Потому что ты тупой

      — А мы с Шиыном встречаемся! — Ёни выглядит отвратительно счастливой, а у Сухо внутри что-то обрывается. Забыв разом все слова, он тупо улыбается, сквозь вату в голове пытаясь подобрать в ответ хоть что-то вразумительное.       — А... да? Ну, круто, рад за вас, — слишком громко смеётся он и, быстро развернувшись, идёт вперед, засовывая руки в карманы.       «Встречаемся!»       Слово эхом отдавалось в его голове, с каждым шагом повторяясь снова и снова, как будто мозг Сухо заело.              Как? Когда? Какого чёрта? Пока он любовался каждой трещинкой на пересохших губах Шиына, тот... Сухо сглотнул горькое чувство обиды и злости, чувствуя нарастающее жжение в груди. Когда Ёни успела так быстро к нему подобраться?       — Сухо? — низкий голос раздаётся прямо над ухом, и Сухо вздрагивает, покрывшись мурашками. Повернувшись, он сталкивается с раздражением в знакомых глазах и тут же придаёт своему лицу беззаботный вид.       — А-а? Я что-то пропустил? — улыбается Сухо, почесывая затылок.              — Всё, — коротко отрезает Шиын и возвращается на своё место, не сводя с него взгляда. — Ты сегодня какой-то странный, всё нормально?       Ёни сразу же вцепилась в руку Шиына как только тот сел, а Сухо в ту же самую секунду был готов выплюнуть собственное сердце.       — А... — он глупо смеётся, сверля глазами их руки, пытаясь силой мысли разъединить их и отмечая тот факт, что Шиын не убирал свою и не пытался избавиться от мёртвой хватки Ёни. С усилием заставив себя перестать так пялиться, он с вымученной улыбкой поднял взгляд на их лица. Они уже о чем-то переговаривались вполголоса, и кроме биения собственного сердца в ушах, Сухо ничего не слышал.       — Ты заболел? — ровным тоном интересуется Шиын, снова смотря своим странным пронизывающим взглядом. — Ты весь красный.       Шиын было подался вперед, протянув руку, видимо, хотел проверить температуру у Сухо, как тот резко дернулся назад, словно ошпаренный.       — Нет! Я в порядке, правда! — сбивчиво врёт Сухо. Он ни разу не в порядке с той самой минуты, как Ёни зачем-то открыла свой рот и сказала безумно странную вещь. Сухо бросил беглый взгляд на часы и план отступления появился сам собой. — Ого, сколько времени! Я опаздываю на подработку, ну всё, пока!       Стараясь не смотреть в недоумевающие лица ребят, он быстро собрал вещи, наскоро попрощался и стремительно вышел из кафе, не оглядываясь.       Поглощенный своими переживаниями, он не чувствует внимательного взгляда на своей спине.       Завернув за угол, он прижался спиной к холодной стене, тяжело дыша. Запрокинув голову и сжав рубашку на груди, Сухо зажмурился.       Это правда, да? Это не может быть правдой. Ёни не могла понравиться Шиыну ни при каких обстоятельствах, что бы она там себе не напридумывала. Он же такой... такой...              — Какой?.. — сам себя спрашивает Сухо шёпотом.       Перед глазами снова предстала картина, как они мило сидели в кафе, держались за ручки и болтали прямо при нём, абсолютно не стесняясь. Сухо морщится и сжимает рубашку на груди ещё сильнее, будто пытался вложить в этот жест все свои странные чувства. Затем резко разжимает пальцы и медленно опускает руку, чувствуя себя абсолютно без сил.       Как теперь с ними общаться?.. Они будут ворковать прямо перед ним, а он... Сухо опускает голову, засовывает руки в карманы и, отстранившись от стены, медленно бредёт прочь, задумчиво кусая губы.

