До определенного момента

🌘🌖🌕🌔🌒

Их любовь была похожа на клишированный подростковый сериал.

      Ли Минхо — популярный парень в старшей школе, добрый, умный и всеми любимый. Всегда стремился быть на первом месте. И гнался за мечтой своих родителей. Так было всегда. Все его девятнадцать лет жизни.       До определённого момента.       Момента встречи с большими напуганными глазами.

***

      Хан Джисон — обычный парень из всех обычных. Учебу всегда посылал к черту. Не слушал причитания родителей. Время любил проводить за музыкой и видео-играми. А на уроках постоянно спать. У Джисона была обычная жизнь тихони в школе.       До определенного момента.       Момента встречи своего подноса с едой на рубашке самого популярного парня старшей школы.

***

      Школа – самое страшное время и место в жизни человека. В школе формируется характер, личность, мнение, инстинкты. С первого шага за порог здания начинается новая жизнь и распределения на классы. Классы общества.        Уже с младшей школы тебя могут окрестить: либо самым красивым, умным, популярным, богатым, элитой в школе; либо самым нудным, противным, вредным, непривлекательным, серой мышью. Казалось бы, откреститься будет сложно. Многие ленивые просто принимают свой новый статус, надеясь на скорейшее завершение данного уровня, который приходится проходить в одиночестве.        Думаешь, что ты уже дошел до той самой стадии обычного NPC, когда тебя не то, чтобы игнорировали и не замечали, но и сам начинаешь каждый день повторять одни и те же действия, не имея права на собственно мнение и высказывания. Тот самый момент, когда ты принимаешь, что для кого-то - просто массовка и из этого Дня Сурка ты не способен выбраться.        Никогда.       Но наступает тот самый день, когда в очередной раз опаздываешь в школу, когда снова провод на наушниках запутался в пиратские узы и только ножницы могут помочь его распутать, а шнурки на кроссовках, как на зло, вечно развязываются.        Наступает тот самый момент, когда нервы не выдерживают и ты злишься на все и сразу. На запутанные наушники, на развязанные шнурки, на учителя английского, который отобрал телефон до конца учебного дня и на самого себя. И этот день становиться еще хуже, когда наступаешь на те самые развязанные шнурки, не в силах удержать равновесие и железный поднос с едой. Летишь вперед и цепляешься сильнее пальцами за края подноса, как за спасительную соломину в болоте. Но все равно это не спасает и содержимое тарелок оказывается на чужой белой рубашке.        Именно сегодня, сейчас, в данный момент и в данную секунду оказался в этой ситуации. Чувствуя адреналин от страха. Виски сжимает от боли и Хану страшно поднять глаза выше, смотрит лишь на брендовые кроссовки на чужих ногах.       — П...прости...те...Я...я оплачу… – со стороны был слышен громкий смех школьников, которые наблюдали со стороны. Каждый из них чуть ли не задыхался от смеха от представленной картины. А Хан же судорожно, от страха, собирал с чужой школьной рубашки рисинки обратно в поднос. Парень уже чувствует как колит нос от подступающих слез и стыда.        — Я так виноват...я...я...Я правда не хотел, – когда слезы заполнили глаза, парнишку резко хватают за локоть, из-за чего железный поднос громко валится из трясущихся рук. Парня выводят из столовой, его ноги еле успевают за быстрым шагом, рука начинает неметь от сильной хватки. Джисон чувствует – парень, а именно, Ли Минхо – популярный парень и любимец многих девушек – зол. И школьник уже приготовился к самому худшему. Ведь Хан хлипкий, ни капли накаченной мышцы – отпор дать не сможет.       