Если любить, то до последнего вздоха

... эти книги от лица Нила Джостена.

У Нила перехватывает дыхание, а в ушах звенит. Нет. Нет. Быть не может. Он рванул к стопке книг так, будто за ним пришли люди отца, словно смерть уже наступает на его пятки, а коса занесена над шеей или пистолет уже направлен в висок. Схватив последнюю книгу с говорящим названием «Свита короля», открыл на случайной странице, пробегая глазами по тексту: Нил при всëм желании не смог бы ей повиноваться. Он судорожно вздыхает, отчаянно молясь, что всë это просто страшный сон, кошмар, галлюцинации, но надежда — чувство недопустимое. Не для него. Сколько раз мать говорила ему держаться от экси? Болеть им издалека? Боль взорвала лицо, сплавила челюсти, прожгла до самых глаз. Он игнорировал взволнованные вскрики старшекурсников; Эндрю с насквозь фальшивой улыбочкой, но чей взгляд мог бы заморозить всю комнату; недоумевающего Никки, кусающий губы от беспокойства; настороженного Аарона с угрюмым лицом; хлопающего глазами Кевина, смотря на побледневшего Джостена; беспокойного тренера с медсестрой. От запаха горелой плоти его замутило, и он не выдержал. Нила тоже начинает мутить. Он отдëрнул голову, и лезвие, уже поджидавшее его с правой стороны, рассекло щеку. В сравнении с адом, творившимся слева, жалящее прикосновение ножа показалось ему лëгким поцелуем, слабой щекоткой. Когда он шарахнулся, Лола продолжала удерживать прикуриватель на месте, но мгновение спустя отняла руку, чтобы оценить результат. Нил вцепился пальцами в книгу, не моргая, прикусив нижнюю губу аж до крови. Лола. Его нашли. Нашли, нашли, нашли. Блять. Мать была бесконечно права. Нил знал, что она убрала прикуриватель... Его замутило почти так же, как книжную версию, стоило только представить ЧТО эта психопатка сделала с ним и сделает в будущем, потому что просто убить — это слишком скучно для неë, как и для Ромеро, что всегда крутится рядом с сестрой. ... – видел это собственными глазами, – но кожей всë ещë чувствовал огонь и металл. С каждой секундой ему становилось всë хуже; казалось, желудок вот-вот вывернется наизнанку. Собственный желудок готов был исполнить написанное, потому что Нил охренеть как проебался. Зря, зря он не проявил больше сил для отказа Ваймаку. Надо было исчезнуть сразу же после выпускного и никто бы его никогда не нашëл, но нет же. Вновь познал чувство адреналина в экси, возможность снова оказаться на поле и играть вскружило ему голову похлеще любой соблазняющей девицы, как говорила однажды Мэри, пытаясь выбить из него гормоны тумаками. Мол, девушки — зло, крутящие мужиками как хотят. Нил ничего не видит перед собой, будто перед ним появился занавес, в горле неприятный ком, а руки словно стали влажнее. Казалось, он физически ощущает на них кровь — своя или чужая, не важно. Прикосновение к правому запястью, нет, хватка на ней заставила Нила обжечься и выронить книгу, что с отчётливым стуком упала, как его надежды с небоскрëба, и постепенно закрылась, а самого парня истерически попытаться вырваться. — Миньярд! — кричит кто-то из девушек, вроде бы Дэн. Секунда-две, его с грохотом прижимают к прохладной стене, пелена перед глазами исчезает, и видет Эндрю с широченной улыбкой до уха, а вот глаза... карие глаза смотрели будто в душу, с каким-то нездоровым пониманием, от него веяло странной надëжностью. — Тш-ш-ш-ш-ш, тш-ш-ш-ш-ш, — Миньярд говорит с ним удивительно спокойно, медленно, тихо; как с напуганным котëнком, держа за воротник кофты, — нам тут труп не нужен, некуда девать. Дыши. Нил только сейчас осознаëт, что затаил дыхание и, ещë бы чуть-чуть, начал бы задыхаться. Сделал глубокий вдох и выдох, игнорируя дрожащие пальцы. Прошла минута, прежде чем Нил смог затолкать панику куда подальше. — Какой молодец, а? — хмыкнул блондин, но крайне невесело. Совсем невесело. Злобно, ядовито. Но злость направлена не на самого Нила, нет. — Всегда бы так. Кевину стоит поучиться. — Отпусти его, — шипела разъярённая Дэн, которую удерживал за плечо Мэтт. — А то... что? — снисходительно спросил Эндрю, резко развернувшись, отчего старшекурсники, за исключением Рене, невольно отшатнулись, вызвав приступ смеха у «монстра». Отсмеявшись, в последний раз взглянул на Джостена, убеждаясь, что тому не грозит паническая атака, и плюхнулся в кресло-мешок. — Нил, ты как? — поинтересовался осторожно Никки, не уверенный, что говорить и разрешено ли ему это. — Что случилось? Нил на секунду зажмурился крепко-крепко, отгоняя безумный смех Лолы, запах крови, пластика и соли, звук выстрелов и привкус железа во рту. — Я умру, — быстро выпалил он, — в третьей книге я умру. Сначала повисла тишина, а после все взорвались подобно фейерверку. Нил смотрел: Дэн с бледным лицом уверяла, что они не допустят этого, хмурый Мэтт успокаивающе гладил свою девушку по спине, Элисон поджимала губы, а Сет сидел на диване со странным выражением лица, не то сожаление, не то неверие, впрочем как и Аарон, больше выглядящий как «что за нахуй?». Эбби шокировано прижимала одну руку ко рту, а вторую к груди. Ники ошеломлëнно молчал, а Кевин выглядел как олень в свете фар. Рене глядела с печалью. Только Ваймак и Эндрю внешне оставались спокойными, хотя насчёт последнего у Нила были огромные сомнения. Эндрю улыбался, но ни разу не искренне, грëбаная химия в его крови, мешающая нормально контролировать себя, а вот взгляд мрачный. Он помнил их разговор на кухне, как Нил уверял, что сбежит до матча с воронами, что ему не поздоровится, если Кевин или Рико его узнают. Видимо, Джостен настолько экси-наркоман, что не сумел бросить дело всей своей жалкой жизни ради спасения этой самой жизни, либо... Эндрю отмахнулся от этого «либо», ибо размышлять над этим не хочет от слова совсем. Чëртовы таблетки. Нил Джостен — проблема. — Заткнулись все, — твëрдо и громко заявил Дэвид, смотря решительно и мрачно. — Нил. Голос тренера содержит в себе сталь. Этот тон голоса, который обозначает, что мужчина, здесь и сейчас, переживает с Лисами их трагедии и невзгоды. Вместе с ними. Эндрю знает. Лисы неожиданно послушно заткнулись и одновременно посмотрели на сжавшегося Нила, не привыкший к такому пристальному вниманию. На миг ему показалось, что всем слышно его учащëнное дыхание, но это бред. Сглотнул. — Нил, — снова зовëт Дэвид его, голос звучит ещë твëрже. Голос возвращается с третьей попытки: — Да, тренер? — хрипло. Ваймак смотрел внимательно, считывая признаки паники, желание сбежать и весь клубок эмоций, что удивлял самого Джостена, не знавший, что способен ощущать так много и сразу. — Мы должны будем прочитать книги о тебе. Другого выхода нет, ведь иначе нас отсюда не выпустят. Нил знает, может понять, но он не хочет, вот вообще. Это... это его жизнь, а Лисы... а Лисы никто ему, им незачем знать правду. Кевин, вероятно, упадëт в обморок. Блять. Он так не хочет. Как они отреагируют на правду? Они залезут в его прошлое, в его душу, вывернут наизнанку и выпотрошут с потрохами. Он словно музейный экспонат под тысячами взглядами: ни уйти, ни спрятаться, ни сбежать. Эндрю, который по идее должен быть в восторге от того, что узнает все секреты Джостена, не выглядел довольным. Возможно, на это повлияло, что их без предупреждения выдернули из их мира сюда, что, разумно, не прибавляло настроения никому из них. Возможно, дело в чëм-то ещë. — Хорошо, — выплëвывает Нил, поднимая книгу, кладя на место и шагая к самому дальнему креслу, недалеко от Миньярда, и садится, вжимаясь в спинку всем телом. — Чем быстрее начнëм... — То есть ты не хочешь обсудить свою смерть?! — взрывается Гордон, ткнув пальцем в лежащие на столе книги, — ты правда хочешь скормить нам хуйню по типу: «давайте быстрее начнëм»?! — Гордон, — надавил Ваймак. Сет тяжело задышал, но, увидев мягкий взор их командного ангела, поднял руки вверх в жесте «сдаюсь», закатывая глаза. Элисон поджимает губы и плюхается рядом с парнем, скрещивая руки на груди, тоже не сильно радуясь перспективе читать от лица новенького о его гипотетической смерти, но кто их спрашивал? Стараясь отвлечься от смерти Джостена, украдкой взглянула на как обычно угашенного Эндрю, прокручивая в голове произошедшее ранее. Монстр кого-то успокоил, надо же. Это... стоит обдумать. И проследить. Возможно и то, что Нил сел рядом с Миньярдом далеко не случайно, как показалось на первый взгляд. Сам Эндрю рассмеялся бы, узнай о чëм думает Рейнольдс, ведь сам в курсе о маленькой такой детали: Нил в бегах. И, как полагается человеку в бегах, Джостен выбрал самое дальнее место от всех людей, но ближе всего к выходу. Дэн переглянулась с Мэттом и сели на второй, более длинный, диван. Гостиная большая, с четырьмя диванами, тремя кресло-мешками и ещë шестью обычными креслами. Зачем им так много мебели непонятно, но капитан оценила по достоинству. Никки, Аарон и Кевин сели друг с другом с достаточной дистанцией, благо диван, стоящий рядом с кресло-мешком, в котором сидел Эндрю, позволял это. Дэвид и Эбби расположились в креслах между старшекурсниками и компанией Эндрю, а Рене присоединилась к компании Элисон и Сета. — Кто начнëт? — спросила Уокер с дружелюбной улыбкой, стараясь снять очевидное напряжение в комнате. Дэн благодарно ей кивнула, с некоторым облегчением выдыхая. — Пусть Джостен начнëт, про него же читаем, — фыркнул Аарон, откидываясь на спинку дивана. Нил сжал челюсти, но кивнул, с неохотой вставая и беря в руки первую книгу. Вернувшись на место, уставился долгим и немигающим взглядом на обложку. «Лисья нора» глядела на него с какой-то жестокой насмешкой, зная, что стоит им начать читать, то вся ложь, которую он скормил и команде и Эндрю посыпется, как карточный домик. Скорее всего, его просто вышвырнут из команды по возвращении в реальность, а если нет, то Нил сам сбежит пока не поздно. Потому что Лола придëт за ним. Нил облизнул губы, ощущая как тянет в низу живота. Осознание, что явно собственными руками приблизил к себе госпожу Смерть с косой, заставило вспомнить о матери, хотя предпочитал всë неприятное заталкивать в глубины разума. Мэри, узнай об этом, самолично бы вылезла из песка, вернулась бы из пепла и сама бы прикончила сына чисто из гуманности, потому что действует она быстро и без лишней жесткости. А вот Лола, она играется, давит психологически и физически, доводя жертв до крайностей. В голове всë ещë крутится строчка про прикуриватель, вновь вызывая тошноту. Зачем Нил только поддался давлению тренера, мечтам об игре, о глупом шансе выйти на поле с риском умереть, даже не протянув до конца учебного года? Мэри была бесконечно права, отгораживая его от мира экси, в котором ему, беглецу, за которым тянется кровавая дорожка пугающего прошлого, нет места. Он не удивится, если по его глупости, по его идиотскому и эгоисточному решению ненадолго задержаться, пострадает кто-то из команды. Не с его удачей, что кто-то останется цел. Нил не ощущает вины, в его жизни нет места такому эфемерному понятию как «вина», но Лисы ни в чëм не виноваты. Они не должны страдать из-за другого, у них своих проблем хватает. В висках стучит собственный пульс, в ногах нестерпимое жжение, желание сбежать. Сбежать на другой конец света, сбежать из чëртового пространства подальше от чужих внимательных взглядов, вызывающие тугой, неприятный узел в груди. Сжал до побеления костяшек книгу с таким рвением, что ещë немного и порвëт еë на мелкие кусочки. Что угодно, лишь бы не узнали правды, не смотрели такими жалостными глазами, словно имели представление о нëм и его образе жизни, на деле ни черта не зная. Его возвращает из круговорота тревожных мыслей и мрачных воспоминаний щелчок пальцев Миньярда. Судорожно вдыхая и выдыхая, потеряно моргает, осознавая вновь где и с кем находится. — Ты родишь или как? — усмехается Эндрю, тянясь к нему и выхватывая книгу из ослабшей хватки до того, как новенький успевает начать возмущаться. Открывая на первой странице, заметил взгляды окружающих, — да бросьте, кролик скорее паничку словит, чем начнëт читать. «Кролик» задохнулся от возмущения, но не мог не заметить, как внутри всë устаканивается, как море эмоций успокаивается, больше не напоминая набирающуюся огромной силой, способное снести всë на своëм пути, волну, стоило блондину отобрать книгу. По логике вещей Нил должен был напрячься ещë больше, ведь в руках у Эндрю находится колода карт, цельная мозаика со всеми собранными и аккуратно сложенными пазлами, пусть Джостен и считает себя больше разбитым зеркалом, склеивая уродливые кусочки вместе из чистого упрямства. И всë же, всë же он обнаруживает некое доверие по отношению к Миньярду. Возможно, виновата была тьма, которую он видел в чужих глазах в квартире тренера, словно тот действительно мог его понять. Понять, а не жалеть или осуждать. — Какой я тебе, к чëрту, кролик?! — однако оставить без внимания очередное прозвище никак не мог. Опять же, из чистого упрямства и исключительно из любви к перепалкам с невозможным блондином, бесящий до зубовного скрежета и желания узнать, что прячется за фальшивой улыбкой, предварительно вмазав по лицу. Эндрю, несомненно уловив как поменялось настроение бегунка, улыбнулся ещë шире, хотя казалось, куда шире-то? — Кхе-кхе, — оставив без ответа — если так надо, пусть сам разбирается, — демонстративно громко прокашлялся, привлекая внимание, что, впрочем, было без нужды, и начал:

Глава первая.

