Обратно домой.

Парень в голубом шарфе в клетку стоял один посреди огромного бункера, а именно его базовой комнаты. Он стоял здесь один, как и большую часть времени с того, как он тут появился, от этого становится не по себе. Сколько бы секунд, часов, дней не прошло с того, как он остаётся сам с собой наедине, он никак и не привыкнет к этому. Если к такому вообще можно привыкнуть... Но больше одиночества его пугали его мысли о том, что другого выхода у них нет, как и плана того, что делать дальше. Нет, кроме его отвязки. Если он отвяжется, у них может выйти план действий. Он готов на эту жертву ради всех остальных существ. Но только сложно представить в мыслях то, что единственный вариант у них — это то, чего он избегал так долго, а сейчас собирается добровольно предложить это своим друзьям. М-да. Но он надеялся на то, что у Лайи окажется план, что она будет знать, что делать дальше, и ему не придётся этого делать. Он правда надеялся. Но его надежды разбились в ту же секунду, как друзья лишь приняли его решение и не стали отговаривать. Но когда они уже все втроем стояли в том же базовом модуле Лололошки, тот наконец-то принял окончательное решение. Которое решил озвучить в тот же момент. - Видимо, других вариантов у нас нет, кроме как моя отвязка... - произнес шатен с явным недовольством к такому исходу событий, но как будто на этот тон никто и не обращал внимания. Но это неважно. Лайя хотела что-то сказать на слова первого, но тут же остановилась, почувствовав холод в помещении, но такой... Неестественный, что ли? Мурашки от неожиданной низкой температуры пробежали не только у девушки, но и у остальных присутствующих в комнате, в частности двух первых, только те, в отличие от девушки, знали причину прохлады. Смотрящий. Повернувшись ко Смотрящему, и хотел было что-то сказать, но не успел. Почувствовав сильный холод, а после как то, что он перестал чувствовать твёрдую поверхность под своими ногами. Только долго это не продлилось, уже через секунды 3 он упал на что-то, точнее кого-то, но кто это был, разглядеть не вышло. Голова кружилась, а веки были слишком тяжёлыми, и он тут же свалился в обморок. *** Проснулся он на какой-то кровати, а перед глазами он видел двух людей? «Наверное, это Вальдхар и Лайя», подумал он, а кто еще? Организация не могла сюда явиться. Так что это точно они, так, по крайней мере, предположил сам Лололошка. Зрение размыто, а в ушах был шум, не понять. Он лишь закрыл глаза, надеясь, что так станет лучше. Что это только что было? Последнее, что он помнит, — это Смотрящий и боль от падения. Кстати, а падения куда? — Вальдхар, Лайя, а что со мной случилось, когда пришёл Смотрящий? - произнёс он, когда его состояние вернулось в норму. Но глаза всё ещё держал закрытыми, всё же лучше стоит отдохнуть. Сколько он лежал так? Ответа не было. Пока не послышался кашель, после чего первый наконец открыл глаза. И увидел перед собой не Вальда или Лайетану. Он увидел перед собой Джона и Сайриссу. Тот долго смотрел на них и молчал. Парень не понимал, что сейчас происходит, вместо слов он просто встал и подошёл к Джону. Сам же учёный в ожидании действий от своей копии поднял бровь. К нему начали прикасаться, но Джон, к удивлению, не стал убирать чужие руки от себя. Внимательно наблюдая за Лололошкой. — Ты... Джон? - произнёс он после чего уточнил: — Я имею в виду то, что ты настоящий Джон? После этих слов он отошёл, в ожидании глядя на парня в оранжевом шарфе. В отличие от галлюцинаций он довольно-таки тёплый, живой. — Лололошка, объясни, что всё это значит? На вопрос мироходца он не ответил. Что здесь происходит? — Ответь мне на вопрос, пожалуйста... — произнёс он, прикусывая нижнюю губу, а после продолжил: — Мне нужен только ответ... На такое несвойственное поведение Джон лишь опустил очки и оглядел парня. - Ну да-да, я настоящий. А теперь-то ты отве- Только учёный не успел закончить предложение, как его обняли, не сильно, не принуждали. Он легко мог выбраться, но не стал. А снизу послышался всхлип. Он заплакал. Учёный только неуверенно обнял в ответ. Что-то явно произошло и явно очень серьёзное. Но сейчас он даст ему успокоиться, а потом он расскажет всё