Бульварный сюжет

Слова казались бесполезными, а взгляд битой собаки раздражал. В чём смысл раскаяния если до этого спокойно прыгал в чужие объятия? В чём смысл, если врал? Глупо и бессмысленно, врал в лицо, очевидно и так неприятно. Феликс отмахивался ровно до того момента, пока сам не увидел, не верил никому и бесился, если они клеветали просто так. «Это они врут», — думал Феликс, — «Он не может врать». И в чём был смысл, в чём смысл месяцами его изводить? Ложь-ложь-ложь. Сколько действий были искренними, а сколько нет? «Ты особенный» Твердили ему, повторяли сотни раз, в чём суть этих слов? Он говорил тоже самое тому парню, с которым прятался по углам? Даже злиться толком не получалось, было просто обидно, так глупо неприятно, хотелось кричать, бить посуду, может даже подраться, но сил не было никаких. Он просто отказывался видеть неловкие движения, прятки, отговорки. Он верил на слово, потому что думал, что может доверять. Множество знаков, он даже толком не скрывался, делал без задней мысли. Всё ему кричало о измене, предательстве, а что сделал Феликс? Ничего. А что он мог сделать? Открыть глаза раньше? Послушать друзей? Разве от того, что он посмотрел бы сразу, стало бы легче? Было бы не так больно? И сейчас, сейчас он мог только молчать на честное признание. Джокер не мог не признаться, только зачем продолжал извиняться? Разве ему было жаль? Смотрел на него, вечно что-то трогал от нервов, просил прощения. Смотрел как собака, которую несправедливо пнули. В чём вина глупого животного? Разве животное может нести ответственность? Джокер же не животное, он человек, он знал к чему могут привести его действия, знал и всё равно продолжал. Феликс мог прокручивать каждое подозрительное действие, каждое сказанное слово в голове сотни раз, вспомнить до каких пор всё было честно. В какой момент всё пошло не так? Может проблема вовсе не в Джокере? Может виноват Феликс? Недоглядел, не увидел вовремя? В чём вина самого Феликса? Что он сделал не так? Если бы он был внимательнее, стал бы Джокер изменять? Что нужно было сделать, чтобы предотвратить? Смысла в этих мыслях нет никакого, виноват не Феликс, он старался изо всех сил. Было ли хоть что-то искреннее в словах Джокера? К чему все действия, подарки, признания в любви? А Джокер продолжал на него смотреть, так жалобно, словно стоит прислушаться и услышишь скулёж. Хотелось вновь закрыть глаза, заткнуть уши, прикусить язык. Лишь бы не слушать, не верить, ни честным словам, ни друзьям, ни знакам. Продолжать врать себе, будто эти пару слов прозвучали из телевизора, в очередной любимой мелодраме Джокера, они всегда идут по одному сюжету. Словно день был очередным сном на диване под эти самые мелодрамы. Злиться всегда было легко, огрызаться, кричать, ломать что-то. Сейчас не получалось, наоборот даже. Резко захотелось рассмеяться. Если он посмеётся, будто это шутка, Джокер поддержит игру? Но прошли мгновения, когда он мог посмеяться, он поверил сразу, без сомнений. Суть отношений в доверии же? Надо было сказать то, что он думает, собрать вещи и уйти, он ведь ожидал этих слов, знал, что признание рано или поздно прозвучит. Злость была понятна, даже если порой беспричинна. Феликс знал что с ней делать. То что он ощущал после слов, было не злостью. Он понятия не имел что делать. Было бы гораздо легче, не будь ничего искреннего в Джокере с самого начала. Но Джокер ведь на самом деле был честным, любопытным, интересным, внимательным. Запомнил столько мелочей, не пугался его злости, был с ним рядом когда нужно, дарил то, что Феликс хотел. Феликс знал, мог без лжи сказать, что эти отношения были самыми стабильными, заботливыми, уютными, лучшими. Счастье не может длиться вечно, ведь так? Ему пришлось уйти, слов не нашлось, чтобы разорвать эти отношения. Он молча собрал вещи, и как бы не хотелось оглянуться, он просто вышел, захлопнул дверь.