Сигарета дотлела до фильтра — Нил Джостен не сделал ни одной затяжки. Он нуждался не в никотине, а в едком дыме, который напоминал о матери. — Ебать какое позитивное начало, — хмыкнул Сет, в ответ получая мрачный взгляд Нила. Джостен на пару секунд закрыл глаза. Запах бензина, крови и дыма, шум моря и треска огня заполонили его, но быстро подавил всë в себе, сосредотачиваясь на фальшиво-весëлом голосе Эндрю, барабанящий пальцем по корешку книги. Тук-тук, тук, тук, тук-тук, тук, тук. Нил даже успокоился. Остальные отметили про себя столь странные ассоциации с матерью, с по идее самым близким тебе человеком, но благоразумно решили промолчать. Не то чтобы у них всех поголовно хорошие родители. У кого-то и вовсе их нет. Сет задумчиво рассматривал новичка, пока Элисон рядом морщилась от отвращения. Не к Джостену, а к тому, что парню приходится травить свой организм всякой гадостью, просто потому что единственное напоминание о дорогом для тебя человеке — грëбанный никотин. Это ненормально. Аарон скрипнул зубами, сам не зная отчего. Ему не нравилось сидеть здесь, слушать о жизни Джостена. Не нравилось знать о его мыслях. Он бы обошëлся без этого. Просто так люди не умирают и, судя по всему, насильно, от чужих рук. И эти руки повергли новичка в панику до той степени, что близнецу пришлось успокаивать парня. Мэтт не хотел думать об этом, вот честно. Свою матушку он любил безмерно, но никогда не ассоциировал еë так. Это что-то совсем запредельное. Рене переглянулась с Эндрю. Эбби поджала губы, чувствуя за этим невероятно печальную историю, но не стала что-то говорить или как-то утешать парня, понимая, что сделает только хуже. Это грустно: курение напоминает о матери. Не то, что бы это плохо, но сам факт. Ха, господи Боже, дайте ей сил. Дэвид внимательно посмотрел на медсестру, но та покачала головой и одарила слабой, но обнадëживающей улыбкой, молчаливо заверяя, что беспокоится не о чем. Дэвид понятливо кивнул. Никки затошнило, потому что у него самого мама, пускай не идеальная, ассоциировалась с пирогами. Если вдыхать медленно, почти ощущаешь призрачный запах бензина и гари. Смесь вызывала отвращение и удовольствие одновременно; по позвоночнику пробежала колкая дрожь. Болезненная волна докатилась до кончиков пальцев и столкнула вниз комочек пепла. Он упал под ноги Нилу, на трибуны, и тут же исчез, подхваченный ветром. — Говорю же, позитивное начало, — продолжил Сет, что на удивление разговорчив и весел, словно не Нил пару минут назад заявил о своей смерти и не ловил паническую атаку, не их перенесли сюда без предупреждения и заставили читать книги про загадочного новенького, иначе застрянут тут навсегда. — Завались, — Аарон бросил почти гневный взгляд на Гордона. Эндрю аж глаза поднял и смотрел с умилением, удивлением и гордостью мамочки, одновременно чертыхаясь про себя за смесь эмоций и чувств. Растëт мальчик. «А бегунку в поэты бы», пробежала некстати мысль в голове угашенного Миньярда, а затем она сменилась на: «Запах бензина и гари». Эндрю макует это предложение в своей голове и так, и эдак, но догадки выходили не радужными. Ха, не радужными! А он сам — да. Забавно, забавно. Очень забавно. Читай он книжку один — и вообще было бы замечательно, а так, приходится дожидаться до остальных. Нил, стараясь показаться меньше, чем он есть, напоминал ему взьëрошенного воробья, даже несмотря на приоткрытую тайну завесы. Какое чудо! Загляденье просто. Сет показал средний палец Аарону, но всë же заткнулся и позволил монстру читать дальше. Нил посмотрел на небо, однако в мощном свете прожекторов звëзды поблекли. Он — не впервые — задался вопросом: смотрит ли на него сверху мать? Хоть бы нет. Уж она бы на нëм места живого не оставила, если б увидела, как он тут киснет и мается. — Она мертва? — уточнил Ваймак, в ответ получая вялый кивок от Нила, потихоньку начинающий смиряться с тем, что все залезут и погрязнут в его грязном, а главное в опасном прошлом. Хотя мать если и будет смотреть на него, то снизу, потому что только в аду им и место. Эндрю вытянул губы бантиком, мыча себе под нос. Пока всë складывается в пользу того, что Джостен сказал правду, но интуиция кричала своему хозяину что не всë так просто, бдительность ослаблять рано. Он же лжец, фальшивка с головы до пят. Крутит в голове и так и сяк, но ничего такого не находит. Старшекурсники охнули, Сету стало не до смеха, но в целом всë равно. Элисон что-то между: ей не жаль, но и не всë равно. — Нам жаль- Нил грубо прервал Дэн: — Мне не нужна ваша жалость. Эндрю тихо захохотал, наблюдая как у старшекурсников вытягиваются от удивления лица, позже перекошенные недовольством. Что, ваш новичок не такой тихоня, как вы думали? Повелись на красивую мордашку и тихий нрав? — Эй, мы просто... — начала повторно Даниэль, но Нил посмотрел в упор на Эндрю. Эндрю понятливо растягивает губы шире и начинает громко читать, заглушая голос капитана, что очень-очень раздражëнно посмотрела на блондина, которому плевать на несчастных членов команды, которые вот совсем-совсем не виноваты в плохом к себе отношении. Джостен сказал же, что не нужна жалость, а они? Вот поэтому Миньярд и не верит людям и вторые шансы не даëт. А «уж она бы на нëм места живого не оставила, если б увидела, как он тут киснет и мается» видимо решили удобно опустить. Как легко и просто у них, надо же! Мэтт же успокаивающе сжимает плечо Дэн. Капитан просто хотела поддержать Нила, что в этом плохого? Это не преступление. Рене сжала крестик в руках. Мать Джостен, очевидно, любил, несмотря на избиение, иначе бы не нуждался в запахе никотина, как о напоминании о ней. Она заметила оговорку, пока другие отвлеклись на смерть женщины. В какой-то степени, даже понимала его нежелание слышать слова поддержки в свою сторону, но больше, наверное, сказывалось отсутствие заботы со стороны других. Точнее, страх, что несëт в себе эта забота. Скрип двери вывел его из задумчивости. Эндрю наклоняет голову в сторону, краем глаза наблюдая за близнецом, что наконец придал своему лицу невозмутимое выражение. Ан нет, не всë так плохо и безнадëжно. Его копия всë-ж сумела обратить внимание на то, что мать бегунка то ещë сокровище. Удивительное, блять, рядом. Нил подтянул спортивную сумку поближе и обернулся. Оставив дверь раздевалки открытой, тренер Эрнандес сел рядом. — Не заметил на игре твоих родителей, — сказал он. — Ещë бы они были, — промурлыкал себе под нос блондин, заработав «завали хлебало» взгляды от окружающих, очевидно всë слышащие в тишине комнаты. Но это ненадолго. Как только Лисы убедятся, что им ничего опасного, кроме как испорченных нервов, не грозит в странном пространстве, то фиг их заткнëшь потом. Нил, подумать только, хмыкнул. Эндрю поднял брови вверх. Какая интересная реакция, не правда ли? Элисон смотрит на Сета. Сет сдержал стон, но не отвращение, проступившее на его лице. Эндрю и Нил, не сговариваясь, показали средний палец девушке, что невинно похлопала глазами. Рене рассматривала книги на столе, давя улыбку. Миньярд лишь послал очень многозначительный взгляд. — Они в отъезде, — ответил Нил. — Всë ещë или снова? Ни то ни другое, но об этом лучше промолчать. Нил знал, как надоело тренеру и учителям всякий раз слышать одну и ту же отмазку, но для него эта ложь была столь же легка, сколь и привычна. Удобное объяснение, почему Джостенов не видно в городе и почему Нил чаще всего ночует в школе. — А отец...? — нерешительно поинтересовался Мэтт. Нил не захотел им отвечать и махнул рукой, мол, в книге узнаете. Элисон прижалась к своему парню ближе, стукнула плечом и незаметно указала подбородком в сторону читающего Миньярда, в чьих глазах неимоверная скука. «Видел?» Сет сначала недоуменно нахмурился, а затем поднял брови от удивления, и кивнул. Эндрю не был удивлëн, что мать новенького мертва, да и сейчас не сильно шибко интересуется судьбой отца, словно уже знает это. Откуда? Из поездки в Колумбию? Гордон не был уверен, что таблетки не играли свою роль в данном вопросе. Может они подавляют удивление? Да нет, не похоже. Не то чтобы ему негде было жить; дело, скорее, в его нелегальном положении. Лица присутствующих вытягиваются. Какое ещë нелегальное положение? «Класс», — закатывает глаза Аарон. Ещë больше фактов о сомнительной личности Джостена. Милпорт постепенно вымирает, а это значит, что на продажу выставлены десятки домов, которые никто никогда не купит. Прошлым летом Нил тайком облюбовал один такой домик в тихом районе, заселëнный в основном пенсионерами. Соседи редко отрывались от своих уютных диванов и ежедневных мыльных опер, но, приходя и уходя, Нил все равно рисковал попасться. Как только до людей дойдет, что он занял жилье незаконно, сразу начнутся неудобные вопросы, так что проще пробраться в раздевалку и переночевать там. «Значит, сирота», — подумали все, и многим стало нестерпимо жаль парня, что казался хорошим, но сильно зашуганным, шарахающимся от любого проявления заботы и дружбы. Они хотели сказать что-то, но что именно? Нил просто обрубит на корню всë, что выйдет из их рта, посчитав, что ему не нужна жалость, но это не жалость, а сочувствие и желание помочь. Никки поëрзал на месте, потому что молчать — это не про него, но и говорить было нечего. К тому же, Ники до сих пор не извинился перед Нилом за тот случай с поцелуем. Хэммик рефлекторно положил руки на синяки от ботинок Нила, которыми тот приложил его с утра после произошедшего, поморщившись. Виноват он это точно. Вздохнул. Ладно, может, однажды его простят. Джостен парень неплохой. Кевин недоумëнно слушал о Ниле, что-то царапало в сознании, но что? Непонятно. А ещë следует позаботиться о том, чтобы о нелегальном положении новенького не прознали СМИ, хотя репутация Лисов и так на дне, но Нила могут и в полицию загрести, и тогда что прикажете делать с сезоном?! — Теперь тебе не придëться рисковать, что кто-то тебя поймает, — высказалась Рене, — в общежитии ты живёшь абсолютно законно. Нил моргнул, немного удивлëнный словами девушки, но всë же нерешительно кивнул, с подозрением уставившись на второго вратаря Лисов. В отличии от старшекурсников и Никки, смотрела Уокер с пониманием и без всякой жалости. Тренер выглядел скорее уставшим с «я скоро поседею» выражением лица. На Эбби, крайне чувствительную и эмоциональную ко всему, что еë окружает, предпочитал и вовсе не смотреть. Аарон словно лимон съел, а вот Кевин будто начал соображать, но шестерёнки в голове недостаточно быстро крутятся. На Эндрю Нил не смотрел из принципа: вдруг не сдержится и вмажет по миловидному личику? Почему тренер смотрит на это сквозь пальцы и не стучит администрации школы, Нил не знал и предпочитал не спрашивать. Джостен согласно кивнул. Раз уж дали такую милость, то лучше не нарываться. Сам Эндрю считал, что бегунок знает ответ, но просто всячески старался не размышлять больше необходимого. Кролик слишком боится признать, что ему могут хотеть помочь просто так. Не то чтобы сам Миньярд его осуждал, давно оставив мир с розовыми осколками стекла и веру в «просто так» валятся в грязи, ещë и самолично затоптав поглубже вместе с ненужными чувствами и эмоциями как «надежда», «мечта» и всë в таком духе. Нилу решительно не понравился задумчивый Эндрю. А Элисон украдкой наблюдала за двумя парнями, потому что, ну... ей ничего другого не остаëтся кроме как смотреть за окружающими и делать выводы. Решила сосредоточиться на Ниле и Эндрю, потому что обещала себе присмотреться к ним повнимательнее, когда Миньярд помог справиться с панической атакой новичку, а это что-то да значит. Рейнольдс всем телом ощущает, что с парнями творится нечто странное, что они сами отказываются признавать. Ваймак улыбнулся краем губ. Не всем взрослым всë равно на проблемы других, но, наблюдая за новичком, подмечал мелкие детали, что видел и раньше, но сейчас получал подтверждение: глубокое недоверие к окружающим, тщательный анализ, — вспомнил насколько быстро тот сопоставил факты при первом знакомстве, — и далее по списку. Вздох. Да, Бетси есть где развернуться, при условии, если сможет заставить Нила говорить. Он не слушал ту несусветную чушь, которую нëс Эндрю в тот день, завалившись к нему квартиру, а сейчас понимает, что прислушиваться всë-таки было нужно. Ваймак видел признаки жестокого обращения и всë равно обманулся. Для кого и для чего нужен был весь этот спектакль — не ясно. Эрнандес протянул руку. Нил передал ему сигарету. Тренер затушил еë о бетонную ступеньку, щелчком отбросил смятый окурок и повернулся к Нилу. — Думал, сегодня они сделают исключение. — Я с ним незнакомом, но он уже мне нравится! — Ники приложил руку к сердце. — Просто потому что не стал ругать за курение? — с сомнением протянул Аарон, сморщив нос. — Какие низкие стандарты. — Но-но, меня интересуют старше меня лишь на два-три года, не больше, а остальные лет до восемнадцати минимум, — возразил Ники, надув губы в притворной обиде. — Самым лучшим тренером всë равно является наш. Лисы тут же заголосили что-то утвердительное, даже Эндрю промычал в подобии согласия, но в шуме никто должного внимания не обратил. Кроме Рене, хорошо понимающая блондина, Нила, следящий в целом за всеми, и самого Ваймака с Эбби. — Тренер, смотрите как вас любят! — разулыбался Миньярд, обводя рукой ребят. Дэвид усиленно делал вид, что не замечает начинающую пылать энтузиазмом команду, что в редком единодушии поддержали «монстра», приняв, конечно, его слова за насмешку, но проигнорировали это. — Читай, Миньярд. Эндрю в кресле-мешке сделал поклон и нарочито величественно продолжил: — Кто же знал, что эта игра — последняя? — отозвался Нил, глядя на поле. Поражение в домашнем матче выбило команду Милпорта из чемпионата штата всего за две игры до финала. Подойти так близко и откатиться