Штопаные бинты

Чуя ненавидит прикосновения, все они ему напоминают "врачей", которые ставили болезненные уколы, прикрепляли присоски и кричали что-то над ухом. Свой номер он до сих пор помнит: помнит, когда находится на задании, когда спит, когда ест. Эти мысли часто не дают уснуть и заглушают всё, что возможно. Он готов вырвать себе уши и заколоть глаза, лишь бы стать инвалидом и больше не ощущать все тяжести мира на себе. Вы спросите, как же это поможет? Довольно просто. Многие не могут понять, что видят слепые. Но суть же в том, что они вообще не видят. Да-да, звучит странно, конечно, но скажите, что вы видите, когда закрываете глаза? На размышление даётся пятнадцать секунд! Время вышло, очевидно, что ничего. Это и не совсем темнота, и не свет. Когда вы каждый раз закрываете глаза перед сном, это то, что видят слепые. К сожалению, открыв глаза, они не увидят солнечные лучи и улыбки людей. И Чуя готов отдать всё, что у него имеется, лишь бы ничего не видеть. А вот слух... Когда ты глухонемой, он представляет свою жизнь как лежит на мягкой постели. Тот не знает, какого она цвета, какая на нём одежда и кто с ним рядом. Эта неизвестность позволяет думать о чем угодно, но не о врачах и болезненных иголках. Каждый раз, вставая с кровати, в глазах темнеет, а сердце колотится в груди. К этому привыкнуть можно, но когда это случается в мафии или на важных мероприятиях, становится жутко не по себе. Если упасть прямо сейчас перед всеми, кто первый победит к нему? Рюноске? Может, Мори или Ке... А вдруг все пройдут мимо? А вдруг какая-то блондинка с карими глазами и открытым платьем уронит бокал с каким-то вином и закричит? Мысли Чуи менялись и метались с одной темы на другую. Каждый раз становилось легче после хорошего боя, а выплескивать свою агрессию помогал колкий язык и иногда сарказм. Это помогало хотя бы на секунду подумать о чем-то другом и хотя бы развеяться. Закрывая глаза, перед глазами белые мягкие стены, исцарапанные и заляпанные кровью. А нет... Это всего лишь привычная квартира с большой и уютной кроватью и душем, панорамными окнами и милым котом по имени Сатору. *** Голос Дазая такой спокойный и мелодичный, что Чуя просто его не слушает и вяло ковыряет носком землю. — Нет прошлого и нет будущего, напоминай себе почаще, что есть только настоящее. Чуя, дальше не слыша его, видит себя тихо, как мышка, которая кружит вокруг слона. И коротко кивает. В глазах опять резко потемнело. Накахара никогда не знал, как выглядит со стороны в разные моменты. Но сейчас тот встал в ступор, его глаза смотрят в одну точку, а плечи сутуло опустились. Когда начинались судороги в мышцах, часто тот садился на ближайший стул и также хмуро смотрел в одну точку. Привычка из лаборатории. Люди в белых халатах, как часто называл их врачами, запрещали ему хныкать, кричать, бояться, иногда даже чихать. Арахабаки бушевал и жадал разнести всё, но контролировать же надо такое существо, верно? Уколы, избиение, часто мальчик был как будто не здесь. Тело не слушалось, а всё тело болело до ужаса! Это нельзя, то нельзя... Тогда что вообще можно, а? Теперь каждый раз при плохом состоянии он смотрит куда-то и изредка бурчит себе под нос: бебебе. Мысли опять заплутали, но холодная рука Осаму, которая вовремя решила сжать его плечо, заставила вздрогнуть и резко отдернуть его руку. — Ты какой-то тихий, неужели всё же задумался, как вырасти? Не переживай, если кто-то спросит, скажу, что ты мой младший брат. — Осаму захихикал, и Накахара не выдержал и врезал ему со всей дури, от чего первый сильнее стал рваться