Agony

      Переживать утраты всегда нелегко. Уход близкого человека оставляет на сердце глубокие раны, которые не заживут со временем. Любое случайное событие может вновь пробудить волну боли и отчаяния.        Хонджун потерял себя год назад, когда погибла его жена. Девушку сбил пьяный водитель. Мужчина сразу уехал, чтобы избежать наказания, оставив ее на дороге. Хонджун слабо помнит, что было после того, как его разбудил телефонный звонок.               «Вы должны приехать в больницу», – все, что он смог услышать. С трясущимися руками он положил телефон в карман и выбежал из дома, без куртки, без документов, не закрыв дверь на ключ. Глаза застилала пелена слез, он почти ничего не видел перед собой. Хонджун никогда так быстро не бежал.        Травмы были слишком серьезными, она потеряла много крови. Врачи сказали, ее можно было спасти, если бы скорая приехала раньше. Девушка умерла. Когда это случилось, Хонджун держал ее за руку. Теперь, закрывая глаза, он видит прямую полосу на мониторе, а в ушах звенит отвратительный писк аппарата жизнеобеспечения.        Хонджун не помнит, как добрался в ту ночь до дома. В квартире еще можно было ощутить аромат ее духов. Войдя в коридор, Хонджун упал на колени. Он кричал так громко, что сорвал голос, и рыдал так, что едва не лишился чувств. Хонджун смог подняться только через несколько часов. Опираясь о стену, парень дошел до кухни, но как только взял в руки стакан с водой, тот выскользнул из ослабевших пальцев и разбился, оставив порезы на ногах. Ему больно? Нет, плевать. Он не собрал осколки, не обработал раны.         Хонджун вошел в спальню. На кровати лежало ее платье. Девушка оставила его здесь, пока выбирала, в чем пойти. Парень поднял платье и прислонил к щеке. Жалкий кусок ткани, еле уловимый аромат – последнее, что у него осталось. Хонджун не мог ни плакать, ни кричать, он ничего не чувствовал. Весь его мир лишился красок, цвет сохранило лишь это платье, нежно-розовая ткань. Хорошо, что она не надела его. Иначе наряд был бы сейчас испачкан в грязи, на нем проступили бы пятна крови.         Парень лег на кровать, прижав к груди тонкое платье. Сперва он винил себя – за то, что не встретил жену. Потом проклинал водителя, что посмел сесть за руль пьяным. А после возненавидел тех, кто изобрел алкоголь. Он не замечал, как из глаз вновь полились слезы, как саднят свежие порезы. Хонджун лежал, глядя в темноту, пока его мозг просто не отключился.       Целый год прошел, будто в забытьи.        В первый месяц после трагедии парень не выходил из дома. Почти не ел, не убирался, по ночам вскакивал от кошмаров или не спал вообще, прокручивая в голове те страшные события. Его коллеги, узнав о произошедшем, смогли объяснить начальству всю ситуацию, так что Хонджуна не уволили, просто дали долгосрочный отпуск. Юнхо и Ёсан всерьез переживали за него. Они были близки с парой, Ёсан был шафером на их свадьбе, так что парней потрясла гибель девушки. Приехав навестить друга, они ужаснулись. Хонджун сильно похудел, от постоянного стресса и бессонницы его лицо побледнело. Он выглядел очень разбитым, почти не говорил, а если и открывал рот, его голос тут же начинал дрожать. Юнхо пытался говорить с ним, отвлекать, но парень не желал слушать. Поняв, что не выдерживает и не хочет, чтобы друзья видели его в таком состоянии, он просто выставил их за дверь. Парень знал, что должен быть благодарен за заботу, но на это просто не было сил.       Спустя полгода, не без помощи друзей, он обратился к психологу. Нужно было выходить на работу, жить дальше. Хонджун понимал это.        Терапия немного облегчила его состояние, он стал чаще гулять, вернулся к работе, нашел новые увлечения. У Юнхо в телефоне, втайне от Хонджуна, конечно, находился список моментов, когда парень улыбался. Жизнь продолжалась.        