Twinteraction

От головной боли не осталось и следа. Феликс предпочел отсидеться на забронированных диванчиках с большим столом вдалеке от центра, наслаждаясь очередным вырвиглазного цвета коктейлем, а Чан с Чонином углубились в зал. На танцполе много народу, много танцующих или же просто трясущихся в такт музыки, но эти двое держатся рядом, прижимаются друг к другу достаточно тесно, чтобы никому не пришло в голову облапать одного из них. Тактика идеальная, проверенная годами и многими подобными ночами, особенно когда вы настолько близкие друзья, что тело другого ощущается как свое собственное. Сегодня уж точно. Чонин откровенно задолбался. Он подорвался с кровати в шесть утра, что всем сердцем ненавидел всю свою жизнь, а первый прием пищи, если парочку грустных бутербродов с лососем можно так назвать, произошел через пятнадцать часов, да только ради того, чтобы алкоголь не накрыл в первые же минуты. Работа моделью только дуракам или совсем уж юным созданиям может показаться простой, слишком завидной для тех, кто проводит минимум восемь часов в офисе, в окружении рабочих компьютеров, бумаг и пустых стаканчиков из-под местного химозного кофе, но Чонин давно научился посылать таких гениев как можно дальше. Пускай он добился ещё не всего, чего мог и хотел бы, но, во-первых, он старается изо всех сил, а во-вторых, это не мешает ему чувствовать себя чертовски затраханным, хотя бы иногда. Да и сегодня, несмотря на все эмоции, все прошло не так плохо, если подумать: полдня парень провел в фотостудии, еще примерно столько же проспал, а после его выцепили Феликс с Чаном, чтобы развеяться после тяжёлой недели и поехать в клуб. Кто Ян такой, чтобы отказываться, тем более в день рождения Чана? Любимому другу — все, что угодно. — О, моя любимая! — чтобы Чан услышал, Чонину приходится буквально прижаться губами к его уху, но тот закатывает глаза. — Это уже пятая твоя любимая! Подряд! Чонин смеется и шлепает друга по плечу, а потом выцепляет взглядом Феликса, все так же угрюмо сидящего в своём рае для одиночек, машет рукой, подзывая присоединиться. Тот же, по своему обыкновению, показывает ему средний палец, после чего выдавливает сладкую, без шуток ангельскую улыбку, на которую больше никто другой не способен. Но это нормально, друзья могут его понять. Будь Ян с загипсованной ногой, наверное, тоже отказался бы от танцев. Даже под свою любимую. — Я составлю ему компанию! — Чан громко предупреждает о своем уходе, а после хлопает самого младшего в их компании по спине. — А ты пока бухло свое растрясай! — Иди уже! — закатывает глаза Ян. Его тоже надолго не хватит, танцевать одному не так весело, совсем не так, как с кем-то близким или хотя бы приятным единомышленником. Но вот начинается очередная «его любимая», уже шестая по счету, и парню не остаётся ничего, кроме как остаться на танцполе, хотя бы под присмотром двух своих друзей. Несмотря на насыщенность дня и очевидную усталость, он продолжал энергично двигаться под давно заевшие в голове биты, совершенно не замечая на себе ещё один взгляд со стороны. Взгляд кого-то высокого, с тёмными густыми волосами до плеч и почти опустевшим стаканом какого-то розового коктейля. Заметить больше не удалось, Чонин даже не успел сфокусироваться и почти сразу забыл о его существовании, потому что приходил в клуб совсем не за этим, и так могло бы продолжаться и дальше, если бы не внезапная преграда за спиной, появившаяся спустя пару минут. Ян вздрагивает и не успевает обернуться, когда на его плечах оказываются широкие ладони. — Ой-ой, — то ли незнакомец собирался обойти его и пройти дальше, но каким-то образом не рассчитал траекторию чужих танцев, то ли это произошло намеренно. Все рассуждения почти моментально вылетают из головы, когда Ян повернулся и понял, кто перед ним стоит. Догадался, где парень находился буквально минуту назад. Он что, мысленно призвал его к себе? Это единственный человек, образ которого он успел сегодня запомнить. — Молодой