Зайдя в мужской туалет, который к счастью находился не так далеко от столовой, Ли продолжал держать чужую руку в своей, но уже немного ослабляя хватку.       Минхо был зол. И его злил не напуганный школьник, что действительно случайно перевернул свой обед на новую рубашку. Минхо злили люди, которые находились в том помещении, как будто они в цирке, а перед ними две цирковые мартышки, что плясали с бубном вокруг них. Минхо злили дети, что делали фотографии и отправляли их в общие чаты, дабы поделиться подобным.       — Как же бесит! – Ли сжал зубы, почти до скрипа, стряхивая с себя остатки еды.       — Прости..Я...я...правда оплачу, – охрипшим и дрожащим голосом повторил парень напротив, про которого Ли на мгновение забыл. Оторвав взгляд от своей рубашки, Минхо строго посмотрел на парня.       — Как тебя зовут? – старший не хотел грубить, но злость не прошла. В особенности, когда увидел медовые мокрые глаза.       — Хан Джисон, второй класс, – Джисон не знал зачем назвал свой класс, но после этих слов, его локоть отпустили и взяли за ладонь, которая продолжала дрожать. Минхо подвёл парнишку к раковине, немного потянув ладонь вниз, чтобы тот наклонился. Хан так и поступил. Ли же помог умыться, продолжая держать холодную вспотевшую ладонь в своей, лёгкими движениями большого пальца успокаивая.       — Ничего страшного не произошло. И платить мне не нужно.       — Но! – Хан вновь поднял свои большие глаза.       — Никаких «Но!» Ты меня понял? – смотря в большие медовые глаза, Минхо залип и ярко улыбнулся своим мыслям. Мокрая челка падала и закрывала лоб, а маленькие капельки воды, скатывались по носу младшего. Ли, не отрывая своих глаз от чужих, пропустил тихий ответ на свой вопрос, подошел ближе и свободной рукой поднял мокрую челку, полностью открывая чужое красное лицо. В этот момент злость полностью покинула тело парня, зарываясь где-то в глубинах памяти. В голове вертелось только одно:       — Прости, но тебе когда-нибудь говорили, что у тебя очень красивые глаза?       — Чт...что? – пунцовые щеки надулись от смущения, потому что «нет, не говорили». Хан никогда не слышал комплименты, даже от своих родителей. Парень не знает даже, как на это реагировать. В том числе не понимает, почему из уст «мужчины» это настолько приятно слышать. Джисон пытается спрятать свои глаза, скрыть свое красное лицо и хочет избавится от жара. Но все что у него получается, так это только вновь залиться густой краской, когда обращает внимание на рельеф, что просвечивается через мокрую и грязную рубашку.       — Т...точно, твоя одежда. Ее...ее же нужно застирать, – Хан вновь засуетился, подбегая к раковине, включает кран с горячей водой, набирает в ладошку немного воды и подносит к чужому телу, чтобы хоть немного, но смыть оранжевые пятна от кимчи. Но его метания тут же останавливают аккуратно переплетая пальцы на тонком запястье.       — Джисон, все хорошо… Этого не нужно, – Минхо снова перекладывает свою теплую ладонь в чужую холодную. – У меня есть предложение, – старший наклонил голову влево, обращая на себя внимание. Чужие блестящие глаза метались по чужому лицу в панике. Джисон действительно боялся и искал подвох в разрезе кошачьих глаз.       — Если хочешь мне как-либо помочь, то сходи к шкафчику 1409 и введи код 2510, там лежит спортивная форма. Принеси футболку и кофту, – младший быстро закивал, вырывая свою руку от чужого захвата, быстро направляясь к выходу из туалета. В тот день Хан позволил своей голове запустить мысли о судьбе, ведь «1409» — дата его дня рождения…  

