Горячее проклятье.

      Горячий дым магии Тома обволакивал класс, тяжелый и сладкий, как испарения дорогого виски. Воздух был густ от пота, от сдавленных стонов, от шепота заклинаний, которые никто не произносил вслух. Гарри впился пальцами в парту, чувствуя, как дерево трещит под его хваткой. Его рубашка прилипла к спине, а между ног пульсировало так сильно, что он боялся – вот-вот все увидят, как его штаны предательски темнеют от влаги.       Том сидел рядом, совершенно невозмутимый, только уголки его губ дрожали в едва заметной усмешке. Но его магия... Она была везде. Горячие, невидимые щупальца скользили по внутренней стороне бедер Гарри, заставляя их дрожать, сжиматься. Они ласкали, щипали, растягивали кожу, оставляя на ней невидимые следы.       — Ты так красиво краснеешь... — шепот Тома вполз в его сознание, как змея в нору.       Гарри закусил губу до крови, когда одно из этих невидимых щупалец упёрлось в его вход, настойчиво, требовательно. Оно не просило разрешения – оно брало.       — Нет... — вырвалось у Гарри хрипло, но было уже поздно. Магия Тома вошла в него, растягивая, наполняя, заставляя его задыхаться. Она двигалась внутри, как живая, ища, нащупывая то самое место, от которого мир плыл перед глазами.       —Ты же любишь, когда я тебя наполняю... — снова шепот, густой, как патока, ядовитый, как самый изощренный яд.       Гарри выгнулся, чувствуя, как его тело предательски отвечает на каждое движение, на каждый толчок. Его член пульсировал, капал, делая штаны липкими и прозрачными. Он был так возбужден, что предэякулят сочился непрерывно, смешиваясь с потом, пропитывая ткань.       Том наблюдал за ним, не сводя глаз. Его зрачки были расширены, черные, как сама тьма, и в них горел голод. Он вдыхал запах Гарри – мускусный, звериный, – и наслаждался каждой секундой этого унижения.       — Кончай.       Это не было просьбой. Это был приказ.       Магия Тома сжала его член, вытягивая оргазм, выжимая его, как сок из спелого плода. Гарри закинул голову, его тело затряслось в немой судороге, но звука не было – Том позаботился об этом.       Когда волна отпустила, Гарри обмяк, чувствуя, как сперма заливает белье, горячая и липкая. Его ноги дрожали, живот горел, а между бедер все еще пульсировало, будто магия Тома не собиралась отпускать его так просто.       Звонок прозвенел, но Гарри едва мог пошевелиться. Том прошел мимо, его пальцы скользнули по пояснице Поттера, обжигая даже через ткань.       — Ты мой.       Шепот впился в мозг, как заклятие.       И Гарри, стиснув зубы, понял – это правда.              Он принадлежал Тому.       И будет принадлежать снова и снова.