Любовная тоска

Когда-то она была моральным якорем в его жизни. Её нежная грация, её врождённая благосклонность, которая благословляла всё и всех, к кому она прикасалась. Она была из тех, кто плачет из-за бродячих животных, кто скорее поймает паука, чем убьёт его, несмотря на её страх перед ними. Она когда-то вдохновила его на то, чтобы он стал лучше; усомнился в своей циничной натуре, ценил хорошее в других и не обращал внимания на плохое. Было время, когда Ин Хо не мог представить себе жизни без неё. Теперь, спустя двадцать три года, он едва мог вспомнить, как она выглядела. Забавно, как время притупляет боль утраты, разрушая память. Это был холодный, унылый день. Небо открыто плакало, сильный дождь лился из катящихся облаков наверху. Ки Хун сидел на корточках в маленьком переулке, паря над чем-то у мокрого тротуара. Ин Хо стоял рядом с ним с зонтиком в руке, защищая их от ливня. Перед Ки Хуном был котёнок, прятавшийся в картонной коробке, которая уже рассыпалась под дождём. Ки Хун наклонился и притянул мокрое животное к себе на руки.       — Бедняжка, — пробормотал он. Тонкий, жалкий плач вырвался из дрожащего существа. — Как кто-то мог просто оставить её здесь? Она вся промокла...       — Она выглядит молодой, — отметил Ин Хо. — Не старше нескольких месяцев. Вероятно, недоносок из нежеланного помёта.       — Мы можем оставить её себе? — Ки Хун посмотрел на Ин Хо своими оленьими глазами.       — Да, — согласился Ин Хо, как он всегда это делал. — Если мы этого не сделаем, она умрёт здесь. Они поспешили домой. Как только они переступили порог, Ки Хун завернул кошку в пушистое полотенце. После обильной сушки феном и плотного обеда тунцом крошечное животное уснуло на руках Ки Хуна, уставшее и сытое. Ки Хун держал её все часы, что она спала. К сожалению, мир не продлился долго. Она выскочила из объятий Ки Хуна, как только проснулась, и помчалась за диван, чтобы наблюдать за ними из щели большими, испуганными глазами. Ки Хун ходил взад-вперёд, словно обеспокоенный родитель.       — Дай ей время, — нежным голосом успокоил Ин Хо своего встревоженного партнёра. — Она выйдет, когда будет готова. Эта новая кошка была их самым захватывающим событием за последние месяцы. Теперь чувство мирной домашней обстановки пронизывало их повседневную жизнь. Они сняли скромную однокомнатную квартиру в старом районе; район был хороший, а соседи приятные. Они приветствуют их каждое утро по пути на работу, Ин Хо отвечает на их любезности улыбкой. Вскоре после того, как они обосновались в этом городе, Ин Хо нашёл работу в качестве учителя-заместителя в местной школе. Поначалу Ки Хун оставался дома, как и предпочитал Ин Хо. Но со временем одиночество и изоляция утомили его. Поэтому, когда Ки Хун дал объявление о вакансии шофёра на неполный рабочий день в газетах, Ин Хо не стал спорить. Работа была ему на руку, позволяя ему некоторое время выходить из дома, чтобы подышать свежим воздухом. В остальном большую часть времени они проводили вместе. Они вместе стирают и спорят из-за продуктов на рынке. Ин Хо готовит, а Ки Хун моет посуду. Они попадают в естественную рутину. Это так просто и привычно.       — Ну как? — спрашивает Ин Хо однажды вечером за ужином.       — Это очень вкусно, — Ки Хун отпил из ложки губами. — Как всегда. Сегодня на ужин было армейское рагу. Одно из любимых блюд Ки Хуна. Ин Хо знал о предпочтениях Ки Хуна ещё до того, как они стали жить вместе. Ки Хун любил грибы, но воротил нос от текстуры эноки. Он предпочитал жирную свинину постной говядине. Он не любил китайскую капусту, но мог есть её с вяленым мясом. Ин Хо хранил эту информацию как драгоценный клад и готовился для Ки Хуна соответственно. В какой-то момент Ин Хо перестал есть, предпочтя насыщаться, наблюдая за Ки Хуном. Ки Хун в конце концов тоже остановился, напряжённый взгляд Ин Хо прожигал в нём дыры. Ин Хо заворожённо смотрел, как мягкий румянец полз по шее Ки Хуна из-под воротника.       — Перестань, — Ки Хун отвернулся, избегая зрительного контакта.       — Перестать что?       — Перестань... смотреть на меня так, — Ки Хун схватился за палочки для еды. — Это меня нервирует.       — Разве я не могу смотреть на то, что принадлежит мне? — сказал Ин Хо, повторяя настроение их прошлого. Лицо Ки Хуна теперь было розовым, капли пота выступили на его коже. Ин Хо знал, что его взгляд заставлял Ки Хуна чувствовать себя неуютно, но он ничего не мог с собой поделать. Он жаждал проглотить его целиком. В первую ночь, которую они провели вместе после побега, Ки Хун не решался есть еду Ин Хо. Он уставился на угощение, как статуя, приборы лежали нетронутыми рядом с ним. Возможно, он боялся, что Ин Хо подсыпал в неё яд. Это было справедливое предположение, учитывая их прошлое. Но Ин Хо никогда больше не причинит вреда Ки Хуну, никогда, намеренно. Поэтому он терпеливо ждал и давал Ки Хуну время. Так же, как они сделали со своим котом. После ужина Ин Хо устроился на диване, пока Ки Хун убирался на кухне. Ин Хо всё ещё листал каналы, когда кран закрылся, и Ки Хун опустился на диван рядом с ним. Они остановились на сериале, который привлёк внимание Ки Хуна неделю назад. Ки Хун время от времени заглядывал за диван, проверяя, не вылезла ли кошка, чтобы съесть еду, которую он для неё поставил, и каждый раз возвращался с побеждённым вздохом. Ин Хо обнял Ки Хуна за плечо, проведя рукой вверх и вниз по его руке успокаивающим движением. Ки Хун вздохнул и положил голову на грудь Ин Хо. Тиканье часов сигнализировало о медленном течении времени. Ночь была уже поздней, и Ки Хун начал засыпать в объятиях Ин Хо.       — Устал? — прошептал Ин Хо, выводя Ки Хуна из полусонного состояния.       — Я что, задремал?.. — Ки Хун потёр глаза. Ин Хо обнял Ки Хуна за талию и притянул его к себе.       — Давай ляжем спать. Когда они добрались до спальни, пальцы Ин Хо забрались под рубашку Ки Хуна, лаская тёплую кожу под ней. Ки Хун вздрогнул, почувствовав настроение другого мужчины. Ин Хо осторожно положил Ки Хуна на матрас, в его глазах всё ещё читался голодный взгляд. (Страх всё ещё отражался на лице Ки Хуна, когда он видел Ин Хо ночью. Что-то в силуэте другого человека в тени вызывало у него болезненные воспоминания. Глаза Ки Хуна стекленеют, как будто он всё ещё заперт в этом тёмном подвале. В такие моменты Ин Хо возвращает Ки Хуна к жизни, тихо произнося его имя.) Их одежда была опасно разбросана по полу. Ки Хун извивался на коленях Ин Хо, его голая кожа была липкой и потной, когда они держали друг друга в лихорадочных объятиях. Ки Хун распутно покачивал бёдрами, тёрся о член Ин Хо и стонал, как нимфоманка. Его дыхание горячими клубами падало на раковину уха Ин Хо, имя Ён Иля срывалось с его губ отрывистым шёпотом. Ин Хо крепко держал его и трахал, пока его крики не стали окрашены болью. (Иногда Ки Хун закрывал глаза и шептал имя Ён Иля, когда они занимались любовью. Ин Хо позволял ему уйти в фантазию. Всё, что угодно, лишь бы его повреждённая психика не треснула ещё больше.) Той ночью Ин Хо проснулся и увидел Ки Хуна, стоящего на коленях рядом с ним. Лунный свет лился на его обнажённое тело, окрашивая его кожу в эфирно-голубой цвет. Он был так красив. Ин Хо мог бы смотреть на него вечно.       — Всё в порядке, любовь моя, — сказал Ин Хо. — Сделай это. Моя жизнь — твоя. Дыхание Ки Хуна стало поверхностным. Кухонный нож в его руке с силой качнулся вниз, но боль так и не наступила. Вместо того, чтобы глубоко вонзиться в сердце Ин Хо, он разорвал простыни. Ин Хо медленно поднялся и вытащил оружие из бледных пальцев Ки Хуна. Он пошёл на кухню и убрал нож. Когда он вернулся, Ки Хун скорчился, уставившись на свои руки. Ин Хо нежно обнял Ки Хуна.       — Почему… — плечи Ки Хуна затряслись. — Почему я не могу этого сделать? Ин Хо провёл пальцами по волосам Ки Хуна и успокоил его. Точно так же, как он делал каждую ночь.

