Невероятная и колоссальная я

      Я раскрыла глаза. Мой внутренний голос, а также я — абсолютно правы; сдаваться было бы очень глупой идеей. Нет, не просто глупой, а просто неуместной в данной ситуации. В конце концов, у меня ДЕЙСТВИТЕЛЬНО есть люди, которые ждут меня. В конце концов, мне ещё предстоит увидеть столько моментов в этой интересной жизни, но в этом безумном мире. В конце концов, я ни в коем случае не засну на вершине Норвегии и не стану холодной. В конце концов… пора возвращаться домой.       Я встала. После этого действия я подтянулась и размяла свои пальцы и мышцы. По виду заката, я понимала, что уже был глубокий вечер. Я вполне уверена, что Джаспер не испугается человека, который стучит в его будку посреди тёмной ночи. Но тут ещё один нюанс: специальная будка Гальхёпиггена находится прямо перед моими глазами, почему я не могу просто там ночевать, под крышей, в стенах данной будки? Ответ довольно прост: мне всего лишь хочется ощутить то, как выглядят леса и скалистая местность этой части Норвегии глубокой ночью, в темноте. Всяких там Хульдру и Фенрира, пока шла вверх, не встретила по пути, а значит пока я буду спускаться вниз, я их тоже не встречу. Блин, как же хорошо, что в той стае из десяти белых волков не было Фенрира как лидера стаи, ха–ха, а то был бы такой прикол.       Ладно, на этой вершине я уже где–то десять или пятнадцать минут бываю, а долго засиживаться в подобном месте не рекомендуется. Я прошлась вокруг пика ещё раз, осмотрела красивый вид и закат, чуть не всплакнула от красоты, и затем посмотрела на будку Гальхёпиггена. Я смотрела на неё, а она — на меня. Она на меня… я на неё… Решила я не заходить туда, а просто оставить свой след в истории покорения этой вершины, так сказать. Каким образом? Я просто своим ногтем отскребу специфичную надпись на дереве. В итоге я выскребла одно словосочетание: «ГАВ–ГАВ». Возможно оно не слишком оригинальное, но а вдруг. Если так произойдёт, что мои друзья заберутся на Гальхёпигген тоже, то увидят мой «след» на будке и поймут отсылку. Мне всего лишь удачи им в поисках этой надписи пожелать остаётся, хе–хе. Я также решила, так сказать, обнять стену этой будки, мол я этим ей говорю образно: «Спасибо тебе и Гальхёпиггену за то, что приняли меня сюда. Что я дошла сюда, и то, что тут никаких людей нет. Было комфортно, было приятно побыть здесь». Я ещё обязательно сюда приду, если захочу, но это я уже в последствии решу. Возможно я кого–то возьму сюда, а возможно я для себя снова взойду сюда, кто знает…       Я была уверенна на все сто процентов, что каждую точку вершины осмотрела, а значит настала первая пора: возвращение к Джасперу. Да, всё равно, что ночь глубокая будет через несколько часов, но я всё равно доберусь. Главное что не заблужусь при спуске — фонарик же у меня при себе! Вдобавок у меня хорошая память, я помню этот путь, да и плюс я оставляла некоторые отметки: я откапывала снег в форме круга, и по этим меткам я смогу определить, что по этой дороге точно ходила я, а никто иначе! Пойду–ка я уже вниз. Ещё увидимся, Гальхёпигген.       Я начала вторую часть этого пути — спуск. Первая часть будет посложнее, ибо никому неудобно подниматься на скалистую местность, а спускаться хоть и легко, но надо быть тоже аккуратнее. Я не знаю, что может попасться мне ночью в лесу, но я на всяком случае буду на полной готовности. И стоит ли мне рассказывать, как я спускаюсь вниз? Путь — один и тот же, а что может за это время измениться, понятия не имею. Не спорю, есть шанс, что метеорит может упасть на землю и уничтожить всю планету Земля, но он крайне маленький. Есть шанс, что я услышу крайне громкий хрюк свиньи и она меня ударит лопатой, но опять же: шанс крайне мал. Он есть, но крайне мал. Работает ли здесь теория вероятности? Да наверное, а хотя почему наверное? Она же везде работает! Мне просто может повезти этим шансом и мне выпадет именно это событие. Посмотрим–посмотрим…       950 метров. От Гальхёпиггена я отошла, и теперь я вижу только деревья внизу и снег. Зато во время спуска я смогу чаще прыгать вперёд и шустро хвататься за ветви деревьев, и подтягиваться по приколу.       925 метров. Я гавкнула на дерево.       910 метров. Я гавкнула на ещё одно дерево.       900 метров. Крайним разом, ещё раз гавкнула на ещё другое дерево.       850 метров. За это время, небо стало намного темнее, солнышко практически уже спряталось за горизонт, и мне пришлось включить фонарик и ориентироваться дальше по нему и моим меткам. Настала тёмная пора.       800 метров. Спуск проходил удачно на этой высоте. 200 метров уже были позади.       777 метров. Всё ещё я не увидела казино или других мест для азартных игр на этой высоте. Увы.       750 метров. Солнце зашло за горизонт полностью, и единственный источник света исходил от фонаря и частично звёзд в небе. По снежным «кратерам» в полном объёме теперь буду ориентироваться.       700 метров. Поставив фонарик на специфичное место, чтобы было и меня, и дерево видно, я разогналась и захватилась за дерево, и подтянула три раза. Да, тратить силы обратно лучше не надо, но эти штуки делают спуск веселее.       666 метров. Я решила повторить попытку призывания демонов с помощью ритуала, но как на зло, всё напрасно. И снова, во второй раз, я разочаровалась.       650 метров. На этой высоте я слышала, как сова ухает. Хоть не одна была я на спуске, и хоть, кроме ветра и моих топтаний по снегу, какие–то звуки я услышала.       600 метров. Вот тут я решила чуточку отдохнуть, присев у дерева и держа в руках фонарик. Да, я чувствовала себя уставшей к этому времени, но добраться к Джасперу мне стоит. Всё будет нормально, я знаю это.       500 метров. Половина пути была вновь пройдена, и даже здесь я решила отдохнуть, ещё раз присев у одного деревца, чтобы точно восстановить в себе силы.       450 метров. Тут ничего нового не произошло, но я посчитала это нужной сказать о том, что я уже на высоте приблизительно 1919 метров.       420 метров. На этой высоте ко мне пришла одна очень интересная мысль: сделать тройное сальто назад. Несмотря на усталость, но я почувствовала, что мне надо это сделать однажды в жизни. Я остановилась на одной ровной местности, где также отсутствовали деревья, и осветила эту территорию фонариком. Было видно и землю, и деревья, и… и меня. Я оставила рюкзак и вышла на эту местность. На счёт три я собралась сделать тройное сальто. РЕАЛЬНОЕ тройное сальто. Буду ли я первой рекордсменкой, которая сделала тройное сальто в одном из лесов Норвегии, пока будучи даже сонной и уставшей? Есть ли такая категория в книге рекордов Гиннеса? Хочется верить, потому что получит сертификат с такой категорией сделало бы меня самой лучшей в мире. Итак, на счёт три…       Раз…       Два…       ТРИ!..       Я прыгнула, постаралась сделать этот трюк и… у меня вышло только сделать единичное сальто. Сил других у меня для сальто не было, но хотя бы я сделала классическое сальто, это тоже нехилый прогресс! Я была и рада, и на полном адреналине, ибо делать сальтуху — не в воздух прыгнуть. Ох, как же это было эпично. Пойду–ка я спускаться дальше.       400 метров. Я ощущала, что вот–вот мне ещё дойти осталось. Что спускаться, что подниматься — занятие ординарное.       300 метров. Я представила у себя в голове, как тракторист по полю едет. Почему именно в этот момент? Мозг хаотичен.       