пятничное печенье

Пятница началась не с печенья. Не с теста, не с тепла духовки и даже не с привычной тяжести в пальцах — а с предчувствия. Тэхён мыл витрину, медленно, сосредоточенно, почти машинально. Он чувствовал, что снова придёт. Тот самый — с вкрадчивым голосом, вопросами ни о чём и глазами, в которых можно утонуть. Чонгук. Француз. Или просто — тот, из-за кого последние три пятницы не давали покоя. И он действительно пришёл. — Здравствуйте, — чуть тише, чем в прошлый раз. Как будто и сам не ожидал, что снова здесь. Тэхён кивнул, не отрывая взгляда от стойки. Он был спокоен — внешне. Но внутри что-то царапало. Неловкость? Ожидание? Или просто страх, что сегодня тот не задержится. — Есть что-нибудь новое? — спросил Чонгук, подходя ближе, как будто не хотел пугать. — Черничный тарт, — коротко ответил Тэхён. — Не сладкий. — Черника? Или голубика? Он поднял глаза. Это был странный вопрос. Никто никогда не спрашивал. Для всех это было одно и то же. — Голубика, — после паузы произнёс он. И увидел, как у Чонгука уголки губ чуть дрогнули. — Тогда беру. Не думал, что вы сделаете что-то с голубикой. — Вы много думаете о том, что я делаю? — спросил Тэхён и тут же пожалел. Но Чонгук не обиделся. Наоборот — как будто ждал, что тот наконец задаст вопрос. Хотя бы один. — Иногда, — просто сказал он. — Иногда — слишком много. --- Он снова сел у окна. С тем же тёплым тартом и стаканом воды. Смотрел не в телефон, не в окно — на него. Тэхён выдержал две минуты. Потом подошёл. — Вы правда приходите просто посидеть? — А что, если нет? — Тогда зачем? — Чтобы вас увидеть. Ответ прозвучал просто. Не как признание. Не как провокация. Как факт. Тэхён опёрся о стойку и скрестил руки. — Что вы от меня хотите? — Погулять со мной. Один раз. Просто пройтись. Я покажу вам город. — Мне не нравится Париж. — Значит, не покажу Париж. Просто улицы, где приятно молчать. — Мне не нравится Франция. Чонгук усмехнулся. Негромко. — Вам не нравятся французы? — Они слишком много говорят. — А если я обещаю молчать? Ну... почти. Тэхён прищурился. Он не умел принимать такие предложения. В нём всё было слишком сжато, завёрнуто в плёнку осторожности. — А что я получу? Чонгук задумался. Потом посмотрел на пустую тарелку с голубичным тартом. И снова — прямо в него: — Сделка. Вы гуляете со мной час. Я приношу вам ящик голубики. Самой свежей. С рынка на Монмартре. Тэхён хмыкнул. — Не подкупите едой. — Тогда я ещё и не буду говорить. — И всё равно нет. Он развернулся, будто всё решено. Но потом, не поворачиваясь: — Завтра. В семь. Только не говорите много. --- Встреча была... странной. Без слов. Почти. Они прошли мимо закрытых кафе, по брусчатке, мимо фонарей, которые светили мягко, как будто боялись мешать. Чонгук шёл чуть позади, давая пространство. Не спрашивал ни о чём. Только однажды остановился и протянул маленькую коробку: — Попробуйте. Это голубика. Я всё равно бы вам принёс. Тэхён взял. Не потому, что хотел. Потому что... ему давно никто ничего просто так не давал. И в ту минуту между ними стало тише. Глубже. Без слов. Но как будто всё уже было сказано. --- — Вы не такой, каким кажетесь, — сказал Тэхён перед тем как уйти. — А каким я кажусь? — Французом. Чонгук рассмеялся. — А вы не такой, каким делаете вид. — Какой же? — Холодный. Аромат ванили не прячется. Даже если вы хотите. Он хотел сказать ещё что-то, но Тэхён уже ушёл. С коробкой голубики в руках. На завтра он запланировал печенье. С голубикой. Впервые в жизни.