BLASPHEMERS. pilot.

━━━ • ✙ • ━━━

Четверг. 16:36

База «Авдон».

Отдел по борьбе с демонами.

      По светлому коридору на вечернюю молитву шёл молодой «белый воротник». Где светлый коридор – это выход из туалета, а вечерняя молитва – планёрка у начальства, которое подготовило очередной длинный список нарушений.       — Вот же хрень…       Ли Феликс. Позывной в отряде – Ликс.       Инквизитор в третьем поколении. Звучит смешно, ведь и его отец, и дед давали обет безбрачия, но вот бэйбика на стороне заделать им ничего не мешало. «Плоть слаба, мой мальчик,» — отвечали они на вопрос, потягивая молодое вино.       Сейчас, в возрасте двадцати пяти лет, Феликс только отмахивался и закатывал глаза на подколы со стороны сослуживцев по поводу своего происхождения. Однако, он был силён и имел в наличии целых двух «контрактников», что говорило о многом.       Слабо постучавшись в дверь, парень открыл ее и сразу же встретился с хмурым взглядом Викария.       — Добрый вечер, Викарий Луциан, — парень смиренно опустил голову, а после поцеловал протянутую руку. — Мне сказали, что вы искали меня.       — Сын мой, у тебя очень большие проблемы, — мужчина не церемонился, переходя сразу к делу. — Превышение полномочий, бранная речь, упоминания Господа в… Даже говорить страшно.       — Мне назначат наказание?       — Уже назначили. Экспиация.       — Чт… Викарий Луциан! Я только недавно вернулся с зачистки во втором блоке, и теперь снова?!       — Молчи! — мужчина чуть повысил голос и поднял руку, призывая к сдержанности. — Ты не смог удержать своих подчинённых и пришлось вызывать Кристофера для подавления. Епископ хотел отстранить тебя, но я настоял, на дополнительных работах.       «Вот же бл…» — Феликс поджал губы и опустил глаза. — «Эти два…выродка божьих…прибью…»       — Что гласит вторая доктрина, сын мой?       Парень сделал глубокий вдох и на выходе произнёс:       — «Сатану можно вести на поводке, если на другом конце – Архангел».       — Что это значит?       — Инквизитор должен нести ответственность и за себя, и за своих подчинённых…       — И если что-то пойдёт не так?       — Инквизитору придётся платить кровью…       Взгляд мужчины смягчился. Он позволил себе подойти ближе и подбадривающе похлопать Феликса по плечу.       — Пойми, Феликс, я дал твоему покойному отцу обещание беречь тебя, пока сам жив.       «Вот же старый хрыч… Пиздишь, как дышишь же!»       — Понимаю… Я могу идти?       — Иди… — тихо произнём мужчина, но когда Феликс почти скрылся за дверью кинул. — Не забудь провести обряд покаяния своим…падшим.

━━━ • ✙ • ━━━

      Падшие — инструмент в руках церкви. Тайное оружие, направленное самим Господом в руки его последователей. Чушь, но только на половину. Они были инструментом, но вот вряд ли посланы небесами. Их оттуда пнули под зад и не спешили возвращать назад. О какой помощи речь? Людям кинули милостыню в виде завалявшейся мелочи в кармане, а они и рады.       Падшие ангелы визуально не сильно отличались от людей, за исключением привлекательной внешности и ярко-серых глаз, в которых якобы можно было увидеть божью благодать. И Феликс поклялся бы, что в этих глаза было всё что угодно, но точно не благодать. От его подопечных ёю вообще не пахло. Один озабоченный, второй конченный, оба придурки и делали мозги Феликсу по поводу и без.       «Твою мать…» — про себя выругался парень, спуская всю обойму в тренировочный манекен.       После разговора с викарием хотелось только одного – выпустить очередь в голову сначала одному, затем второму падшему и наблюдать, как их мозги стекают по стене, а потом плавно собираются обратно. Это их не убьёт, но больно будет сильно, и их крики наполнили бы жизнь Феликса хоть каким-то смыслом. Ну, ещё это приятно. Отрицание факта – грех.       Однако, вместо того, чтобы делать дырки в живых, он пошёл шмалять по искусственным. Запах пороха приводил мысли в норму и тушил праведный гнев внутри. Патроны, к счастью, быстро кончились, спасая деревяшки от дальнейшего огнестрельного насилия инквизитора.       Феликс поставил пистолет на предохранитель, сунул в кобуру, покрестился и ушёл со стрельбища. Впереди его ждал долгий разговор.