──────────

Вне работы Ин Хо не часто отходил от Ки Хуна. Когда он это делал, Ки Хун настаивал, что держит GPS в своём телефоне включённым.       — Так я буду знать, где ты, — сказал Ки Хун, притворяясь, что ему всё равно. Ин Хо улыбнулся. Это мило. Просьба Ки Хуна была вызвана беспокойством, но для Ин Хо всё было нормально. Он нежно чмокнул Ки Хуна в губы и подчинился. Было бы справедливо вернуть ему долг. Ки Хун всё ещё не прикасался к трекеру, который он выгравировал под кожей много лет назад. Он, должно быть, понял в какой-то момент, как Ин Хо мог следить за ним всё это время. Нашёл ли Ки Хун устройство и оставил ли его на месте, чтобы почтить их договорённость, Ин Хо не знал. Часть его гордилась молчаливым принятием Ки Хуна; как признанием Ки Хуном того, что он принадлежит ему. В настоящий момент желание убивать всех ещё терзало Ин Хо. Тигр не может сменить свои полосы, в конце концов. Ин Хо видел бродяг на улицах, и ему не терпелось сломать кости, содрать кожу с плоти. Его импульсы с возрастом стали слабее, но они были. Ночью он смотрел на спящее лицо Ки Хуна и вспоминал, почему он старается. Утром третьего дня кот вылез из укрытия. Ки Хун вне себя от радости и портит всё напрочь, хотя и делает вид, что не делает этого. Вскоре их квартира оказывается заваленной лакомствами и кошачьими игрушками. Было приятно видеть чистую, неподдельную радость на лице Ки Хуна. Ин Хо хотел бы видеть её чаще. Не успели они опомниться, как год подошёл к концу. Зима вернулась, принеся с собой болезни и недуги. В школе Ин Хо распространилась зараза, которую подстёгивали хваткие, сопливые дети. Ин Хо сделал то, чего не делал уже давно. Он заболел.       — Сейчас сезон гриппа, — Ки Хун отнёс ведро холодной воды к кровати, окунув в её ледяную глубину небольшое полотенце. — Тебе нужно быть осторожнее.       — ...Я обычно не болею, — прокашлял Ин Хо, запертый под простынями. — Наверное, я старею. Ки Хун фыркнул.       — Я не хочу слышать это от человека, который на два года моложе меня.       — Извини, хён, — пробормотал Ин Хо. Его веки были тяжёлыми, как будто было тяжело держать их открытыми. Его тело ныло до костей. Он не чувствовал себя таким беспомощным с юности. Эта лихорадка действительно взяла своё. В комнате воцарилась тишина. С большим трудом Ин Хо открыл глаза, чтобы посмотреть на своего партнёра. Ки Хун уставился на него с обеспокоенным выражением лица.       — Что случилось? — протянул Ин Хо своим хриплым голосом. Ки Хун покачал головой, словно пытаясь прочистить мысли.       — Ничего. Просто... Я не привык видеть тебя таким. Беспомощным. Уязвимым.       — Это почти как будто ты... человек. Смех Ин Хо прервался серией хрипов и кашля. Ки Хун подлетел к нему, похлопывая по спине, чтобы вытолкнуть мокроту из горла.       — Ки Хун… — Ин Хо откинулся на пропитанные потом подушки, его тело было изношено и ободрано. Ки Хун вытер его рот платком и плотно заправил простыни под его подбородок.       — ...Спасибо. Руки Ки Хуна застыли. Не говоря ни слова, он возобновил свои действия, вода плескалась в ведре, пока он выжимал полотенце. Прохладная ткань ощущалась божественно на пылающем лбу Ин Хо. Он не хотел отрывать взгляд от Ки Хуна. Он хотел оставаться в сознании, остаться в этом моменте с Ки Хуном немного дольше, навечно. Но тяга ко сну была слишком сильной. Неизбежно, тьма поглотила его. Когда он снова пошевелился, Ки Хун поднял его, чтобы накормить кашей.       — …Она безвкусная, — вежливо заметил Ин Хо. Ки Хун нахмурился.       — Это из-за твоего заложенного носа.       — Это приятно, — пробормотал Ин Хо в объятиях Ки Хуна. Он зарылся лицом в его шею, гоняясь за успокаивающим запахом. Ки Хун пах как дом. — Может, мне стоит чаще болеть.       — Пожалуйста, не надо, — сказал Ки Хун. — Мне пришлось взять отпуск на работе, знаешь ли. Мой босс был в ярости. Эй, стой спокойно! Мне нужно измерить твою температуру...       — Это не очень мило с его стороны, — пробормотал Ин Хо. Укол ярости и ревности прорезал туман в его сознании от наглости кого-то другого, претендующего на право владения временем Ки Хуна. — Может, я убью его ради тебя...       — Ложись спать, — голос Ки Хуна был полон паники. Он уложил Ин Хо, заменив тёплое полотенце на его голове на свежее, прохладное. Ин Хо вздохнул с облегчением и поддался успокаивающему отдыху. Так проходили дни, и Ки Хун всё время был рядом с Ин Хо, выхаживая его. В конце концов, лихорадка Ин Хо спала. Как только Ин Хо выздоровел, Ки Хун заболел. Без сомнения, он заразился от Ин Хо. Их роли поменялись. Ки Хун был прикован к постели, а Ин Хо был его прилежным опекуном. Пока тот ухаживал за Ки Хуном, он вспомнил состояние мужчины после того, как Сэ Бёк ударила его ножом. Те ранние дни, когда они едва знали друг друга, когда кровь и боль доминировали в их отношениях. Когда Ки Хун вызвал что-то внутри него — Нерешительность? Смятение? Надежду? Ки Хун осмелился пробудить чувства внутри монстра, который отказался от собственной человечности, вызвав спиральную одержимость, которая поглотит их обоих.       — Сэ Бёк… — лихорадочный лепет Ки Хуна вырвал Ин Хо из мыслей. Лицо Ки Хуна исказилось от боли, по лицу текли слёзы.       — Мне жаль, Ки Хун, — прошептал Ин Хо, проводя пальцами по раскрасневшемуся лицу мужчины. Мне жаль, что ты влюбился в меня. Я так люблю тебя.