***

 

      — Эй, малышарик, пошли сегодня погуляем? – Джисон сидел и играл в телефоне в очередную игру, рядом с ним ставят маленькую бутылочку шоколадного молока, а бедра коснулась чужая острая коленка. Парень повернул голову и ярко улыбнулся пришедшему.       — Хён! Я только «за» всеми руками и ногами! – четыре месяца прошло с того самого неуклюжего знакомства. Минхо тогда первый предложил дружбу Хану. Первоначально младший волновался и говорил, что Минхо осталось отучится этот год, поэтому тот не должен свое свободное время уделять какому-то невзрачному парню, как Хан Джисон, а готовится к экзаменам, для поступления в колледж либо университет. На что Хан получил щелчок пальцев по лбу и грозное: «А жить когда?»       После этого короткого и, как Джисону тогда казалось, неловкого разговора, парни начали сближаться и стали почти лучшими друзьями. Обменялись номерами телефонов и каждый день переписывались, либо созванивались говоря обо всем и в тоже время ни о чем.       Минхо казалось, что четыре месяца это так мало, но в тоже время так много, чтобы узнать о человеке все. Ли нравилось слушать истории из жизни своего нового (на тот момент) друга. Джисон смог открыться парню за очень короткий срок. Уже через неделю общения, Хан рассказал всю свою подноготную: про то, как родители против мечты своего сына, заниматься музыкой, ведь та не принесет прибыли; про то, что мама Джисона сирота, а настоящего отца он видел только на фотографиях в колумбарии; про то, что Хан не любит первый заводить знакомства, но ему очень нравится говорить; про то, как в детстве подавился изюмом и теперь у него фобия на этот сухофрукт; про то, что он однажды принес котенка к себе домой, а мама его отругала и набила ремнем, а того самого котенка снова выставили за дверь; про то, что Хан не умеет сдерживать свои эмоции и ему очень легко заплакать, из-за чего он получает частые упреки от своего отчима. Казалось, что Хан рассказал о своей жизни всё, что только можно. Но каждый новый день или разговор, у него появлялись новые истории, порой и старые повторялись, но Минхо об этом не говорит, а просто слушает, как в первый раз.       У старшего тоже было время поделиться с Ханом о своих переживаниях и историями жизни, но его жизнь всегда строилась на родителях и учебе, поэтому он не мог также, как Джисон говорить часами напролет.       На третий месяц дружбы Минхо стал часто звать Джисона погулять, а сам родителям врал о том, что занимается в библиотеке для подготовки к выпускным экзаменам, что будут через два месяца. Родители Минхо всегда хотели, чтобы сын пошел по стопам дедушки и занаял пост председателя компании. Ли так тоже хотел… Хотел до момента встречи с Джисоном, у которого есть своя мечта, у которого поставлены свои цели, который неоднократно продолжал повторять: «Так, они же не будут проживать мою жизнь за меня. А я просто хочу быть счастливым и заниматься любимым делом».       В тот вечер, когда впервые прозвучала это фраза через трубку мобильного телефона, Минхо задумался: «А какова моя личная мечта?» И Ли тогда ответил сам себе, признался, что у него нет никакой мечты и никогда ее не было.       — Так, куда мы пойдем? – Минхо отлип от чужого экрана телефона, где нарисованные аниме персонажи, которыми управлял Джисон, бегали и сражались с монстрами.       — Мммм... Я думал, что можно пойти в караоке, заодно, послушаю наконец-то как ты поешь, – Джисон напрягся, а его лицо снова покрылось красными пятнами.       — Боюсь, что от моих завываний у тебя уши завянут.       — С чего ты так решил? Может, я наоборот, в твое пение влюблюсь, как влюбился в твой голос? – Минхо сказал не подумав, но продолжал спокойно сидеть и смотреть на парту, не поднимая свои глаза. Хотя его уши уже давно горели от смущения. Ведь старший еще в первый день знакомства, когда посмотрел в медовые омуты, понял, что утонул в этом парне. Смешно и глупо...в голове тогда вертелось: «Любовь с первого взгляда», – в которую Минхо никогда не верил. Но вот сердце, не соглашалось с ним.       — Чт..Что? – Джисон остановился посреди боя в игре и пока его персонажа убивали, он с рвущимся наружу сердцем, удивленно смотрел на профиль своего хёна.       — Я говорю, что куплю беруши и если будут вопли, то я закрою уши, – Ли повернул свои кошачьи глаза и ущипнул Хана за мягкую щеку, встал и покинул чужой класс, больше не произнеся ни слова. Хотя ему казалось, что громкий стук его сердца был слышен громче звонка на урок.  