над собственной шуткой. — Да чтоб тебя! Заебал! — в недовольстве отвернувшись, парень показал язык самому себе и уже подготавливался, лишь бы Осаму сегодня лежал на земле и молил о пощаде! — Будешь много хмуриться, морщины появятся. Ты же не хочешь быть морщинистым карликом? Мори так и не понял, почему у Осаму были сломаны обе ноги и весёлое выражение лица. Но, увидев запыхавшего Чую, тот лишь покачал головой и тяжело вздохнул, сказав себе под нос: мы с Фукудзавой не вели себя как малые дети. *** Чуя сдавленно мычит, ощущая, как его руки сжимают до боли в мышцах. Это место он видел впервые. Комната была такая большая и набитая хламом... Интересно, а как выглядит снег? Врачи так часто говорят странные слова и непонятные цифры. Прикусив губу, мальчик скулит, как брошенная псина. Его даже не посадили на кушетку, а держат лишь пара людей, пока один из них колет ему в руку вещества. Кожа стала такой бледной от плохого питания и недостатка всего, что Накахара лишь хлопает глазками и иногда издаёт скулеж. Возвращаясь в странную комнату, где он практически живёт, мальчик любопытно смотрит по сторонам. Ох, почему взрослые такие странные? Они всегда такие высокие и хмурые, если сказать им, что хочешь кушать, то те молчат и скалятся. А сами потом уплетают всякие булочки, не замечая, как сам Чуя сидит на полу после очередного препарата. Потянув руку, мальчик хватает рукой воздух и хмурится всё сильнее. — Ненавижу, когда ты уходишь от меня. *** В ушах звенит, а перед глазами темно. Юноша непонимающе хмыкает и пытается нащупать что-то, что поможет ему. Ладно, взрослые и вправду странные люди. Даже когда ему совсем недавно исполнилось семнадцать, и до совершеннолетия остаётся всего три годика, не капельки не хочется быть взрослым! Перед глазами сразу же виднеется "до" и "после". Мотая головой, голубой взгляд становится усталым. Какой отстой... Резко перед глазами освещается яркий свет, заставляя зажмуриться и выругаться себе под нос. Оказывается, всё это время в комнате было темно. Привычных простыней он не наблюдал, и где же его местонахождение? Осаму шмыгает носом и вытаскивает градусник из подмышки напарника, критическим взглядом смотря на высокую температуру. — Хмм... — протяжно мычит он и замечает, что наконец-то Чуя проснулся. — Ты лежи, лежи. Меня Мори научил, как ставить компрессы! Быстро на ноги встанешь. Накахара устало моргнул, и, осмотрев полностью комнату с потолка до пылинки, осматривает Дазая. Этот штопанный до сих пор бинты носит, неужели тот способен быть таким великодушным и кому-то помочь? ПХ, не смешите мою шляпу. — А ты не смотри на меня так! Знаешь ли, я же и вправду о тебе переживаю. Ходить с температурой и падать в обмороки не очень хорошо, Чуя. Так и знал, что ты приболел, а молчишь как рыба-фугу! — Осаму недовольно надувает щеки, пытаясь изобразить рыбку, и Чуя не смог сдержать редкой улыбки. Возможно, этот штопанный бинт мог быть полезным и весёлым, когда нужно! Но в остальные моменты... Напоминает ему его воображаемого друга в лаборатории. У него были растрепанные волосы, мягкий взгляд и причудливая улыбка. Его волосы были такие светлые и заплетены. Тот часто звал его по имени и пытался погладить головку мальчишки. К сожалению, воображаемый друг быстро ушёл после слёз своего хозяина и криков. Чуя жмурит глазки и сжимает одеяло, пока напарник пытается его развеселить. Никому не нужно грустное лицо! И всё же, стать слепым и глухим — плохая идея. Может, всё и не так плохо! По крайней мере, находясь в компании болвана и его глупыми шуточками, тот был счастлив.