так далеко. Р-раз — и сезон окончен. Рабочие уже начали снимать прозрачные щиты из оргстекла и расстилать искусственное травяное покрытие. Когда они закончат, глазам вновь предстанет обычное футбольное поле и ничто не будет напоминать об экси до самой осени. Смотреть на это было больно, однако Нил не отводил взгляда. — Ууу, наркоман! — показательно скривился Эндрю, чья концентрация скакала от книги до других и в обратном порядке. Чëртовы таблетки, будь они трижды прокляты. — Вообще-то, экси хорошая игра, еë много кто обожает... — вмешался Кевин. — Жалкие, — перебил его блондин, — фанатеют по мячику с палочками. Кевин, донельзя оскорблëнный к такому пренебрежению, скрестил руки на груди. Люди, что любят экси — не жалкие! Дэй обещал себе переубедить Эндрю, доказать, что экси не пустая трата времени и сил, чтобы он там не говорил. Он дал обещание подарить ему смысл жизнь. Сейчас в том говорят таблетки, но когда его снимут... Даже Эндрю надоест быть неудачником, в конце-то концов. — Ты сам в неë играешь, — выдавил Кевин. Мильярд моргнул. Раз-два, а затем хихикает, отбивая ритм по обложке книги пальцами. — И правда. Значит, я и сам жалок, — кивает блондин, наблюдая за перекошенным лицом Дэя. — Ты не-, — сделал паузу, собираясь с мыслями, — ты не жалок. У тебя талант, с помощью которого ты можешь достичь многого. Талант. Талант, талант, талант. Он просил об этом? Зачем ему становится кем-то значимым в мире экси? — Кристаллически... Кевин засопел. Нил неверяще хмыкает. До сих пор не верится, что игроку такого уровня плевать на всë. Ну не может быть так! Другие не выглядели удивлёнными, но сам Джостен понять не мог. Кто-то не любит экси? Переживëт, это личное мнение каждого. Но поверить, что Эндрю Миньярду абсолютно похер на игру... Нет, он не может. Нельзя быть таким хорошим в чëм-либо и НЕ интересоваться предметом. Здесь какая-то своя история, да только Нил её не знает. Кто бы только рассказал? Элисон понравилось выражение лица Дэя: надутое, словно у ребёнка отобрали леденец и съели у него на глазах. Экси — игра-гибрид, помесь: что-то вроде лакросса на поле размером с футбольное — и по жесткости не уступает хоккею. Нил обожал в этом виде спорта всё, начиная от высокого темпа и заканчивая агрессивностью. — Принцесса, он определëнно твоя мини-копия! — важно кивнул Сет, будто сделал невероятное открытие. Лисы заржали от прозвища, пока Дэй хватал ртом воздух от возмущения. Никакая он не принцесса! Что все заладили?! Даже Нил прятал ухмылку, выглядя снисходительно. Явно припомнил тому летние тренировки, где его загоняли так, что почти возненавидел то немногое, что холил и лелеял с детства, оберегая любимое экси, как часть своего сердца. Аарон грустно посмотрел на потолок. Потолок посмотрел на него в ответ. Но тоже как-то грустно. Почему вокруг него одни идиоты? Эндрю, страшно сказать, показал большой палец Гордону, беря на заметку новое прозвище для своего великовозрастного дитë. Сам Гордон ошалел от своеобразной поддержки Миньярда, но ничем не показал этого. Рене наблюдала за ними всеми как за детьми в саду, ощущая себя гордой воспитательницей. Смотрите, как они условно мирно общаются. Без ссор и драк. Не достижение ли? Возможно, действительно смогут играть как одна слаженная команда. — Вашему вниманию: Кевин-Его-Высочество-Дэй! — торжественно провозгласила Элисон, и новая волна смеха заполонила комнату. Кевин грозно на них всех смотрел, обещая все кары небесные, рвал и метал молнии. Нихрена он не принцесса! Лисы успокоились несколько минут спустя. Экси — единственная часть его детства, от которой он не смог отказаться. Кевин моргнул, неожиданно сосредоточившись на этой части. Что-то усиленно заскрипело в ржавом механизме, но нет под рукой смазки, что ускорит процесс и приведëт к правильному ответу. — Позвоню им позже, сообщу счëт, — добавил он под пристальным взглядом тренера. — Скажу, что ничего интересного они не пропустили. — Пока, может, и не пропустили, — туманно произнес Эрнандес. — Тут к тебе кое-кто пришел. Для того, кто полжизни убегал от собственного прошлого, эти слова прозвучали как фраза из ночного кошмара. — Хэй, наш тренер явно не ночной кошмар, — быстро догадавшись, кто это может быть, Мэтт не обращал внимания на «полжизни убегал от собственного прошлого», подумав, что говорится метафорически, а не в прямом. В конце концов, Лисы — они такие, тоже убегают от прошлого, если можно так выразиться. Рене мило улыбнулась, потому что тренер был скорее рождественским подарком. Для неë и всех лисов он таковым и был. Шанс на нормальную жизнь, на что-то большее и лучшее. Ваймак — важная часть их жизни. Для неё, мужчина подобен вере, в которую она обратилась и из которой черпала силу и мотивацию стать лучше. Девушка, однако, понимала Нила, догадываясь, что парень убегал не метафорически. Эндрю ведь не зря повëз его в Колумбию, после которой определит в чьей компании останется Джостен. Посмотрела на Эндрю, метнувший головой. Значит, Нил проблема еë друга. Уголки губ полезли вверх. Сам же Нил не счëл нужным отвечать Бойду, явно придерживаясь другого мнения и разумно помалкивая. В мыслях он устраивал свои похороны и готовился к возможной реакции окружающих, но больше его беспокоил Дэй, выглядящий так, словно на грани узнать правду, так задумчиво он смотрит то на книгу, то на Нила. Нил не знал, стоит ему сказать сразу или ждать момент раскрытия в книге. — Зато вы — мой, — вздохнул Дэвид, что не могло не вызвать возмущенное: — Эй! — от Лисов и позже персонально обиженное от Никки: — Ну вот, ещë один отец считает, что я его персональный кошмар! Ваймак смотрит многозначительным взглядом на свою команду, а затем вновь вздыхает, улыбаясь краем губ, с тщательно замаскированной любовью рассматривая Лисов, спорящие уже на то, кто является любимчиком тренера. Как мало им нужно, чтобы переключиться на другую тему. Эбби положила руку на плечо мужчины в знак поддержки, получая слабый кивок благодарности. —... ясное дело, что это я! — услышал Дэвид насмешливый голос одного из проблемных детей. — Станешь, если продолжишь читать дальше. Лисы возмущённо уставились на мужчину, как на предателя. Особенно Кевин. Нил втайне почти хотел согласиться с высказыванием Эндрю, потому что после такого феерического знакомства, да такого, что у него аж воздух вышел из под лëгких, Дэвид даже не наказал блондина. То ли понимал, что это бесполезно, то ли взаправду Миньярд был в любимчиках. О том, как лисы перешли к данной теме, предпочитал не думать, просто потому что не понимает по какому принципу работает их мозг. Эндрю хмыкнул, нацепил вид пай-мальчика, впрочем, никого этим не обманув, и продолжил: Нил тут же вскочил на ноги и закинул сумку за спину, но звук шагов сзади подсказал, что драпать поздно. Рывком развернувшись, он увидел в дверном проëме высокого крупного мужчину. Торс незнакомца обтягивала майка-алкоголичка, обнажëнные плечи и предплечья были покрыты этническими татуировками с изображением кудрявых завитков пламени. Одну руку он держал в кармане джинсов, в другой сжимал толстую папку. Поза его была расслабленной, тогда как взгляд карих глаз — пристальным. Нил его не узнал, а значит, мужчина был не местным. Милпорт не мог похвастаться и девятью сотнями жителей. Тут все обо всех всё знали. — Для бегунка не самое лучшее решение, — развеселился Миньярд, а затем ещë больше, заметив пристальный взгляд его личной задачки по математике. Но задача хотя бы имела ответ и решения, а Джостен — нечто большее. Скорее головоломка. Большая, сложная. Вот, у него в руках книга, и даже так ничего не понятно. Он надеялся в будущем это исправить. — Понадеялся, что слухи о чужаках быстро дойдут до меня, — Джостен задумчиво рассматривал голкипера, подумывая о том, как ударить ногой так, чтобы остались синяки не что бы очень сильные, но весьма неприятные. Очень удобно находятся рядом, нужно же пользоваться всеми плюсами в любых ситуациях? — Ай-яй-яй, разве ты не знаешь, что эти чужаки могут быть скрытны при желании? — пожурил пальцем бегунка, что так очаровательно закатил глаза и показал средний палец, вызвав хохот и большой палец вверх у Эндрю, глаза по пять копеек у старшекурсников, закатывание глаз от Аарона и восторг у Ники. Кевин смотрел всë с большим подозрением. Элисон тихо хмыкнула, стараясь вести себя тихо для возможного шпионажа. Что она шпионит, сама не понимает, но вы видели как общаются Нил и Эндрю? Нил нихрена не тихоня. Возникает вопрос: от кого он прячется? Девушка подозревает, что парень взаправду убегал пол жизни от прошлого. Мать мертва, что с отцом непонятно. Рене улыбнулась, а вот тренер тяжело вздыхал: «Это выше моей зарплаты». Эбби со смешком похлопала мужчину по спине. Нилу с его секретами такое докучливое любопытство, ставшее второй натурой обитателей городка, заметно усложняло жизнь, однако он рассчитывал, что местный менталитет послужит ещë и защитой: по идее, слухи о чужаке должны были добраться до него раньше, чем сам чужак. Но Милпорт его подвëл. — Увы, — Нил раскрыл руки в стороны, состроив театрально постную мину, из-за чего у Эндрю вырвался шквал хохота. Эндрю получил подушку, которую бросил в него взбешённый Кевин, ловко поймав еë. — Захлопнись и читай дальше. Так как Эндрю просто нравится говорить Кевину «нет», то стал громче хохотать, бросив снаряд обратно с такой силой, что Дэй крякнул от неожиданности. Крякнул. Как утëнок. Значит, Эндрю мама-утка с непослушными утятами, так и норовящие сбежать из под тщательно надзора, потому что он весь такой «плохой и злой», да, Аарон? Отсмеявшись и сделав вид, что успокоился, под тяжëлым взглядом тренера вернулся к чтению: — Я вас не знаю, — констатировал Нил. Посыпались смешки по комнате. Нил закатывает глаза. Ребята когда-нибудь начнут воспринимать всё всерьëз, или так и продолжат сводить всë в шутку, прерываться на непонятные своры и далее? Такими темпами, они никогда не дочитают не то, что три, а даже одну книгу. — Он из университета, — пояснил Эрнандес. — Приехал посмотреть, как ты играешь. — Чушь, — фыркнул Нил. — Никто не набирает игроков в Милпорте. Люди вообще не знают, где это. — Есть такая вещь, называется «карта», — подал голос незнакомец. — Может, слышал? — Они нашли друг друга, — прошептал Ники, прижав руку ко лбу, закатывая глаза в лучших страданиях Аарона, что только громко цокнул на такую демонстрацию. — Вообще-то, это я его нашëл, — не согласился Кевин. «Зря», подумал Нил. Всем стало бы гораздо легче жить. — Сочувствую, — фыркнул Аарон. Эндрю улыбнулся, снисходительно поглядывая то на тупоголового братца с редкими проблесками мозга, то на принцессу, готовясь к королевской истерике, когда до него дойдёт правда о бегунке. Он на удивление тугодум, но ничего-ничего. Это исправляется. Тренер бросил на Нила предостерегающий взгляд и поднялся. — Этот человек приехал сюда, потому что я написал ему о тебе. В его команде проблема с нападающими, вот я и решил, что стоит тебя показать. Тебе говорить не стал, чтобы не обнадëживать раньше времени. — Да он скорее напугал тебя, бе-гу-нок, — протягивает Эндрю, насмешливо склонив голову набок, — может даже обрëл на смерть. — О чëм ты? — прищурилась Дэн, впиваясь настороженно в «монстра». — Только посмей его тронуть! Брови Эндрю поползли вверх, вопросительно указал пальцем на себя, похлопал глазами, обернулся на Ваймака, затем на близнеца, взглянул на Нила и только потом вернул внимание к капитану, с каждой пройденной секундой закипающая всë больше от якобы невинного образа голкипера. Ха, смешно. Думает, что Эндрю только и занимается убийствами. Ну конечно, кто же ещë, как не бессердечные, злые и неблагодарные «монстры» вечно во всëм виноваты? Чуть что, сразу они! — Кто сказал, что я его трону? — улыбочку по-шире, — я имел ввиду другое. Какая предвзятость, какой непрофессионализм! И продолжил, не давая и рта раскрыть: — Чего-чего? — Нил вытаращил глаза. Дэн фыркает, но при виде лёгкого покачивания головы Рене, оставляет комментарии при себе. — Когда мы договорились о встрече, я пытался связаться с твоими родителями, но они так и не ответили на мои сообщения. Ты вроде говорил, они постараются приехать на игру? — Они хотели, — буркнул Нил. — Не получилось. — Немного земля мешает, да? — посмотрел на Нила, махнувший рукой. — Миньярд, — Ваймак обратился с отчëтливым предупреждением в голосе. — Понял-понял, — вышеупомянутый отсалютовал двумя пальцами от виска, не посчитав нужным сказать, что их драгоценный новичок не шибко и расстроен его высказыванием. Возможно, просто потому, что мать могла надавать по шее. — Я больше не могу ждать. — Незнакомец подошёл и встал рядом с Эрнандесом. — Разумеется, глупо набирать игроков под конец сезона, но у нас возникли технические трудности с последним новобранцем. Тренер Эрнандес сказал, ты ещë не определился с выбором учебного заведения на следующий год, так что всë складывается как нельзя лучше, а? Мне нужен нападающий, тебе — команда. Подписываешь бумаги, и на ближайшие пять лет ты в моëм распоряжении. Со второй попытки Нил выдавил: — Вы же это не всерьëз? — О, поверь, он всерьëз, — Мэтт посмотрел на скривившего в непонятной гримасе лицо Нила и благоразумно замолк. Аарон пренебрежительно поморщился. Спасибо, лично он бы вполне смог обойтись без пиздец подозрительного новичка, нелегально занимающий один из домов. В прошлом, но суть не в этом. Серьëзно, что Кевин в нëм нашëл? — Ещë как всерьëз. К тому же дико тороплюсь. — Незнакомец бросил свою папку на трибуну, где сидел Нил. На обложке черным маркером были жирно выведены имя и фамилия Нила. Он уже хотел открыть папку, но потом подумал: а смысл? Человека, которого изучил и теперь старается завербовать этот заезжий тренер, вообще не существует. Сначала: — ... А