Исповедь Теней

«Рон, вернись, не оставляй меня одну, мне страшно» – голос Гермионы сорвался на крик, когда она бросилась вслед за удаляющейся фигурой. Бок пронзила резкая боль, но она, стиснув зубы и вцепившись ногтями в собственную руку, продолжила бежать, стараясь не потерять его из виду. Набрав побольше воздуха, она отчаянно закричала: «Ты мне нужен, вернись! Я без тебя не справляюсь, я погибаю!» Когда рыжая голова окончательно исчезла из поля зрения, Гермиона рухнула на землю, чувствуя, как к горлу подступают рыдания: - Мудила! - Пидорас! - Урод! - Ненавижу! - Лучше бы ты сдох тогда! Каждое слово, сказанное в пустоту, отскакивало эхом от стен, усиливая её боль. Дышать становилось все труднее, перед глазами потемнело, а в груди разрасталась пустота, поглощая её изнутри. Гермиона начала ловить воздух ртом, как рыба случайно выброшенная на сушу, она начала сильно кашлять, ей показалось, что еще секунда и она просто выкашлянет свои легкие и… Она проснулась. Хрупкая, дрожащая от страха, Гермиона села на кровати, вся в холодном поту. Её тело всё ещё сотрясал нервный кашель, и она изо всех сил пыталась успокоиться. «Лампа, кровать, штора, рука, книги, шкаф, картина», – она мысленно перечисляла предметы вокруг себя, пока её пульс постепенно не вернулся в норму, а дыхание стало ровным. Бросив взгляд на будильник, она увидела 5:30. Гермиона тихо выдохнула и, покачав головой, поднялась с кровати, крепче укутавшись в махровый халат. Глоток горячего эспрессо обжег губы, но вернул её к жизни. Сев за стол, она не спеша развернула «Ежедневный пророк» и принялась бегло просматривать заголовки, пытаясь найти что-то действительно интересное. Её взгляд остановился на заметке: «У Малфоев снова проблемы? Заслуженное наказание или же способ привлечь к себе внимание?». Гермиона с раздражением закатила глаза и перелистнула на следующую страницу и уставилась в нее отсутствующим взглядом. Просидев таким образом как минимум минут 5, она машинально перевернула еще одну. Ее брови нахмурились. - Ну уж нет! - без тени сомнения, но чуть громче, чем стоило бы говорить в безлюдной квартире, прикрикнула Гермиона и хлестко ударила газетой о столешницу.