222 метров. Я остановилась на этой высоте. Просто так остановилась, ибо посчитала снова это нужной.       200 метров. Ощущение того, что я уже где–то приближаюсь к будке Джасперу было всё ярче и ярче. Ещё чуточку, и я смогу добраться. Именно здесь у меня начали появляться признаки огромного желания отрубиться и заснуть крепко–крепко, но я не хочу как–то спать в заснеженном лесу. Ещё чуть–чуть… ещё чуть–чуть…       150 метров. Желание спать проявлялось ещё сильнее, и у меня мысли были о том, чтобы поспать так неплохо.       100 метров. Ну тут я уже буду рядом с Джаспером. Хех, а я помню эту дорогу… тут я ещё думала о том, что я вообще начала восхождение, и ещё думала об этом: «А может всё–таки вернуться обратно?». Но я не сдалась, и я рада, что не сдалась. Но блин, тут мне лучше тоже не сдаваться, и в сон не окунуться.       50 метров. Посветив фонариком, я уже начала узнавать одну точку — точку, где мы попрощались с Джаспером! Спать хотелось мне излишне, категорически сильно.       25 метров. У меня появилась одна идея: если так получится, что за семь минут я не доберусь от точки восхождения до будки Джаспера, то я смогу воспользоваться тем козьим рогом, который он мне дал в самом начале этого пути!       10 метров. Да тут я смогу использовать свои последние силы, чтобы добежать вниз.       5 метров.       4 метра.       3 метра.       2 метра.       И 1 метр…       …       …0 метров.       Я НА МЕСТЕ!!! Ира на месте! Ира жива! Ира присутствует! Это что получается… а ну–ка дайте мне глянуть на часы в своём телефоне. Два часа ночи… нифига себе конечно я прошлась. Я чувствую себя в полусонном состоянии, и пока не сильно осознаю, что я вообще–то прошла долбанный километр к чёртовому Гальхёпиггену и обратно, чёрт возьми! Возможно когда проснусь, всё ещё буду недоумевать, или буду, или нет… я не знаю, о чём уже думать. Может мне стоит дунуть в козий рог, чтобы позвать Джаспера? Не знаю, какой он на звук, но сейчас узнаю. Главное, чтобы он был настолько громким и мощным, что даже норвежский чувак в своей будке смог его услышать. Я достала этот необычный рог и с последних сил дунула в него. Хе–хе–хе, это был очень… странно–забавный звук. И звучал забавно, и потом эхо было забавное… но это при этом, это было странно.       Ладно, пойду–ка я до будки сама, а там, если Джаспер меня услышал, встретимся по пути. Ох, ну и денёк, или ночь, или всё вместе у меня выдались. Я уже медленно шла и хотела нереально спать. По моим ощущениям, за несколько десяток метров вперёд, к будке, я шла где–то три минуты. Всё, кажись я уже больше не могла. Сил нет ни ходить, не думать, только спать. Я решила на крайний случай дунуть ещё раз в этот козий рог, чтобы точно тот Джаспер услышал… Рог был дунут мною, и сразу же я прилегла около дерева. Казалось, что засну я через несколько секунд, ибо мозг просился, и напросился — наконец–то дождался этого момента.       Так оно и случилось — я заснула, лежа у дерева. Пока что мне ничего не снилось, но я ощущала лёгкий холод по всему телу. Спать в холоде ощущается крайне необычно. Может быть мне присниться сон, где я в роли ХЛАДНОКРОВНОГО убийцы убиваю ЛЕДЯНОЙ СОСУЛЬКОЙ ПРОХЛАДНЫХ СНЕГОВИКОВ? Сколько холодных элементов я уже надумала себе, хех. Но внезапно, я слышала какой–то мужской голос, который звал меня.       — Ира… Ира… это же ты рогом дунула, не так ли? Ира, ты где… ты где, Ира?..       Скорее всего, он искал меня. Какие–то другие Иры ещё есть в этом лесу, или вообще в Норвегии? Крайне сомневаюсь.       — Ира… я думаю, ты где–то рядом. Ира, не волнуйся, я сейчас к тебе приду, и помогу тебя донести в будку обратно!       «В будку»? Обратно?.. В будку?! Это же Джаспер!!!       — Дж… Джаспер… — в полусне слабо проговорила я.       — Да где же ты…? Сейчас–сейчас… Я найду тебя…       — Джаспер… я… я тут… — от недостатка сил мне было трудно сказать что–то громкое.       — Ира… — внезапно голос Джаспера прервался. — ИРА?! ЭТО ЖЕ ТЫ, ИРА?! ТЫ ЧТО ТУТ ЛЕЖИШЬ?!       — О–о–о–о–о–о… — я уже не могла говорить, я уже точно спала.       — ИРА! ЭТО ТЫ, ЭТО ЖЕ ТЫ… ТЫ ВЕРНУЛАСЬ, ТЫ БЫЛА НА ГАЛЬХЁПИГГЕНЕ, РЕАЛЬНО БЫЛА?!       — А–а–а… А–ага… — я понимала, что он произносит из своих уст, но простые «Ага–а–а», «э–э–э», и «не–а–а–а» я могла произносить.       — О, боже… Ира… Ты жива?.. — спросил Джаспер.       — Ага–а–а–а…       — Блин, да ты выглядишь очень уставшей. Давай–ка я тебя донесу обратно в будку, ладно?       — …А–а–ага–а–а… Дава–а–а–а–ай… — офигеть, я сказала слово «давай» в полусонном состоянии.       — Всё–всё, я понял. Не волнуйся, я тебя притащу. Ты только схватись рукой за моё плечо, окей? Я тебя так смогу донести. — сказал Джаспер.       — Угу–у–у…       Он поднял меня, и как–то сам сделал положение моей правой руки так, чтобы она хваталась за его плечо, и так ему удобно было схватить меня, и не спеша он смог бы донести обратно в будку.       — Боже, а если бы у тебя не было козьего рога с собой, как бы я выкручивался из ситуации?.. — говорил про себя Джаспер. — Это жуткая ситуация была бы.       Но он, скорее всего тоже сонный, но менее, чем я, нёс и нёс меня. Полагаю он думал только о том, чтобы донести и меня, и его самого до кровати, чтобы я в тёплой будке смогла нормально поспать. И я поняла, что он прав — козий рог пригодился мне в этом приключении.       Хоть я и не была ещё во сне, я всё равно слышала звуки шагов от Джаспера и меня. Спустя несколько минут, мои закрытые глаза ощутили присутствие света. Ну знаете, когда в полной тьме с закрытыми глазами вы видите этакий «тёмный чёрный экран», а при любом другом свете, вы видите, что «чёрный экран» уже не такой тёмный. Этот свет исходил от уличного фонаря, расположенный прямо у будки Джаспера. Я не видела, но я это логически ощущала.       И затем я услышала открытие дверей. Это был, без сомнений, Джаспер, кто открыл эту дверь, а кто ещё ж? Я учуяла запах его будки, и из–за этого я даже живее что ли стала — возможно ощутила безопасность и теплоту, а быть в будке как раз таки теплее, нежели на улице, и на пике Гальхёпиггена, тем более. Но да ладно, меня Джаспер к счастью донёс к себе будку — истинный герой!       — Всё, Ира, сейчас я тебя уложу, и сможешь дальше теперь спать. — сказала Джаспер. — Можешь ложиться сразу в этой горской одежде, можешь даже ничего не снимать. Прежде всего, тебе крайне важен сон, так что всё, Ира, пора спать. Не буду дальше мешать, я тебе пожелаю спокойной ночи! — сказал он и выключил свет, пока тот начал переодеваться в пижамную одежду и спать дальше на своей кровати.       Я уже полностью погрузилась в сон. Я ожидала абсолютно все возможные сценарии для сны после таких столь ярких приключений. Может я реально стану ХЛАДНОКРОВНОЙ убийцей и буду резать своей ХОЛОДНОЙ СОСУЛЬКОЙ всяких глупых СНЕГОВИКОВ на вершине Гальхёпиггена — кто реально знает, кроме как моего мозга? Ладно, я устала даже думать, мне пора спать. А так, классическая фраза, которую я говорю самой себе: доброй ночи, Ира. Сегодня был поистине невероятный, абсолютно безумный день, и ночь. Оценка 0/10 по нормальности этого дня — обеспечена.       