затем: — Как не существует?! — хором воскликнули большинство Лисов, заставив Нила вздрогнуть от громких звуков и вжать голову в плечи, отказываясь что-либо говорить, сморщившись от начинающей головной боли. Эндрю, собирающий по крупицам то, что действительно нравится и не нравится Джостену, реакцию на громкие звуки не раз и не два замечал, как и сейчас. Запомнил, проанализировал и любовно положил в папочку под названием «факты о Ниле Джостене». Спросите, зачем ему это? Да вы что, это же очень важно в разгадывании Нила, который не Нил, что довольно очевидно, раз тот в бегах! Можно будет сыграть на этом. — Пиздец, Кевин, ты кого, блять, взял в команду!? — тыкает в Дэя взбешëнный Аарон, пока первый растерянно рассматривает Нила, которого вроде как не существует. Если он не Нил, то кто же? — У него есть потенциал, так что неважно кто он, — слабо возразил Кевин, но близнец Эндрю грозно смотрел на их звëздного нападающего. — Да отвлекись от своей ëбанный игры! Перед нами может скрываться убийца какой-нибудь! — Но... — начал Кевин. — А я согласен с Миньярдом, — поддержал одного из блондинов Гордон, — у нас хуй не пойми кто в команде, а тебе поебать, лишь бы в экси играл? Дэй обиженно засопел. Не на Сета, ничего не понимающий, а на Аарона, который уж точно должен знать, что будь Джостен взаправду опасным для них, Эндрю не поленился бы вышвырнуть его из команды, даже если сам Кевин расстроился бы от потери перспективного нападающего. Нил талантлив, он знает это, и с помощью тренировок тот станет лучшим. Его место в национальной сборной. Но мы отвлеклись. Дэй верит Миньярду, в его обещание о защите, так что да, Джостен может представлять угрозу, но раз всë ещë здесь, то угроза направлена не на них. Он промолчит о том, что блондин, видимо, чувствует некую ответственность за новичка, раз взвалил на себя заботу о нëм. Ладно, называя это заботой, Дэй немного преувеличил, но факт есть факт: Эндрю помогал Нилу справляться с панической атакой. — Объективно от него требуется играть и только, — гнëт свою линию Кевин, в надежде что кто-то да поймëт. Не из старшекурсников, а из остальной компашки, уж они-то точно знают, как Миньярд защищает своих людей. — Одержимый, — пропел Эндрю, с нескрываемым интересом наблюдая за ними, не забывая отслеживать реакцию главного героя книг, игравший в партизана. Но Дэя он понял прекрасно. Как жаль, что его родственнички не соединили нужные точки. Хотя Аарон всë равно бы не принял подобного, обиженный за решение с Тильдой, с тем, как Эндрю разобрался с ней. Ха, и зачем, значится, заключать сделки, если не веришь в их силу? Дэвид помассировал переносицу, но подумал, что вряд ли это такая уж проблема, как Кевин и мафия, но тут же отбросил в сторону эти мысли, вспоминая слова Нила о своей смерти вначале. В любом случае, неудивительно почему парень такой недоверчивый и скрытный. Эбби сочувствовала Джостену, который явно притворяется не тем, кем он есть. Это значит, надо менять свои интересы, вкусы и желания. Бедный ребëнок. Рене качала головой. Неужели никто не видит того же, что и она? Кевин, вон, всë понимает. Никки неловко улыбнулся. Через пять недель Нил окончит школу, а через шесть будет далеко отсюда, сменит и место жительства, и имя. Неважно, что ему понравилось быть Нилом Джостеном. Он и так здесь слишком задержался. — Но ты всë равно здесь, — не то осуждающе, не то вопросительно сказал Аарон, неотрывно смотря на Нила. — Тихо-тихо, — поднял руки Хэммик, пытаясь предотвратить возможную ссору, а то затянется на несколько часов. Ему не прельщал шанс остаться здесь слишком надолго. Единственное, о чëм он мечтает прямо сейчас: быстро дочитать книги, придумать план по предотвращению смерти Нила и воплотить его по возвращению в реальность. Он так много просит? Аарон скосил недовольный взгляд в сторону кузена, словно не мог взять толк, почему Никки никак не догоняет, что Нил Джостен — фальшивка с головы до пят, грозившая утянуть команду на дно. Больше, чем уже. У них на хвосте и так Морияма, так ещё и сомнительные парни появляются, а у него только одна семья осталась. — Вопросы к тренеру, что дал выбор без выбора, — отбрехался от обвинений Джостен. По факту он пытался отказать. Пытался же? Пытался, да. То, что у него не получилось — не его проблемы, когда и так сделал всë возможное. Эндрю кивнул. На Эндрю покосились, но не прокомментировали. Аарон был не в силах осуждать за это Нила. Ваймак умел убеждать. Говорил так, что отказать ему не мог никто, даже он, Аарон, что часто притворялся, словно ему не нужен был этот шанс. Рене, да и остальные Лисы, улыбнулись. Даже Сет. По большому счëту, к такому образу жизни Нилу не привыкать. Последние восемь лет он провëл в бегах, нанизывая одну ложь на другую, путая следы. Гордон поперхнулся. Вот это у Джостена опыт. Зачем-то он представил, как на собеседовании на работу у новичка спрашивает, если у него какой-нибудь стаж, а тот отвечает в духе: «Да, у меня восемь лет стажа. Вранья». Рехнуться можно. — Восемь лет... — покачала головой шокированная Дэн, — какой ужас. Мэтт обнял девушку за плечи. — Я бы так не смог, — прошептал Бойд. Даниэль согласно кивнула. Что же за жизнь у новенького? Ей хотелось обнять этого социально-неловкого паренька, но осознала в последний момент что еë утешение не примут и стало так обидно до чëртиков. Как ей сказать, что всë нормально? Что они принимают его со всеми страшными скелетами, выглядывающие из тëмного угла шкафа? Мозг Кевина закрутился, завертелся, но не хватало одной части мозаики, чтобы сложить всë. Фальшивые имена, восемь лет в бегах, экси — то немного, что осталось от детства. Ответ вроде рядом, только руку протяни, но Дэй упорно не мог сложить всë в единую картинку, самого важного не хватало. Эбби наткнулась в плечо Дэвида, глубоко дыша. Бедные дети, у них у всех очень сложная судьба, и ей безумно жаль, что ничем не может помочь. Только стоять в стороне и наблюдать, как их поломанные Лисы сами встают на ноги твëрдо и уверенно, идут вперёд с отчаянной решимостью. Ваймак нахмурился. Если парень аж целых восемь лет в бегах, то тут явно замешана мафия, не меньше. Рене прикрыла глаза. От настоящего имени его отделяло двадцать два фальшивых, и он знал, что случится, если кто-нибудь всë же отследит между ними связь. — Двадцать два... — прохрипел Мэтт, глаза которого почти повылезали из орбит, настолько казались большими. — Ахренеть, — согласилась Дэн, смотрящая теми же мультяшными удивлëнными глазками, впрочем, как и половина команды. «Много», — подумал Эндрю, а затем хмыкнул и скосил взгляд на Рене, что приподняла уголки губ, поняв его посыл. — Хорошие фальшивые документы стоят пиздец как дорого, — как бы невзначай бросила уже отошедшая от удивления Элисон, наматывая прядь волос на указательный палец, прижавшись к боку Гордона, обнимающий девушку за талию. Команда бросила на Нила задумчивый взгляд, остановившись на его бомжеватской одежде. Джостен не посчитал нужным пояснять, что одеваться он должен в первую очередь удобно, не выделяясь. Не важно, носишь ли ты шарфик от Гучи или мешковатую кофту, обе вещи одинокого испачкаются кровью, так что одежду должно быть не жалко пустить в расход и выбросить. Меньше знают, тем лучше для них. Хоть и раздражает, когда ребята мыслят стереотипами из фильмов, которые Нил не смотрел. Не было времени. Просто знал, насколько там всë нелогично большую часть времени. Стать членом университетской команды — значит не просто застрять на одном месте, а оказаться в центре внимания. Тюрьма не задержит отца надолго, и в матче-реванше Нилу просто не выжить. «Оппа, вот и подвох!», подумал Эндрю, всегда чуявший неправду, словно пëс, идущий по запаху обмана и лжи. Хотя стоит признать, что действительно поверил бегунку, в это историю, сотканую из пустоты. Так красиво и убедительно соврать не каждый сумеет. Трудно, конечно, сказать, что тот совсем уж соврал, но явно многие детали опустил, что логично, сам бы так сделал, сместил акценты и вуаля! Всë же для того, кто находится в бегах восемь лет — искусно врать и не краснеть очень важное умение, гарантирующее залог выживания. Небось и пульс и признаки страха контролирует так, что внешне этого не видишь, но нутром чуешь, ощущаешь практически всем телом, что становится тошно. Правда панические атаки скрывать Джостену удаëтся не сильно удачно. — Ай-яй-яй, а врать некрасиво, — покачал головой Эндрю, — мне ты сказал, что они мертвы. Лисы удивились. Когда это они успели обсудить прошлое парня? Ваймак начал догадываться о чëм шла речь в том разговоре в его квартире. — Ты ожидал от лжеца правды? — иронично хмыкнул Нил, смотря на драматично досадливого Миньярда, по-детски надувший губы. Погрозив пальчиком, наклонился к Нилу. — Верно, что ж я так? Но я всë ещë не люблю, когда меня обманывают. Джостен с трудом подавил расплывающийся по лицу оскал, понимая, что начинает проявляется более тëмная натура его личности. Натаниэля. Имя было горечью на языке, кровью на руках, ножом в ладони и тем, что он ненавидел и презирал, но отказаться не мог. — Да насрать мне, что ты там любишь, — он слышит, как Дэн тихо охает, Мэтт издаëт нечеловеческий звук, в то же время у Элисон горят глаза нездоровым предвкушением, но благо Нил не видел этого безобразия. Даже компания блондина смотрит на Нила, как на больного. Эндрю возвращается на место с полуулыбкой, полуоскалом, внутренне заходясь от восторга дерзкого новичка, но одновременно борясь с желанием задушить невозможного Джостена с его бойким языком или заткнуть его рот. Только пока не решил каким способом. Тьфу, о чëм он думает? Гадость какая. Это всë таблетки, сто процентов. — Просто для ясности, — взял слово Ваймак, — ты убегаешь от отца? Нил сглотнул, на секунду вспоминая его лицо: рыжие волосы и голубые, словно лëд, глаза, в которых нет ничего, кроме пробирающего до костей холода. — Да. Дэвид кивнул. Люди переглянулись. Это каким должен быть отец, чтобы сбегать от него? Арифметика проста, но она не делает выбор легче. Контракт — верный билет в будущее, которое ему не светит и о котором он мечтает до боли. На краткий миг Нил возненавидел себя за решение играть в сборной Милпорта. Нельзя ему было возвращаться на поле. Говорила же мать, что он должен завязать с экси. Предупреждала, чтобы не высовывал носа, чтобы «болел» издали, а он не послушал. Но что ещë ему было делать? После смерти матери Нил приткнулся в Милпорте, потому что не знал, как жить дальше, вот и всë. У него не осталось ничего, кроме экси, и теперь, заново почувствовав вкус игры, он уже не представлял, как от неë отказаться. Эндрю облизнул губы, на миг яростно посмотрев на ненавистное ему слово на букву «п», сжав челюсти. Память услужливо начала подкидывать картинки прошлого, вызывая неудержимое жжение в пальцах и желание расчесать шрамы под тканью, предпочтительно ножами, но это невозможно, потому что ножи Рене нельзя использовать так. Воспоминания, которые Миньярд старательно закидывал в дальний уголок головы, но никогда не забывая. Просто не может. — Пожалуйста, уходите, — сказал он. Нил недоумëнно моргнул. Память, конечно, у него не идеальная, но точно помнит, что он сказал «пожалуйста». По какой причине блондин упустил это слово? А затем дал себе же мысленный подзатыльник, потому что какого хрена он интересуется этим мудаком, когда здесь даже не влияние Кевина? Затем успокоил себя, что быть должным не любит, а Миньярд тут его как бы из панички вытаскивал, хоть и не обязан. С другой стороны, Эндрю нахрен не сдалась ответная услуга, но что мешает Нилу это сделать? Дэвид, с которым и вëл диалог Джостен, если и удивился, то внешне не показал. Вот за это Эндрю и уважает тренера, проявляющий по-настоящему волшебное понимание, всегда знавший что и когда говорить, когда влезать и нет. Эта замечательная способность делает Ваймака чуть более терпимым, чем всех остальных. — Понимаю, всë это немного неожиданно, но имей в виду, ответ мне нужен сегодня. После того как Джейни упекли в психушку, комитет с меня не слезает. Сердце Нила рухнуло. Он оторвал взгляд от папки и посмотрел на чужака. — «Лисы». Университет Пальметто. — О, всего одно имя и нас уже признали, — усмехнулся Сет, заработав скептические взгляды некоторых членов команды. — У нас репутация, — пожала плечами Дэн. — Дерьмовая, — закатил глаза Аарон, не понимающий, что вообще здесь делает. Дэн уставилась на него, но не могла отрицать правды. Лисы действительно считались позором первого дивизиона, но многие почему-то забывают, что они всë ещë профессиональная команда, у них уровень выше, чем у школьных. Рене миролюбиво вмешалась: — Всë имеет свойство меняться. Уверена, мы начнëм выигрывать рано или поздно, а реакция на нас станет более положительной. Нежный голос их второго голкипера немного успокоил капитана. Сет, конечно, порывался съязвить, что Лисы ещë долго не смогут выбраться из дна, но идти против местного ангела хотелось не очень. Гордон воспринимал Уокер, как младшую сестру, о которой он хочет позаботиться. Рене всегда являлась миротворцем в команде, к ней обращались за советом и помощью, и не прислушиваться к ней не мог никто. Эндрю хмыкнул. «Безнадëжная оптимистка». Мужчина — Нил уже догадался, что это тренер «Лисов» Дэвид Ваймак, — заметно удивился его сообразительности. Эндрю кивает. Лжец из Нила потрясающий. Чтобы так искусно лгать, надо обладать впечатляющей сообразительностью. По скромному мнению самого блондина, Джостен догадался кто такой Дэвид, как только увидел его. Тот упорно следил за птичкой и Кевином, а раз Кевин ушëл к таким ничтожествам, как Лисы, значит перерыл всë что можно и нельзя, а их тренера, болеющий манией коллекционировать несчастных изгоев общества, не запомнить очень сложно. — Значит, ты видел