***

 

      Караоке. Узкий коридор освещенный неоного-синим светом, за дверьми слышны разные голоса вперемешку со смехом. Кто-то орет песни из-за нераздельной любви, кто-то в пьяном бреду сочиняет собственный мотив издавая душераздирающие вопли, а кто-то, как Минхо и Джисон — обычные подростки, которые решили провести вечер пятницы в приятной компании.       Мелодия из караоке-аппарата негромко играет, создавая атмосферу комфорта и спокойствия. Яркие цвета фиолетового и синего цветов переливаются в комнате, танцуя вальс на стенах, иногда ослепляя глаза. Вкусные закуски и сладкая газировка, которую так сильно любил младший, почти закончились. Непринуждённая беседа и такие красивые темные глаза опьяняли разум Минхо. Джисон сидел напротив, наполняя щеки едой, параллельно рассказывая, как отпрашивался у матери на встречу с другом. Но Ли слушает в пол уха. Он знает, что это неправильно. Знает, что неуважительно по отношению к другу. Ну, а что Минхо может сделать, если этот парень такой привлекательный и милый сидит напротив, с надутыми щеками, широкими глазами, что-то увлеченно рассказывающий.       — Может, песню выберем и споем вместе? – тут же доносится до слуха старшего, а он, как зачарованный, кивает положительно головой, улыбает, как будто в дурмане. –Хён, ты меня вообще слышишь? – Джисон провел рукой перед лицом друга, смотря на реакцию. Сфокусировав взгляд на реальности, Минхо мягко хватает Джисона за ладонь, тем самым убирая от своего лица.       — Я хочу услышать, как поёшь ты, – почти шепотом произнес Минхо, сдерживая себя, чтобы не поднести чужую ладонь к своему лицу. Щеки и шея Джисона покраснели от смущения и действий старшего. Хан надеется, что его красные щеки не видны в полумраке комнаты и благодаря музыке Минхо не услышит его громко бьющееся сердце. Хотя, Минхо и не услышит, потому что рядом с этим парнем его уши закладывало, а сердце грохотало в глотке.       — Л...ладно, я...да… – Джисон начал ворочаться в стороны, судорожно ища что-то. – Я... сейчас...где же? – Минхо лишь смотрел и умилялся от поведения Джисона.       — Что ты ищешь, малышарик? – настолько привычное прозвище, сейчас на сердце отдает таким теплом. И почему именно сейчас? Ведь парни ни единожды оставались наедине. И никогда личные встречи Джисону не казались такими...пытками(?)       — Пульт. Я...да пульт ищу, – Хан замечает пульт от караоке за спиной Минхо и тут же тянется за ним, но от своей неуклюжести, падает всем телом на колени своего хёна. Ли коленями ощущает чужое сильное сердцебиение и сам начинает нервничать. Это впервые когда парни настолько близко друг к другу. – ПРОСТИ! –слишком громко пискнул и отлетел на другую сторону дивана, сжимая пальцами пульт и смотря в упор на экран телевизора.       — Хан-и, все хорошо, – Ли расслабился и вновь улыбнулся профилю Джисона.       — Нашел, – Хан откинул пульт в сторону, беря микрофон в руки. Минхо перевел взгляд на телевизор смотря на выбор друга.

IU — Love Poem

 

