Локиправда-575. Преступление и утешение

Фартучек проснулся в хозяйской спальне с указательным пальцем господина во рту. Он обнимал его руку, положив свою щеку на ладонь и сосал божественный перст. - как-то даже не почтительно теперь просто взять да выплюнуть - подумал анон. Стараясь не шевелить языком и не чавкать, чтоб не разбудить повелителя, он чуть отодвинулся с открытым ртом и приподнялся. С другой стороны под мышкой у Локи сопел ушастик. Анончик тихонько поднялся с ложа и одернул фартук, который был весь мятый "как из жопы" и с белыми пятнами доказательств любви господина. Фартучек вздохнул со сложными смешанными чувствами в диапазоне от удовольствия до досады и потопал на кухню, где в ящике буфета хранились запасные фартуки. Он очень хотел быть чистеньким и свежим когда Локи проснется. Фартучек заглянул на кухню и увидел бантика которого облизывали двое интеллигентного вида мужчин. Таких в доме культуры увидишь и ни в жизнь не подумаешь, что они могут подобным на досуге заниматься. Все трое были перепачканы клубничным вареньем, которое также украшало красивыми яркими пятными светлый кафель. Анончик набрал воздуха грудью но задохнулся и закашлялся. Троица даже не обернулась. - надеюсь вы догадаетесь убрать тут все за собой когда закончите! - вспылил анончик, стараясь не срываться в истерический крик. В ответ ему раздались только омномном и приглушенные стоны. Он взял чистый фартук и хоз принадлежности, намеренно громыхая мебельными дверками, и возмущённо вышел. В коридоре он принялся сердито смахивать венчиком пыль с настенных полочек, на которых стояли картины с Локи. На одних он был изображен в разных одеждах разных эпох, на других в выходном костюме в красивых праздничных или в одной небрежно растегнутой рубашке в мрачных готичных интерьерах, а так же посреди цветущих садов или ночью в поле под луной, а еще купающимся обнаженным в ручьях и водопадах... Вот тут повелитель был изображен на большом красивом коне. А на следующей картинке уже под конем (тут у фартучка сладко заныло в глубине пятой точки фантомное чуйство). Дальше в ряд шла серия изображений повелителя со своими бесчисленными любовницами и любовниками - с принцессами, принцами, колдуньями, русалками, среди прекрасных наложниц гарема султана и его же жгучими евнухами. Фартучек смахивал пыль с картинок, наслаждаясь божественным ликом и под конец галереи настроение у него заметно улучшилось. Он удовлетворённо вздохнул, взял совок и веник и ступил в непривычно тихую гостиную. Везде на пуфиках, книлоковриках и мягких фурри-локедетках спали вповалку аноны, а из лежащего под окном чешуйчатого клубка раздавался раскатистый храп бога грома, уснувшего в объятиях Йорика (и конечно же с двумя хвостиками в попе). Фартучек растеряно рассматривал разбросанные там и тут использованные салфетки, пустые банки из под настоек и обглоданные косточки от хамона, решая с чего лучше начать уборку, как вдруг взгляд его наткнулся на стоявший неподалёку молот Тора. Мьёльнир лежал на ковре, а точнее стоял вертикально, и отражая редкие лучи света, робко пробивающиеся из-за плотной оконной шторы, маняще мерцал в полумраке гостинной. Анончик поставил совок с веником к стенке и подошел ближе. Мощная болванка из космического металла уру, украшенная красивым скандинавским узором, и исходящая из нее толстая рукоять, торчащая вверх подобно эрегированному члену, с округлым блестящим наконечником взбудоражили фантазию анона. Он присел подле на корточки и обхватил ладошкой обтянутую мягкой кожей рукоятку. Ласковый слабый электрический импульс защекотал запястье и рука фартучка непроизвольно заскользила туда-сюда, вверх и вниз, вверх и вниз, и снова вверх, плотно сжимая и поглаживая гладкий прохладный набалдашник. Внизу живота приятно потяжелело, свободной рукой он непроизвольно сжал край фартука. Анончик огляделся - утомленные вчерашней оргией соседи дрыхли без задних ног плотно обложив пушистых гостей своими обмягшими те́льцами, посвистывая в унисон. Фартучек решился и, расставив ноги по обе стороны от желанного инструмента, приладился увлажнившимся входом к круглому набалдашнику и нанизался на рукоять Мьёльнира. Внутри стало доставляюще тесно, он задрожал, закатил глаза от удовольствия и начал двигаться. Он ритмично насаживался на стержень, обжимая своими стеночками ласковую кожу диковинного зверя искусной выделки мастеров далеких миров и толкая его концом сладостную точку в самой глубине своего свода, как вдруг боковым зрением уловил движение в дверях гостиной. Фартучек открыл глаза и увидел в проеме стоящего с изумленным видом ушастика в белом медицинском халате. Анончик застыл в нерешительности. Не то чтобы ушастик чего-то не знал о темпераменте и кинках своего друга, но быть внезапно застуканным с поличным за таким казалось уж больно грешновато. Он робко поерзал на рукоятке и посмотрел томно-виноватым взглядом на приятеля.