Цикл

Глава 1

      Вся жизнь – циклична, мы – люди, проживаем её циклы раз за разом, ежесекундно. И никто обычно не нарушает этот порядок, никто… кроме них.       Есть в этом мире случаи выходящее за рамки понятого и изученного, и тех, для кого этот цикл не имеет никакого значения. А бывает, кто-то наоборот больше людей проживает в этих отрезках, без возможности их изменить. И увы, как бы это всё не было за гранью возможного, это есть.       Данная история о человеке, который застрял вне цикла, и проживающий бесцельную жизнь. Как бы он не пытался вырваться из него, как бы не старался разорвать эту петлю вечности, опоясанной вокруг его шеи удавкой, увы это было невозможно.       Бесцельно существуя, он скорбно молил любого из богов, разорвать эту гнетущую бесконечность, наполненную тоской, болью и одиночеством в которой он застрял по самые свои уши. Молил, чтобы его услышали.       

      

***

      Утро никогда не начинается просто, особенно если ты сын военного чиновника, в самом расцвете сил и юности, вынужденный принимать бразды правления своего отца, и, если не на военной службе, так принимать всё его богатство и вести семейный бизнес к процветанию.       Ким Тэхён, потёр лицо руками и рухнул обратно на кровать, утопая в мягкости хлопковых одеял и подушек. Вчерашняя ночная прогулка дала о себе знать, и если бы сейчас он снова встретил своего лучшего друга, то явно бы нелестно о нём отозвался. С Чимином они дружили с самого детства, и их семьи тоже отлично ладили между собой. Отец Чимина, Пак Джихён, женился во второй раз и переехал в Тэджон, где его маленький сын встретил вышеупомянутого Тэхёна. По сей день они вдвоем как кость в горле обоих родителей. Но несмотря на их дружбу, Тэхён разительно отличался своими интересами от интересов друга, лишь периодически участвуя в его затеях и страдая по утрам от головной боли, связанной либо с недосыпом, либо с похмельем. Не пристало зажиточному господину так себя вести, но близкие отношения Ким ставил выше навязанных рамок и еще ни разу в этой жизни не жалел. Разве, может быть, что родился именно сыном своего отца. Отношения с отцом у Тэхёна были не самые лучшие, можно даже сказать напряженные и на то было не мало причин. Одна из этих причин, то, что ему запрещено общаться с женским полом, если это не общественное мероприятие, или не его родня. Запрещено выезжать из города без сопровождения родителей, что неудивительно, ведь нельзя забывать чей он сын, а также, нельзя жить своей жизнью, покуда он, как и отец до него, обязан принять родовое обязательство.       Тэхён не любил, когда запрещали жить своей головой, не любил наставления отца и тихие, почти безмолвные слова матери, чтобы он слушал старшего. Так что, Чимин стал действительно отдушиной и Тэхён готов был терпеть его выходки, несмотря ни на что. Но не все было гладко в работе отца, он это видел по его осунувшемуся лицу, сурово сжатым губам и всеми правдами, и неправдами старался держаться от него подальше.              - Господин Тэхён, Вы проснулись? – Голос старой экономки Сеюн, непроизвольно вынудил смуглое и аккуратное лицо поморщиться и уныло выдохнуть. Меньше всего сейчас хотелось вставать и идти к обеду. Спасибо на том, что не подняли к завтраку, он это ценит. – Просыпайтесь, Ваш отец желает Вас видеть.              - Передай ему, что я скоро буду. – шатен окинул взглядом комнату и вздохнул; одежда валялась по всей комнате от самой двери, а неплотно сомкнутая тюль освещала его всего в легком свете полуденного солнца. Моргнув и окончательно сбросив остатки сна, Ким встал, слегка повел широкими и худощавыми плечами и наклонился за нижним одеянием. Накинув кремовый халат, достающий до самого дубового паркета, брюнет подошел к смежной комнате с огромной ванной, наполненной горячей водой и ароматным цветочным маслом. Служка, юноша лет двенадцати, шустро подбежал к Тэхёну и протянул свои юношеские руки, принимая в них одеяния своего господина.       Ванна казалась настолько горячей, что пар над ней не внушал доверия, но уставшее после бурной ночи тело, приняло потоки согревающей воды как эликсир на рану. Откинув голову на изголовье, Тэхён прикрыл глаза и сосредоточился на воспоминаниях.       