Прошла ночь. Приснилось именно то, что я описала. Один в один. Яркий сон оказался довольно. И яркое солнышко, и его лучики светили в стену комнаты через окно. Я раскрывала свои глаза. Я была одна в комнате, и я была надета в ту одежду, в которой я восходила на Гальхёпигген. Это настолько я сильно хотела спать, что мне было лень снимать с себя эту одежду? Вот это да, что могу сказать.       Я полежала в кровати ещё несколько минут, потому что я чувствовала, что мне ещё надо отдохнуть после такого дня или ночи. В это время вошёл в комнату Джаспер.       — О–о–о, Ира! Ты проснулась! Доброго и тёплого утра! — радостно разбудил меня он.       — Ага… точно, что тёплого утра. — ответила я.       — Ты даже не представляешь, в какую передрягу ты попала…       — Да? — спросила я. — А в какую эту передрягу?       — Ты когда возвращалась ко мне, ты буквально чуть не заснула в холодном снегу и… и был бы просто кошмар, если бы я тебя не спас! — на волнении сказал Джаспер.       — Ой–ой… интересная ситуация случилась…       — И интересная, и кошмарная, Ира! Благо… знаешь что благо?       — Что именно?       — Ты использовала тот козий рог, который я тебе дал! Если бы ты не додумалась дунуть в него, я бы посреди ночи ничего бы не услышал, вообще бы не услышал! Ты понимаешь, что ты спасла себя им?       — Я… Я не знаю что сказать… Ну это же хорошо, что я лежу не на снегу, а здесь, на кровати твоей будки, верно? — спросила я.       — Бессомненно, Ира. — ответил Джаспер. — Так или иначе, я потом как только нашёл тебя, притащил сюда, и потом ты сама крепко улеглась спать. Ох, боже, как же я рад, что я тебя нашёл посреди ночи, ох, боже…       Джаспер говорит так, будто я ничего не помню. Но не уж то было, ибо я частично помнила, что происходило этой ночью: по типу что меня тащил Джаспер и завёл в будку, про козий рог там… Правда мне слегка трудно думать об этом, не знаю почему. Может быть я хотела сильно спать, но хотела не сдаваться.       — Такс, Ира. — начал говорить он. — Ты же говорила, что хочешь отправиться домой после покорения Гальхёпиггена, верно?       — Вполне да, только вот не домой, а в один городок. — ответила я.       — Отправиться также, как и Роуз, на автобусе, правда?       — Именно, я хочу на автобусе в тот город отправиться.       — Вот и отлично, а я помню про это желание! — сказал Джаспер. — Я около получаса назад заказал тебе автобус; как и с Роуз, ты отправишься туда за мои деньги, а тебе будет всё бесплатным! Он кстати тоже через те же тридцать минут приедет.       — Йохтыж моё… — вздохнула я. — Это что получается, мне пора собираться пора снова?       — Получается, что да! Ты же хорошо выспалась, верно?       — Ну после свежего воздуха, и тем более Гальхёпиггена, все люди высыпаются. Я не исключение — я тоже выспалась!       — Вот и хорошо. В этом случае тогда ты ещё поспишь в автобусе несколько суток, так как тебе придётся ехать…       — Сколько ехать?       — …Больше трёх тысячи километров… — сказал Джаспер. — И… И этой займёт приблизительно сорок часов. Но не волнуйся, водитель автобуса, который недавно чересчур разбогател, в таком случае будет тебе и другим пассажирам покупать еду и воду, тоже за бесплатно! Это так сказать, V.I.P автобус с V.I.P пассажирами, в данном случае только с тобой.       — … — задумалась я после услышанного. — Не, это реально классно, Джаспер!       — Хех, я хранил свою «нычку» для таких случаев очень долго, для таких людей, как ты с Роуз. — сказал Джаспер. — И ещё, ты же не против вообще всего этого? Прости, что заранее не спросил, как ты на сорокачасовую поездку в автобусе реагируешь?       — После Гальхёпиггена Вы думаете, что посидеть сорок минут в автобусе будет чем–то тяжёлым? — логично спросила я. — Хех, ну уж нет! Я и то в другие инциденты с автобусами попадала (я не стала ему говорить об угнанном автобусе)…       — Ха–ха, конечно нет! — убедился теперь Джаспер. — Ладно, давай ты лучше переоденешься в свою обычную одежду, сняв с себя эту горскую одежду.       — Окей, без проблем.       — Я пока тебе завтрак приготовлю. Ты же не против, если я снова мясо буйвола приготовлю? Только в этот раз не жаренное, а варёное, не против?       — Я всеядная, Джаспер! — ответила я. — Я съем абсолютно всё, что есть и существует на этой планете Земля!       — Вот и славно. Я тогда пошёл.       — Окей.       Пока Джаспер направился в зону готовки всякой еды, на улицу, я в это время сняла с себя серовато–красную куртку и тёмно–серые штаны, и сразу легче стало. Я снова увидела свою любимую тёмно–зелёную худи и тоже тёмного зелёного цвета штаны. Да, я снова напомню этот факт: я люблю зелёный цвет.       Я от слова совсем не хотела пролёживаться в кровати до прибытия автобуса, а потому я направилась за задний дворик будки, чтобы подышать свежим воздушком, и ещё в крайний раз осмотреть эту местность, окутанную снегом и лесом. Я оказалась у входа в задний двор, а там Джаспер варил на кастрюле мяско ещё одного буйвола. Я задумалась: сколько буйволов он поубивал, чтобы получить эти куски мяса?       — О–о–о, Ира, выглядишь уже не как альпинистка! — отреагировал Джаспер.       — Хех, правда. — сказала я. — Вы тут мясо готовите, на свежем воздухе ещё…       — Именно! А ты тут решила прогуляться, за моим задним двором?       — Ага… подышать воздухом ещё раз, и побывать тут, как Вы сказали, за Вашим двором.       — Тоже неплохое желание. — ответил Джаспер. — Как тебе вообще было тут находится?       — Ну!.. — замыслилась я снова. — Да тут просто фантастически, по невероятному, по потрясающему, по изумительному, по восхитительному КЛАССНО! Норвегия, в плане этой природной местности — потрясающая страна с прекрасными горскими видами! Я, я реально не знаю, как это описать, но мне понравилось.       — Хех, как живущий в этой местности очень долго, я искренне рад это слышать! — ответил Джаспер.       — Ага–а–а…       — А давай, чтобы мы не потерялись после твоей отправки обратно в город, узнаем номера телефонов друг у друга?       — О, запросто! — я вспомнила первую встречу с Роуз в ресторане, где мы тоже обменялись телефонными номерами.       — Сейчас я только схожу за ручкой и блокнотом, чтобы записать, а то у меня телефон разрядился пока. — сказал Джаспер.       — Вообще без проблем.       Сертифицированный норвежский мужчина отправился за блокнотом, а я смотрела на то, как мясо варится в кастрюле. Да и пахнет оно вкусно. Я не сильно ем варёную еду, но с буйволом — другой случай. Я ещё приготовила свой телефон для диктовки моего номера.       — Я тут! — Джаспер вернулся. — Ты уже достала телефон? Окей, тогда говори мне его.       — Угу, сейчас.       И так, именно в этот момент, ещё один номер телефона был добавлен в контакты моего телефона. Это за несколько дней я смогла познакомиться с двумя людьми? Вообще замечательно.       — Всё. Теперь мы будем иногда созвоны разные делать, из других точек Земли! — сказал Джаспер.       — Хех, это точно…       — А ну дай мне глянуть на мяско в кастрюле… в принципе оно хорошо прожарилось. Сейчас я сбегаю ещё за тарелочкой и вилкой, ты же снова целиком будешь есть, правда?       — Да это варёное мясо я постараюсь съесть не за две, а за минуту! Как раз буду сыта на целый день, перемещаясь на автобусе.       — Класс, что сказать. Ну и вот, оно уже думаю готово для поедания. Дай–ка я всё–таки сбегаю за теми приборами.       Он снова забежал в свою будку. Я смотрела на дверь заднего двора, чувствуя запах варёного мяса, и ощущения холода по моему телу. Через десять секунд Джаспер вернулся.       — Вот и чистая тарелка с вилочкой. Дай ещё мне мясо достать и положить сразу на тарелочку.       — Хорошо–хорошо. — я заметила, что я часто говорю слова на подобии «хорошо», «ага», «да», иными словами, я соглашаюсь постоянно. Забавно.       — И вот оно! Мясо реального буйвола, сваренное! — воскликнул Джаспер. — Ну что ж, вилку тебе в руки, можешь даже поесть на свежем воздухе, держа тарелку в одной руке и поедая с помощью другой. Ладно, приятного аппетита, Ира!       — Спасибо большое.       Начала я закусывать мясцо, смотря на горы, которые расположены прямо передо мной. Я ещё раз убедилась, насколько вид норвежский во истину красивый. Такое тоже не каждый день увидишь, и не каждую неделю, месяц, и даже года. Надо снова жить этим моментом, осматривать каждое облачко, пролетающее мимо гор, или изучать необычную форму этих скал, чтобы они потом запомнились на долго. Я ела мясо, и я смотрела на горы. Как же красиво. Я до каждой тончайшей детали всем друзьям расскажу о своих прекрасных приключениях. Но Джона, Трона, и Брона я буду ненавидеть, презирать и проклинать всегда; они единственная заноза в этих приключениях. Но погодите: не будь их, я бы не попала в Норвегию… Хм…       Я уже полностью доела мясо — не так быстро, как в прошлый раз, но, в любом случае, червячка я уверенно заморила. На этаком деревянном рабочем кухонном столе у будки, где готовил Джаспер мясо, я обратила внимание на графин с водой — я решила попить водички. Стакана не было рядом, а значит я просто взяла графин, и с другой стороны, не с горла, выпила третью часть всего содержимого графина. И норвежская водичка тоже вкусная. Надеюсь Джаспер не расстроится из–за таинственно пропавшей воды из–под этой стеклянной ёмкости.       Я решила, что я за задним двором будки, находится здесь я устала — пойду обратно к Джасперу во внутрь.       — Я поела, Джаспер. — войдя в будку, сказала я ему.       — О, ну вот и отлично! И как оно было на вкус? Приготовить у меня мясо вышло? — спросил Джаспер.       — Да, у Вас хорошие кулинарные навыки, мясо неплохое. Я наелась и всё короче сделала. Получается, к отправке я готова.       — Класс, теперь мы можем выйти из этой будки и ожидать прибытие автобуса там?       — А когда он приедет, не знаете? — спросила я.       — Да ну может в любой момент приехать, поэтому лучше быть наготове.       — Хорошо, хорошо.       — Пошли тогда! — произнёс Джаспер. — Будем там стоять и ожидать.       Мы вместе вышли наружу. Солнце снова ярко светило, пение птиц было слышно на всю эту лесную местность, и я чувствовала себя довольной. После Гальхёпиггена я осталась жива. После троих подростков я тоже осталась жива. После землянки я тоже осталась жива. Я РЕАЛЬНО ОСТАЛАСЬ ЖИВА, КАКОЕ СЧАСТЬЕ! Я живее всех живых организмов на этой планете! Мы стояли с Джаспером молча, и изредка пошатывались, стоя на месте. Иногда Джаспер спрашивал всякие вопросы:       — Так как тебе поход на Гальхёпигген выдался, ещё раз скажи.       — Не, реально понравилось! Возможно друзей сюда приглашу, и возможно даже к Вам, Джаспер. — сказала я.       — Блин, это приятно слышать. — ответил он. — Но смотри, так как ты приедешь уже, я надеюсь, нормальным и безопасным способом, то тебе в следующие разы придётся оплачивать поход в разные горы.       — Окей, я это понимаю.       И мы потом молчали ещё. Что–то да хотелось сказать, и что–то не хотелось.       — …Ты слышишь это, Ира? — спросил Джаспер.       — Не, ну что–то явно шумит. Похоже на какой–то транспорт. — ответила я. — Да неужели…       — Ты догадалась?       — Это… Это же автобус едет, верно?       — Да я тебе на все двести процентов говорю — это точно автобус. — с мощной уверенностью сказал Джаспер. — Обычно тут почти никогда транспорт не ходит, и то, только всякие повозки.       — Фух… — вздохнула я, понимая, что мне придётся прощаться с этим норвежским парнем и готовиться усаживаться в автобус.       — Что, Ира? Чего вздыхаешь? Не хочешь ехать из Норвегии?       — Да… Да не знаю… — задумалась я. — С одной стороны тут классно, а с другой… меня ждут люди.       — Я понимаю. Я тут вообще сам живу. — внезапно произнёс Джаспер.       — Ой… это печально.       — Ага…       — Но… — начала говорить я. — Нет ничего такого в том, чтобы оставить эту будку и приехать в гости к кому–то.       — В том то и дело, что оставлять эту будку не хочется… Она мне так дорога, а вдруг какие–то внезапные вандалы заскочат и снесут всё? Нет, я лучше останусь тут. — сказал Джаспер.       — Я понимаю… Но это уже как Вы решаете, Джаспер…       — Правда…       Вдалеке был виден реальный автобус. Он выглядел так эпично, его дизайн был просто… просто крайне сильным и лучшим даже для автобуса. Когда Джаспер говорил, что «водитель автобуса разбогател», он это имел в виду? Скорее всего, хех.       — А вот и наш автобус подъезжает! — воскликнул он. — Ира, ты точно готова?       — Ага.       — Ну что же… я хочу вот что тебе сказать: спасибо тебе.       — За что? — спросила я.       — Спасибо… я не знаю, как это сказать, но просто спасибо за то, что ты пошла на Гальхёпигген, и не побоялась вообще сама сходить туда. И также не побоялась холода. И также… прост не побоялась. Ты очень храбрая девушка.       — Воу… — я удивилась от такого комплимента — Спасибо…       — Ты бы подошла как авторитет некий. Чтобы на тебе ровнялись, и чтобы ты вообще не боялась идти на такие вещи, как самостоятельный восход на Гальхёпигген.       — … — я слегка засмущалась. Я не знала, что на подобное отвечать, а потому я просто сказала простое, классическое слово. — Спасибо, реально спасибо. Я Ваши слова запомнила, Джаспер!       — Хех, рад слышать!       Автобус уже был прямо перед нами. Его автоматические двери при прибытии открылись.       — Здравствуйте. — сказал водитель автобуса. — Это же вы тут хотели отвезти одну девушку в город один, ведь так?       — Да, здравствуйте, всё правильно. — сказал Джаспер. — Вот эту юную девушку можете отвезти в город? Оплата ж онлайн прошла, верно?       — Да, всё верно. Оплата прошла, можете усаживать пассажира.       И вдруг я заметила, что он очень сильно похож на одного водителя. ЭТО БЫЛ ТОТ САМЫЙ ВОДИТЕЛЬ ТОГО АВТОБУСА, КОТОРЫЙ Я УГНАЛА КОГДА ТОЛЬКО СБЕЖАЛА С КВАРТИРЫ, ХА–ХА. Благо он меня не узнал, ибо воочию не видел. Откуда у него вообще тогда такой торжественный, богатый, люксовый автобус? Я решила спросить почему–то у Джаспера.       — А вы не знаете, Джаспер, почему этот автобус так классно и дорого выглядит?       — Нет, не сильно. — ответил он.       — По секрету скажу, я просто случайно в казино двадцать два миллиона гривен выиграл. — внезапно ответил водитель автобуса, или же по совместительству, как у него на паспорте написано, Бум Хлопков. — Четверть выигрыша я потратил на покупку нового автобуса, ибо мой прошлый какой–то человек угнал, но мне уже как–то всё равно — я горжусь этой, своей новой тачкой.       — Ва–а–а–у… — оба удивились мы.       — Неплохо… — сказал Джаспер.       — Да, реально неплохо… — сказала тоже я.       Что говорить, повезло мужику, но в казино после этого не пойду всё равно.       Теперь мне надо постараться посидеть в автобусе, и ни слова говорить о том, что именно я угнала его прошлый транспорт, ха–ха.       — Ладно, Ира. Кажись тебе пора — с грустным тоном сказал Джаспер.       — Да, правда… — тоже как–то меланхолично ответил я. — Было приятно познакомиться, Джаспер.       Мы сделали сильное рукопожатие друг другу.       — Ещё увидимся, Ира.       — Да, когда–нибудь да точно. — ответила я.       Я вошла в салон автобуса. Присела на задний ряд, чтобы меня никто не доставал. Внутри самого автобуса людей не было, ибо этот автобус Джаспер специально для меня заказал, чтобы я в город тот отправилась.       — Всё, все готовы, все на месте? — спросил водитель автобуса.       — Да, да я готова. — сказала я.       — Всё, один и единственный пассажир готов, можно начинать отправку!       Я глянула на Джаспера через окно, и пока автоматические двери закрывались, я махала ему на прощание. Когда–то точно мы ещё раз увидимся, либо когда–то точно я ему позвоню. Джаспера я запомнила тоже, только в хорошем ключе. Эххх, я буду скучать и по Норвегии, и по её лесам, и по её скалистым местностям, и по Гальхёпиггену, и по всему короче.       Автобус начал своё движение — я начала махать Джасперу рукой ещё сильнее, и он тоже. Всё, мы отъехали подальше, и теперь его не было видно, пропал с моего поля зрения. Теперь мне осталось только кайфовать, отдыхать, радоваться, и слушать музыку все эти сорок часов, с остановками на туалет, заправку, и чтобы где–то поесть конечно же. До новых встреч, Джаспер. До скорых встреч, Норвегия…       Я особо не знаю, как описывать эту поездку сорокачасовую, но она была типичной. Я спала, я слушала музыку, наблюдала за видом из окна на трассы, пригорода, города, поля, леса, за всем подряд! За эту поездку никто не садился в автобус. Кажись я реально некий V.I.P клиент, как Джаспер говорил. Я даже не представляю, как будут чувствовать себя мои ноги после таких долгих посиделок на автобусном сиденье. Кстати об интерьере автобуса: водитель по имени Бум Хлопков действительно постарался над тем, что купил себе крайне классный автобус. Запах салона был приятен, вентиляция работала идеально, шумоподавление присутствовало, и тоже хорошо работало. Да и в целом дизайн — моё почтение. Тут ещё сверху телевизор висел, на котором транслировались всякие фильмы, чтобы от скуки точно пассажиры не умерли. Если бы можно было бы оценить обслуживание, сервис этого автобуса, я бы поставила все пять звёзд. Тут я вновь задумалась: возможно хорошо, что я угнала автобус, ибо по чистой случайности этот водитель решил пойти в казино, и тоже по чистой случайности выиграл, как он там говорил, двадцать два миллиона гривен. И пока местные бомжи угнали тот старый автобус в том городе, Бум Хлопков поднялся с низа и получил себе автобус в два, нет, три, нет, в пять раз лучше, нежели предыдущий. Ладно, пусть эти сорок часов будут для меня самыми кайфовыми, чтобы за это время я проанализировала, что вообще со мной произошло за эти три дня.       Сорок часов прошли незаметно. За время я добавила в свой воображаемый список несколько новых фильмов, которые я просмотрела за это время, ну и проехала я через и Швецию, и Данию, и чуточку Германию, и всю Польшу объехала, и наконец–то я вернулась в родную Украину, где там меня ждал тот город. Пришлось этому водителю автобуса также переплывать на пароме, специальном транспорте который тащит другие транспортные средства через водоёмы, так что я даже технически и в море, и в протоках побывала.       Что сказать — думала, что это будет нечто чрезмерное обычное, а оказалась наоборот, было даже чертовски интересно побывать на пароме и ехать через границы многих стран! Но главное, что я добралась до того города, а заняло это у меня на два часа меньше даже. Мы подъехали к автовокзалу, ох какое же классное место!       — Всё–ё–ё–ё… Спустя столько времени, мы точно приехали. — воскликнул он. Кажись он тоже подустал после этой долгой поездки. Ему следует тоже отдохнуть; не представляю, как те же дальнобойщики сидят по несколько часов и дней и возят импортированные товары через города и страны даже. Всё–таки водители — тоже недооценённые люди. — Можешь высаживаться.       — Окей, хорошо. — ответила я, начиная вставать из–под сиденья и идти к выходу.       — Хорошего тебе дня, девушка. — пожелал мне водитель, пожелал мне Бум Хлопков.       — Спасибо, спасибо. Вам тоже!       И так, на этом моя чудаковатая история в Норвегии заканчивается. Добро пожаловать снова в этот невероятный город, он мне уже родным стал. Я посмотрела в свой телефон. Словами не передать, сколько уведомлений я увидела на своём телефоне. Там их было больше, чем сколько километров я проехала вообще за весь этот путь. Многие друзья спрашивали куда я пропала и где я нахожусь. Семья не писала, ибо я оставила им переписку в квартире, а значит они за меня вообще не переживают.       Ладно, сейчас мне важно Роуз позвонить и сказать, что я прибыла обратно. Набрав её номер, я слышала пару секунд, около семи–восьми, классические гудки. Она ответила.       — Алло?       — Алло, Роуз, привет, это я, Ира.       — О–о–о–о–о! Ира! Это ты?.. Класс, как дела?       — Да вообще не плохо, я отсидела в автобусе где–то тридцать восемь часов и приехала обратно в город, и я хотела тебе об этом сказать.       — Вообще прекрасно, хорошо что ты вообще добралась. Как ты на этот Гальхёпигген взошла? Покорила ли ты её?       — Хе–хе, спасибо что спросила, Роуз, там было классно. Сама я добиралась, как помнишь, мне тот чувак Джаспер дал одежду, и я с его снаряжением добралась удачно. Меня никто не кусал, всё такое… ты поняла.       — Да–а–а–а, блин, классно… Я рада за тебя, Ира.       — Спасибо, я рада, что дозвонилась до тебя. Я всего лишь хотела сказать, что добралась.       — Оке–е–ей, это тоже неплохо. Ну тогда желаю удачи, всего такого.       — Да, давай, и тебе тоже, Роуз, да, всё, давай!       — Да, давай, пока!       Вызов был сброшен. Ну хотя бы Роуз знает о том, что я на месте, и что я жива. Остальным друзьям я потом напишу, позвоню, и скажу.       На часах было семь часов утра, и я чувствовала себя живчиком — поспала в автобусе я реально знатно! Такс, какой следующий ход действий? Роуз я позвонила, теперь думаю, что мне надо просто выйти из автовокзала, и потом заказать на кассе там же поездку автобусом, обратно к семье в город, в этот раз ничего не угоняя, хе–хе. Почему потом я это сделаю, а не сейчас? Я ещё не закончила одно дело в этом городе. Помните, что я писала в записке семье, перед побегом из квартиры? Я им «солгала», что «отправлюсь на пару дней на ночёвку к подруге». Только вот есть один нюанс… технически, я не солгала. Что я имею в виду? В этом городе действительно проживает моя подруга. Кто это? Только я знаю, ибо эта подруга, с которой я давно знакома, проживает как раз таки в этом городе. Да, моя одна из причин отправиться именно в этот город это не просто узнать что тут вообще происходит, но и подсознательное желание прийти к ней в гости. От автовокзала, насколько я помню, идти где–то десять минут мне потребуется. Именно я это и сделаю — она в одном из домов живёт, неподалёку, на одной улице — конкретно туда я и отправляюсь.       