наполовину. Она собрала все обломки в кучу рядом с клавиатурой. Взвесилась снова – шестьдесят девять килограммов. Всё ещё не хватало одного килограмма. 04:17... 04:16... 04:15… В отчаянии Юйшу начала кусать собственные губы до крови, и плевать кровью на весы – надеясь что это прибавит вес. Нервно оглянувшись она вцепилась в плохо торчащую пластину с приближающейся стены и оторвав ее – кинула себе под ноги. 02:41... 02:40... 02:39… Стены были уже так близко, что она едва могла повернуться. И вот, наконец, заветные семьдесят килограммов! Клавиатура активировалась. Юйшу быстро ввела дату смерти отца, которую помнила наизусть. Стены остановились, когда до полного смыкания оставалось всего сорок сантиметров. Юйшу была зажата в крошечном пространстве, едва могла дышать, но была жива. — Папа... — прошептала она, слёзы смешивались с кровью на её лице. — Я помню тебя… Дверь в последнюю, десятую комнату открылась. Последняя комната была небольшой, но в ней висел удушающий запах ядовитого газа. На потолке зловеще мигала красная лампочка. — Последняя комната, — довольно объявил Лю Вэй. — Ядовитый газ. Время до смертельной концентрации: шестьдесят секунд. Единственный выход – через вентиляционную шахту диаметром двадцать сантиметров. В комнате находится пила для... радикальных решений. Юйшу взглянула на пилу, затем на крошечную вентиляционную шахту. Даже без рук и ног она не пролезла бы туда. — Финал, дорогая, — раздался торжествующий голос Лю Вэй. — Эта комната была создана, чтобы убить тебя. Никто не может пролезть в эту шахту. А пила предназначена для тех, кто хочет попробовать последний отчаянный выход. 59... 58... 57… Юйшу отчаянно осматривала комнату, её уставший разум работал на последнем пределе. Вентиляционная шахта, газ, система циркуляции воздуха… — Обратная тяга! — выкрикнула она. Вместо попытки пролезть в шахту, Юйшу начала ломать мебель, создавая баррикаду у вентиляционных отверстий. Используя обломки стула и свои знания физики, она создала систему, которая изменила направление потока воздуха. 30... 29... 28… Газ, вместо того чтобы заполнять комнату, начал уходить обратно в вентиляционную систему. Юйшу создала обратную тягу! 15... 14... 13… Но концентрация газа в воздухе была всё ещё смертельной. Юйшу чувствовала, как её сознание начинает меркнуть, лёгкие горели от отравления. 5... 4... 3… И вдруг стена комнаты взорвалась. Сквозь дым и обломки ворвался Цзин Юань в сопровождении отряда стражников. Его лицо было искажено яростью и отчаянием. — ШУ! — закричал он, увидев её лежащую на полу. Он бросился к ней и осторожно поднял на руки. Её тело было покрыто ранами, ссадинами и ожогами. Хвост обгорел, нос сломан и залит кровью, плечи вывихнуты. Она едва дышала. — Я здесь, — прошептала она, глядя на него затуманенными глазами. — Я... выжила… — Шу, моя дорогая, что они с тобой сделали? — его голос дрожал от ярости и боли. — Я... решила все их загадки, — слабо улыбнулась она. — Математика... спасла мне жизнь… Цзин Юань осторожно вынес её из разрушенного комплекса. Весь подземный лабиринт был разрушен мощным взрывом – генерал не жалел ничего, чтобы добраться до неё. — Лю Вэя больше нет, — сказал он, укрывая её своим плащом. — Он сгорел в своем собственном лабиринте. — Он... хотел сломить меня, — прошептала Юйшу, теряя сознание. — Но он не знал... что иногда... самые трудные загадки... делают нас сильнее…

***

Юйшу очнулась в медицинском центре Лофу. Её тело было покрыто бинтами, сломанный нос зафиксирован, а обгоревший хвост аккуратно обработан заживляющими мазями. Но она была жива. — Наконец-то, — прохрипел знакомый голос. Она повернула голову и увидела Цзин Юаня, сидящего рядом с кроватью. Его глаза были красными от недосыпания и слёз, лицо осунувшееся. — Сколько... — начала она, но голос сорвался. — Три дня, — ответил он, нежно взяв её руку. — Три дня ты была без сознания. Я думал... я думал, что потерял тебя. — Как ты меня нашёл? — спросила она. — Когда ты не вернулась, я перевернул весь Лофу. Мы нашли стражников, которые тебя сопровождали – они были живы, но без сознания. След привел нас к заброшенному складскому комплексу на окраине города. Он крепче сжал её руку, будто в обещании больше никогда ее не отпускать.