━━━ • ✙ • ━━━

Четверг. 19:42

База «Авдон».

Квартира 7-B.

      — День добрый, падрэ, — сухо произнёс один из ангелов, стоило Феликсу переступить порог их скромного жилища. — Как там старый? Не помер ещё?       — Во-первых. Уже вечер. Во-вторых, почему ты голый и весь в крови?!       Падший номер раз. Саркиэль. Боевой ангел. Позывной – Йен. Причина изгнания – поддался греху чревоугодия и вкусил плоть демона.       — Не у меня спрашивай, а у этого пернатого, — Йен кивнул в сторону ванной. — Прочитал какую-то книгу и решил, что горловой минет будет отличной идеей.       — Допустим, — Феликс раздражённо потёр переносицу. — А кровь откуда?       — Так горловой же, — парень указал на затянувшийся продольный надрез, начинающийся от нижнего края нижней челюсти и до ключичной впадины.       — Фу, — Феликса возмущённо цыкнул и помотал головой в надежде выкинуть из мыслей слишком яркую картинку.       Из ванной комнаты вышел второй падший, натягивая на ходу штаны.       — Халлоу, папочка, — улыбнулся ангел, показывая длинные клыки. — Как день? Как служба? Надеюсь тебя не сильно отхлестали по попке. Она слишком сладкая для наказаний.       — Возрадуйся же, святая Царица, Матерь Милосердия… Я ещё не сошёл с ума… Падший номер два. Эливан. Ангел спасения, приходящий в час нужды. Позывной — Хёнджин. Причина изгнания — случайно натравил суккуба на мужской монастырь.       Феликс сделал глубокий вдох и выдох. Смирение, терпение и вера – то, что придало форму его самообладанию. А два пистолета под мышкой, вино и индульгенция – три столпа, на которых оно держалось. Господь свидетель, он просил не так многого, когда загадывал желание, стоя на коленях у кровати. Но в итоге – он один, их двое и сам Дьявол, увидев их, перекрестился бы.        — Не одевайтесь, — резко и тихо выпалил Феликса, скидывая белоснежный китель на стул и закатывая рукава рубашки.       — У-у-у, папочка будет нас наказывать? — Хёнджин прищурился, предвкушая боль, но отвлёкся на шёпот слева от себя.       Шёпот, наполненный ужасом…       — Не-не-не. Только не это… — Йен упал на колени и подполз к парню, хватаясь на штаны. — Феликс, ты же сказал, что не будешь, а? Смилуйся! У меня ещё спина с прошлого раза не зажила!       — Покайтесь.       Падшие словно застыли на месте, удерживаемые невидимыми оковами. Их глаза поменяли цвет на красный, а белок заполнился угольно-чёрным – грех в его реальном проявлении.       — Покайтесь.       На второе слово, ангелы припали к земле, подставляя голые спины.       — Покайтесь.       Третье слово и на руках Феликса, до этого чистых и без единой метки, проявлялись символы на языке древних – кровавый обет. «Господи, прости тех, кого я не смог удержать. Прими тех, кого я послал на смерть, веря, что спасаю. Накажи меня, если я ослеп и свернул с пути Твоего.»       Он читал молитву не вслух, но существа перед ним дрожали от боли. Их блестящие спины покрывались мелкими царапинами и заливались кровью. Каждое слово – боль, каждое новое слово – жжение на коже. В носу стоял запах пороха, как на стрельбище, побуждая в глубине Феликса чувства слишком постыдные. Парень закрыл глаза, чтобы не отвлекаться, но до ушей всё больше доносились стоны. «Даруй им благодати Твоей, который они не заметили во тьме. Я не святой, но я был их щитом. И если пробиты они как и я – зашей, если гниют они как и я – вырежи. И пусть, если падут они как и я – падут с именем Твоим.»       — Аминь… — Феликс медленно открыл глаза и тут же закрыл их, не желая наблюдать картину перед собой.       — Уёбок, пернатый… — сдавленно прорычал Йен. — Твоя конча мне на ногу попала!       — Папочка…пожалуйста…дай мне ещё…       «Господи, за что мне это испытание…»

━━━ • ✙ • ━━━

Пятница. 9:53

База «Авдон».