💫💫💫

      Следующий день в школе Сухо официально отметил самым худшим в истории. Не то чтобы они до этого много общались с Шиыном, но они только-только начали о чём-то заговаривать в классе, перебрасываться редкими фразами, ходить вместе на обед — и ситуация с Ёни всё резко откатила к самому началу. Шиын снова стал вести себя почти как раньше.       И даже не смотрел в сторону Сухо! Ещё он часто доставал телефон и что-то в нём писал — наверное, тошнотно-слащавые смс для Ёни. От одной только мысли об этом у Сухо кружилась голова. Он даже толком не мог заснуть на уроках: мысли об отношениях Шиына и Ёни водили хороводы в его гудящей голове, стоило хоть на минуту прикрыть глаза. Поэтому, вопреки себе, Сухо заставлял себя слушать монотонный голос учителя, дабы хоть немного отвлечься, то и дело бросая косые взгляды на знакомый невозмутимый профиль.       Надо всё выяснить. Раз и навсегда.       Как только закончились уроки, Сухо, полный решимости, остановился напротив парты Шиына.       — Шиын, надо поговорить.              — О чём? — тот даже не смотрит на него, собирая учебники в рюкзак.              — Надо и всё, — уклончиво настаивает Сухо.       Шиын медленно поднимает голову и оценивающе осматривает Сухо, будто пытается на глаз определить какой у него психиатрический диагноз. Ничего не ответив, он отвернулся и продолжил складывать учебники. Сухо поджимает губы, ощущая, как былая уверенность постепенно испаряется. Шиын застегивает молнию на рюкзаке и выжидающе смотрит на Сухо.              — До вечера стоять тут будем?       Сухо мотнул головой и пошёл прочь из класса. Он прислушивается к шагам сзади, чтобы убедиться, что Шиын идёт за ним. Весь путь до ворот они прошли молча. Сухо отчаянно подбирал нужные формулировки, но не выходило ничего адекватного. Как вообще начать такой странный разговор? Он уже жалел, что всё это затеял.       — Вы с Ёни поругались? — неожиданно интересуется Сухо, когда они выходят за ворота школы.              — С чего ты взял? — Шиын идёт рядом и чуть позади, придерживая лямки рюкзака.              — Она сегодня тебя не встречает, а ты какой-то... грустный.       Шиын останавливается. Заметив это, Сухо тоже остановился и обернулся.              — Я прав? — уточняет он, глядя, как Шиын, опустив голову, изучает асфальт. Вдруг тот выпрямляется, и смотрит прямо в глаза Сухо, поджимая губы. Сухо моргнул.              — Пойдем, — не отвечая на вопрос, Шиын подходит к Сухо, хватает того за предплечье и тащит за собой.              — Эй, Шиын! — ошеломленный Сухо, не сопротивляясь, идёт за ним. — Шиын! Да чтоб тебя... неужели так сильно поссорились?       Заворачивая в безлюдный переулок через пару кварталов от школы, Шиын наконец-то останавливается и толкает Сухо к стене, тяжело дыша.              — Я… не ссорился с Ёни, — смотря куда-то в сторону, медленно выговаривает он, будто подбирает слова.              — Тогда в чём...              — И мы с ней не встречаемся, — твёрдо перебивает Шиын. Он поднимает голову и внимательно всматривается в глаза Сухо. Под этим взглядом Сухо ёжится, чувствуя себя непонятно, но определённо неловко.              — То есть как? Она сказала... — он окончательно теряется в происходящем. Всё пошло совсем не так, как Сухо себе представлял.              — Мало ли что она сказала, — Шиын начинает явно злиться.       Сухо растерянно моргает, пытаясь сопоставить всю полученную информацию: вербальную и невербальную между собой.       Шиын закатывает глаза и шумно выдыхает:              — Это я её попросил.       Сухо кажется, что у Шиына краснеют щеки.              — Попросил что? — всё ещё не понимая о чём идёт речь, уточняет он.              — Не заставляй меня говорить это вслух, — шипит Шиын и насчёт красных щек Сухо не показалось.       Уже с изрядной долей любопытства он смотрит, как вечно беспристрастный Шиын сейчас стоит перед ним, покрываясь красными пятнами смущения и что-то очень хочет ему сказать. От этого его губы сами собой расплываются в идиотской улыбке.       Тем временем, Шиын недовольно сжимает переносицу.              — Это я попросил её сказать тебе, что мы встречаемся, так понятнее?       Улыбка медленно исчезла с лица Сухо, губы пересохли, и он инстинктивно их облизывает. Кажется, Шиын сейчас странно на это посмотрел.       — Но зачем? — хмурится Сухо. В голове звенит.              — Потому что ты тупой, — не выдерживает Шиын, раздражённо глядя ему прямо в глаза.       Затем он медленно делает шаг ему навстречу, ещё один — и Сухо прислоняется лопатками к стене, нервно сглатывает, ощущая, как его собственные щеки обдало жаром.              — Что ты имеешь в виду? — непослушными губами спрашивает он, всем телом чувствуя каждое движение Шиына, потому что тот уже прижал его вплотную.              — Вот это и имею, — Шиын кладёт ладони на плечи Сухо, приподнимается на цыпочки, и Сухо чувствует тёплые сухие губы на своих.       Несколько мгновений они стоят, не шевелясь. Сухо ощущает, как пальцы Шиына стискивают его плечи, кажется, он немного дрожит. Видимо, он по-своему трактует заминку Сухо и отстраняется, в глубине необычно блестящих глаз Шиына на секунду мелькает отчаяние. Уперевшись ладонями в грудь Сухо, он хотел уже было отойти от него, но Сухо не позволил ему этого сделать, неловко обняв и прижав к себе.       Сухо наконец-то всё понял. В том числе и почему готов был на стену лезть последние сутки.       Он осторожно подаётся вперед, кладёт ладонь на щёку Шиына и мягко касается губ большим пальцем, аккуратно гладя. Не в силах больше сдерживаться, он наклоняется и осторожно прижимается к губам Шиына своими, целуя нежно и трепетно, словно хочет исцелить каждую трещинку на них бережными, невесомыми прикосновениями.       Они целуются неумело, неуклюже, гладя друг друга по щекам и волосам. В какой-то момент воздуха перестало хватать, и Сухо отстранился от губ, покрывая лёгкими поцелуями подбородок и щеки, перемещаясь к вискам и лбу, зацеловывая каждую царапинку и синяк на этом очаровательном лице.       Оказывается, от поцелуев губы горят ещё сильнее, чем от ударов.       — Я знал, что сам ты никогда не догадаешься что-то сделать, — выдыхает Шиын, отводя взгляд, когда они наконец отстраняются. — Вот и придумал всё это вместе с Ёни.              — Не делай так больше, — недовольно ворчит Сухо ему в макушку и закрывает глаза, крепче прижимая к себе.              — А ты не тупи больше, — язвительно усмехается Шиын в плечо, и Сухо чувствует его дыхание, от которого где-то в районе сердца становится очень тепло.              — Не буду.