человек, собьёте, — тот смеётся, наклоняясь к уху, и Чонин не возражает, потому что иначе музыку не перекричит. — Хотя я даже не против. Один тут? Становится интересно, чего этот парень ожидал, когда шел в самую толпу. Вряд ли надеялся, что ему организуют живой проход. Чонин собирается открыть рот, чтобы начать возмущаться, но только сейчас обращает внимание на невероятной красоты лицо, и приходится переобуться. Не сказать, что без удовольствия. — Извини, я не заметил, — Ян возобновляет движения и продолжает двигаться в темп музыки, просто немного спокойнее. — Я с друзьями, — Чонин оборачивается и кивает на двух парней… Чан воткнул несколько коктейльных зонтиков себе в кудри и что-то изображал, а Феликс, судя по губам, материл его всеми ласковым. Картина самая привычная, но только для него. — Хотя нет, я не с ними, — его смех поглощает музыка, растворяется в ней так же быстро, как неловкость от неожиданного знакомства. Парень не уходит, не проходит дальше, никого не ищет взглядом, а значит, шел целенаправленно к Чонину. Тот не дурак, понимает это «ой-ой», которое, теперь совершенно очевидно, было спланировано с самого начала, и Ян не против. Он скользит взглядом по ярким чертам лица, по волосам, в которых слабо переливаются какие-то мелкие блестки, по острым плечам и длинным ногам. Определённо хорошенький. И очень смелый. — Ян Чонин, — парень по-простому протягивает руку для рукопожатия. Против знакомств он никогда ничего не имел. Разговориться с кем-то иногда бывало даже полезно, пускай утром он мог не помнить половину этих людей, особенно после подобных ночей. Иногда ему на телефон приходили сообщения с предложениями встретиться еще раз, а иногда его крыли последними словами в голосовых. Что-то запоминалось, а что-то стиралось навсегда. Несмотря на то, что это не так сильно его расстраивало, наверное, Ян всегда в тайне надеялся на что-то. На что-то хотя бы немного более значимое, чем приятная ночь с приятным человеком. В его окружении есть самые прекрасные в мире друзья, но все же это не совсем те люди, которым можно подарить всю накопившуюся нежность. С друзьями ты не можешь всегда просыпаться в одной постели, не можешь гладить их по голове и целовать, предложив приготовить завтрак. Чонину двадцать три, и он чувствует себя совсем немного обделенным, потому что так ни разу это не испытал, но все равно не хочет спешить ради спешки. Вдруг одна случайная ночь наконец принесёт ему то, чего он так давно хотел? А вдруг это случится сегодня? — Хван Хёнджин, — в свою очередь представляется парень, наконец смывая с себя статус незнакомца, и в свою очередь протягивает руку. Чонин не может не заметить, насколько приятно ощущается ладонь, и пожимает её нежнее, чем нужно. Какова вероятность, что они могут оказаться коллегами? — Ну, раз ты теперь один, может, будешь со мной? — очевидно подвыпивший парень улыбается так обаятельно и вместе с тем пленительно, что Чонин даже при всем желании не мог бы отказать. Таким чертовски сложно отказывать. — Я думал, что будет хорошо и без компании, но немного просчитался. Могу даже угостить. — Ого, — смеется Ян и кивает в сторону бара. Машет своим друзьям, обозначая, что с ним все хорошо и он больше не с ними, берет Хёнджина под руку и проводит сквозь толпу. Так происходит не в первый раз, причём с каждым членом их небольшой компании. Не факт, что позже они снова пересекутся, но это все равно не помешает им завтра связаться и сообщить о последних дня новостях. Пока что ничто не смогло переплюнуть то утро, когда Феликс проснулся за городом на даче какой-то леди. С ноющей задницей и заколотыми на волосах кошачьими ушами. На своих, конечно же. — Вообще-то обычно угощаю я, — потому что не хочет потом быть никому должным, как это часто бывает. — Так что пьешь за мой счет. Возле бара почти все места свободны, что бывает довольно редко, оттого их ценность моментально возрастает. Чонин забирается на один из стульев и притягивает ногой соседний, чтобы