***

      Чимин залез к нему в окно по разросшемуся девичьему винограду, запутался в шторах и смачно выругался. Тэхён в этот момент сидел перед туалетным столиком и поправлял свои каштановые вьющиеся волосы. Он уже привык к выходкам друга и даже не удивился ночному гостю.              - Когда ты научишься приходить через дверь?              - Тогда, когда мы перестанем завесить от наших родителей. – Чимин, сдул русую челку и закатил свои темно-оливковые глаза. Казалось, что ему его жизнь вполне импонирует, несмотря на ограничения. Киму же казалось, что Паку просто нравится адреналин в крови, в моменты их вылазок.              - Я только закончил ванные процедуры, неужели сегодня обязательно куда-то идти? – блондин фыркнул, поправил рубашку, лишь мельком бросая взгляды на своего собеседника, и совершенно не заботясь о съехавшей с плеча лямке от подтяжек.              - Брось, сегодня пятница. В баре отменное шоу и музыка, толпы народа, неужели мы ляжем спать? – Тэхён выдвинул ящик стола и достал украшенный резными узорами гребень. Улыбка не сходила с аристократичного лица, а брови выразительно взлетели вверх. – Давай, не нужно вести себя словно девка в переулке, будет весело. Тем более, тебе даже не нужно приводить себя в порядок, с таким-то личиком. – на этот раз фыркнул брюнет, смешно сморщив нос и достав пудру.              - Мне в любом случае нравится выглядеть хорошо, как бы меня не нахваливали. Скажем что это личное, без ухода, считай, как обнажён. – Тэхён заканчивает с лицом, и достает угольно-черную тушь, лишь слегка оттеняя ей свои выразительные глаза, карего цвета. Чуть припудренное лицо, словно чарующий бархат и нежность, вместе с глазами делали его еще выразительнее. Мазнув по губам нежной массой, он довольно осмотрел себя в зеркале.              - Ты уверен, что именно сегодня стоит посетить то заведение? Слышал от отца за ужином, что в город приехали военные с границы. Не опасно?              - Брось, если что, то мы всегда можем пригрозить твоим стариком. - Чимин довольно оглядел аккуратные лунки своих ногтей и присел на край мягкой кровати. – Не бойся, мы не задержимся там на долго.              Тэхён, осмотрел свой гардероб, достал простую рубашку, с прямыми разклёшенными рукавами и надел на себя, скрывая ключицы её лоснящейся тканью. Белоснежный ворот открывал вид на лебединую шею, которая безразлично пустовала, будто скрывалась от глаз, и не привлекала своей обыденной роскошью. Вытянув, сложенные брюки, карамельного цвета, брюнет стремительно натянул их на узкие, но упругие бедра, шустро расправляясь с замком. Иногда, Чимину казалось, что его друг не из этой эпохи. Пусть они и живут в пятидесятых, но его товарищ словно прожил на свете больше положенных двадцати пяти лет, и разменял уже свыше сотни за плечами. Если из Чимина худо-бедно выходил простой мальчишка лет девятнадцати, то даже при столь простом виде без всяких украшений и лишь с обыденным макияжем, Тэхён мог завоевывать континенты. Это одна из причин, по которой отец тщательно следил за сыном и его попытками познакомиться с окружающими его людьми. Господин Ким желал сыну пару под стать наследнику. И это было самым большим камнем преткновения. Ведь парням уже пошел тридцатый десяток, а их словно детей давят удавкой и решают кого им любить, кем быть. Брюнет был очень романтичен и мечтал о той вечной любви, что ему приносил почитать Пак с простых бульварных книжек, купленных его мачехой. Блондину же было совершенно жаль своего друга. Его отец был более холоден по отношению к нему. Не так давил тем, что он, и кому должен. Может быть именно поэтому, Чимин с радостью вытащит своего друга из дома, дабы показать какой-никакой, а кусочек мира, с возможностью встретить кого-то более достойного, либо же наоборот простого.       