      Мягкая мелодия ласкает уши. Хан прикрыл глаза покачиваясь из стороны в сторону в такт спокойной мелодии, ожидая окончания проигрыша. Когда до ушей Минхо доходят мелодичные слова, он резко поворачивает голову в сторону расслабленного парня, что практически растворился в песне и в музыке.       Неосознанно его тело движется ближе к Хану, не отводя взгляд от чужих закрытых глаз. Когда идет начало второго куплета, Хан медленно открывает глаза и поворачивается в сторону Минхо, смотря прямо в глаза:       «Я буду здесь, когда путь твой будет одинок.       До самого конца буду петь эту бесконечную песню.       Остановись на секунду и прислушайся.       Когда ты пойдешь сквозь длинную ночь, песня будет слышна…»         Минхо не выдерживает. Не выдерживает взгляд, голос, слова. Его сердце просто не выдерживает. Поэтому, Ли не позволяет Джисону получить 100 баллов в караоке и тянется в его сторону, кладя свою горячую ладонь, на мягкую щеку, притягивая своего «друга» за поцелуем, на который с задержкой, но отвечают.         Что для людей значит поцелуй? Для кого-то это просто обычный слюнообмен. Для кого-то — потеха. Для кого-то просто прелюдии. А для кого-то поцелуй — это слова, любовь, чувства, доказательства, действия, счастье и может быть зависимость.       Минхо утопает в мягких губах своего друга. Улыбается в чужие губы, прерывисто дыша, заглатывая в легкие чужой воздух. Минхо так счастлив касаться любимого лица, мягкой кожи горячих ушей, ловить устами томные вздохи младшего. Внутри Ли все сворачивается приятной щекоткой. Вот это то самое чувство, про которые все говорят: «Бабочки порхают»?       Нет, Минхо не верит бабочкам, потому что они могут быть опасными. Это чувство… Это что-то большее. Что-то более приятнее. Что-то, что обычными словами описать невозможно.       — Я так влюблен в тебя, – Минхо в дурмане переходит поцелуями на щеки, по которым скатываются слезы. – Я так безумно в тебя влюблен, – Ли оставляет короткий поцелуй на приоткрытых губах младшего, медленно открывая глаза, чтобы посмотреть в излюбленные медовые омуты. Хан же потерялся. Окончательно потерялся.       Все время парень сопротивлялся своим чувствам. Думал, что это не правильно любить Минхо. Думал, что это подростковое влечение. Но сейчас, когда его губы в плену чужих. Джисон чувствует все таким правильным(?).       Хан слышит шепот в свои губы, но не может нормально сфокусировать внимание. Поцелуй уже прервался, а Джисон продолжает фантомно ощущать его на губах, распаляя их. Джисону мало, он хочет еще раз ощутить вкус мягких губ на себе.       — Хан-и, пожалуйста, не плачь, – Минхо проводит большими пальцами по щекам, собирая дорожки слез. А Джисон и не заметил, что от приятных эмоций, который переполняли его сердце, потекли слезы.       — Я…мне не… – Джисон боится открыть глаза.       — Не волнуйся, посмотри на меня, прошу.       — Минхо-хён, – Хан аккуратно открывает глаза, встречаясь с блестящими напротив, – я, кажется... ты мне тоже нравишься, – он сказал. Джисон так счастлив, что смог произнести эти слова вслух. – Хён, ты мне нравишься. Минхо! – младший засмеялся и крепко обнял друга. — Это настолько «сильно-сильно нравится», что кажется, что я тоже влюблен.       — Хан-и, ты много говоришь, когда волнуешься, ты это знал? – Минхо также обнял парня за тонкую талию, но потянул на себя, падая спиной на мягкий диванчик, позволяя другу лежать на себе.       — Минхо-хён, я хочу, чтобы мы были вместе.       — Мы и так вместе.       — Нет, я хочу, чтобы ты меня обнимал.       — Я тебя и так обнимаю, – Минхо тихо засмеялся от хмурых бровей младшего, который легонько ударил кулаком в плечо.       — Ли Минхо! Я хочу, чтобы ты был моим парнем!       — Хан Джисон, я согласен быть твоим парнем, – Минхо снова потянулся за поцелуем.  

***

Прошло три года.       Парни два года живут вместе в одной квартире. Минхо поступил в университет на факультет бизнеса. Джисон же никуда не поступил. Он решил после школы заняться любимым делом, но уже было поздно подавать документы в колледж или университет искусств, так как Хан, на момент обучения в школе, забросил учебу конкретно, в последствии чего завалил вступительные экзамены. Его интересовало только написание музыки, поэтому он как-то и забыл про то, что ему нужно получить хоть какое-то музыкальное образование.       — Хан-и, я дома, – Минхо закидывает рюкзак куда-то в угол прихожей, и уже как на автомате проходит на кухню.       — Привет, – Джисон хмурится, смотря в экран телефона.       — Что-то случилось? Снова не приняли твои проекты? – Минхо подходит сзади, обминая за шею, ловя губами смазанный поцелуй.       — Да… Но тут пришел заказ.       — Что за заказ? – Ли положил подбородок на мягкую копну волос младшего, смотря в экран телефона.       — Они попросили, чтобы я написал песню для трейни на шоу выживания.       — Так это же круто! Хан-и! – Минхо крепко обнял любимого за шею, целуя мягкую щеку.       — Странно то, что они не принимают мои заявки, но сами пишут о заказах.       — Ну так, что… – Минхо прервал телефонный звонок. – Я на минуту, – Ли оставил короткий поцелуй на щеке, беря телефон.       — Да, мам.       — Сынок, – голос женщины был тихий, обеспокоенным. – Твой дедушка, он…  

