Букет несуществующих роз

Солнце неторопливо опускалось за горизонт, облака заволачивали бледное небо. Обычно такая погода предвещала снегопад. Люди спешили домой, и только светловолосая девушка сидела на скамье в ожидании чего-то. Или кого-то.    Синьора тихо вздохнула. Только в одиночестве она позволяла себе быть слабой, не пытаться разбрасываться высокомерием и гордыней. Смотря вдаль, она невольно вспоминала свою родину. Высокие холмы, продуваемые тёплым ветром; поля одуванчиков; звон церковных колоколов по утрам. Но это всё, конечно же, осталось навсегда в прошлом. Теперь у неё новая родина. Заснеженные горы, пустынные равнины и тёмные еловые леса. Розалина не испытывала теплоты к этим землям, но и к городу свободы у неё не осталось любви.    Предвестница вспоминала свой дом, возлюбленного, и те самые нежно-розовые розы, которых уже нет на этом свете. Сзади послышались шаги, но девушка не подала виду, потому что знала владельца этой грациозной, но тяжёлой поступи.  — Здравствуй. Редко встретишь тебя в таком виде. Ещё и на улице, поздно вечером. — На хрупкие женские плечи опустилась чёрная шуба из меха благородного зверя.  — Здравствуйте, Капитан. Сегодня выдался свободный вечер, вот я и вышла на прогулку. — Отвечала Восьмая, поправляя шубу на себе, — Вот только не думала, что она так затянется..    Первый Предвестник присел рядом на скамью, устремляя взгляд за маской в стены Заполярного Дворца. Они оба сохраняли молчание, но каждый знал что у кого на уме.  — Скучаешь по Мондштадту? — — Нет, вовсе нет. Просто... жаль, что я больше не увижу роз, которые там росли. — — Те самые горные? — — Да... Этот запах я запомнила до конца жизни, всё же хочется вновь их увидеть, но их больше не существует в этом мире. —   Последние её слова были сказано с глубокой горечью и болью, будто она оторвала их от себя с огромной силой. Белоснежная рука вновь поправила шубу. Синьора развернулась и села рядом с Капитано. Поднялся лёгкий ветер, встрепенул волосы. Они снова сидели в молчании, слушая завывание в трубах водостока. Предвестники провели в таком положении минут десять перед тем, как Розалина покинула аллею. Обмолвилась, что шубу вернёт завтра на собрании. Спустя несколько мгновений и Первый исчез, сливаясь с тёмными улицами Снежной.   * * *   Индикаторы мерцали разными цветами, а приборы издавали гудки и шумы. В каких-то пробирках и колбах кипела жидкость; ворон на жёрдочке очищал перья от мусора. — И что тебя ко мне привело? — Спросил учёный, поворачиваясь лицом к собеседнику. — Каждый раз тут отдаёт смрадом. Как ты здесь работаешь? — Капитано подошёл к столу, взгляд его сразу пал на фотографии. На них была изображена размытая мужская фигура. Он уже потянулся, чтобы рассмотреть поближе, но рука Доктора закрыла фото собой.  — Ближе к делу. Эти фото никакого отношения к твоему делу, очевидно, не имеют. — Дотторе убрал бумаги и папки в ящик.  — Ты сможешь воссоздать умерший вид цветов? —  — Довольно необычный запрос. Смогу, но учти: эти цветы на смогут размножаться самостоятельно и для восстановления мне нужны семена растений, примерно похожих на этот цветок. Ясно?  — Ясно. Я привезу семена, но постарайся сделать всё как можно скорее. — — Не буду обещать, но попробую. —   Капитано покинул смрадное место, спеша на свежий воздух. На улице шёл мелкий снег, а солнце всё также было закрыто облаками. По сравнению с коморкой Второго Предвестника, здесь намного светлее и дышать можно нормально.   В "светлой" голове мелькали образы этих роз и цветов, похожих на них. Редкие цветы росли только на вершинах гор, хорошо продуваемых ветром. Аромат от растений стоял на утёсах по несколько часов после цветения. Такой нежный и ненавязчивый. Именно такие и любила Синьора.  Цветы, что тоже росли высоко на горах, назывались Сесилиями, и именно их семена можно было скрестить с обычными розами.   Приняв очень неестественное решение для война погибшей страны, он, без колебаний, отравился в Мондштадт. Капитан не помнил, когда в последний раз там был, поэтому эта поездка имела более высокую ценность.   * * *   С давних времён Пятый Предвестник был известен в правительственных кругах как крайне трудолюбивый и пунктуальный человек. Многие люди, что работали в мэрии и главном управлении Снежной, старались всегда приходить на работу вовремя и сдавать отчёты в срок. Предвестники тоже недалеко ушли от них. Хоть они и были самыми влиятельными персонами, на каждого найдётся управа, и это был Пульчинелла. Конечно, ничего серьёзного им не грозило за нарушения, но те всё равно старались относиться с уважением к мэру.  "Да это он только на работе такой" – говорил Тарталья в очередном разговоре с Панталоне. Вступать в дискуссии на рабочем месте было Девятому не в новинку. Но, в действительности, Аякс был прав. За стенами Заполярного Дворца Цыплёнок становился совершенно расслабленным человеком, дедушкой, к которому можно было забежать вечерком на чай с пряниками.   И это Капитан старался очень уважать. Однако, у всего есть исключения. Насколько бы ни был он благородным, ради цветов стоило соврать. Хотя бы один раз. За всю жизнь.   Чёрные сапоги ступали по каменным лестницам Заполярного Дворца, поднимаясь в корпус мэрии. В голове по частичкам собирался план о "побеге". Называть это побегом было некорректно, но почему-то именно такая формулировка давала стимул действовать дальше. Шаг, ещё один, четыре, пятнадцать. И он уже стоял напротив той самой двери, куда стекаются все документы из разных уголков Снежной. За ней были слышны чёрканье пера, женский голос и неспешные ответы. Это идеальный момент. Три стука в дверь, долгожданное "войдите". — Здравствуйте, Пульчинелла. Извините, если помешал. Мне бы хотелось взять четыре дня выходных. — Капитан прошёл вглубь кабинета. — Под расписку. Но я надеюсь, Вы помните, Господин Первый Предвестник, что в данный период выезд из Снежной закрыт и будет возобновлён только после завершения работ на границе? — Перо грациозно завершило слово и вновь наполнилось чернилами, владелец невозмутимо продолжал подписывать документ. — Да, конечно. – — Тогда пройдите, распишитесь. —   * * *   В некоторые промежутки въезд и выезд из Крио региона закрывали во время проверки линий границ. В самой Снежной этим занимались специальные отряды, а вот в Нод-Крае – Дотторе и его подчинённые. В основном адъютант. Первому было неловко снова обращаться к "брату", поэтому он решил отправиться к его верному помощнику.   Первый Предвестник миновал вокзалы, железную дорогу, заснеженные улицы. И всё время у него в голове был вопрос: "он действительно делает это ради неё?". Ответ не заставил себя долго ждать. Ноги принесли его к площади, где он, как кстати, встретил его. Серые глаза смотрели прямо в душу. Души. А расстояние всего пару метров. — Здравствуйте, Господин Первый Предвестник. Что Вас привело сюда? Вы ищете Доктора? — Спросил юноша совершенно не юным возрастом, подходя ближе к воину.  — Нет, Осирис. Я как раз ищу тебя. — Капитан наклонился ближе к "уху" беловолосого, — Ты сможешь провести меня через границу Нод-Края? Мне срочно нужно в Мондштадт. — Никаких проблем. Возле пограничного пункта номер 4 встретимся. — Ответил Осирис, поправляя катану на поясе. Взглянув на Офицера, он пошёл по своим делам.    Капитану оставалось только ждать. Он не знал, каким способом его переправят через границу, но ему было необходимо попасть в Мондштадт, и он пойдёт на всё ради этого.   Время близилось к вечеру, Предвестник был на подходе к лагерю, где проходила главная дорога из Натлана в Нод-Край, а после и в Снежную. Адъютант, и сам Второй Предвестник отзывались о нём очень хорошо, поэтому Офицер сам хотел лицезреть нахваленный пункт. Возле забора его уже поджидал беловолосый парень и агент фатуи.  — Здравствуйте, Господин Первый Предвестник. Меня зовут Николай, я командир пограничного пункта. Мы проведём Вас через границу и сопроводим до Натлана по приказу Второго Предвестника. — Агент сделал встал ровно и отдал честь, после чего сделал шаг назад, поворачиваясь полубоком, как бы приглашая.  — Дотторе? Осирис, ты рассказал ему об этом? — Спросил мужчина, проходя вглубь за командиром. — Все действия, проходящие на границах Нод-Края, должны быть согласованы с ним. Я бы не смог провести Вас, не имея разрешения. Тем более, это противоречит моей системе. — Юноша прошёл за отрядом, пересекая всю пограничную территорию, — Дотторе сказал, что, если нас поймают, то наказание будете отбывать вы оба, а не только Вы.  — Очень неожиданно с его стороны. Передай ему мои слова благодарности. По прибытию я лично поговорю с ним.  — Принято. Удачи. — Рядом с ухом раздался писк прибора, Трейн всегда неосознанно искал источник звука, совершенно забывая о том, что Осирис сам издаёт его.   Он мог бы и самостоятельно пройти до Натлана, но раз приказ шёл от Дотторе, то ему, видимо, виднее. Капитан взглянул на прохладные земли Нод-Края и устремился вдаль, пересекая границу с Натланом.   * * *   Несмотря на несколько трудностей и долгую дорогу, Предвестнику всё же удалось найти семена нужных растений и приехать обратно в Снежную. Ещё неизвестно, получат ли за такую выходку "братья", или всё же окажутся незамеченными.   Как и было обещанно, Дотторе смог воссоздать цветы из семян сесилии и обычных роз. Горные розы отличались своими заострёнными лепестками, неповторимым розовым цветом и стойким, сладким ароматом. Парфюмеры из Мондштадта любили делать из них духи: спрос на них был очень хороший, а продавались за высокую цену, потому что собрать цветы на утёсах было нелегко. Всего вышло пять цветков, и для их выращивания потребовалось время. Это огорчало мужчину, ведь он хотел порадовать Синьору как можно скорее.  — Спасибо за помощь. Даже не знаю, что делал бы. — Капитан осторожно собрал растения в букет, позже он хотел отнести их в цветочную лавку, чтобы там девушки привели их в порядок и сделали более презентабельными для дарения. — Если бы не я, подарил бы что-то другое. И я не смог тебе отказать. Сам нередко бывал в таких ситуациях. — Доктор неспеша пил чай, сидя в своём не очень удобном на вид кресле, качаясь из стороны в сторону. Его взгляд, скрывающийся за маской, был направлен на фото мужчины, что висели на стене.  — И зачем ты их хранишь? — Спросил голубоглазый, крутя в руках цветы. — За тем же, зачем тебе нужно было тащиться в Мондштадт за семенами, пересекая границу Натлана, а не пограничный пункт номер 7, где прямая дорога туда. — У меня не было другого выхода. — Отбросив мысли об этих жертвах, на душе у Капитана было лёгкое волнение, радость. Ему нетерпелось подарить девушке цветы. — Ты в любом случае затратил много времени на поиск.   * * *   Солнце на этот раз светило ярко, а облаков на небе почти не было. Встреча произошла на том же месте. Капитано держал в одной руке букет роз, аккуратно и красиво завернутый в бумагу с белой лентой. Розалина успела уловить этот внезапный и тонкий аромат, поэтому вся её тоска мгновенно пропала, а на лице засияла нежная улыбка. На ней снова не было тёплой одежды, поэтому мужчина с удовольствием повесил свою ей на плечи. — Где ты их нашёл? — На глазах чуть ли не выступили слёзы, а голос её дрожал. Внутри бушевало столько чувств, что Восьмая просто не справлялась с таким наплывом. — Тебе нравится? — В ответ он получил несколько одобрительных кивков, — Мне пришлось обратиться к Дотторе, чтобы он сделал их. Если бы была возможность преподнести их теми, чем были они несколько веков назад, то я бы подарил тебе целый утёс.  — О Архонты.. Капитан, мне не нужны утёсы. Мне по истине важен лишь этот букет и твои старания ради него. Мне безумно приятно.. — Девушка заплакала. Она не смогла сдержать слёз, поступок Предвестника до глубины души тронул её, в его плече она искала утешение, которое не могла найти больше нигде.   Когда Розалина вернулась из Инадзумы, а точнее то, что от неё осталось, в храме на гробу покрылись инеем те самые розы, что подарил их Капитан. Розовые лепестки дрожали на морозе, прямо как сердце воина, что потерял единственное ценное в этом мире.