***

Ровно через час Гермиона уже была в Министерстве Магии, уверенно направляясь к своему рабочему месту. — Мисс Грейнджер, сегодня вы даже раньше, чем обычно! Вы вообще отдыхаете? — раздался хриплый мужской голос позади. Она обернулась и увидела Курта Хендриксона, начальника сектора по борьбе с неправомерным использованием магии и её непосредственного руководителя. Полный мужчина средних лет, Хендриксон был тем, кто на последнем курсе её обучения в Хогвартсе лично предложил ей стажировку в отделе. Сегодня он выглядел чуть более уставшим, чем обычно: под глазами залегли тени, а на его столе стояли шесть пустых чашек из-под кофе. - Все в порядке, Мистер Хендриксон - буднично ответила Гермиона, махнув рукой - А вы сегодня снова ночевали в Министерстве? - Ничего-то от тебя не скрыть - хмыкнул он - Да, но об этом чуть позже. - он посмотрел на Гермиону и тепло улыбнулся - И все-таки, девочка моя, я за тебя переживаю, ты ж еще совсем молодая, тебе сколько? Всего 22! Не могу поверить, что я это говорю, но ты вообще не отдыхаешь: приходишь в 7 утра, уходишь в 8 вечера... А жить-то, жить когда собираешься? Гермиона почувствовала, как её лицо заливает румянец. Она знала, что начальник желает ей только добра и искренне ценит её работу. За три года, она из простого стажёра выросла до правой руки Хендриксона. Но его бестактность порой раздражала её. Она глубоко вдохнула, закрыла глаза на мгновение, а затем с выдохом натянула на лицо благодарную улыбку. - Спасибо большое за заботу - она заметила, как её руки непроизвольно начали теребить край юбки. — Если вы не возражаете, мне нужно вернуться к работе. Я вчера не успела закончить разбор конфискованных ирландских котлов, и, возможно, придётся подключить отдел выявления поддельных защитных оберегов, — её глаза загорелись, стоило ей заговорить о работе. Она уже собиралась идти к своему рабочему месту, когда он вновь заговорил. - Ты читала сегодняшний выпуск «Пророка»? - Открыла, пробежалась по заголовкам и закрыла, — ответила она с усилием, стараясь сохранить дружелюбие в голосе. — А теперь, если вы не возражаете… - Прочитай статью про Малфоев Гермиона не смогла удержаться и закатила глаза, но всего на мгновение. - Не шучу, это важно. Чем раньше ты её изучишь, тем лучше. А теперь ступай, хорошего тебе дня. Гермиона наконец с облегчением выдохнула и направилась к своему кабинету. «Подумать только, вместо того чтобы разбираться с котлами, придётся заниматься чтением какой-то желтушной статьи», - подумала она, слегка нахмурившись, и тихо цокнула языком. *** На краю стола её поджидала газета, предусмотрительно открытая Хендриксоном на «нужной странице». Со страницы «Пророка» на Гермиону смотрел Малфой. Его глаза выразили высшую степень презрения, а губы исказила ухмылка, которая, казалось, предназначалась лично ей. Затем он драматично закрыл лицо рукой, и фотография погасла, оставив вместо себя черный прямоугольник. Гермиона фыркнула: «Ну, просто театральная постановка. Лучше бы эта статья действительно оказалась стоящей». Заголовок кричал: «У Малфоев снова проблемы? Заслуженное наказание или же способ привлечь к себе внимание?» «Вчера ночью Люциуса Малфоя, бывшего Пожирателя Смерти и представителя одного из древнейших и богатейших родов чистокровных волшебников, взяли под арест. Дальнейшая судьба аристократа неизвестна, как и его супруги Нарциссы, которая, как обычно, предпочла отмолчаться. Наверное, высший свет подразумевает уметь сохранять молчание в особо скандальных ситуациях. В особняке Малфоев неделю была замечена аномальная магическая активность, и, думаю, не для кого не секрет, что Люциус питает слабость к артефактам тёмной магии. С конца Второй магической войны Малфой Менор был проверен от чердака до подвала, и всё, что могло представлять опасность, давно конфисковано или уничтожено. Но, как показывает практика, Малфои всегда найдут способ сохранить нечто особенное для своих нужд. Единственный наследник Драко Малфой, с явно присущим ему обаянием, заявил прессе: „Отстаньте уже от меня и моей семьи. Министерству и прессе уж точно не стоит совать нос не в свои дела. До свидания.“ Интересно, Драко всё ещё помнит, что „до свидания“ вежливо заменяет более экспрессивные формы прощания? Или это просто пример его блестящего воспитания? Возможно, вся эта шумиха не более чем очередной спектакль, чтобы вновь привлечь внимание к своей семье. Ведь всем известно: чёрный пиар — тоже пиар. Тем более, что в воздухе уже давно витают слухи, что наша любимая аристократическая семейка уже далеко не самая богатая в Великобритании, а если выражаться еще точнее большая часть их денег уходит на поддержание особняка. Следите за обновлениями, ведь, возможно, очень скоро мы узнаем всю правду. Ваша верная Рита Скиттер». Гермиона отложила газету и не сдержала саркастической усмешки. «Вот уж Рита постаралась — как всегда, ни одной фразы без язвительного комментария. Если бы сарказм можно было бы продавать, Рита давно бы перекупила Малфоев и сделала бы из их особняка музей самовлюбленности». Она постучала пальцем по столу, обдумывая прочитанное. «Конечно, Малфои те ещё… но таким тоном писать о них и сочинять сплетни на ровном месте — это точно в стиле Риты. Интересно, она когда-нибудь устанет наслаждаться чужими несчастьями? Наверное, нет, иначе её тиражи резко упали бы». Гермиона аккуратно сложила газету, засунула её в выдвижной ящик стола и повернула ключ, закрывая её. «Вот и всё. Не хочу больше ни минуты тратить на мысли о Малфоях, по крайней мере, пока Хендриксон сам не поднимет этот вопрос. Хватит с меня всей этой драмы», — подумала она, чувствуя лёгкое облегчение. В ее дверь постучали. - Входите - отсутствующим голосом сказала девушка, все еще пребывая в своих мыслях - Не ожидал, что ты пустишь - усмехнулся Рон