Я начала свой путь к её дому, хоть я просто к ней приду как в гости, а не «на ночёвку». Идя по улицам этого города, я поняла, насколько я быстро успела соскучиться по этому городу: люди ходят–бродят, занимаются абсолютно всеми хаотичными и безумными вещами, так или иначе, город живёт. А вон там, на соседней улице находится «Джег Списер Барн», место первой встречи с Роуз и крайне классный ресторанчик. Так или иначе, я подошла к её дому. Для неё это будет огромным сюрпризом — она не знает о моём присутствии здесь.       Оказалась я около двери, и позвонила в дверной звонок. После этого было ожидание. Ожидание открытия дверей ею. Я дождалась этого момента, ведь она открыла дверь. Да, я не ошиблась адресом. У порога стояла она — неповторимая, незаменимая подруга. Кто же она была? Опять же, кто–то близкий ко мне, но просто знайте, что она моя подруга. Она смотрела на меня, а я смотрела на неё. Мы пересекались взглядами. Я была уверена: она узнала меня сразу, но мы просто друг на друга смотрели с удивлением и радостью.       — …И… Ира…?       — Да, ты абсолютно права, это я! — с улыбкой сказала я.       — ИРА!!! ИРОЧКА!!! ЧТО ЖЕ, ЧТО ЖЕ ТЫ ТУТ ЗАБЫЛА?! — с изумлением и довольным лицом спросила она.       — Да я тут, честно говоря, тебя навестить хотела… ненадолго…       — БЛИН, ИРА, А ТЫ ВОВРЕМЯ — Я МОГУ ТЕБЯ СЕЙЧАС НАВЕСТИТЬ, Я НЕ ЗАНЯТА. БЛИН, КАК ЖЕ Я РЕАЛЬНО РАДА ТЕБЯ ВИДЕТЬ. ЗАХОДИ, ПРОШУ, ИРА!       Я вошла в её дом. О да, это был правда частный дом её родителей, но чисто технически, это был тоже её дом.       — Твои родители дома? — спросила я.       — Как раз таки уехали по делам за город. Я тут пока–что одна отдыхаю, так что проходи, разувайся! — сказала она.       — Оке–е–е–ей! — сказала я. — Блин, я тебе столько хочу рассказать, но даже не знаю, с чего, блина, мне начать.       — А что у тебя на уме сегодня?       — О–о–о–о–о… да мне столько придётся тебе рассказать, и ты будешь первым человеком, которому я это всё расскажу. Так что тебе надо реально приготовится, ведь это будут не просто истории.       — Йохтыж моё, мне уже аж страшно стало, Ир, знаешь, хе–хе… — произнесла она. — Я короче на кухню, сейчас специально тебе я сделаю эксклюзивный, люксовый, иными словами, самый лучший чай в твоей жизни. Знаешь какой?       — Зелёный с привкусом молока?       — Да ты в чёртово яблочко попала, Ирочка. — сказала она. — Вкуснейший зелёный чай с привкусом молока, который ты любишь, и который я хранила всё это время, на случай если ты когда–нибудь приедешь ко мне в гости. И, кажись, этот момент настал, и прямо сейчас я его ощущаю.       — Хех, я так и знала, что ты постоянно помнишь об этом! — довольно ответила я. Всегда приятно, когда люди помнят факты о тебе, о твоих предпочтеньях, и прочее.       — Окей, я тогда себе чёрный сделаю. Садись пока за стол крутой на кухне.       — Без проблем!       Я прошла на её кухню. Она уверенно готовила две чашки чая, параллельно с этим включая чайник и готовя все нужные пакетики чая. Блин, на этом месте я тут была относительно давно, но в тоже время, ощущение будто я тут недавно была. Комфортный и слегка ностальгичный запах, запах чая, печенек, и немного кофе. Короче говоря, классическая кухня.       — Эххх, ну что, рассказывай. Я вся в ушах.       — Ох, ты даже не представляешь, что я сейчас тебе расскажу… — сказала я, готовясь максимально сугубо в хронологическом, по тончайшим деталям, порядке, рассказывать мою безумную, невероятную, колоссальную историю.       Моя подруга не представляла, что такой человек, как я, попадёт во всякие разные передряги. Она была близка мне, а потому я ей доверилась рассказывать абсолютно всё, что вообще происходило, не гиперболизируя, и не обманывая.       Пока она готовила чай, и позже, когда она села за свой стул, я начала это всё рассказывать: от побега из квартиры, бабушки, которая побежала в ломбард, деда своего сдавать, до угона автобуса. От ночной поездки на угнанном автобусе, до остановки на заправке. От ночёвки в автобусе, необычной покупкой хот–дога с «Фантой», до продолжения этой поездки утром. От прибытия в этот город, разговорами с бомжами, до угона группой бомжей автобуса. От покупки арабского сувенира, самоубийством чувака в ближайшем доме, ненависти к яблокам, до моей одиночной ходьбы в пригород, в надежде найти укрытие. От нахождения мною землянки, и ночёвки в ней, тоже. От осмотра ближайшей местности, отдыха у речки, до похода в ресторан, где я доехала с помощью пенсионеров на повозке. От знакомства с Роуз Визеред, к прибытию в землянку обратно на её велосипеде. От ещё дальнейшего осмотра местности, перебирания на другой берег через поездной мост, взаимодействия с паучком Геной, до подрыва минного поля куском яблока. От прибытия на иной берег обратно, дополнительного отдыха у речки, до прибытия в ресторан ещё раз, в надежде поболтать с Роуз, которое окончилось моей кражей Джоном, Троном, и Броном. От моего долгого нахождения в машине тех троих мужланов, до тотального одоления их моими силами и стратегическим мышлением. От прибытия к будке норвежского чувака, горского гида Джаспера, и нахождению там Роуз, до временного отдыха в той же будке. От предложения Джаспера подняться на самую высокую точку Норвегии, Гальхёпигген, и моего совместимого желания совершить покорение этой горы, до прощания с Роуз, где она обратно в этот город поехала. От моего одиночного покорения Гальхёпиггена туда и обратно, до дискомфортных мыслей на пике. От моего желания не сдаваться, до спуска обратно к будке Джаспера. От моего усталого в тот момент состояния, до нахождения Джаспером меня, вскоре нёсшего меня обратно в будку глубокой ночью. От моей ночёвки в будке, перекусом мясом буйвола, до отправки меня обратно в город за тридцать восемь часом, на автобусе, где водитель был водителем угнанного мною автобуса. И так мы дошли до моего прибытия обратно сюда, и моим поход в гости к моей подруге.       — … — она на меня с удивлением смотрела. — И как мне на это реагировать, ха–ха…?       — Да как хочешь, я тебе не запрещаю! — сказала я.       — Ну… Ну, Ира… Ну… Ну ты и даёшь, я просто… Я не могу поверить, что это с тобой случилось. Ну ты и реально даёшь… Я просто сейчас встану, поставлю чашку чая на стол, и поаплодирую твоей истории стоя, ведь, блин. Она очень комплексная. Она просто полна таким количеством событий, что я даже их все не запомнила. Блина, Ира, ну ты конечно сильная девушка, не буду обманывать.       — О–о–о–о–о, спасибо большое…! — приятно было эту фразу слышать именно от неё. — Конечно прости меня, если излила душу, так сказать, ибо… А вообще, почему я решила сказать тебе об этом? Типа, я могла кому–то другому, но выбрала именно тебе.       — Хммм… — задумалась она. — Не знаю, но мне лично приятно от того факта, что ты пришла в гости, и решила рассказать не просто как твой день прошёл, а, получается, как прошли несколько суток твоих… Это классно.       — Да–а–а–а… — сказала я. — Мне самой приятно, что пришла к тебе в гости, но блин… почему я решила об этом рассказать, я не сильно понимаю. Быть может ты единственный человек, которому я доверию вот эти все детали, и я бы не смогла их рассказать кому–то другому… Ох, боже…       — Я понимаю тебя, и ещё раз, мне реально приятно только что было услышать, что ты мне доверяешь подобные секреты, так сказать. — сказала она. — Ну типа, ты сама забралась на эту высокую гору, как ты говорила. Не каждый же ведь заберётся на гору, верно? Не каждый захочет сделать так туда–сюда, и обратно, правда, Ира?       — Да, правда… Но честно говоря, я даже и не знаю.       — Что ты не знаешь? — спросила она.       — …Я не знаю. Просто не знаю. Зачем я это делала. Я была на эмоциях?       — … — молчала она.       — Или я просто потратила время своё впустую? Нет, конечно я не потратила его, я типа нашла новых знакомых людей по типу той же Роуз и Джаспера. Но… а зачем мне это всё?       — …Ира–       — Да прости меня, подруга, но, но я боюсь, что после этой истории ты меня перестанешь воспринимать всерьёз. Ну, бляха, представь, что у тебя подруга, которая угнала автобус, которая… которая, блин, сбежала от семьи из–за идеи о «свободе воли», о моей чёртовой свободе!.. Я задумалась о том, что… что этот мир ужасно скучен и однообразен, и я просто решила, что… что мне надо совершить столько хаотичных и абсурдных действий, просто потому… просто потому что… Потому что… — о боже, я уже разговаривала так, словно это был крик моей души. У меня переполнялись эмоции внутри, и описать моё состояние было трудно.       — Ира… Вот, вот знаешь, что мне понравилось в твоей истории? Из твоей, прям всей истории? — спросила она.       — Что?       — Ты была собой. Да, как бы это шаблонно и типично не звучало, но ты всё это время путешествовала, верно?       — М–м–м…       — Ты сама решила отправиться в этот город? Не просто навестить меня по пути, а потому что ты захотела ощутить себя свободной?       — Хм–м–м… не знаю…       — Однажды ты поверила в идею о «свободе». О том, что человек должен быть свободной личностью, свободным существом, выходить за рамки всего: ограничений, общества, да и в принципе всего подряд. Ты пошла против шаблонов и принятых принципов. «Почему я не могу отправиться в другой город автобусом, который я угнала у чувака?», ты можешь это спросить себе. Да, этот чувак может расстроиться очень сильно из–за его угнанного транспорта, но, как итог твоей истории… это всё окупилось: у этого водителя появился новый, посовременнее автобус, ибо тот выиграл в казино чисто случайно. А представь, если бы ты не угнала тот автобус. И с чем бы он остался? Да, с тем же автобусом, но было бы ему классно ездить на старомодном, среднем автобусе, и возить пассажиров? А так, из–за твоих действий, случилось чудо, где из–за чистой случайности, он каким–то образом выиграл куш в размере двадцати двух миллионов гривен. Это было чудо, словно божественное вмешательство он прочувствовал. А почему у него теперь этот автобус? Потому–что ты, Ира, решила, что хочешь стать более свободной. Это всего на просто позитивные последствия твоих действий. Блин, Ир, да ты человеку помогла в жизни!       — … — я не знала, что ответить, потому просто молчала и слушала подругу. У меня было чувство, что у меня наворачиваются слёзы.       — А при чём тут свобода? Потому–что, Ира, не каждый захочет подняться на… как там, Гальхёпигген, эта гора называется? Не каждый, но ты решила, что сможешь. Не каждый захочет пройтись за пригород и найти там временное место для проживания в виде землянки? Не каждый, Ира. Ты — исключение, ты — тот самый не каждый человек, который пошёл нестандартным путём. Этот «не каждый человек» отличается от «каждого человека»; его главное отличие — это решимость, желание взять и сделать, а не думать, что будет, а что не будет. И именно ты с решительностью поехала и в город, и прошлась по нему, и за пригородом, и в Норвегии побыла. Увы, да, ты попала в твою любимую страну из–за троих тупых мужланов, которые не знают пощады ко всем людям. Но… но ты попала в неё, не смотря на обстоятельства и причины твоего попадания туда. Когда ограничили твою свободу, ты с умом выбралась из этих ограничений, и наказала тех, кто посмел ограничить волю — тех троих подростков. Понимаешь? Даже в трудных обстоятельствах ты нашла выход из ситуации. Слабый человек бы такого не сделал. И именно поэтому я горжусь, что у меня есть такая крутая, сильная, храбрая, ловкая подруга, как ты, Ира.       — … — нет, слёзы, они наворачиваются. Прошу, я не хочу плакать.       — Ира. Я после твоей истории реально вдохновилась тобою. Я хочу после этого чаепития предупредить своих родителей, и отправиться туда, за пригород, и посмотреть, что да как там. А потом я дальше буду решать, что делать дальше, благодаря моей свободной воле. Будучи свободной в своих действиях, я стану… более свободной личностью. Это пойдёт мне в плюс, типа, что я буду проще, я буду свободнее, не замкнутой, понимаешь? Ты меня вдохновляешь, Ир. Таких вдохновляющих личностей, как ты, надо ценить, уважать, и беречь как зеницу ока… Я рада, что у меня есть ты в моей жизни, Ира. Я не знаю, что ещё сказать, Ира. Просто… просто Ира, ты — легенда.       — … — я не сдержалась.       …       …       …       Я, впервые за долгое время, пустила слезу. Я чувствовала себя неловко, крайне неловко. Я считала, что плакать — проявление слабости. Я чувствовала себя слабой перед подругой. Мне было стыдно, но куда уже было мне деваться.       — …Спасибо тебе. Спасибо. — в слезах, в обнимке, я начала говорить ей. — Твои слова меня тронули до души. Я думаю, и считаю, что ты права. Я сильнее, чем обычный человек. Я… Я свободнее. То, что я тебя даже вдохновила на то, чтобы ты себя тоже чувствовала свободнее… Боже мой, я реально не сдержалась после этих слов. Спасибо, спасибо реально тебе. Прости меня, что плачу, я так не хотела этого, но увы, получилось.       — Ира. Всё нормально, всё хорошо… Ты носила такой эмоциональный груз внутри себя, и ты его спустила. Спустила при разговоре со мной, ибо, как ты сказала, «доверилась» мне на эту историю.       — Просто… просто слабаки плачут. Я не хочу казаться слабой. — сказала я.       — Нет, Ира. — продолжила она. — Ты — сильная. Ты знаешь, что плакать — признак того, что человек… тоже свободный? Он не стесняется этого, и не против того, что слёзы будут течь из глаз. Но, Ира, и сильные люди имеют свойство плакать, потому что они, опять же, свободные. Ты тоже свободная, и ты тоже сильная, Ира. Всё хорошо… Ты не слабая и не слабачка. Ты просто испытываешь одну из эмоций — плачь. Ты просто открываешься, открываешь свои эмоции, и это потрясающе, Ира. Ты не постеснялась проплакаться передо мной, поэтому ты сильная. Всё равно, что люди подумают, вот реально. Они увидят, что девушка плачет по какой–то причине, но они видят только верхушку айсберга. В глубине души, ты самостоятельно наездилась на автобусе, испытала на себе собственную кражу тремя пацанами, поднялась на Гальхёпигген и спустилась с него, тоже сама. Это столько адреналина, это столько чувств и эмоций. Не надо такое сдерживать, Ира. И я рада, что ты расслабилась, и смогла выпустить всё это наружу. Я вижу в этом признак сильной девушки — тебя, Ир. Я вижу и чувствую, что только что передо мной пустила слезу моя подруга, с которой я уже дружу много лет, и с которой у нас столько позитивных воспоминаний. И то, что, опять же, ты выпустила всё наружу — меня, честно говоря, радует. Просто я скажу тебе, Ира, что я горжусь тобой, и то что всё хорошо. Ты большая молодец. Тебе всего лишь надо отдохнуть. Остальные вещи уже остались как воспоминания. Но зато какие воспоминания…       — Правда… — со слезливым голосом, сказала я. — Правда, правда… Я, Я понимаю, реально.       — Ты большая молодец, Ира. — сказала она. — Знай, что после этого отношение к тебе у меня не поменяется, наоборот. Как же это хорошо иметь подобные разговоры по душам. С людьми, с которыми это действительно классно иметь подобные разговоры. Я рада, что этот разговор я провожу с тобой, Ирочка.       — Мне приятно. Мне приятно это слышать, действительно. — ответила я. — Реально спасибо за то, что ты моя подруга. Я люблю тебя за это. Давай мы будем подругами всегда, хорошо?       — Я тоже тебя люблю и ценю, Ира.       Мы ещё и в тишине, и в обнимке побыли. На кухне, кроме тикающих часов и некоторых поющих птичек за окном, ничего не было слышно. Я ощущала себя комфортно. Комфортно, потому что моя подруга меня не осудила. Потому что она меня выслушала, и запомнила каждую деталь из моей истории. Она сказала, что «таких как я нужно ценить и беречь», но она не догадывается, что я тоже об этом мнении с ней. Я тоже хочу беречь и ценить её, ибо с такими людьми всегда комфортно находится.       — Такую подругу, как ты, тоже надо ценить. — ультимативно сказала ей я. — Вот знаешь, когда мы только познакомились, думала: кажись я медь искала, а по итогу не просто золото нашла, но и реальный, чистый, красивый диамант в виде тебя. Спасибо тебе большое за всё, реально.       — Эххх, пожалуйста, Ирочка. — с довольным лицом сказала она. — А ты будешь твой зелёненький чай с привкусом молочка допивать?       — А… А–а–а, точно! Конечно буду, хе–хе. — ответила я.       — За одно и с тобой свой чёрный допью, хех.       После столь интересного и комплексного, философского, глубокого разговора, мы дальше разговаривали о всякой разной чепухе и обыденных вещах. Иногда вот так бывает — сначала ты разговариваешь с подругой, с которой вы оба задеваете глубокие, межличностные темы, а затем уже разговариваете о классических разговорах, по типу какая часть тела человека вкуснее. Это просто… просто невероятно. Сколько уже слов «невероятно» я сказала?       — Эх, ну что же, думаю, мне уже пора. — сказала я. — Меня просто ждёт семья, а засиживаться вне города, в котором сейчас семья — такая себе идея, а то вдруг родители волноваться будут. Да, я бы ещё попутешествовала по другим местам этой планеты, но иногда, свободным людям тоже надо когда–то отдыхать. Вот я приеду обратно к семье, и буду вести свой обычный образ жизни, а потом возможно им чуточку позже расскажу о свободе воли человека.       — Хех, Ир, я понимаю это реально. Я всё равно очень рада, что ты на часик ко мне сюда заскочила. Давай я тебя проведу до автовокзала, что ли? Будет очень классно!       — Я вообще этого не против. — ответила я.       — Ты уже допила свой чай?       — Ага, было вкусно!       — Классненько. Тогда давай сразу собираться будем и пойдём пешком до автовокзала? — спросила она.       — Давай…! — согласилась я.       Мы встали со стула, и двинулись в прихожую, одеваться и собираться.       — Огромное человеческое спасибо за твоё гостеприимство! — воскликнула я подруге.       — Да всегда пожалуйста. Можешь заскакивать ко мне почаще, хоть на ночёвку даже, и это если родители разрешат!       — Абсолютная правда… — сказала я, обуваясь.       В принципе мы были готовы двигаться к автовокзалу. Подруга сказала, что помоет чашки чая попозже. Сейчас наша общая цель была — это чтобы она меня проводила и всё, и я уехала бы в город, к семье. Перед этим, по традиции, мы присели на дорожку. Подождали несколько секунд. Встали. Ну что же, пора возвращаться домой, теперь уж точно!       Мы шагали, мы топтали, мы чертовски довольные, и уверенно шли к автовокзалу. Я понимала, что подходил конец одного из моих самых безумных приключений в моей жизни, и то что как–то это придётся рассказать как остальным друзьям, так и семье. Мы пришли к автовокзалу.       — А я уже тут была! — сказала я. — С реальной Норвегии приехала!       — Да–а–а, и теперь ты снова садишься за автобус! Частая поездка на транспортных средствах — основа для каждых путешествующих людей. Быть может, в будущем, ты станешь часто путешествовать, Ир?       — Да кто знает, идея неплохая! — с улыбкой сказала я.       Мы пошли на кассу, заказывать маршрут отсюда к городу, где семья, обратно. Я была под сопровождением моей подруги, потому что я ещё самостоятельно не заказывала маршруты из города в город. Зато новый опыт, да и ещё весело так происходит с подругой! Благо денег у нас, на удивление, тоже хватило, и мы пошли ожидать прибытия автобуса. На ещё дополнительное удивление, время прибытия будет через 15 минут — вот это мне повезло со временем. Я с подругой, пока сидела и ждала, заметила внутри автовокзала кое–кого знакомого.       — РОУЗ! — крикнула я. — РОУЗ, ПРИВЕТ!       — О–О–О! Ира! И ты тут находишься! — сказала Роуз.       Мы сделали друг другу крепкое рукопожатие.       — О–о–о, эта та самая Роуз, которая была в твоей истории, Ир? — спросила подруга.       — Да, именно! Это Роуз, знакомься!       — Хех, здравствуйте, Роуз. Приятно познакомиться. Я — лучшая подруга Иры.       — И мне тоже приятно познакомиться с Вами!       — А ты куда отправляешься, Роуз? — спросила я.       — Да мне обратно надо в Канаду. — ответила она. — Клумбы роз я уже полила, и теперь, вместо меня, приедет моя тётя. Так что я обратно к себе домой, сначала доеду отсюда в столицу, а затем уже полечу на аэропорте самолётом.       — Это классно. — ответила я. — А я домой еду, к семье. Мы же ещё раз встретимся когда–нибудь?       — Да конечно! Номера же у нас есть!       — Вот и отлично, вопросов больше не осталось!       Теперь моя подруга увидела в реальности девушку по имени Роуз Визеред. Теперь она знает, кто она, и что мы являемся знакомыми. Возможно я позже смогу сделать так, что моя подруга и Роуз вскоре подружатся, но это уже совсем другая история.       Из колонок по углам автовокзала доносились объявления о прибытии моего автобуса с моим маршрутом.       — А вот, Ира, твой автобус едет. — сказала моя подруга. — Пойдём тогда уже ожидать его там!       — Да, давай! — согласилась я.       — Если вы не против, то я тоже хочу провести Ирину. — добавила Роуз.       — Да–а–а мы вообще не против, а только за! — мы с подругой в унисон сказали эту фразу.       Мы втроём вышли на автобусную площадку. Некоторые автобусы уже стояли, некоторые уезжали, а некоторый, который заезжает сюда, едет, чтобы забрать меня и других пассажиров в город.       — Что же… — сказала я. — Вот так вот прошли эти необычные несколько дней. Но… но мне пора.       Я зашла в салон автобуса, заняв место в нём. На меня из окна смотрели и моя подруга, и Роуз. Как и мне, им обоим было грустно, что я уезжаю, но в любом случае, я ещё вернусь. Ещё раз встречусь с лучшей подругой, ещё раз встречусь в Роуз в ресторане «Джег Списер Барн», и возможно поведу подругу сюда. Но а пока… мне надо возвращаться домой.       Двигатель автобуса завёлся. Кажись вот–вот начнётся ещё одна поездка, но уже обратно, к семье, без происшествий. Автобус начал ехать, и я сильно махала обоим девушкам через окно этого транспортного средства. Они мне тоже в ответ махали, и улыбались мне. Я буду по ним скучать, и я буду с ними созваниваться потом.       Автобус поехал дальше, и теперь я уже не видела ни подругу, ни Роуз в поле моего зрения. Что могу сказать… Это приключение было… да, оно было безумным. Но, если бы мне дали возможность описать её двумя словами, то… я бы описала это как нечто колоссальным и невероятным.

      И что ж…

      Это… Просто…

      Невероятно.