сюжет в новостях, — произнес он. — Мы часто мелькаем на экране телевизора, — сдержанно ответила Дэн. — Не в самом лучшем свете, — буркнул Сет. Капитан прикрыла рукой глаза, считая до десяти. Всë это правда, но можно было бы проявлять побольше командного духа, ведь с таким отношением им никогда не пробиться наверх. Технические трудности, сказал Ваймак по телику. Под этим завуалированным выражением подразумевалась попытка самоубийства, которую совершила Джейни Смоллз, новый игрок команды. Лучшая подружка обнаружила еë со вскрытыми венами в ванной и, к счастью, успела доставить в больницу. Последнее, что слышал Нил, — Джейни поместили под надзор психиатров. «Типично для “Лисов”», — бестактно ляпнул ведущий новостей, хотя, надо признать, не преувеличил. Дэн пренебрежительно фыркнула на слова ведущего новостей, поражаясь в очередной раз, хотя и не должна, бессердечностью людей. Неважно насколько это «типично» для Лисов, как это подходит имиджу команды. Суть в том, что Джейни попыталась совершить са-мо-у-бий-ство. Плевать на причины, сам факт должен ужасать, потому что это какого уровня отчаяния человек должен дойти, чтобы решиться наложить на себя руки, словно иного выхода нет? Но люди жестоки и равнодушны и вопросом «почему» не задаются, списав всë на то, что каждый второй в их команде подвержен суицидальным мыслям. Ха, смешно, глупо и как же стереотипно. Эндрю, прочитав всë это на лице их «непогрешимого» капитана, рассмеялся, качая головой. Ох, старшекурсники ведь сами навесили на него и его компанию ярлыки. «Монстры», «психи», это ведь всë они, верно? В частности Миньярд, который «социопат». И до сих пор смеет считать себя святой и обвинять других в накладывание стереотипов, никак не задумываясь о том, чтобы примерить их ситуацию на себя. Что за двойные стандарты? Хотя... ему плевать. Он ничего и никому не должен доказывать. «Лисы» из университета Пальметто представляли собой сборище талантливых отбросов и беспризорников: Ваймак комплектовал свою команду исключительно выходцами из неблагополучных семей. Его намерение сделать из «Лисьей норы» некое подобие реабилитационного центра в теории выглядело замечательно, однако на деле подопечные Ваймака представляли собой группку изломанных жизнью одиночек, не способных сплотиться даже на время игры. Все хором хмыкнули. Возможно в обыденной жизни они не могли найти общий язык, но на матчах исправно работали друг с другом. Эндрю может ручаться за себя, даже если большую часть времени в прошлом году просидел на скамейке запасных. Но сейчас, с Кевином в команде, входящий под его защиту, придëтся приложить чуть больше усилий, чем обычно, иначе ждëт их громкие истерии, недовольное топание ножек и слезами в три ручья из-за хреновой игры, проигранного матча и далее по списку. А Эндрю очень трепетно относится к выполнению обязанности «мамочки» нерадивых детишек. И вправду мама-утка. Хотя его подопечные очень норовят выскользнуть из под крепкой хватки, не задумываясь о том, как ошейники обещаний, которые добровольно на себя напялил блондин, душат Эндрю. Перекрывают воздух в лëгких, натягиваются так, что расслабь он их на секунду, порвутся с отвратительным звоном ломания цепей, оставив с собственным носом. Было бы смешно, если бы не так грустно. В Национальной студенческой спортивной ассоциации (НССА) «Лисы» значились как самая малочисленная команда и безнадëжный аутсайдер, на протяжении трëх лет плетущийся в хвосте рейтинга. За прошлый год они здорово прибавили — всë благодаря упорству капитана... Дэн горделиво подняла голову. Разумеется, она старалась ради команды, которая при желании могла стать если не первой, но перестать плестись в конце хвоста. Она видела их потенциал. Если бы только на монстры, держащие дистанцию, и не Сет, вечно срущийся с Кевином, то они могли многого достичь. Но ничего, она справится. Ради их же благополучия. Мэтт сжал еë руку в качестве поддержки, и девушка нежно улыбнулась ему, чувствуя прилив сил и уверенность в своих действиях. В конце концов, она не одна и у неë есть потрясающая поддержка. ... и усилению линии защиты, — однако критики по-прежнему не воспринимали их всерьëз. Постоянные плохие результаты начали раздражать даже КРЭ — Комитет по регламенту экси. А потом к команде присоединился Кевин Дэй, некогда завоевавший титул чемпиона страны. Для «Лисов» это стало лучшим, что могло с ними произойти, а для Нила — причиной, по которой он не мог принять предложение Ваймака. — Это почему же? — удивился Мэтт. На камерах Кевин вполне дружелюбен и по определению не мог сделать что-то, что могло оттолкнуть или напугать новенького. За кадром, конечно, он тот ещë мудак, но советы раздаëт ценные. Проблема только в тоне, в котором разговаривает Дэй, но с этим можно жить. Нил не видел Кевина уже почти восемь лет и не горел желанием встретиться с ним снова. — Что? — Кевин выпрямился на диване, окидывая сьëжившегося Нила внимательным взглядом. — Вот те раз, салага и звезда экси знакомы? — поднял брови Сет. Лисы переглянулись. — Я тебя не узнаю, — протянул Кевин после минутной паузы. — Конечно, он же в бегах, дурень! Наверняка другая внешность, — фыркнул Аарон. Кевин вновь прокручивал услышанное ранее, поставив будто на повтор. Восемь лет скрывался, отец в тюрьме, языки и экси. Он вспомнил кристально чистые голубые глаза Нила в поездке в Колумбию, и тело будто пробило током. Кевин так резко побледнел, что цифра два на левой скуле стала более заметней, и быстро поднялся на ноги, что вздрогнул даже Эндрю. Лицо Дэя меняется, неумолимо. Так, как сам Миньярд ещё ни разу не видел. И это заставляет что-то натянуться внутри блондина, тщательно рассматривая Кевина, опасно близко находящийся к панике, но пока не паникуя. Он догадался, кто скрывается за личиной Нила. Эндрю захотелось рассмеяться от собственной глупости. Опять поверил в чушь, сказанную тогда Нилом. Да, бегунок солгал красиво, этого не отнять, но он не подозревал, что ему настолько напиздели в уши. — Нет... — шепчет враз охрипший Дэй, с шоком и неверием разглядывая Нила, будто увидел призрака или ожившего мертвеца из прошлого. — Нет, скажи что ты не он. Нил... Натаниэль молчит, поджимая губы. — Ты не... — у Кевина перехватило дыхание. Жадно глотая воздух, словно разучился каково это, дышать, подошëл к нему, ошеломлëнно моргая, отказываясь верить потому что как? Какого чëрта?! — Ты не можешь им быть. Ребята переглядываются и боятся сказать хоть слово, а вот Эндрю горит желанием влезть в разговор. Потому что реакция утëнка очень красноречивая. Кевин смотрит на Нила так, словно тот кошмар во плоти, чудовище, с которым лучше не встречаться, и это странно. Дэй даже вполовину не выглядел таким напуганным, когда рассказывал что случилось с его рукой и о Рико, о тренере Морияме и Гнезде. А здесь чистый, ничем не прикрытый ужас вперемешку с недоверием и шоком. Очень подозрительно. Нил Джостен был жëлтой карточкой вначале, стал оранжевым при обнаружении папки, опасно близко находясь к красному оттенку, а затем зелёным после разговора в квартире Ваймака. Думал, приглядывать за ним из далека. Фигня. Сейчас Нил Джостен светился красным, а воображаемая сирена выла в голове: «тревога!», «тревога!», «код красный!» — S'il te plaît, dis-moi que tu n'es pas Nathaniel., — прошептал Кевин на своём ебанном французском. Эндрю подался вперёд, прищурившись. Нил, кто бы сомневался в его знаниях различных языков, отреагировал практически сразу же, ядовито шипя в ответ: — N'ose pas m'appeler comme ça! Répétez ceci et vous le regretterez. Кевин отшатнулся, будто ему залепили пощëчину. В зелëных глазах виднеется отчаяние от осознания, почему Джостен умрëт; боль от того, что Нил встретит свою гибель в этом году; сожаление, потому что придëтся отказаться от мечты привести его в национальную сборную и горькая радость от встречи с Натаниэлем спустя годы. Если бы не обстоятельства... — Ах, как трогательно, ах какая драма! — похлопал в ладоши Эндрю, насмешливо выгнув бровь, всë ещë держа улыбку до ушей, — вот только нам ещë читать про смерть бегунка, потому оставьте сопли для другого спектакля. — Эндрю, — задушено говорит Кевин, словно умоляет. — Возможно нас также ждут незабываемые пытки- — Хватит! — срывается Дэй, втягивая носом воздух, впиваясь ногтями в ладони. Эндрю удивлëнно замолкает, видя Кевина, приближающегося к самой настоящей истерике, мрачный блеск в глазах Нила, хотя тьма за линзами направлена не на него, осуждающие взгляды команды и предупреждение в глазах тренера. «Переборщил что-ли?» — Господи... — Дэй замолкает, качает головой, а после смотрит тающими глазами на Нила. — Pourquoi n'as-tu pas fui? — Je voulais, — Нил смотрит в его глаза с болезненной гримасой на лице, — mais ne pouvais pas refuserr exy. Кевин хочет его придушить, честно. Одно дело, если Нил Джостен — новичок в экси из глуши, про которого никто не знает, а другое, когда это Натаниэль Веснински, — сын Балтиморского-мать-его-Мясника, за которым охотятся сам Натан и его подчинëнные. Он помнит этот день, день смотрин, когда игра обернулась жестоким убийством человека. Дэй вспоминает тот день с содроганием и ужасом, в первый и в последний раз видя Натана за работой, как тот умело резал конечность за конечностью. Как Натаниэль, выйдя чуть вперёд, выставил руку с клюшкой, не давая Кевину или Рико шанс двинуться. Он их защищал. Не понимал происходящего, но ему не привыкать видеть работающего отца. А после преступный мир встал на уши: Мэри с сыном сбежали от Мясника, на прощение помахав украденными пятью миллионами долларами. И вот, Натаниэль здесь, в личине Нила. Кевин правда хочет придушить его, но не может. Потому что понимает, потому что экси для него тоже смысл жизни, наследие, которое оставила ему мама. То немногое, что осталось от неë. Он может на пальцах одной руки пересчитать наследство матери: экси, письмо и, как бы парадоксально не звучало, Натаниэль. Потому что Нат — огонь, бушующее пламя, яркое солнце, способное сжечь всë до тла, прямо как Кейли. И видеть его сейчас, спустя долгие восемь лет, невыносимо. У него пересохло горло. — Идиот, — сухо говорит Кевин, возвращаясь к английскому, пока душа рассыпалась на части. Не сказать, что они были близки, но всë же проводили в детстве время вместе и Дэй правда считал его почти что братом, несмотря на бойкий взгляд и раздражающий характер. — Ничего нового ты мне не сказал, — усмехнулся Нил, но как-то устало, даже со странной нежностью. Видимо и сам вспоминает мирные деньки, когда они втроëм играли в Малой Лиге, их самую первую встречу, когда Веснински было семь лет. Дерзкий мальчишка с потрясающим талантом. Кевин выдыхает рвано, резко, но гораздо спокойнее, чем до этого. Вернулся на своë место, игнорируя команду, что пожирала их двоих глазами. — Ты знаешь французский? — поинтересовалась Рене, не желая пока обсуждать прошлое, которое связывает Кевина и Нила. Оба благодарны ей, выдыхая с облегчением. Нил кивает, — красивый язык. Элисон, дабы поддержать подругу, тоже включается в довольно безобидный разговор, аккуратно обходя опасные темы: — И сколько же языков ты знаешь? Нил делает вид, что задумался, но пристальный и изучающий взгляд тренера ему не понравился. — Достаточно, — всë, что отвечает Джостен, эмоционально вымотанный из-за вспышки Дэя. Вышло всë не так плохо, как он думал, что не могло не радовать. Эндрю опять думает, что сильно недооценил угрозу, которую несëт Нил Джостен, потому что очень уж испуганным был Кевин, хотя после Гнезда и Рико его вряд ли что проймëт. Что же их связывает? Что-то не складывалось в картинку. Нил не звучал так, словно ему соврал, хотя очевидно сделал это, как минимум в части с отцом, что не имеет никакого смысла, потому что помнит то отчаяние в голосе бегунка, держащийся за глупое экси, как за спасательный круг. Но Джостен уже стал ярко-красной карточкой, как фары машин. Нет, он не доверит его Рене, ни за что. Если у Нила раньше и были шансы попасть под опеку Уокер, то они моментально растворились в бурлящем котле внутри Эндрю, впившийся пальцами в книгу. Опасный. А опасных он берëт к себе. Осталось придумать, как удержать проблему в университете подольше, а желательно навсегда. Мэтт и Дэн посмотрели друг на друга, Аарон медленно закипал. То есть, как? Они не собираются обсуждать это дерьмо? Нет, они серьёзно?! Какие идиоты окружают его, мда. Элисон задумчиво рассматривала Джостена, пытаясь прикинуть, сколько языков он может знать. Не все двери стоит открывать; в случае Нила от этого зависела его жизнь. Кевин был согласен с этим утверждением на все сто процентов и готовый расписаться под ним, потому что двери Натаниэля — воплощения ада. Оттуда не возвращаются. Дэй чувствует себя так, словно является судьëй парня, который вынес смертельный приговор, Эндрю подписал размашистым почерком, а Нил взял и привëл в исполнение с наслаждением мазохиста. По сути, он собственными же руками привëл Натаниэля к смерти. Ха, смешно. Сделал то, чего не смогли люди мясника за восемь лет. Было сказано, что мать Нила мертва и это... логично, потому что Дэй уверен, что Мэри никогда и ни при каких обстоятельств не позволила бы сыну играть в экси и уж тем более подписывать всякие соглашения на поступление в университет, куда недавно перевëлся Кевин — звезда экси, где внимание им гарантировано. Рене понимала это, как никто другой. Нет, еë секреты не ведут к могиле, но дверь к ним тоже не следует открывать. По крайней мере, не сразу и резко, без предварительной подготовки. Она не гордилась своим прошлым, но и не прятала. Только некоторые части оставила при себе, даже в разговоре с Эндрю. — Не надо было вам приезжать, — сказал он. Кевин желал утопиться в водке, в вине, в чëм угодно, в уме костеря себя на все лады. Нил