Отвлекшись от раздумий, Пак окинул Тэхёна взглядом. Зачастую Чимин жалел, что не был так уверен в себе как его друг. Ведь сейчас, даже в простых вещах, стоял совершенно очевидно богатый господин, и который в отличии от образа, лишь устало тер пальцами переносицу. Если они сейчас же не двинуться в намеченную сторону, его попытка вытащить друга в город в очередной раз, с треском провалится. Этого хотелось меньше всего, ведь в том баре, действительно будет потрясающая живая музыка.       Выходили они из дома, так же как туда заявился незваный гость. По вьющемуся винограду. Тэхён действительно был безумно счастлив тому, что комната родителей находится на противоположной стороне. После войны, его отец поднялся по карьерной лестнице, и приобрел особняк, двух этажей размером, близь центра Тэджона. Отец Чимина был более скромен и жил в соседнем примыкающим к дороге доме, тоже двухэтажном, но гораздо меньшим масштабом по сравнению с домом военной четы.       До точки назначения они добрались относительно быстро. Бар, был достаточно популярен в городе, но сливки общества сюда заходили крайне редко. Потому торгаши и прочая «элита», здесь кочевали ночи на пролет. Здание слегка обветшало, но вывеска, освещённая мутным светом фонаря, бросалась в глаза своей несуразностью, будто они не в простом баре близь центра, а в именитом красном квартале пришли получать услуги от шикарных девушек, продающих и предлагающих себя у входа в заведение. За дверью раздавалась воистину нетипичная месту музыка, и Тэхён нетерпеливо распахнул дверь, задержал дыхание от вони и смрада присущего данному заведению. Чимин следовал следом за другом, протискиваясь сквозь пьяную и веселящуюся толпу, стараясь никого не задевать и не отставать.       На небольшой сцене справа от входа, в глубине выступали девушки не заурядной красоты. Не типичной этому городку и они были веселы, пускали улыбочки совершенно всем находящимся тут гостям и творили какую-то свою магию.              - Чёрт возьми, Чимин, это сёстры Ким. – удивление на лице друга Чимин оценил на восемь баллов и с усмешкой приобнял брюнета за плечи.              - Да, мать все уши прожужжала, что они сегодня в городе на гастролях. Правда, красавицы? – Ким шустро согласился. Дамы были явно не созданы для этого места, но то как они развлекали публику, показывало лишь их опыт на таких мероприятиях. Брюнет даже не заметил, как в руках оказался бокал с выпивкой, которую притащил резвый Чимин.       Час пролетел незаметно. В аристократичных, ухоженных руках был уже второй по счету бокал, а сёстры Ким перешли на более резвые композиции, Пак был уже где-то в толпе, флиртовал с какой-то миловидной девчушкой, и не собирался подходить к нему в ближайшее время. Сбоку раздался хриплый женственный бас, и сперва перед карими глазами предстала выставленная на показ грудь, а следом за ней и её обладательница.              - Добрый вечер, молодой человек, не составите ли даме компанию? – дама, где-то может быть за тридцать, с первыми мимическими морщинами и алой помадой, не внушала восторга. Ее броский макияж и через чур маленькие для корейцев глаза, смотрелись не красиво и броско, совершенно портя и без того повидавшую жизнь собеседницу.              - Простите, но я сегодня не настроен на столь близкое знакомство. – Тэхён отсалютовал бокалом и сосредоточился на макушке Чимина, внутри молясь на его скорое возвращение.              - Что же, я для тебя так стара? – дама настойчиво наклонилась и пустила из-под ресниц самый свой лучший взгляд, но брюнет лишь повел плечом и посмотрел куда-то выше ее лица.              - Нет, госпожа, я всего лишь бессилен в вашем интересе. – лицо собеседницы вытянулось, а после скривилось в неясном отвращении. Видно было, что она разочарована, но Тэхён сделался весь сразу таким печальным, что сомнений, если они и было, у дамы больше не осталось. И как только она двинулась от него в противоположную сторону, перед взором Кима вырос Чимин.              - Что эта хищница от тебя хотела? – оливковые глаза, подтянутые алкогольной дымкой, лукаво прошлись по телу друга и остановились на глазах.              - Удачно выйти замуж, я, полагаю. – Тэхён вздохнул и посмотрел на свою руку, на которой красовался фамильный перстень. Он никогда его не снимал, кроме вылазок с Чимином. Надо же, в этот раз он снять его забыл, какая досада.              - Плохо быть тобой приятель. – блондин состроил самое сострадательное лицо и положил ладонь другу на плечо. – К тебе пристают либо дамы не первого помола, либо заплывшие господа-извращенцы. И как только ты можешь быть так спокоен. Я бы уже, наверное, послал всех этих умников куда-нибудь в пекло.              - Брось, будь мы на их месте, думаю тоже попытали бы счастья.              - Вовсе нет, дорогуша, мы бы никогда не были на их месте. Хотя бы потому, что личики нам лепил сам Будда. – Чимин хохотнул и допил пиво, облизывая с наслаждением свои пухлые, зацелованные губы. – Расслабься Тэхён, выпей ещё. Ночь только начинается.       Потом Ким кружился в танце с каким-то пареньком не сильно старше него, зазывал хохотавшего Чимина к себе, и пошатывался при каждом танцевальном движении. Сестры Ким продолжали творить свою магию, чьи-то руки проходились по его рукам, а смутно знакомые голоса путали сознание. Следующее, что он запомнил, это то как он испражняет свой желудок на тот самый фасад здания, под аккомпанемент шуток Пака, и ворчания главы заведения. Что ж, тому явно не привыкать.       Идя по пустынной дороге, держа под руку друга, Тэхён остановился и поднял голову к безоблачному небу. Вдалеке забрезжал рассвет, который в скором времени сменит яркая заря.              - Чимин, - вышеупомянутый повернулся к Киму и попытался сосредоточить свой хмельной взор. – Как думаешь, наша жизнь когда-нибудь измениться?              - А пёс его знает, Тэхён-а. Но не переживай, я тебя никогда не оставлю. Мы лучшие друзья, помни об этом. – блондин миловидно пожал плечами и закусил пухлые губы, сдерживая улыбку.              - Да, - пауза, последовавшая за согласием, надолго не затянулась, - Да, друзья. – В предрассветном небе мелькнула, и исчезла звезда, скрывшись за горизонтом. Прикрыв карие, уставшие, но довольные глаза, Тэхён загадал лишь одно желание. Встретить того, кто не оставит его не потому что они друзья, а потому что искренне и страстно любят. – Пошли домой, Чимин, пошли домой. – и увидев в ответ печальную, но заботливую улыбку, брюнет двинулся вперед, в сторону дома, где его ждала ничем не отличающаяся от вчерашнего дня, рутина. По кране мере, так он думал.              