новый знакомый сидел к нему поближе. Кажется, их встреча с самых первых секунд шла в немного игривой манере, так почему бы не продолжить? — Что предпочитаешь? — интересуется Ян, когда сам указывает бармену на бутылку пива. — Английский стаут. Темный эль, — парню приходится ждать совсем немного, прежде чем забрать прохладное стекло, отпивает и несколько раз кивает. — Отдает шоколадом, — а после указывает на разложенные на столе карты напитков. — Ты тоже выбирай. Чонин никогда не был против угостить кого-то, будь то его друзья или внезапно появившийся на горизонте красавчик. С первыми, конечно, выходит не очень часто, зарабатывают они в основном больше, но вторая категория редко когда отказывает. Ян внимательно смотрит, как парень беглым взгядом изучает позиции, крутит пальцами колечко на одной подвесок на своей шее и в итоге указывает на один из коктейлей. — Может, это скучно, но я слишком люблю Голубую лагуну, — Хёнджин улыбается так красиво, что Чонин чуть ли не переспрашивает, что тот только что сказал. Вау. Кажется, его слепили боги. — Спасибо. На самом деле Чонину давно так не везло. Если кто-то заинтересовавший его и был бы согласен выпить вместе, он мог быть не до конца в его вкусе, если внешность и полностью соответствует его личным критериям, новый знакомый часто оказывается довольно скованным, слишком неловко реагирующим на подобное внимание со стороны, а это всего добавляет сложностей. Чонин же приходит в клубы не для сложностей. — Не думал, что встречу здесь кого-то настолько красивого, — Хван упирается локтями в стеклянную стойку и аккуратно кладет на сцепленные ладони подбородок. Нет, этот парень точно читает его мысли, потому что с каждой секундой Чонин очаровывается все больше и больше. Может, они и не коллеги, но если Хёнджин внезапно окажется каким-то актёром, никакого удивления за этим признанием не последует. — Даже сложилось впечатление, что я где-то тебя видел. Смех выходит немного пьяным, но стеснения от этого нет никакого. Чонин вновь рассматривает Хёнджина и думает, что может сказать о нем то же самое. Конечно, самый красивый в этом клубе Чан, потому что у него день рождения, но Хван Хёнджин точно займет почетное второе место. Кажется, он слишком много думает о его внешности, да? Взгляд опускается на подвески и то, как длинные пальцы теребят их. Красиво. Ян ухмыляется уголком губ и пожимает плечами. — Иногда раздаю листовки в центре. Наверное там и видел, — отвечает он и смотрит на парня совершенно искренними глазами. — Но за комплимент спасибо. Чонин при первом знакомстве про свою работу почти никогда не говорит, а если кто спрашивает, то выдает что-то из подобного диапазона. То раздает листовки, то консультирует в салоне сотовой связи, то в парке торгует мороженым или токпокки. Всегда интересно наблюдать реакцию людей, да и не хочет Ян создавать впечатление, что он пытается набить себе цену. Если Хёнджин искал кого-то побогаче, сейчас должен будет отвалиться. — Хм, в центре я давненько не гулял, — тот всерьёз задумывается, вызывая очарованный смешок. Все. Секундное опасение тут же рассыпалось. — Может, ты в мою смену в кофейню заходил, все возможно. — Ну хорошо. А здесь какими судьбами? — Чонин подпирает ладонью щеку и щурится, глядя в очаровательные карие глазки. — Просто отдыхаешь или чего поинтереснее ищешь? — взгляд падает на открытую шею парня напротив, и Ян даже не пытается этого скрыть. Все же это не совсем то место, где стоит излишне скромничать. Хёнджин делает несколько небольших глотков напитка и довольно выдыхает, ненадолго прикрывая глаза и отклоняя голову так, что отчётливо выделяется кадык. Чонин несколько раз постукивает пяткой кроссовка по перекладине барного стула, крепко обхватывает бутылку своего пива и отпивает следом. Ему нравится, как в груди зарождается сладкое, очень тихое напряжение. С таких парней пишут картины. Таких парней лучше всего рассматривать на простынях в своей спальне. Хотя, если подумать, кому-то было