был бесконечно прав, настаивая на отказе, но он и тренер упëрлись как бараны, им даже Эндрю помог. — Прости, если бы я знал... — шепчет Кевин. — Всë в порядке, — отвечает Нил, хотя ни черта ничего не в порядке. Он сам полез в петлю и винить тут некого. — Но ты умрëшь... — Никто не умрëт, — перебил Дэя Ваймак, оглядывая ребят, останавливаясь на Джостене, — я не позволю. Мне плевать кто ты в прошлом, меня интересует кто ты сейчас и кем станешь. Ты мой на пять лет, понял, Нил? Джостен тихо рассмеялся, и Эндрю чувствует в его смехе внутренний надлом, практически видит, как тот постепенно идëт трещинами и даже сквозь линзы видит ту необъятную тьму, которую часто видел в собственном отражении в зеркале. Эндрю давно достиг критической точки и упал на самое дно, из которого не выбираются, а Нил... Нил подходит к этой грани, блондин понимает, насколько тот быстро приближается к обрыву, но пока держится. А Нил не знает, как объяснить, что сказать, как донести всю бессмысленность ситуации и тщетность попытки сохранить ему жизнь тренеру и остальным. Мясника не остановить, можно лишь ненадолго задержать. Он должен бежать. Бежать подальше отсюда, нестись сломя голову, не оглядываясь назад. Прав Кевин, он идиот, раз согласился и послушно приехал. Надо было исчезнуть после выпускного, а то ещë раньше, но нет же. Экси помешало, удержало на цепи, соблазнило и дало право на хоть какой-то шаткий контроль. Мгновение и кряхтит от боли, потирая плечо, смотря на невозмутимого Эндрю, чей кроссовок лежит на полу. — Мне показалось, что ты начал превращаться в статую, — хмыкнул блондин, надевая обувь обратно, — я вернул тебя из небытия до того, как ты начал бы покрываться камнем. Нил сглотнул. — Вы не понимаете, — начал он, но не смог закончить «я сын мясника», потому что эту уродливую правду не хочет признавать он сам, что уж говорить об остальных, ни черта не понимавшие о преступном мире, за исключением Кевина и, возможно, Рейнольдс, чьи родители настолько богаты и имеют столько связей, что вполне могут зваться мафией. — Мы — Лисы. Преданность — наше второе имя. Чëрта с два мы позволим тебе сбежать или умереть, — надавил Ваймак. — Верно, — кивнула Элисон, выпрямляясь, — не думай, что так легко от нас избавишься. Трудности нас не пугают. Нил нервно усмехается, глаза медленно стекленеют. — Но- — Мы даже принцессу приняли, — перебил его Гордон, внутренне наслаждаясь возмущëнным «эй» от Кевина, — а за ним, напомню, Морияма стоит. Кевин выдохнул, посмотрел на них сложным взглядом. — Морияма — это наименьшая из проблем, — говорит Дэй, — он должен бежать, если хочет выжить. — Бла-бла-бла, пустые разговоры, — Эндрю пожимает плечами, — Дэй, Дэй-Мэйдэй, какой ты у нас трусишка. «Как обычно», — пронеслось у Эндрю, раздумывая больше над тем, что могло бы заставить бегунка остаться. Избавляться самым радикальным методом — уже поздно, значит, нужен найти способ обезопасить проблему. Его проблему. — Я мыслю рационально! — закричал Дэй. Лисы не смогли скрыть удивление, видя его таким напуганным, — На-... Нил скрывается от таких людей, каких вы себе представить не можете! Они дикие звери, демоны в обличии человека, монстры вылезшие из ада. Они не ведают жалости, им незнакомо сострадание, родственные узы — ничто, перед долгом! Команда ошеломлëнно молчит, никто не может найти слов. Эндрю смотрит на Кевина, на удивление быстро успокоившийся, что ему несвойственно, если только в его крови не плещется алкоголь, а затем на пустое, слишком безжизненное выражение лица Нила, затаив дыхание. Миньярд бросает книгу на пол, быстро разворачивает кресло так, чтобы Джостен находился лицом к нему, уставившись в чужие глаза, выискивая признаки осознанности. — Нил, — Эндрю не улыбается, несмотря на химию в крови, что ядом растекается по его телу, — эй, Нил. Нил не слышит. Он тонет в пучине воспоминаний: Натан заставил взять в руки нож и разобраться с тушкой мëртвого животного; Мэри пустилась с ним в бега и много-много крови, выстрелы, взрывы, параноидальное чувство слежки; смех Лолы и еë игривый голос, слова, выходящие из еë рта, заставляют желудок сжаться и протестующее замычать, раздевающий его взгляд; Ромеро, рассматривающий его, как новую игрушку. Помнит всё это, как вчера. Джостен вдруг очнулся. Он словно вылез из под толщи воды, и реальность обрушилась на него, как холодное ведро воды. Рука на его затылке чужая, не его, не матери. Он пытается дëрнуться, но его тянут за волосы, и на секунду глаза Нила слезятся, однако это помогает заземлиться. Перед ним сидит Миньярд, — серьëзный, без вечно фальшивой улыбки, — и смотрит точно в душу, если у Натаниэля она вообще была. — Тише, — тихом голосом говорит Эндрю, как если разговаривает с раненным животным, чуть крепче сжав крашенные волосы, игнорируя покалывание от прикосновения, — тише. Ты знаешь, чем мы сейчас занимаемся? Нил моргает и о, о. — Читаем... книги, — он с трудом выдавил. Другой рукой Миньярд щëлкнул, вновь расплываясь в улыбке. — Бинго! Приз «мистер очевидность» достаëтся Нилу Джостену! — быстро отпускает его, борясь с желанием стереть тепло недавнего физического контакта, и откидывается в кресло-мешке, хотя вскоре наклоняется и тычет в щеку, — истерики ещë будут? Нет? Замечательно, — опустил руку, повернулся к команде, — вопросы есть? Нет? Чудесно-чудесно, можем вернуться к чтению! И взял в руки книжку, с первого раза открывая еë в нужном месте, отрубая на корню любые попытки заговорить с Нилом. — И всë же я здесь, — парировал Ваймак. — Ручку дать? Старшекурсники могли быть недовольны поведением Эндрю, но промолчали, обеспокоенно смотря на притихшего Нила, слишком часто ловящий вот такие панические атаки. Это насколько преследователи парня жестоки, что одинакого проняло и Дэя и самого Нила? Эбби бесконечно сочувствовала новичку. Бедный ребëнок, чья нервная система не выдерживает. Элисон жадно рассматривала Эндрю. Такой заботливый, такой... помогающий. Девушка час назад никогда не описала бы монстра столь нехарактерными эпитетами, но вот, Миньярд успокаивает проблемного новенького третий раз за всë время местонахождения тут, это ли не показатель? Рене подумала, что Эндрю достаточно часто физически контактирует с Нилом. Запомнила, но отложила на потом. Аарон был раздражен, что Кевин привëл в команду хрен пойми кого с очевидными проблемами с законом, за которым гонятся монстры. Мрак. Только маньяков им и не хватает, а у них тут ещë нерешенный вопрос с Мориямой как бы. Никого это не волнует?! Правильно, зачем же волноваться о такой мелочи? Бесит. — Нет, — ответил Нил. — Я не буду играть за «Лисов». — Как вам отказ новичка? — Мне не привыкать уговаривать, — спокойно ответил Ваймак на ехидный вопрос Эндрю. — Но данный экземпляр сопротивлялся дольше всех. — Миньярд. — Понял-понял. — Я ослышался? — Всë у вас со слухом в порядке, тренер, увы и ах, — громко шепчет кузен близнецов. — Хэммик. — О чëм я и говорю! — воскликнул Ники, взмахнув руками. То тут, то там раздались смешки. — Вы взяли Кевина. — А Кевин предложил взять тебя, так что… Дальше Нил слушать не стал — рванул вверх по трибунам к раздевалке. Дребезжание металла под ногами не заглушило удивлëнного оклика Эрнандеса. Бросились ли тренеры за ним вдогонку? Нил не оглядывался. К чëрту окончание школы, к чëрту Нила Джостена. Он удерëт сегодня и будет бежать, покуда слова, сказанные Ваймаком, полностью не выветрятся из его головы. — Ха, ты серьëзно рванул от тренера? — уголки губ Мэтта поползли вверх. От Ваймака ещë никто ни разу не сбегал, но всë случается впервые в жизни, верно? Но картина забавная, да и помогает отвлечься от жутких слов Дэя. — Далеко сбежать не получилось, — буркнул Нил, вернув кресло в изначальное положение и рефлекторно потирая грудь, до сих пор фантомно ощущая удар клюшкой. Будь ты проклят, Миньярд. Эндрю усмехнулся, позабавленный реакцией Нила. — Жаль, — тихо-тихо пробормотал себе под нос Аарон, потому что такие опасные личности в команде, у которой и без того проблемы, не нужны. Гордон сумел сдержать смех, после того как представил выражения лиц их собственного тренера и Эрнандеса, когда Джостен рванул так, словно Ваймак гончий пëс, не меньше, но в попытке не рассмеяться покраснел. — Ты чего? — озадачилась Элисон, и еë вопрос привлëк внимание остальных. Сет выдохнул, успокаиваясь. — Я представил реакцию тренера и Эрнандеса на выкрутасы Джостена. Ваймак скривился, словно кто-то наступил на его ногу. Стоит признать, он впал в ступор, когда парень понëсся прочь от него, но в его оправдание, тренер Милпорта дольше отходил от удивления. Остальные Лисы рассмеялись. Действительно смешно и забавно. Он опоздал. — Звучит как приговор, — Мэтт неловко почесал затылок. — Это он и есть, — одновременно сказали Кевин с Джостеном, что недоумëнно переглянулись, а затем понятливо кивнули. И всë же, Нил был чуточку благодарен, что Дэй его нашëл, привëл в Пальметто и дал возможностью сыграть. Хотя сам он уверен, что сбежит как только, так сразу. Стоит им дочитать книги, они вернутся в свой мир, и Джостен исчезнет из их жизни, пропадëт со всех радаров, пока не поздно. Эндрю прищурил глаза, делая пометку проследить за бегунком. Какой проблемный, а? Стоит, наверное, дать ему шанс сдëрнуть, но сам блондин пока не готов отпускать его, не разгадав перед этим. Три книги — это как-то несерьëзно для того, кто скрывался восемь лет, а значит информация будет урезанной. Сильно. А Эндрю такого не хочет, ему дай знать абсолютно всë. Рене отвернулась, пряча подрагивающие уголки губ, заслужив предупреждающий взгляд Миньярда, сразу осознав причину веселья девушки. На полдороге к выходу из раздевалки до него дошло, что в помещении он не один: путь к двери кто-то преграждал. Блеснула ярко-жëлтая клюшка — стоявший замахнулся, — а затормозить Нил уже не успел. Деревянная рукоять ударила ему под рëбра, едва не вдавив лëгкие в позвоночник. Он не помнил, как упал, и просто обнаружил, что беспомощно ползает по полу на четвереньках, хватая ртом воздух. Если бы у Нила получилось вздохнуть, его бы тут же стошнило, но тело почему-то не слушалось. Выяснилось, что шум в ушах — это голос разъярëнного Ваймака, только звучал он неразборчиво, словно с большого расстояния. — Чëрт побери, Миньярд! Вот поэтому нам и не удается заполучить приличных людей. — Какого чëрта?! — рявкнула Дэн, подобравшись с места и злобно уставившись на хихикающего Эндрю, — это нихрена не смешно, ты мог сломать ему рëбра! Эндрю по-акульи улыбнулся, снисходительно рассматривая как бушует девушка. — Но не сломал же, — философски пожал плечами. — Но ты мог! «Мог, — подумал Эндрю, — ещë как мог». Вот только почему-то все забывают и не хотят замечать, что он никогда не нападает ни на кого первым, пока его семье что-то не угрожает. На тот момент, он придумал лучший способ остановить бегущего на огромных скоростях парня: въебать тяжëлой клюшкой. На самом деле, он даже не ударил ею сильно, тут ещë дело в инерции тела. Нил, разбежавшись, тупо не успел остановиться и сам наткнулся на клюшку, которую Эндрю просто выставил так, чтобы преградить путь. Просто скажите ему, где в тексте написано, чтобы он «с силой ударил» Джостена, на тот момент ничего ещë не сделавший его подопечным? Просто замахнулся, не более того. А то, что тут на месте чуть не откинулся из-за того, что вздохнуть не может — так не его проблема. Сказано же — бегунок не сумел вовремя остановиться. — Прекрати, — осадил капитана Нил, на которого уставились с неверием. Кроме Эндрю. Миньярд выглядел так, словно увидел новую сторону в нападающем. Для Рене, Ваймака и Эбби. Для остальных Эндрю будто глядел с желанием придушить Нила за попытку оправдания его сиятельной персоны. Что-то движется внутри блондина, раздражение сменяется чем-то обманчиво спокойным. Джостен невыносим. — Нил, он, типа, ударил тебя клюшкой. Причëм так, что чуть не сломал рëбра, — попытался достучаться Мэтт до Джостена, что лишь повëл плечом в сторону и вновь потëр грудь, куда пришëлся удар. — Если вы не обратили внимания, я просто не успел затормозить и по инерции со всей дури влетел, — собравшись с мыслями, ответил Нил, раздражëнный невнимательностью других, даже если их слепота играет ему на руку. Просто зачем всë разжëвывать людям, не видящих правду? Он уверен, что удар был не такой уж и сильный, потому что успел выяснять: первое, Миньярд никогда не нападает первым, что, впрочем, не отменяет его мудацкого характера. Второе, это буквально не имеет никакого смысла. Эндрю просто наблюдал за бегунком и размышлял о том, что бывают же на свете такие интересные люди. Ваймак поднял брови, рассматривая Джостена. Один разговор на немецком в его квартире позволил уладить возникших большинство недоразумений между ними? Вряд ли. Возможно, Нил с самого начала видел Эндрю таким, каким он есть без всяких прикрас и мог частично понимать мотивы поступков блондина. Было ли дело в том, что сам Нил тот ещë сухофрукт или в чëм-то другом, но на будущее Дэвид запомнил. Элисон в восторге, честно. Нил заступился за монстра, особенно после произошедшего в Колумбии, а это что-то за гранью фантастики! — Эли, нет, — скривился Сет от отвращения, сразу же поняв еë дикий восторг. — Они просто логикой руководствуются, а по факту ненавидят друг друга. — Ты не понимаешь, — махнула волосами Рейнольдс, — от ненависти до любви один шаг. Вела парочка, разумеется, разговор шëпотом. — Какой, к чëрту, один шаг? — Гордон сморщился, как изюм, — они ж оба парни. Мерзость какая. Элисон вскинула подбородок, угрожающе прищурив глаза. — Да ладно вам, тренер, — прогудел кто-то над головой у Нила. — Будь он приличным, нам бы не пригодился, верно? — Он и не пригодится, если ты его переломаешь! — Нил, ты же ничего тогда не сломал? — уточнила Эбби. Парень