Квартира 7-B.

      — На сбор пол часа. Спускаемся в третью зону. Приказ Викария Луциана.       — Как зачистка третьей зоны? Почему вчера не сказал?! — с набитым ртом орал Хёнджин.       — Дебил, ему разнарядку только сейчас дали, — злобно шикнул Йен, потягиваясь и одновременно снимая с себя футболку. — И как бы он успел? После вчерашнего твоего высера, нам пришлось пол отмывать!       — Я не виноват! Это всё наш многоуважаемый папочка Феликс, — губы падшего растянулись в улыбке, а лицо приобрело крайне блаженный вид.       — Ты обоссал его! Обоссал, пидорское ты отродье! Ещё и меня за одно, совести у те… — Йен замер и его выражение лица с праведного раздражения резко переключило на холодо-циничное. — Хотя нет, твою совесть выжрали хламидии.       — Я вот иногда думаю… Может он суккуба специально натравил на монастырь? — подал голос Феликс, падая в любимое кресло.       — День открытых дверей же! Кто ж знал, что их двери находятся между их пресвятых булок…       — Ты открыл путь нечистому на освящённую землю. Людей не пожалел, но суккуб-то что тебе сделал?       — Он жил в кайф! Хотел исполнить своё заветное желание, ну и я помог. — Хёнджин театрально вскинул руки, — И как же ярко он прожил свои последние минуты демонской жизни… Мне бы так…       — Подожди… — Йен приподнял бровь, мысленно возвращаясь к словам Феликса. — Третья зона, третья зона… Это та зона, где за последние три месяца исчезло двадцать восемь человек?       — Именно она. Чудесное место, как его мозги после секса, — кивнул на Хёнджина Феликс. — Абсолютная неизвестность и пугающая пустота.       — Обожаю хорроры с участием собственной жопы, — радостно пропел Хёнджин, застёгивая на себе кожаные ремни. — А плюшки будут?       — То, что я тебя не сжёг вчера, уже плюшка. Скажи спасибо, — отрезал Феликс. — И вообще. Если вы устроите очередной… перфоманс, как во втором секторе, я лично проведу над вами ритуал расчленения. Медленно и с молитвой.       — Там было весело, — мечтательно протянул Хёнджин. — Особенно когда Крис прилетел с этим… Как его звали?       — Кого? — спросил Йен, проверяя блеск ножа и его остроту на собственной руке.       — Ну, ангелочек с серыми крыльями. Красивый такой, что хочется лицо отгрызть. Как же… Имя рифмуется со словом «говно»… А! Сынмо!       — Сынмин, — поправил Феликс, передёргивая затвор пистолета. — А для тебя старший архангел Нахиэль.       — Нахуй-его-эль! Заноза, блять, оторвать бы его крылья! Сучий сын… — Йен яростно вздрогнул, продолжая свою тираду и переходя на ангельский язык, который Феликс не понимал, но по скорченной гримасе Хёнджина стало понятно – даже ангел не знал, некоторых слов из лексикона своего собрата.       — Чего это он? — тихо уточнил инквизитор.       — Старые…как это по-человечески…счёты? Йен считает, что тот отправил его на миссию в один конец, а Нахуель думает, что из-за Йены он стал падшим. Соу-у-у…       — Ясно. Можешь не продолжать. Людские страсти жёстко по вам проехались, — в голосе Феликса звучала насмешка.       — И не говори… — и насмешкой звучал ответ.       Парень вытащил из-за пазухи крест и кулон, подаренный отцом аккурат перед смертью.       «Господи… Ты ведёшь меня сквозь пламя, и я иду. Но, прошу, удержи мою руку, когда захочется врезать своим.»       — Ну что, ублюдки! В ад и обратно по-быстрому?

━━━ • ✙ • ━━━

Воскресенье. 19:22

Сектор 1.

Зона зачистки №3.

