Анастасия Красивая и посох Бога (часть 1)

АНАСТАСИЯ КРАСИВАЯ И ПОСОХ БОГА ЧАСТЬ ПЕРВАЯ ГЛАВА ПЕРВАЯ Ночь, улица, фонарь, аптека 1999 год Ночь обволакивала город густой, сонной тишиной. Улица, освещенная редкими фонарями, казалась бесконечной черной лентой. Вдалеке, словно маяк, светилась аптека. "Ночь, улица, фонарь, аптека..." - невольно всплыли в голове полицейского строчки, пока он, уставший от монотонного патрулирования, неспешно вел машину по пустынной дороге. Вдруг что-то привлекло его внимание. Мелькнувшая в полумраке тень? Необычный отблеск? Что-то неуловимое, заставившее его инстинктивно нажать на тормоз. Он остановил машину на обочине, заглушив двигатель. Тишина стала еще более звенящей, подчеркивая одиночество этого места. Было три часа ночи. В этой части города, обычно оживленной днем, в такое время не встретишь ни души. Он совершенно случайно заехал сюда, отклонившись от привычного маршрута. Просто решил немного срезать, чтобы быстрее вернуться в участок. Напарник, убаюканный мерным гулом мотора, мирно спал на заднем сиденье, уткнувшись лицом в спинку кресла. Полицейский не стал его будить. Он прищурился, пытаясь разглядеть в темноте то, что заставило его остановиться. Что-то здесь было не так. Что-то настораживало. И он должен был это выяснить. Полицейский отстегнул ремень безопасности, стараясь не шуметь. Он медленно открыл дверь, ступая на асфальт с осторожностью кошки. Холод ночного воздуха мгновенно обдал лицо, проникая под куртку. Он поежился, но не от ветра, а от нарастающего чувства тревоги. Прикрыв дверь, он огляделся. Фонари, казалось, нарочно отбрасывали причудливые тени, играя с воображением. Аптека, с ее тусклым, дежурным светом, выглядела зловеще, словно заманивая в ловушку. Полицейский достал фонарик и направил луч в сторону, где, как ему показалось, что-то мелькнуло. Луч скользнул по обшарпанным стенам домов, по кустам, по грудам мусора, оставленным нерадивыми жителями. Ничего. Но он не мог отделаться от ощущения, что за ним наблюдают. Что кто-то или что-то прячется в темноте, выжидая. Он медленно повернулся, освещая фонариком противоположную сторону улицы. И тут увидел это. В глубине двора, между двумя покосившимися сараями, стояла фигура. Нечеткая, размытая, словно сотканная из самой ночи. Невозможно было разглядеть детали, но он чувствовал на себе ее взгляд. Пронизывающий, изучающий, леденящий душу взгляд. Полицейский замер, на мгновение потеряв дар речи. Он не мог понять, что это – человек, животное, или просто игра света и тени. Но одно он знал точно: это не было ничего хорошего. Он медленно поднял руку, показывая, что вооружен. - Кто там? - тихо, но твердо спросил он, стараясь, чтобы голос не дрожал. Тишина ответила ему. Фигура не двигалась, не издавала ни звука. Она просто стояла там, в темноте, и смотрела. Полицейский сделал шаг вперед, затем еще один. Он должен был выяснить, что это такое. Он должен был защитить город, даже если это означало столкнуться с чем-то необъяснимым, с чем-то, что выходит за рамки его понимания. Он был полицейским, и это был его долг. Он продолжал приближаться, луч фонарика дрожал в его руке. Фигура оставалась неподвижной, словно ждала его. И чем ближе он подходил, тем сильнее становилось ощущение, что он совершает огромную ошибку. Что он вторгается в чужую территорию, в мир, который ему не принадлежит. Но он не мог остановиться. Он должен был узнать правду. Подойдя ближе, полицейский смог различить очертания. Это был человек, высокий и худой, одетый во что-то темное и бесформенное, напоминающее плащ или балахон. Лица не было видно, оно скрывалось в тени капюшона. Но даже в этой темноте полицейский чувствовал, что на него смотрят. - Капитан Куприн, - произнес он, стараясь говорить спокойно и уверенно. - Предъявите документы. Ему не ответили. Человек просто стоял, неподвижный, как статуя. Только ветер слегка колыхал края его темной одежды. Полицейский сделал еще один шаг. Теперь до фигуры оставалось не больше десяти метров. Он мог видеть, что она держит что-то в руке. Что-то длинное и тонкое, блестящее в лунном свете. Но что именно, он не мог разглядеть. - Я предупреждаю, - сказал полицейский поднимая фонарик выше. - Если вы не ответите, я буду вынужден применить силу. Фигура все еще молчала. Но теперь полицейский заметил, что она начала медленно двигаться. Она слегка наклонила голову, словно прислушиваясь к чему-то. А потом медленно подняла руку с блестящим предметом. Это был нож. Длинный, острый нож, лезвие которого сверкало в свете фонаря. Полицейский инстинктивно отступил назад. Он понял, что его ждет. Этот человек не собирался разговаривать. Он собирался нападать. Куприн