отрицательно покачал головой. Он пережил достаточное количество переломов, чтобы понять, сломал ли он себе кости или нет. — По-вашему, надо было дать ему сдëрнуть? Налепите на него пластырь, и будет как новенький. Гордон, не желая сейчас спорить с девушкой, сосредоточился на читающем блондине и не смог сдержать усмешки, сделав мысленную заметку запомнить последнюю фразу на будущее, уж очень забавная. Элисон строго погрозила изящным пальцем с розовым маникюром, как бы говоря, что разговор не закрыт, а лишь откладывается на потом. Кевин мысленно простонал. Уж лучше бы Миньярд дал тому такую возможность, и Аарон в кои-то веки был с ним согласен, хоть и по разным причинам, даже если ни первый, ни второй не знали о чëм думает другой. В глазах у Нила потемнело, затем окружающий мир обрëл болезненную четкость — в ушибленные лëгкие наконец хлынул воздух. Он вдохнул так резко, что закашлялся. Казалось, от этого мучительного кашля он сейчас развалится на куски. Обхватив себя обеими руками, Нил исподлобья бросил свирепый взгляд на нападавшего. Дэн ещë раз свирепо посмотрела на Эндрю, которому наплевать с высокой колокольни. Уже и сам Нил пояснил всë, а та продолжает винить «монстра». Неужели в упор не видит собственные грешки? Разве она не поняла, что Джостен ни разу не тихоня? Что отец, охотящийся за ним, не хуже Мориямы, а значит и сам парень таит в себе опасность? Ну да, конечно. Ведь Нил ни разу не зацепил старшекурсников, а потому и получил в их глазах право «быть человеком, заслуживающий поддержки». Смешно. Ваймак уже назвал того по фамилии, однако Нилу это было без надобности. Слишком часто он смотрел на это лицо в газетных вырезках, чтобы не узнать вживую. Эндрю Миньярд с виду не представлял собой ничего особенного — светловолосый паренек ростом всего-то под метр пятьдесят два, — но Нил знал, сколь обманчива внешность. «А Рене не раскусил», хмыкнул Миньярд, вспоминая, как тот избегает второго голкипера. Ну, вроде как. Слишком мало те взаимодействовали, чтобы начать делать какие-нибудь выводы. Мэтт нервно хмыкнул. Этот метр пятьдесят два вполне убить может, если полезешь на рожон, так что, как бы тот не был миловиден, высок шанс истечь кровью от его ножей. Дэн скрипнула зубами. Первокурсник Эндрю был голкипером и самым смертоносным приобретением «Лисов». Эндрю сделал вид, что любовно вздыхает над строчками книг, проводя пальцами по тексту, после чего посмотрел с якобы сердечками в глазах на хмурого Нила, уже предчувствующий ничего хорошего для себя. — Какие комплименты для меня одного, — пропел Миньярд, — «самое смертоносное приобретение». — Всë для тебя любимого, — огрызнулся Нил. Элисон издала какой-то нечеловеческий звук, но внимания на девушку никто не обратил, на еë же счастье. Разве что Рене понятливо кивнула, улыбаясь краем губ. — Так я твой любимый? — уточнил Миньярд, широченно улыбаясь, наблюдая за тем, как Нил моргает, наконец осознаëт свои слова, и ждëт дальнейших слов. — Как голкипер? Да. Как человек? В процессе обдумывания. Как приду к ответу, дам знать. Правда эти дальнейшие слова заставили лицо слегка вытянуться от удивления, вскоре быстро скрыв всë за маской улыбкой доброго крокодила. — Я запомню, — ответил Эндрю, — буду ждать, золотце моë. Нил так показательно состроил недовольное лицо из-за насмешливо-ласкового прозвища, что засмеялись все. Элисон коварно улыбнулась. — Фу, нет, — проворчал Гордон, сразу распознав блеск в глазах Рейнольдс, что закатила на его слова глаза и ударила в плечо. — Не мешай мне думать о прекрасном, — прошептала она. — Это отвратительно. — Отвратительно — это твои говëнные трусы с дырами на жопе. Сет сделал страшные глаза, мол, заткнись, а затем бросил одну из подушек на диване прямо в Элисон, что громко визжит, подскакивает на ноги и убегает. Убегает она недалеко, просто пересаживается к Дэн и Мэтт, скрестив руки на груди и приняв позу независимости, ни капли не раскаиваясь. — Стерва. — Гондон. — Вам дать время уединиться? — обманчиво-заботливо поинтересовался Эндрю, скосив взгляд на коридор. Элисон вспыхнула, но сумела сдержаться, замолчав. Сет нахмурился, но отказывался комментировать что-либо, пожирая глазами девушку. — Фух, всë как обычно, — выдохнул Никки, — а то уже думал, что это не они, а кто-то другой. Ребята усмехнулись. И правда, они не могли представить эту парочку без ссор. Большинство из них причиняли вред себе, тогда как Эндрю бросался на других. Он провëл три года в колонии для несовершеннолетних и едва избежал второго срока. Вдобавок Эндрю был единственным, кто отказался от приглашения в команду университета Эдгара Аллана — действующих чемпионов страны. Кевин был благодарен, что Эндрю отказался тогда от их приглашения, даже если первое время неимоверно бесился и был расстроен провалом. С таким отношением к своим личным границам, Дэй нынешний боялся, что всë закончилось бы крайне печально. Для всех. Для самого Миньярда, чтящий эти самые границы, как курица-наседка, и для Воронов, так как блондин наверняка пустил бы в ход ножи и тогда половину команды пришлось бы хоронить. Возможно, сам Рико тоже не остался бы в стороне и, по правде, Кевин не знал, что хуже. Лисы вновь посмотрели на Эндрю. За акульей улыбкой, ножами, которые всегда с ним, и таблетками, вызывающие эту самую улыбку, они как-то упускают из виду, что Миньярд талантлив до такой степени, что его, чëрт возьми, приглашает лучшая команда страны. — Единственное, почему я жалею, что ты не согласился на их предложение — невозможность увидеть, как ты их всех там перережешь, — подал голос Сет. — «Единственное»? — хмыкнул блондин. — Пошëл нахуй, ушлëпок. Кевин и Рико даже устроили приëм в его честь, но Миньярд отчего-то предпочëл неудачников-Лисов. Свой выбор он не комментировал, но все объясняли это тем, что Ваймак согласился принять в команду и всю его семью: в том же году к «Лисам» присоединились Аарон, близнец Эндрю, и их двоюродный брат Николас Хэммик. Ну, и недавний переход Кевина тоже относили на счëт Эндрю. Кевин играл за «Воронов» Эдгара Аллана до декабря прошлого года, пока... Эндрю хихикнул, закатывая глаза. ... не сломал преобладающую руку, катаясь на лыжах. Кевин недовольно поджал губы. — А нельзя было это пропустить? — бурчит Дэй, бросив тяжëлый взгляд на Миньярда. Эндрю сделал широкие честные глаза, прижал одну из рук к своей груди и «ужаснулся»: — И пожертвовать сюжетом?! Как так можно, Кевин? Нил с трудом удержался от вопроса, вертящийся на его языке, потому что интуитивно понял, что сейчас не время и не место. «Тогда почему ты опустил слово «пожалуйста», м?» Хотя стоит признать, одно несчастное слово не сравнится с целым куском текста. Травма стоила ему спортивного контракта с университетом. Предполагалось, что он восстановится и вернëтся в родную команду, но вместо этого Кевин вдруг перебрался в Пальметто, где стал помощником Ваймака. А три недели назад он подписал контракт и с нового сезона официально вошёл в состав «Лисов». Лузеры вроде «Лисов» могли предложить Кевину только одно: голкипера, некогда презрительно отвергшего его предложение. Всю весну Нил собирал информацию об Эндрю, желая понять, что же такого разглядел в этом человеке Кевин. — Ну как, понял? — спросил Эндрю, пока Аарон скривился в отвращении при одной только мысли, что Нил собирал информацию о его близнеце, как проклятый сталкер. Джостен невозмутимо посмотрел на него, а после на пальцах начал перечислять будничным тоном: — Да, я понял, что ты — мудак, тычешь в людей ножами, имеешь проблемы в общении с людьми, а хобби у тебя — накачивать наркотиками, — после чего улыбнулся, — и ещë много чего. Если бы ты ещë любил экси... — То я был бы идеальным мужчиной? — радостно закончил за него Эндрю, а Нил на секунду впал в ступор, уловив в чужом тоне искреннюю радость. Миньярд сошëл с ума? — Определëнно, — закатил глаза Джостен, спустя минуту размышлений придя к выводу, что его не должны касаться перепады настроения голкипера. Элисон снисходительно посмотрела на Сета, что тут же ощетинился и показал ей средний палец. — Это флирт, — сказала она одними губами, не произнеся ни слова. Гордон изобразил, как его тошнит. Аарон смотрит на брата, словно тот окончательно попутал берега и полностью не в себе, раз флиртует с блядским Джостеном, из всех существующих на свете людей. Рене качает головой, улыбаясь чуть шире. Ваймак посмотрел в стену пустым взглядом. Встреча с Миньярдом лицом к лицу оказалась не только неожиданной, но и болезненной. Впрочем, как и у большинства команды. Сет поморщился и потëр левый бок, вспоминая, как самый последний идиот полез к угашенному монстру в прошлом году при первом знакомстве с вопросом: «а вы точно родственники?». Ну, а что ещë спрашивать, если их пидорский кузен так сильно отличается от близнецов? Дэн сжала руки в кулаки, пытаясь собраться. Сейчас еë злость никому ничем не поможет. Коснувшись пальцами виска, Эндрю с улыбкой отсалютовал Нилу: — Ничего, в другой раз повезëт. — Пошëл ты, — отозвался Нил. — У кого клюшку спëр? — Не спëр, а одолжил на время. — Эндрю перебросил клюшку Нилу. — Держи. — Господи, Нил, ты как? — подошедший Эрнандес схватил его за локоть и помог подняться. — А что, не видно? — выгнул бровь Сет, закатывая глаза на столь глупый вопрос мужчины, пометив про себя, что Нил как хренов сталкер. Следит за жизнью Дэя, затем перерыл весь интернет, ища информацию о Миньярде. Жутко на самом деле. — Может, очки не надел? — тем же тоном предположила Элисон. — Он не носит очки, — возразил Нил, заработав смешки у команды. — Что? Рейнольдс умилилась, даже если немного ужасалась, что Нил социальный инвалид, не всегда понимающий шутки. Нет, она решительно настроена это исправить. Джостен напрягся, с подозрением уставившись на девушку, старательно делающая вид невинной ромашки. — Воспитание у нашего Эндрю слегка хромает, — заметил Ваймак, вставая между парнями. — «Слегка»?! — возмутилась Дэн, посмотрев на тренера, что выгнул бровь, мол, ты чего-то другого ждала? Девушка нахмурилась, открыла рот для гневной тирады, но закрыла, так ничего и не сказав. Нет, ну должен же всему быть предел?! Сколько ещë Ваймак будет потворствовать «монстру», распускающий руки направо и налево, угрожая ножами и пугая новичков. Мэтт успокаивающее обнял за плечи, стараясь не дать ей взорваться, а то в неизвестном им пространстве затевать драку с кем-либо не самая лучшая идея, которая не факт, что хорошо закончится. Миньярд прекрасно расшифровал это безмолвное предупреждение. Он вскинул руки — дескать, я что — я ничего, — и удалился. Проводив его глазами, Ваймак осмотрел Нила. — Что-нибудь сломал? Нил осторожно прижал ладони к рëбрам и вдохнул; мышцы протестующе вспыхнули болью. Он перенес достаточно переломов, чтобы понять: на этот раз легко отделался. Эбби прижала руку ко рту, тихо охая. Она не хотела знать, через что прошëл Нил, раз может с легкостью определить: сломал он что-то или нет. Эндрю размышлял: всë логично. Человек, столько лет скрываясь, наверняка не раз и не два получал особо тяжëлые телесные. Правда вряд ли у бегунка было всë необходимое и чистое, отчего возникает следующий вопрос: как тот не сдох от инфекции, предположительно потери крови и полной антисанитарии? Чудо, что парень дожил до своих лет. — Боже, Нил, — простонал Мэтт, — сколько раз ты ломал себе что-то? — Ты не захочешь знать, — ответил Джостен, вновь потирая место удара, до сих пор фантомно ощущая боль. Врезался он, конечно, сильно. — Удивительно, что визуально ты не выглядишь инвалидом, — окинул его презрительным взглядом Аарон, — с учëтом того, что ты в бегах, не было гарантий, что всë нужное есть под рукой. Не удивлюсь, если что-то неправильно срослось. Бойд побледнел, Никки в ужасе раскрыл глаза, Гордон застыл на месте, а Эбби покачала головой. — И правда, — бормочет медсестра, — удивительное везение. Сет проклинал своë бурное воображение. — Я в порядке. Тренер, мне надо идти. Пустите. Эндрю едва заметно скривился. С учëтом того, что он всë ещë улыбался, аки добрый крокодил, на лице застыла странная гримаса, которую Нил идентифицировал как презрение. Это была новая, совершенно несвойственная для блондина эмоция, что Джостен откровенно пялился на него. Последний, к слову, не поленился это озвучить: — Пялишься. — Наслаждаюсь видами, — на автомате ответил Нил. Элисон спрятала смех фальшивым кашлем, после чего вернулась обратно к Сету и Рене, где первый преувеличенно мученически вздыхая, делая вид, что готовится к пыткам, а вторая нежно улыбалась. Эндрю напоминал себе, что прибить бегунка успеет всегда, а книжки прочитать — нет. Наслаждается видом, ха. Что-то бурлит в груди, но Эндрю игнорирует, с трудом возвращая внимание к буквам на бумаге. — Мы ещë не закончили, — возразил Ваймак. — Пойди ещë попробуй отвязаться от него, — улыбнулся Ники, важно кивая самому себе. — Тренер Ваймак… — начал было Эрнандес, но тот его перебил: — Я недолго, хорошо? Эрнандес перевëл взгляд с коллеги на подопечного, затем отпустил его. — Подожду снаружи. — После такого фееричного знакомства позволил остаться наедине? — деланно удивился Бойд. — Так то М... — начала Элисон, но заметив взгляд Рене, быстро исправилась, — Миньярд, а это тренер. Нашему тренеру верить можно. Эндрю хмыкнул. Разумеется. Это ведь не он, несмотря на опускание некоторых деталей, маскируя весельем и сарказмом свою речь, говорит правду. Почти ничего, кроме правды. Он же «социопат», «монстр», любящий бросаться на людей запросто так, без причины. Сумасшедший. Не такой как «нормальные» люди. Вечно нарушающий слово, никогда не сдерживая обещания. Никки поджал губы, бросив быстрый взгляд на Рейнольдс, затем переместил внимание на кузена, на лице которого уже не улыбка, а самый что ни на есть настоящий