──────────

Ин Хо было всего двадцать шесть, когда он совершил своё первое убийство. Он сполоснул руки под краном, ярко-красная струя текла с его кожи в слив. Тошнотворный металлический запах пропитал тесную ванную, кафельные стены были запотевшими от крови. Истощенное и изуродованное тело доктора лежало, изрубленное на мелкие куски, завернутое в кучу мусорных мешков на полу. Ин Хо думал, что смерть доктора как-то его исправит. Успокоит пылающую ярость в его сердце, заполнит гнойную рану в его душе. Вместо ожидаемого им облегчения он вообще ничего не почувствовал. Он онемел. Полностью и окончательно онемел. Сколько бы он ни мылся, кровь на его руках не смывалась. Ин Хо мельком увидел себя в зеркале. Вместо своего отражения он увидел дьявола, и дьявол уставился на него в ответ. Что-то внутри него треснуло. Его лицо исказилось, превратившись в нечто безумное, слёзы хлынули по его лицу, и он начал неудержимо смеяться. Часть его умерла, когда погибли его жена и нерожденный ребенок. Остальная его часть умерла в тот день. День, когда он покончил с собой в первый раз.

──────────

Кот лениво дремал на коленях Ин Хо, громко мурлыча под его ласками. Ки Хун уютно лежал рядом с ним, полностью поглощенный последней мобильной игрой, которую его обманом заставили скачать с помощью сомнительной рекламы.       — А не отправиться ли нам в путешествие в Америку? — внезапно предложил Ин Хо. Ки Хун замер, переключив внимание на Ин Хо.       — ...То есть... отпуск? Ин Хо кивнул.       — Мы даже можем рассмотреть возможность переезда туда, если хочешь.       — И просто… выкорчевывать нашу жизнь здесь? — Ки Хун сглотнул. — Ты сам сказал, Америка далеко.       — Твоя дочь там, да? — Ин Хо раскрыл свои истинные намерения. — Если ты беспокоишься о деньгах, уверяю тебя, это не проблема.       — Но... Зачем? — противоречивые эмоции плясали на лице Ки Хуна. Часть его всё ещё не могла доверять Ин Хо. Он сомневался, что когда-либо сможет полностью доверять другому мужчине. Но искушение было слишком велико. Он так сильно хотел увидеть Ка Ён. — Зачем делать это для меня? Ин Хо улыбнулся.       — Иди сюда. Ки Хун нахмурился в замешательстве. Несмотря ни на что, он подчинился. Кот спрыгнул с колен Ин Хо, когда он притянул Ки Хуна к себе в медленный, томный поцелуй. Дыхание Ки Хуна сбилось, и он обнял Ин Хо за шею, углубляя их объятия.       — Я люблю тебя, — прошептал Ин Хо, когда они наконец оторвались друг от друга. Ки Хун вздрогнул в его объятиях. Ин Хо хотел видеть Ки Хуна счастливым. Его путеводная звезда, его самоотверженный ангел. Ки Хун, который все еще мог видеть человечность в таком монстре, как он, несмотря на все, через что он заставил его пройти. Ки Хун, подаривший ему вторую жизнь. Ради него он постарается.