быстро выхватил пистолет из кобуры и направил его на него. - Стоять! - крикнул он. - Полиция! Стрелять буду! Но фигура не остановилась. Она бросилась вперед, двигаясь с невероятной скоростью. Нож сверкнул в воздухе, словно молния. Полицейский выстрелил. Один раз, другой. Пули просвистели в темноте, но, казалось, невозымели никакого действия. Он продолжал бежать, приближаясь с каждой секундой. Полицейский отступил еще дальше, споткнулся о что-то и упал на землю. Фигура нависла над ним, нож был занесен для удара. В этот момент Куприн увидел в его глазах что-то, что заставило похолодеть. Ненависть? Ярость? Нет, это было что-то другое. Что-то более глубокое и темное. Что-то, что не принадлежало этому миру. Он зажмурился, ожидая удара. Но его так и не последовало. Вместо этого он услышал странный, шипящий звук, словно воздух выходил из проколотой шины. Куприн открыл глаза и увидел, что фигура замерла, словно парализованная. Нож выпал из его руки и с глухим стуком упал на асфальт. Затем начала медленно оседать на землю, словно сдувающийся воздушный шарик. Её темная одежда обвисла, а лицо, наконец, вышло из тени капюшона. Полицейский с ужасом увидел, что под капюшоном нет лица. Там была лишь пустота. Черная, бездонная пустота, в которой мерцали слабые огоньки, похожие на звезды. Балахон окончательно осел на землю, превратившись в бесформенную кучу темной ткани. Пустота в капюшоне исчезла, оставив после себя лишь слабый запах серы. Полицейский лежал на земле, тяжело дыша. Он не мог поверить в то, что только что произошло. Он видел что-то, что не должно существовать. Что-то, что перевернуло его представление о реальности. С трудом поднявшись на ноги, он огляделся. Улица по-прежнему была пуста и тиха. Фонари все так же отбрасывали причудливые тени, а аптека светилась своим зловещим светом. Но теперь всё казалось другим. Более пугающим. Он подошел к куче темной ткани, лежащей на земле. Осторожно, словно боясь прикоснуться к чему-то нечистому, он пнул её ногой. Ткань оказалась легкой и пустой. Никакого тела внутри не было. Лишь бесформенная материя, пропитанная запахом серы. Куприн поднял нож. Лезвие было длинным и острым, словно бритва. На рукояти не было никаких опознавательных знаков. Просто кусок металла и дерева, но от него исходила какая-то странная, зловещая энергия. Полицейский отбросил нож в сторону. Он не хотел иметь с ним ничего общего. Он хотел забыть все, что только что произошло. Вернуться в машину, разбудить напарника и уехать отсюда как можно дальше. Фигура в балахоне, всё это время стояла всего в трех метрах от патрульной машины. А полицейский даже не выходил из неё. Насылая видения, неизвестный чувствовал страх этого человека, липкий и всепоглощающий, как болото. Его ужас был почти осязаем, и он… питалась им. Он был вынужден остановить эту повозку, что бы подпитаться хоть какой то силой. Это было похоже на изысканный коктейль, который можно медленно потягивать через невидимую трубочку. Каждая волна паники, каждая дрожь отвращения – все это насыщало его, делало сильнее. Он знал, какие кошмары сейчас стоят перед глазами его жертвы, какие темные уголки его разума она может исследовать. Обычный маг, возможно, просто отмахнулся бы от этих видений, посчитал бы их незначительными. Но в этом мире… в этом мире всё было иначе. Здесь каждый был для него питанием. Высокая фигура, отвернулась от этого человека и опустила взгляд. В руках, словно драгоценность, покоился сверток из грубого одеяла. Внутри, безмятежно, спал ребенок. Тишина ночи казалась оглушительной. Он, словно призрак, бесшумно поднялся на крыльцо аптеки. Осторожно, словно боясь разбудить, положил свою ношу на порог. Минуту, долгую и мучительную, смотрел на спящего младенца с высоты своего роста. Затем, без единого слова, без единого вздоха, фигура развернулась и исчезла в лабиринте темных проулков, словно растворилась в ночи, оставив лишь тихий сверток на пороге. Полицейский моргнул, словно просыпаясь от кошмара. Его руки судорожно вцепились в руль, пальцы побелели от напряжения. Кобура была расстёгнута, а пистолет валялся на коврике между ног. Он поднял его, машинально понюхал ствол. Порохом не пахло. Оружие не использовалось. Затем он обернулся. На заднем сиденье, откинувшись на спинку, мирно посапывал его напарник. Что, чёрт возьми, только что произошло? В голове гудело, словно там поселился рой разъяренных пчел, а во рту пересохло так, что язык казался куском наждачной бумаги. Ему отчаянно хотелось пить. Полицейский оглядел улицу. Пусто. Ни души. Только тусклый свет фонаря выхватывал из темноты крыльцо аптеки. И там, прямо под фонарем, лежал какой-то шевелящийся сверток.