      — Туда и обратно, блять! По-быстрому, сука! — раздражённый рык Хёнджина доходил до Феликса сквозь свист пуль и грохот. — Предупреждал же, что нельзя говорить об успешном завершении миссии до завершении самой миссии!       Падший взмыл в воздух, наматывая на руку смоченный кровью кнут и располовинивания очередного демона.       — Читай молитву, падрэ! Впереди вторая сотня! — кричал Йен, отрывая врагу голову.       Его крылья поднимали пыль при каждом взмахе и откидывали противников, позволяя проводить быстрые манёвры. Его оружие — короткий, но острый керамбит. Разрезающий и вспарывающий демонам животы и глотки.       — Пиздун! Ты даже сотку не добрал, куда вторая?!       — А ну заткнулись оба! — Феликс сменил позицию, прячась за удачно подбитой Хёнджином колонной, и быстро перезарядил пистолеты. — Три грёбанных дня на едине с вами двумя! Святая вода превратится в вино быстрее, чем мы найдём эту сранную скважину! Йен, расчисти путь!       Падший кивнул и, разорвав последнего демона, ринулся сквозь их ряды. Он не мог взмыть в воздух так же легко, как это делал Хёнджин – тяжесть крыльев не позволяла. Но это не исключало безумное наслаждение в обмазывании себя вонючими внутренностями по пути.       «Как собака в дерьме…кошмар…»       — На горизонте видно чернеющую полосу! — прокричал Хёнджин, спускаясь на землю и прикрывая Феликса от особо мерзкого ползучего гада. — Придётся прорываться.       — О, Боже! Ты услышал моё нытьё… — облегчённо произнёс парень. — Закончим сегодня и можешь забрать Йена на сутки.       Ангел как-то странно покосился в сторону своего напарника и облизал губы. Безумная улыбка озарила лицо и он с громким свистом стартанул в сторону, откуда лезли демоны. О, Феликс знал, что обещал. Йена, конечно, жалко, но тот обожрётся после боя демонятиной и не будет особо сопротивляться.       Феликс отряхнул ладони и проверил магазин – патронов на три перезарядки. С таким успехом, можно было идти без оружия вовсе. Его белая форма уже была залита кровью, а подол пропитан чёрной жижей. Кто вообще придумал одевать инквизиторов в белое?!       — Прошепчи мне на ушко: «Я твоя маленькая шлюшка…» — в голове возник голос Хёнджина. — Проверка связи, папочка. Как слышно?       — Отчёт мне, засранец! — прорычал он, стараясь настроиться на «шёпот ангела».       — Вижу дырку. Глубокая, — отозвался тот, причмокивая и оценивая то, что видит. — И не красивая. Как раз для тебя.        — Понял. Йен?       — Иди ко мне, мой щладенький… Я всосу твои кишочки, как самый вкусный спагетти… — на той стороне звучал лишь безумный голодный бубнёж.       — Йен!       — А, о! Уже у входа. Ждём сигнала, падре.       Феликс бросил взгляд на горизонт – демонов стало меньше, но скоро начнётся новая волна и молитвы не помогут. Впереди лишь мелочь, которая падала от точного в голову, и инквизитор быстро сокращал расстояние, приближаясь к скважине – лужа чёрной, густой жижи размером с небольшое озеро.       «Читай, Феликс!»       — Да падёт завеса, да рассеется тьма. Кровь на крови, огонь к огню. Прожги дланью своей гниение и предай забвению.       Где-то над ухом послышался булькающий рык и хриплый стон: Йен успел нейтрализовать демона до того, как тот успел прервать читку.       — Да будет воля Твоя – в аду, как и на небесах… Аминь…       Хёнджин кинулся назад, подхватив Феликса за плечи в тот момент, когда скважина начала схлопываться. Воздух засасывало внутрь с такой силы, что ангел не сдвинулся ни на метр. А Йен… Что ж, он вцепился всеми конечностями в большую тушу неподалёку, облизываясь в предвкушении.       Рёв стих, и на месте чёрной дыры остались лишь развалины.       Феликс, аккуратно поставленный на ноги, застонал, держась за живот – кто-то всё-таки успел его задеть. Стиснув зубы, парень рассмеялся. Кровь тонкой струйкой потекла по губам.       — Хрен вам, а не переработка! — прокричал он в воздух, довольно прикрывая глаза.       — Всё?       — Всё… Скважина закрыта. Йен…       Он посмотрел в сторону, где его ангел дожирал внутренности демона, прихлёбывал кровью и бормотал что-то из серии: «Няма-няма… Я сожру тебя полностью, моя сочная детка…».       Данная картина ничего кроме как рвотного позыва не вызывала, и Феликс поспешил отвернуться, ищя глазами взволнованного Хёнджина.       — Можешь забирать его, как договаривались.       — Да хрен с ним! — бросил Хёнджин, плотно зажимая ранение инквизитора руками. — Не смей подыхать! Я не хочу менять инквизитора! Он будет принуждать меня ко всяким непотребствам!       — Ты как будто прот…       Договорить Феликс не успел, его разум провалился во тьму.