Хонджун полюбил кафе возле парка. По дороге домой он часто сворачивал туда, брал кофе, а после гулял по аллее, любовался природой и искал вдохновение. В один из особенно холодных дней Хонджун не захотел долго бродить по улице, так что сделал заказ и сел за столик у окна, любуясь закатом. Он забрал кофе со стойки, вернулся на свое место и поднес чашку к губам, намереваясь сделать глоток.        Колокольчик на двери колыхнулся и издал мягкий звон, когда вошедший задел его. Хонджун поднял глаза на вход в заведение, так и не прикоснувшись к напитку. Горячая чашка едва не выпала из его рук. Незнакомец был невероятно красив, белые волнистые волосы обрамляли его лицо, большие глаза с длинными ресницами блестели, отражая свет ламп. Черты его лица казались утонченными, почти женскими. Он поднял руку с тонкими пальцами, чтобы поправить шарф, осмотрелся и сел в противоположном от Хонджуна углу. Но не это заставило руки парня трястись, а сердце отчаянно биться. Оставив нетронутый кофе на столе, Хонджун выбежал на улицу.        Захлопнув за собой дверь квартиры, парень сполз по стене и запустил пальцы в волосы, не находя себе места. Он правда видел это, или воображение играет с ним злую шутку? Разве такое возможно?        Всю ночь Хонджун плакал, обнимая край одеяла, повторяя про себя одно и то же: «Он так похож на нее. Он так похож на нее». Образ погибшей жены то и дело всплывал перед глазами, сливался с образом незнакомца, который пробудил в парне воспоминания. Такие же белоснежные локоны, такие же большие сияющие глаза, полные жизни… Хонджун не знал, имеет ли право думать о других сейчас.        Он вдруг вспомнил давний разговор с женой. Тогда они только поженились, были молоды, беспечны. И безумно влюблены.        Лежа в абсолютной темноте, девушка погладила плечо Хонджуна и спросила мягким шепотом:        – Дорогой, если я умру, ты найдешь другую?       Парень не принял ее слова всерьез тогда. Он даже разозлился, ведь не хотел и думать о расставании.        – Любимая, не говори глупости, – сонным голосом ответил он ей. – Я не смогу полюбить никого, кроме тебя.       – Никакие не глупости! Если такое случится, я хочу, чтобы ты был счастлив. Влюбился снова и забыл меня. Пообещай мне.        Хонджун так устал в тот день… И ведь пообещал.        – Хорошо, я обещаю. Теперь давай забудем об этом и ляжем спать. Ты здесь, с тобой ничего не случится. Я не хочу представлять свою жизнь без тебя. Спокойной ночи, родная.        Хонджун не может выполнить обещание. Он никогда не забудет любимую. В образе мужчины в кафе он видел ее, только ее. Он был уверен, что судьба дала ему второй, последний шанс. Вновь увидеть ее, сказать то, что не успел. Обнять в последний раз, чтобы отпустить навсегда.        Сидя на следующий день в той самой кофейне, Хонджун ждал его появления. Что ему сделать, что сказать? А если он вообще не придет? Но мягкий звон колокольчика вновь разнесся по залу, и парень глубоко вдохнул. При виде незнакомца эмоции нахлынули снова, но Хонджун взял над ними верх. Он подхватил стакан с кофе и направился к чужому столику. Парень полностью погрузился в свои мысли, отчаянно пытаясь придумать разумное объяснение своей просьбе. Он так задумался, что не успел вовремя притормозить и наткнулся на край стола. Стакан выскользнул из его руки, а горячий кофе вытек на стол. И на пальто незнакомца. Это точно не входило в его план.        – Простите, простите пожалуйста! – Хонджун поклонился, тут же хватаясь за салфетки. – Давайте, я вам помогу.        – Ничего, бывает, – мужчина не выглядел злым, скорее немного расстроенным из-за испорченной вещи.        – Мне очень жаль! Позвольте пригласить вас к себе домой, я выстираю ваше пальто. Это так неловко, я очень виноват. Прошу, позвольте мне загладить вину.        – Что ж, салфетками тут и правда не поможешь, – незнакомец мягко улыбнулся, – ведите.        Оказавшись в квартире, Хонджун помог мужчине снять пальто и проводил в гостиную.        – Подождите здесь, пожалуйста. Может, хотите выпить чего-нибудь?         – Нет, спасибо, ничего не нужно.        – Я постараюсь справиться поскорее, чтобы вас не задерживать, – Хонджун поклонился и поспешил в ванную.       Пока он отсутствовал, мужчина осмотрел комнату, пролистал лежащие на столе журналы и книги. Заметив, что парня долго нет, он решил предложить свою помощь. Мужчина поднялся и двинулся по коридору, пока не наткнулся на приоткрытую дверь. Заглянув внутрь, он увидел Хонджуна, сидящего над ванной, где лежало его пальто. Парень оттирал кофейне пятно, а по его щекам лились слезы. Мужчина заволновался и тихо позвал его:       – Простите, с вами все хорошо?       Хонджун дернулся и взглянул на вошедшего. Опираясь об умывальник, он поднялся и встал перед мужчиной.       – Не думаю, что я в порядке. Я должен был сказать раньше, но не успел. Знаете, я шёл к вам, чтобы поговорить, и вовсе не планировал испачкать ваше пальто. Это все очень странно, не поймите меня неправильно... Как вас зовут?       – Сонхва.       – Даже её имя начиналось с той же буквы... – Хонджун мягко улыбнулся, его губы дрожали.       – Что, простите?       – Позвольте, я скажу прямо? Год назад погибла моя жена. Я до сих пор не могу прийти в себя после её ухода. Она была всем моим миром, любовью всей жизни, – Хонджун выдохнул, стараясь сдержать рыдания. – В это трудно поверить, но вы так похожи не нее. Когда я увидел вас впервые, думал, что сошел с ума. Ваши волосы, глаза, даже имя – все напоминает мне о ней. Простите за мой внешний вид, это очень тяжело. Видеть в вас её... мне так больно... Можно вас обнять?       Сонхва сам едва не плакал, видя чужую боль. Кто он такой, чтобы лишить человека последней возможности, обречь на страдания? Если у него есть хоть малейшая способность облегчить чужое горе, он сделает все возможное.       Хонджун обхватил мужчину руками, прижавшись всем телом. Мягкий свитер пропитывался слезами, но Сонхва не думал об этом. Он осторожно провел по дрожащей спине парня, глядя куда-то в пустоту. Ему не противно, не страшно, он лишь хочет помочь. Хонджун не мог успокоиться. Ему было больно, очень больно и горько от всего этого, он так устал. Устал сражаться, устал держать, цепляться за обрывки воспоминаний.       Хонджун сполз на пол и обхватил колени Сонхва, впившись пальцами в ткань брюк до побелевших костяшек. Все его тело тряслось, он не слышал собственного голоса.       – Я так скучаю, любимая, – выдавил он, утыкаясь лбом в чужое колено.       Сонхва положил руку на его плечо. Он не знал, правильно ли поступает, но что-то подсказало ему, что именно стоит сделать.       – Я тоже скучаю.       Хонджун вздрогнул и поднял голову. Его пальцы ослабели, он выпустил ткань, руки обессиленно упали на колени. Сонхва сел на колени, чтобы оказаться на одном уровне с парнем. Он обнял Хонджуна, пытаясь унять чужую дрожь.       – Прости, прости меня, – рыдал Хонджун. – я должен был поехать с тобой, должен был спасти... Это я должен был умереть!       Тело парня окончательно ослабело. Не было сил ни на крики, ни на рыдания. Слезы ещё лились из глаз, откуда их столько? Почувствовав, как парень затих, Сонхва погладил его по спине.       – Все в порядке, мой хороший, ты не виноват. Ты молодец, любимый, ты очень сильный. Представляю, как тяжело тебе было все это время. А теперь отпусти меня. Я всегда буду рядом с тобой, в твоём сердце. Я хочу, чтобы ты был счастлив.       Хонджун отпустил.