***

             Пока воспоминания оседали в подсознании, вода в ванной остыла, а служка неловко мялся у порога. Намылив шоколадные кудри, Тэхён, обдумывал, о чем пойдет разговор с отцом. Их не могли же засечь по возвращении. Да и говорить толком не было никакого желания, но скандалить с отцом, это меньшее, чего хотел брюнет, после увеселительной ночи. Закончив с ванными процедурами, Ким встал из ванной моментально принимая полотенце и обтирая влажное тело насухо. Служка скрылся за дверью, видимо на сегодня его дела были окончены, а вот дела его господина только начинались. Как странно, внутри не покидало ощущение чего-то непривычного.       В итоге выйдя из своей комнаты, в легком, неофициальном виде, брюнет явился в столовую самым последним. Госпожа Ким сидела, сложив руки на подоле своего строгого платья и казалась восковой фигурой, нежели живой.              - Доброго дня, отец, матушка. – Поклонившись, Тэхён занял свое место, оценивая блюдо, которое сегодня являлось его обедом. Всё как всегда. Рис, овощи, и небольшой кусок говядины на пару. Отец напротив него не излучал дружелюбие, скорее наоборот, искры негодования. Только что или кто причина, младший Ким пока еще не знал.              - Сегодня я написал письмо своему брату в Сеул. – старший Ким, отпил виски из граненого бокала и задумчиво отвел взгляд в сторону. Тэхён же наоборот приступил к трапезе, абсолютно не заинтересованный затеями родителя. Не добившись никакой реакции, господин махнул рукой Сеюн и сложив руки в замок, упрямо впился взглядом в сына. – Завтра ты едешь к нему, на неопределенный срок.       В этот раз реакция не заставила себя ждать, резкий кашель ободрал горло Младшему Киму как наждак, а капли воды оросили скатерть.              - Отец? - матушка никак не реагировала на вопрошающий взгляд сына, а лишь опустила такие же карие глаза. – Что ты имеешь ввиду? Зачем мне отправляться к дяде? – Господин Ким, довольный вниманием, вновь отпил из стакана.              - Моя работа сейчас под угрозой и в штабе не спокойно, поэтому пока все не наладиться, ты будешь находиться на его попечительстве.              - Но отец! – Тэхён вскочил и оперся руками в стол. – Я не хочу оставлять дом, тебя и матушку. – единственное в этой фразе было правдой, так это то что он просто не хотел оставлять Чимина. Дядя славился буйным нравом и в детстве любил отвесить Тэхёну оплеуху за не присущую мужчине мягкость. Из положительного в том доме был его двоюродный брат Джин, но он абсолютно его не помнит, ведь виделись они в глубоком детстве, и его брат был достаточно занятым обучение в младшей подготовительной школе. Ехать в неизвестность было страшно.              - Не кричи, и сядь! – Старший Ким сжал руки в кулаки и предупредительно окинул сына взглядом. – Отказов я слышать не стану, как я сказал, так и будет. Отправляйся к себе в комнату, и начинай собирать вещи. Джинён заведует гостиницей в глубинке, так что не позорь его перед посетителями, а если спросит, помогай ему. Денег я тебе с собой дам. На этом закончим.       Кинув молящий взгляд на мать и не удосужившись взгляда в ответ, Тэхён стремительно покинул гостиную, не идя наверх, а торопясь к выходу. Ему срочно нужно к Чимину. Срочно рассказать.       Чимин сидел в своей комнате и выглядел не лучше него, когда проснулся. Он даже не понял кто к нему зашел, а когда понял шустро подскочил к другу и сжал того в объятья. Они простояли так не более десяти минут, и все то время плечи брюнета нещадно тряслись. Утерев с щек подсохшие дорожки, Тэхён опустился на близь стоящую кровать.              - Я уезжаю завтра, Чимин. – Пак шокировано схватил его за руку и отчаянно сжал ладонь. – Отец отправляет меня в Сеул. Я пытался отказаться, но он… он не стал слушать меня более. Что мне делать Чимин? Я так не хочу ехать на окраину Сеула. Так не хочу.              - Успокойся, это же не на долго? – блондин ободряюще улыбнулся и ещё раз сжал ладонь.              - Он не сказал, но явно не на неделю. – брюнет отчаянно всхлипнул и отвернулся. Оставшееся время до вечера они просидели вдвоём, обещая друг другу писать, и не забывать про их обещание. Пару раз снова плакали уже вместе, но к десяти Тэхён распахнул дорожную сумку в своей комнате. А в шесть утра, его ждал автомобиль, что довезет его прямиком до вокзала в неизвестность. Бросив последний взгляд на дом, Ким Тэхён сел в раритетный вишневый форд тридцать пятого года, и сжал руки в кулаки. Неизвестность распахнула к нему свои объятья.