***

        Что для людей значит слово «семья»? Родители? Дом? Друзья? Вторая половинка?       Для каждого человека «семья» — свое собственное понятие. Точного обобщающего определения в жизни нет.       Для Джисона родители — это не семья. Мать считала сына просто своей обязанностью. Хан однажды подслушал пьяный разговор матери со своим отчимом, та говорила, что родила его исключительно для того, чтобы удержать отца Хана рядом с собой. Тот не любил ее, но мать желала быть рядом с любимым. Женщина умела любить, но точно не своего сына.       Джисон до встречи с Минхо думал, что семья — это обязанность. Думал, что это нормально, когда мать не интересуется учебой сына, но упрекает насчет мечты. Перед отъездом из дома, Хан повздорил с родительницей, когда сказал, что он будет заниматься музыкой, а та раскрыла правду. Отец Джисона был музыкантом, поэтому женщина всегда была против данного увлечения.       Сейчас для Хана семья — это Минхо. Минхо — опора, поддержка, счастье, спокойствие, слезы, блаженство, любовь.       Для младшего нет ничего больнее того, когда его семья тускнеет прямо на глазах.       — Минхо? – Джисон встал напротив, заглядывая в стеклянные глаза своего парня.       — Да, мам, я тебя понял, – Ли отпустил руку от уха и посмотрел в любимые медовые глаза. – Дедушка потерял сознание, сейчас он в больнице и показатели плохие.       — Все будет хорошо, – Джисон аккуратно обнял парня за шею, мягкими движениями проводя по спине.       — Да, все будет хорошо…  

***

        — Минхо, это нужно для будущего нашей семьи! – женщина повышает голос, смотря грозным взглядом на своего серьезного сына.       — Я в отношениях с другим! Я люблю Джисона, почему я вообще должен в таком раннем возрасте жениться?       — Это нужно для компании! Наставление дедушки, – женщина ослаблено садиться в кресло.       — Мама, всю мою жизнь вы меня контролировали. Вы мне сами говорили, что любовь – превыше всего. Говорили, что любите меня. Почему сейчас на пост председателя не могут взять отца?       — Ты знаешь грехи своего отца, – мать сама не желала портить жизнь своему сыну, но для сохранения многолетних трудов нужно идти на риски.       — Неужели без жены я не смогу управлять компанией? Зачем этот союз? Я как-будто в типичную дораму попал, – парень зол на родителя. Он был благодарен, что ранее мать и отец приняли его отношения с парнем, взяв обещание с пары, что это не выльется в массы и не создаст проблем. Но в данный момент это родители создали проблему.       — Нам нужен союз, потому что…       — Потому что дедушка так решил? Не лезьте в мою личную жизнь! А если так и дальше продолжиться, то я отказываюсь от этого поста! – Минхо громко встал с дивана, на котором до этого сидел и направился на выход из кабинета.       — Ты не можешь так говорить! Не разрушай нашу семью!       — Моя семья – Джисон. И от него я не откажусь! – парень громко закрыл за собой дверь уходя к любимому.  

***

 

Люди плачут не потому, что они слабые, а потому, что они были сильными слишком долгое время.

