— Твои глазки-то я ни с кем не спутаю

Рома до безумия любил Тошика. Его милого, но упертого омегу. Очень Пятифанову нравилось, когда Антон прижимался к нему или когда они вместе гуляли за ручку, когда вместе смотрели фильм ,а может мультфильм с Олькой. Все в команде говорили, что Ромка-то очень размяг, на что сам он показывал один очень неприличный жест. Никто не смел так говорить про него. Но вот только Петров скрывал что-то, по глазам видно было, когда Рома спрашивал, всё ли в порядке, голубые глаза отводили взгляд и смотрели куда угодно, лишь бы не на альфу. Тот сначала спрашивал, доканывал, но Антон не говорил. Хулиган злился, но старался сдерживаться, потом просто перестал. Захочет — расскажет, думалось ему. Но омега ничего не говорил, так и продолжали отношения.

***

Пятифан шёл по лесу. Прогуливался. Он с начала вечера стал нервным. Сердце билось быстро, потел, будто марафон пробежал, всем телом чувствовалось беспокойство. Вот и решил он прогуляться, может, успокоится, но ничего не проходило. Прохладный ветер еле заметно покачивал волосы, вокруг одни деревья, и каждое отличалось чем-то друг от друга, солнце быстро садилось, и скоро станет совсем темно. Рома было уже решил домой идти, но тут вой, волчий.И сердце начало совсем с ума сходить,что-то заставило Романа броситься и побежать в сторону звука с максимальной скоростью, бежал так, будто от этого его жизнь зависела. Прибыв на место, он увидел волков. Один серый, большой такой и очень злобный, он рычал на второго и, наверное, загрызть хотел. Второй необычный, белый, он был чуть меньше, но не менее злым, он скалился и старался защититься, хвост был опущен. Человек узнал его, эти глаза он ни с кем не спутает, это был он. Рома ничего лучше не подумал, чем бросить камень в серого волчару. Оба волка посмотрели на него, серый побежал на свою новую цель. Пятифанов резко схватил очень толстую и крепкую ветку, он замахнулся. Удар. Животное упало на траву, потом последовал второй удар, чтоб наверняка. Белый волк подошел ближе к хулигану, давая себя погладить, хвост теперь завилял, заявляя, что теперь волчонок радостен. Рука начала чесать за ухом, за что послышался довольный и тихий скулеж. — Тоша, это и был твой секрет? — Рома не спрашивал, он утверждал. Он сел на корточки и приобнял животное. Через некоторое время он почувствовал не мягкую шерсть, а ткань футболки. — Как ты узнал? — Тихо спросил Антон, все так же обнимая Рому. Тот усмехнулся. — Твои глазки-то я ни с кем не спутаю