бы достаточно просто случайно встретить такого человека на улице, и Чонин вполне может отнести себя к их числу. По пути на работу, в кофейне или парке, в автобусе или метро. Стоит всего лишь бросить короткий взгляд, чтобы думать об этом прекрасном призраке, так быстро исчезнувшим из поля зрения, до конца дня. А ведь ему повезло встретить его именно здесь. Заполучить внимание, завести разговор. И прекрасный призрак приобретает осязаемый образ. — Ну как тебе сказать… люблю два в одном, — Хван тоже немного пьяно посмеивается, когда наконец отставляет свой пустой стакан, где лишь медленно таят кубики льда. — Вот ты очень интересный, — заключает он, тоже зависая, только на открытых ладонях с парой серебряных колец, отчего Ян улыбается уголком губ. Бинго. — Как думаешь? Он опрокидывает в себя последние глотки своего алкоголя и оставляет бармену пару купюр чаевых. — Я тоже думаю, что интересный, — подмигивание выходит даже более ловким, чем парень рассчитывал. — Ты очень симпатичный. Удивительно, что тебя никто не увел еще на входе. Потому что, увидь Чонин этого человека раньше, точно положил бы на него глаз, это было бы неизбежно, особенно учитывая, что в себе ему сомневаться не приходится. Возможно, подошел бы познакомиться первым, а может быть просто наблюдал бы со стороны, но интерес точно был бы. Многие границы уже были нарушены, а потому Ян тянет руку и подцепляет пальцем колечко на шнурке у Хёнджина. Вертит его в руке, ненавчиво рассматривает на предмет гравировки, но ничего не находит. Отлично. Он слегка тянет за это колечко, но не для того, чтобы Хван наклонился к нему, а просто ради создания натяжения. Парень не настолько пьян, чтобы это не заводило его. Как хорошо, что Чан с Феликсом не видят их отсюда, иначе обязательно бы если не нагадили, то подкалывали позже, а это удовольствие дозировать они особо не умеют. — Тогда может ко мне? — Ян немного наклоняет голову, почти игриво заглядывая в глаза Хёнджина. — Тут на такси минут пятнадцать. Продемонстрирую свою интересность на максимум, — он так и не отпускает колечко Хвана, но сильнее тянуть не собирается. Это решение далось ему проще простого. Да, он романтичен, ему приятно думать о внезапных знакомствах, которые каким-то образом могут перерасти во что-то большее, что-то глубокое и доверительное, но это никогда не мешало ему отдыхать подобным образом. Всегда есть шанс, что хорошая совместная ночь может вести за собой новую встречу, потом ещё и ещё. Хёнджин классный, комфортный, открытый и интересный. Всегда стоит хотя бы попробовать. Тот едва прищуривается и прикусывает губу, что прекрасно даёт понять, что предложение если не одобряется сразу, то как минимум находится на рассмотрении. Приятно. Фантазия уже рисует самые красочные картинки, в которых Хван ярко реагирует на каждое прикосновение и точно так же закусывает губы, но уже находясь под Чонином, но приходится успокоить воображение. Хотя бы ненадолго. — Слушай, давай лучше ко мне, — парень возражает, и совсем не так, как Ян мог бы опасаться, такая альтернатива его не пугает. — Это будет десять минут на такси. У меня дома собачка, не хочу ее оставлять. Аргумент про питомца работает безотказно, животные не должны скулить и страдать, если их хозяин решил развлечься где-то вне дома, поэтому никаких проблем в этом он не видел. Вызывая такси на чужой адрес, он находился в самых теплых ожиданиях, совершенно не догадываясь, с кем начал переписываться Хёнджин, впервые за все это время взяв в руки телефон. Не подозревал, с кем тот общается и насколько активно в теме участвует его фигура. «Хён» «Я люблю тебя» «Я слушаю» «Че надо» «Как проницательно» «Короче» «Я еду к нам с офигенным красивым челом» «Так» «Ну что, делить его будем» «ЧЕГО» «Ахвхазаааз» «Не ссы, я просто хочу нашу короночку сделать» «У меня очень хорошее настроение» «А может вы просто потрахаетесь?» «Нет» «Надевай белую футболку с силуэтами и джинсы с розами» «И на исходную» «Мы будем через десять минут»