      Минхо очень долго был сильным. Пытался не показывать свои слабости, как окружающим, так и самому себе. Парень прятался от своих истинных чувств, не позволял окружающим волноваться о нем. Но вот не задача! Рядом был человек, который читал парня, словно открытую книгу.       Два дня назад Минхо вернулся очень уставшим, с вымученным выражением лица и натянутой улыбкой. Джисон в тот вечер ничего не сказал, а просто коротко обнял и подарил приветственный поцелуй своему любимому. Тогда ночь была беспокойной, так как парни лежали отвернувшись друг от друга, соприкасаясь спинами и каждый из них не мог нормально уснуть – мысли терзали голову. Джисон думал о состоянии старшего и его молчаливости. Минхо же думал о словах своей матери и их ссоры. Ли не желал бросать свою любовь. Парень не хотел разбивать два сердца одновременно. И он так никогда в жизни не поступит! Ради выгоды для компании его деда, бросать свою любовь — никогда и ни за что!       Следующий день проходил в тревожном темпе, так как с самого утра поступило сообщение от матери, которая писала о том, чтобы сын одумался и не разрушал многолетний труд его семьи.       Семья… Минхо долго думал о том, что их «семья» давно перестала быть таковой. В их «семье» давно не было любви, давно не было понимания и заботы. В их «семье» была только взаимовыгода и бизнес. Но вот первое определение сейчас никак не шло на встречу к парню.       — Минхо, мне нужно на встречу, – Джисон подходит к Минхо, который сидел и просто смотрел на пустую чашку напротив.       — Да, конечно, иди, – бесцветным голосом ответил старший, не отрывая пустой взгляд от чашки.       Хан хотел тогда что-то ещё сказать, но он только оставил быстрый поцелуй в щеку, покинул квартиру. А Минхо продолжил внутренние терзания. Если он бросит Хана и жениться не известно на ком, то у него будет пост председателя компании, будет много возможностей и денег, но не будет только одного — счастья.       Если он снова отвергнет маму, значит у него будет Джисон, а вместе с ним счастье, любовь…но потеряет родителей, которые всю жизнь отдали своему семейному делу, которые всё детство твердили о учебе и не позволяли играть со сверстниками.       И казалось бы, выбор Минхо очевиден! Но вот… Не смотря на то, что родители лишили парня детства, он все равно продолжал их любить. Ли не хотел обрывать все контакты с родителями. Парень хотел самого простого — понимание.       Прокручивая в голове многочисленные варианты дальнейшего будущего. Минхо не заметил, как наступил поздний вечер, а спина его затекла. Посмотрев на часы, парень понимает, что Джисон все ещё не вернулся. Встав со своего места, Минхо пошел в сторону комнаты, где на стене висели общие фотографии с Джисоном. Ли снова погрузился в свои мысли, что были заполнены воспоминаниями.       Яркие моменты. Счастливые улыбки. Нежные слова. Всё это так начало давить комом в горле. Парень и не заметил, как медленные слёзы стекали по щекам, носу, подбородку.       — Эй…– тихий шепот в ухо испугал, Минхо дернулся и хотел повернуться, но ему не дали сильные руки, что обнимали его талию. За эти годы Хан значительно набрал мышечную массу. – Минхо, расскажи мне, пожалуйста… – Джисон по привычке опустил свою голову на плечо старшего.       — Я просто понял, – Ли поворачивается к парню, также обнимая. – Что очень сильно тебя люблю.       — Я тебя тоже люблю, – Джисон вытирает чужие слезы своими губами, позволяя Ли расслабиться и улыбнуться.       — Мама сказала, чтобы я…       — Я знаю.       — Что? – Минхо был в замешательстве. Глаза все ещё наполненные слезами стали больше.       — Я был на встрече с твоей мамой. Стой, не перебивай, – Хан приложил палец к чужим губам, что уже начали набирать воздух. – Она мне предложила место у ее знакомого композитора, чтобы я был продюссером в той компании. Но было только одно условие, чтобы я расстался с тобой.       — И ты выбрал…?       — Ох, да! – парень улыбнулся и отошёл в сторону шкафа. – Я конечно же выбрал место продюссера! — сердце Минхо тут же сжалось и начало рваться в клочья, когда Джисон начал доставать чемодан из шкафа. Слёзы градом посыпались из глаз, а слова не складывались в предложения. Минхо не мог поверить, что Джисон так поступает с ним.       — Джи…       — А знаешь что? – резко прервал того младший, подходя в плотную, беря дрожащие руки в свои. – Я хотел бы поехать в медовый месяц в Японию и посетить то самое аниме-кафе. Помнишь, я тебе ссылку кидал? Там повара готовят еду из разных аниме и манхв!       — Ч...что?       — Ли Минхо, – Джисон берет левую руку парня, поднося к своим губам, оставляя нежный поцелуй. Минхо переводит взгляд на свою руку, где покоилось обручальное кольцо.       — Э…это? – слёзы новым потоком полились из глаз, но уже сопровождались улыбкой и непониманием происходящего.       — Настала твоя очередь смущаться и заикаться? – Хан переложил руки на талию парня, прижимая его ближе к себе, говоря прямо в губы. – Я не желаю получать отказа, поэтому решил просто сковать тебя сразу. Хочу, чтобы ты стал моим мужем.       — Я…да…я…Джисон, – эмоции брали верх. Внутри вихрем все металось, что Минхо не выдержал и со всей любовью поцеловал своего будущего мужа в губы. Обнимал со всей силы, что у него была, показывая тем самым, что никогда не отпустит свою любовь и шанс быть любимым.       — Я люблю тебя. Безумно. Сильно, — на каждое слово приходил новый поцелуй. Безымянный палец окутывало приятное тепло. Минхо сжал левую руку в кулак, обещая, что никогда в жизни не снимет это кольцо со своего пальца.       — Я тоже люблю тебя.       — Но! Что это было? – Минхо красными глазами посмотрел на открытый чемодан на полу.       — А, да, – Джисон засмеялся, – там лежало кольцо.       — Ты, дурак! Меня испугал! – Минхо начал бить парня кулаками по плечам.       — Уже семейные разборки? Минхо, могу в полицию заявить.       — Заткнись и объяснись!       — Ты не логичный, – Джисон закатил глаза, с широкой улыбкой смотря на любимого. А Минхо же угрожающе испепелял лицо Хана. – Ладно, – Джисон сильнее обнял парня, говоря уже тише. – Я действительно виделся с твоей мамой, и, да, она мне предлагала как деньги, так и место в какой-то компании, но до этого я встречался с продюсером, который ранее мне написал о песне для шоу. Его зовут Чанбин, сказал, что ознакомился со всеми моими работами и предложил место у них, если я напишу песню. Вот, с этим предложением я и согласился.       — А…       — Твоя мама была неприступна. Она против нас с тобой. Но и я не желаю тебя терять, поэтому в порыве злости я ей наговорил слишком много всего. А она знаешь, что мне ответила?       — Боюсь представить, – Минхо опустил голову вниз. Зная свою мать, она могла наговорить достаточно много. А также с ее связями и деньгами, вполне могла угрожать жизни.       — Она сказала, что счастлива, что рядом с ее сыном есть человек, который искренне любит и не планирует отступать. Сказала, что постарается решить моменты с завещанием, но вряд ли ты будешь главой компании и работать там. Прости меня.       — Спасибо, Джисон, – Минхо был счастлив избавиться от семейный оков. Счастлив, что теперь ему не придётся волноваться за свою свободу и будущее. Минхо просто счастлив, что он может быть рядом с Джисоном.       — За что ты меня благодаришь?! Ты же всё отдал, ради того, чтобы быть председателем!       — Спасибо, что освободил меня, – Минхо снова поцеловал парня. – До этого у меня не было собственных мыслей, целей и мечты. Я жил по указу родителей, а сейчас я волен сам решать свое будущее.       — Минхо, – Хан снова положил свою голову на плечо, продолжая обнимать своего уже будущего мужа.       — Мм?       — Я устал стоять, – Минхо лишь засмеялся, ещё крепче обнимая парня, в последний раз поцеловал, отпустив его.       — Пошли покушаем, муженёк.       — Как ты меня назвал? – Джисон удивлённо смотрел уже в пустой проем двери, слыша, как на кухне открывается дверь холодильника. – Минхо, повтори ещё раз, как ты меня назвал! – Ли лишь смеялся и отнекивался, уворачиваясь от объятий любимого, который требовал повторить фразу.  

🌘🌖🌕🌔🌒

 

      Их любовь была похожа на клишированный подростковый сериал.

      Ли Минхо — всегда был популярным паренем как в старшей школе, так и в университете. Добрый, умный и всеми любимый. Всегда стремился быть на первом месте. Так было всегда.        До определённого момента.       Момента когда он встретил большие напуганные глаза, которые в будущем ему подарили обручальное кольцо и счастье.       Хан Джисон — обычный парень из всех обычных. Время любил проводить за музыкой и видео-играми. Не поступив в университет или колледж, парень просто продолжал работать над музыкой. У Джисона была обычная жизнь тихони.       До определенного момента.       Момента встречи с парнем, который первый предложил ему дружбу, который долгое время поддерживал его, подарил любовь и поездку в Японию на их медовый месяц.