***

Восстановление заняло месяц. Юйшу постепенно приходила в себя, её хвост отрастал, хотя кончик навсегда остался обгоревшим – напоминанием о пережитом кошмаре. Сломанный нос зажил, но оставил едва заметный шрам. Цзин Юань не отходил от неё ни на шаг. Он лично следил за её лечением, за её питанием, за каждой мелочью её восстановления. Мими часто лежал рядом с её кроватью, словно охраняя её сон. В один из вечеров, когда Юйшу уже могла ходить, они сидели в саду его резиденции. Закат окрашивал небо в красные и золотые тона. — Шу, — тихо сказал Цзин Юань, — я хочу сказать тебе кое-что важное. Она повернулась к нему, её аметистовые глаза светились в лучах заходящего солнца. — Когда я думал, что потерял тебя, — продолжил он, —я понял, что не хочу тратить время на условности и страхи. Ты прошла через ад и вернулась. Ты сильнее, чем кто-либо, кого я знаю. Он опустился перед ней на одно колено и достал небольшую коробочку. — Юйшу, — его голос дрожал от эмоций, — ты стала не просто частью моей жизни. Ты стала моей жизнью. Выходи за меня замуж. В коробочке лежало кольцо с аметистом – камнем цвета её глаз. — Цзин Юань... — прошептала она, слёзы счастья заблестели на её ресницах. — Я знаю, что прошу многого, — сказал он. — Я знаю, что ты прошла через страшные испытания. Но я хочу быть рядом с тобой всегда. защищать тебя так же, как ты бережешь мой разум и сердце, — договорил он, голос всё-таки дрогнул, и ладонь, в которой покоилась маленькая бархатная коробочка, чуть заметно задрожала. Тёплый ветер колыхнул низкие ветви персиковых деревьев, лепестки упали на её плечи. Юйшу провела пальцами по гладкой поверхности камня, в котором отливал тот же фиолетовый огонь, что и в глубине её глаз, и улыбнулась сквозь слёзы. — Раз уж ты так рискуешь, генерал, — тихо пошутила она, — я не смею отказать. Да. Цзин Юань выдохнул со свистом, будто только что снял с плеч невидимую броню. Он надел кольцо ей на палец – оно село точно, будто создано одной из звездных кузниц Сяньчжоу специально под изгиб её тонкой кисти. Мими, до того мирно дремавший у скамьи, поднял голову, издал низкий, довольный рык и ткнулся Юйшу в колени влажным носом, словно скрепляя клятву ещё одной, звериной, печатью. — Спасибо, — прошептал Цзин Юань, прижимая её ладонь к своим губам. — За то, что выстояла. За то, что всё-таки встретилась со мной в тот далёкий день в беседке. — Спасибо тебе, — ответила она. — За то, что нашел во мне большее, чем просто счетовода. Они долго сидели молча; сад погружался в сумеречное золото, издалека доносились голоса стражей на вечернем разводе. Где-то в главном дворе зазвучала гудящая кварта протяжной флейты – одинокий музыкант готовился к вечерней медитации. Юйшу первой нарушила тишину: — Нам придётся рассказать маме и Цинни. И… всем остальным. — Я возьму это на себя, — усмехнулся генерал, вспоминая строгий взгляд Юйкун. — Но думаю, они давно поняли, куда всё идёт. Он помог ей подняться: после долгого лечения ноги всё ещё слабели к вечеру. Юйшу оперлась на его руку, и они медленно пошли к дому по освещенной фонарями дорожке. Лев шёл позади, мягко ступая по гравию, словно телохранитель-тень. Перед дверью резиденции Цзин Юань вдруг остановился. — Шу, — произнес он серьезно. — Скажи, если станет тяжело. Для нас обоих путь ещё не закончился: предстоит суд, допросы… восстановление корабельных систем после взрыва. — Мы прошли худшее, — ответила она и, взглянув на кольцо, улыбнулась. — Остальное – всего лишь математика. Он рассмеялся тем низким, редким смехом, который слышали лишь самые близкие, и, пока никто не видел, осторожно поднял её, чтобы перенести через высокий порог. — Традиции надо чтить заранее, — пояснил он, ощущая, как её хвост обвился ему вокруг запястья. — Тогда считай, что первая семейная примета исполнена, — шепнула Юйшу, прижимаясь к его плечу.