━━━ • ✙ • ━━━

Вторник. 8:42

База «Авдон».

Лазарет.

      Утро в лазарете началось с пронзительного крика одного из ангела и не богоугодной брани Старшей сестры.       — Слыш, чернь! Взял своего прихвостня и пшли нахер отсюда, пока я икону тебе в сральник не затолкала, а дружку твоему не выжгла мозги.       — Сестра, это против правил! Мы не можем оставить нашего падрэ!       — Э! Ты как с ним разговариваешь, стерва старая?! За базаром следи!       Начало драки прервал Феликс, который еле разлепил глаза, уставившись мутным взглядом на двух своих подчинённых и женщину, которая сжимала в руках небольшой клинок.       — Падрэ! Ты проснулся!       — Папочка!       Оставив обозлённую Сестру, ангелы чуть ли не подлетели к очнувшемуся инквизитору, хватая куда рука попадёт. Для проверки целостности конечно.       — Вы опять устроили балаган…       — Ты потерял сознание, мы тебя притащили сюда, а эта ведьма отказалась принимать. Мол, ты недостаточно дохлый, чтобы они тебя лечили.       Феликс приподнял одеяло: вся верхняя часть была перемотана бинтами, на руках царапины и синяки, а ноги испещрены порезами.       — Мда… Дай угадаю, вы силу решили применить?       — Ну, как сказать…       — Один сел на кресте под потолком и грозился всех обоссать, а второй начал вызывать рвоту, мол загадит святое место переваренным демоном… — раздражённо отчеканила женщина, кидая в лицо Феликса его одежду. — Если в сознании, собирайся и валите с глаз моих. У меня работы дохрена.       Старшая сестра достала сигарету из портсигара и ловким движением подожгла. Дым пах благовониями и перекрывал запах жженого табака. Бросив напоследок быстрый оценивающий взгляд, она ушла, оставляя троицу одних.       «Страшные они, эти Сёстры Милосердия…»       Феликс опустил голову на подушку и медленно выдохнул. Он честно пытался вспомнить обрывки в памяти, но ничего. Пустота и размазанные блики. Ну, по крайней мере они его не бросили там.       — Долго я был в отключке? — сжимая зубы от ноющей боли, Феликс принял сидячее положение и подтянул к себе тонкую рубаху.       — Больше суток, — хмыкнул Йен, помогая парню одеться.       Феликс пошарил рукой в сторону стула, нащупал кобуру. Пусто.       — Оружие?       — Отдали в литейную, — сдерживая слёзы, бубнил Хёнджин, помогая инквизитору встать и опереться на себя. — Йен настоял на этом…       — Зачем, позвольте спросить? Всё же было нормально.       — Как бы тебе объяснить… — отводя взгляд начал Хёнджин, переводя злой взгляд на Йена, который придерживал Феликса с другой стороны.       — Моя хата с краю, ничего не знаю.       — Короче мы их немного…поломали?       Ситуация настолько абсурдная, что желания спорить не было, зато были силы посмеяться и тут же сжаться от боли.       — Напомните, почему я вас не сжёг живьём?       — Хммм… Может, потому что тебе нравится слушать наши стоны на латыни через стенку? — Хёнджин подмигнул, показывая клыки.       — Ах, это была латынь? — бросил Йен, прерывая очередной грязный подкат к инквизитору. — Прости, с кляпом во рту у тебя дикция, как у беззубой бабки.       — Кстати о беззубой бабке… Может бархатный минет?       — С удовольствием выбью тебе зубы для этого, пернатый.       «Хах, ладно, не такие они уж и засранцы…»       — Падрэ, ты же в курсе, что шёпот ещё работает?       — Горите в аду…