оскал. Было обидно, что старшекурсники считали Эндрю психованным чудищем, не пытаясь узнать ближе. Хотя не то чтобы сам Эндрю позволил бы это, не после прошедшего года, когда в первые две недели начала учëбы все были как на ножах, по дуге огибая близнецов. Он сам, конечно, не всегда понимает своих кузенов, может со стороны показаться, что опасается их, в частности Эндрю, но... это его братья. Его семья. Как он может их бояться? Нил прислушался к удаляющимся шагам. Стукнула сбитая дверная подпорка, с противным скрипом захлопнулась задняя дверь. После того как щëлкнул замок, Нил заговорил: — Я уже дал ответ. Я не буду подписывать контракт. — Ты даже не выслушал моë предложение полностью, — сказал Ваймак. — Раз уж я заплатил за троих, чтобы прилететь сюда и посмотреть на тебя, ты мог бы, по крайней мере, уделить мне пять минут, а? — Уу, зря вы так сказали, тренер. Его ж удар хватит, — Никки, стараясь подавить раздражение, переключился на Дэвида. — Не хватит, — уверенно заявил Ваймак, хотя помнит насколько быстро Нил побледнел и шарахнулся в сторону, как от чумы. Кровь отхлынула от лица Нила так внезапно, что закружилась голова. Он отшатнулся от Ваймака, отчаянно пытаясь обрести равновесие и глотнуть воздуха. Честно говоря, тогда он первым грешным делом подумал, что парень вновь решит повторить свой забег в надежде сбежать куда подальше и уже приготовился ловить Нила, но об никто и никогда не узнает. Спортивная сумка ударила его в бедро, и он обмотал ремень петлёй вокруг ладони, желая ухватиться хоть за что-нибудь. — Только не говорите, что взяли его с собой. Ваймак устремил на него суровый взгляд. — Какие-то проблемы? — Ещë какие, — прошептал Нил, смотря в пол, прогоняя тот злополучный день, после которого он и мать пустились в бега. Кевин измученно возвëл глаза к потолку, моля о бутылочке алкоголя: запить испорченные нервы. Да в целом нельзя читать про Натаниэля будучи трезвым, потому что можно сойти с ума от его явно внезапных триггеров, а предшествующие этому воспоминания вызывают тошноту и ком в горле. Открыть правду Нил не мог, поэтому сказал: — Я недостоин играть на одном поле с чемпионом страны. — Вот именно, хотя сейчас это не важно, — раздался голос, и у Нила перехватило дыхание. Он обернулся — помимо собственной воли. — Прости, я не знал, — Кевин выглядит как побитый щенок, но по мнению блондина, так израненной птицей, — не знал, что это ты. — Всë в порядке, — успокоил его Нил, заметив про себя как по лицу Эндрю пробежала то ли судорога, то ли тень недовольства от его слов. С чего бы? Рене вздохнула, потому что Эндрю частенько слышал подобное от неë самой, пускай и звучало по-разному. Следовало бы догадаться раньше, как только он увидел Эндрю. С какой стати вратарю смотреть на потенциального новичка, если тот играет в нападении? Эндрю здесь только потому, что Кевин Дэй никогда не ходит в одиночку. Нил отвлëкся на следующее. Тогда он не придал этому значения, пытаясь себя успокоить и не поддаться панике, грозившая его захлестнуть головой от встречи с давним знакомым, но Эндрю в тот день оставил Кевина одного наедине с ним и тренером, хотя Джостен был уверен, что никому другому, кроме себя, голкипер не доверит Дэя. Отсюда два возможных вывода: первое, Эндрю пока не считал Нила достаточной угрозой, второе, он просто доверял Ваймаку. Забавно, не так ли? Отсюда следующее: почему из всех людей именно Миньярд доверяет тренеру, и в какой момент блондин начал считать его опасным? Кевин устроился на телевизионной тумбе у задней стены. Телевизор он сдвинул на край, чтобы освободить для себя побольше места, и с обеих сторон обложился бумагами. Судя по невозмутимому взгляду, с которым он наблюдал за спектаклем, его не впечатлили слова Нила. — Принцесса, — фыркнул Сет. Эндрю мысленно отметил, что бегунок не сразу заметил в помещении Кевина. Настолько потерял дар речи перед ним, Эндрю, и до этого испуганный Ваймаком, что пропустил Дэя из виду? Он продолжил читать: Прошли годы с тех пор, как Нил с Кевином находились в одной комнате; с тех пор как на их глазах... Чтобы затем брови Эндрю поползли вверх, его глаза комично расширились, а он сам некультурно присвистнул от удивления. ... отец Нила раскромсал кричащего человека на сотню кровавых ошметков. Все застыли с ошарашенным видом: «Что, мать твою, мы сейчас услышали?» Никки ощутил, как его тошнит, в ужасе смотря на равнодушного Нила и хмурого Кевина, что не так уж сильно и боялся, а после выбежал из гостиной, бежа по коридору в сторону ванны. — Господи... — прохрипела Дэн, смотря на них двоих как на приведение, отказываясь признавать услышанное. Мэтт недалеко от неë отставал. Это же какой-то пиздец! Что-то детство их нападающих больше напоминало триллер или хоррор. Живот Бойда скрутило в тугой узел, и, кажется, в борьбе с собственным желудком он проиграет следующим и вскоре присоединится к Хэммику, которого рвало нещадно. Каждый раз, когда он думал, что хуже уже не будет, книга тут же опровергала это, подкидывая такие новости, что хоть стой, хоть падай. Парень не был уверен, как отреагировать и нужна ли ребятам его поддержка. Дэя он хоть и недолюбливал, но уважал, а Нила... блядство. Эбби вытирала глаза от слëз, только представив себе этот кошмар, через который прошли еë дети и насколько же глубоко это повлияло на их личность. Элисон резко втянула носом воздух, крепко зажмурившись. — Твою ж... — пробормотал удивленный Сет, обнимая девушку, что крепко вцепилась в него, бледнея, когда его мозг с лëгкостью представил эту ужасающую картину того, как мужик расхреначил кричащего человека до состояния отбивной котлеты. Аарон медленно моргал, переваривая всë это. Блять, да после такого у них двоих психика должна сказать пока! Рене нашла рукой крестик, принëсший ей немного спокойствия. После этих новостей, она не была удивлена, почему Нил находился в бегах. С таким-то папашей. Кевин угрюмо уставился на книжку, как на врага народа. Последнее, чего он хотел вспоминать, так это последнюю встречу с Натаниэлем и первую с Натаном Веснински. Никки вернулся весь бледный, с дрожащими пальцами, но уже успокоившимся спустя десять минут. Эндрю внимательно осмотрел кузена с головы до пят, кивнул чему-то своему и расслабился. — Что у тебя за отец такой? — слабым голосом спросил Бойд, скорее потому что не знал, что сказать, чем взаправду желал получить ответ. — Балтиморский Мясник, — коротко ответил Нил, вызвав у особо впечатлительных глаза по пять копеек, медленно понимая, что такие прозвище не получают с бухты барахты. И это пугало. Отец Нила — настоящий монстр. Рене нахмурилась одновременно с Ваймаком. Кажется, они слышали что-то о нëм, особенно об одной истории, из-за которой весь преступный синдикат судачил, настолько она была ошеломляющей и дерзкой против такого авторитета, как Мясника. Глаза Эбби наполнились слëзами, ещë раз попыталась их смахнуть. Кошмар. Самый настоящий кошмар. Эндрю, полюбовавшись шокированными лицами команды, продолжил, не желая разводить драму: Нил знал лицо этого парня, как своë собственное, а всë потому, что неотрывно следил за возрастающей популярностью Кевина, пускай и издалека. Кевин, несмотря на неуместность ситуации, не смог сдержать слабой нежной улыбки. Внутри у него развивалось тепло от того, что Натаниэль продолжал следить за ним, даже находясь в опасном положении бегства, когда за ним неотступно следует Мясник и его подчинëнные, в любой момент готовые убить. Послал ободряющий и благодарный взгляд Нилу, что моментально расшифровал скрытое сообщение и приподнял уголки губ, пока в чужих глазах появилась нехарактерная нежность. Честно сказать, Джостен думал, что давно разучился чувствовать что-то кроме страха, чувства паранойи и неуверенностью в завтрашнем дне, но вот, оказывается он ещë достаточно «человечен», если можно так выразиться. Эндрю сжал в руках книгу, наблюдая за их переглядками. Кевин Дэй изменился во всëм. И остался прежним — тоже во всëм, начиная с зелëных глаз под тëмной шевелюрой и заканчивая вытатуированной на левой скуле чëрной цифрой два, один вид которой вызывал у Нила приступ тошноты. Сет согласился про приступ. Дэй слишком высокомерен, и чхать он хотел на грустную историю принцессы, тут у всех проблемы, он не один такой. Никто не был пока в состоянии комментировать услышанное, всë ещë не в силах отойти от предыдущих подробностей. Кевин ходил с ней и тогда, давно, просто был ещë слишком юн, чтобы набить настоящую татуху. Он и его сводный брат Рико Морияма чëрным маркером выводили у себя на щеках двойку и единицу, а когда цифры начинали стираться, подрисовывали их заново. Нил в то время ещë не понимал, что Кевин и Рико с самого детства стремились к славе. Таким образом они обещали, что станут звëздами. Гордон закатил глаза. И оказались правы. Оба играли в профессиональной команде под названием «Вороны». В прошлом году обоих приняли в национальную сборную. Оба завоевали чемпионский титул, а Нил… Нил запутался в клубке лжи и безысходности. Последнее, чему можно завидовать — это образу жизни Кевина, подумал тренер, вспоминая как в январе на его пороге показался обезумевший Дэй с рукой, что и на руку не была-то похожа. Скорее кровавый ошметок, перерубленный через мясорубку, в зелëных глазах абсолютный ужас, а паникующий мозг разрывался между желанием вернуться в Эвермор, где, скорее всего, его просто убили бы или сломили окончательно, и остаться в Лисах. Ох, а сколько же Эндрю пытался достучаться до королевской головы. Частые панические атаки, кошмары, иногда бессонница, невозможность жить без партнëра. Секта. Вороны — хренова секта, ломающая под себя, лишая собственного сознания, личности и воли. Ебнутые птицы. Эндрю не прочь бы продемонстрировать на их «короле» свои особо любимые приëмы, чтобы раз и навсегда уяснили своë место и даже не думали подходить к Дэю ближе чем на десять метров, иначе он за себя не ручается. Кевин не мог его узнать, это факт. — Вряд ли принцесса могла узнать того, как достиг совершенства в маскировке, — фыркнул Сет, осторожно взглянул на девушку в своих объятиях, что уже более-менее оправилась и начала приводить себя в порядок. Кевин поморщился, но спорить не стал. Если бы не книги и прямые намëки в ней, которые били по нему со всей беспощадностью, фиг он бы сообразил, кто такой Нил на самом деле. В реальности он считал, что Джостен — неумеха с большим потенциалом из глуши, но когда в книге раз за разом напоминают о прошлом... Ха, идиот, Кевин настоящий идиот. Он вспомнил, как сказал однажды Нилу, что надеется, что цвет глаз единственное, в чëм он соврал. Тупой, ну какой же он тупой. — Кевин, — сказал Эндрю. Одно слово, но и этого оказалось достаточно, чтобы Дэй вновь вернулся на землю, прекратив заниматься самобичеванием. Миньярд критически его оглядел, убедился, что тому не грозит паническая атака и продолжил: Слишком много воды утекло, теперь между ними целая пропасть. Кроме того, Нил маскировался при помощи тëмной краски для волос и коричневых контактных линз. — А, так ты линзы носишь, — проговорила Элисон. Она заметила, что с глазами новичка что-то не так, но не стала зацикливаться на этом. С чего бы ей это делать? — Коричневый — это так скучно, — протянул Ники, думавший раньше, до поездки в Колумбию, что линзы были без цвета. — Это практично, — буркнул Нил. Эндрю понимал, что подразумевал под этим бегунок. Чем меньше ты выделяешься, тем лучше и безопаснее. В конце концов, это сработало даже на нëм самом, обманулся первые несколько дней, и только потом, уже у Эбби, прокрутил первую встречу и так и эдак, находя нестыковки и красные флажки. Обычные любители не бегут от предложения, что звучит как мечта и единственный шанс на лучшую жизнь, не пытаются отказаться от игры с самим Кевином Дэйем и не нарываются на Миньярда, чья репутация заставляет желать лучшего. И уж точно не смотрят с всепоглощающей ненавистью. Что-то было не так, кричала ему тогда интуиция, требуя присмотреться повнимательнее. Хохотнул. Вот тебе и присмотрелся, вот тебе и узнал получше. Он должен быть счастлив, но радоваться не получалось. В других обстоятельствах, где их не насильно похитили, заперли здесь без возможности выйти и заставили читать без разрешения того, о ком идëт речь — возможно, Эндрю и был бы в восторге от того, что узнает все секреты бегунка. Разгадывать всë самому интереснее, захватывающее, чем читать такие откровения. Честное слово, Миньярд просто прочитал бы книги в одиночку, потому что никого другого это не касается. Но им оставили выбор без выбора. Но тогда с чего вдруг Кевин Дэй явился на него поглазеть? Ни одна университетская команда не падëт так низко, даже «Лисы». В личном деле Нила указано, что он играет в экси всего год, и весь этот год он тщательно косил под «чайника», прошлой осенью даже затарился разнообразными мануалами и повсюду таскал их с собой. — Так ты притворялся? — выпучил глаза Гордон, чувствуя укол зависти. Серьезно, непонятный хрен с горы притворялся неучем и всë равно привлëк внимание ебучего Дэя своей плохой игрой, что прилетел в такую глухомань. — Не совсем, — отмахнулся Нил обвинительного тона, но больше ничего не сказал. Учитывая, что он восемь лет не держал в руках клюшку, поначалу притворяться было несложно. Помогло и то, что в Малой лиге Нил занимал другую позицию на поле и теперь ему пришлось практически переучиваться по новой. Сет немного успокоился, но всë равно обидно, так как за год парень сумел достичь успехов, играя при этом на совершенно незнакомой ему позиции. Вздохнул, осознавая, что вперемешку с завистью внутри у него клубится ещë и невольное уважение. Тьфу. — А на какой позиции ты играл раньше? — осторожно спросил Никки, чей цвет лица вернулся в норму и не напоминал зомби, да и остальные уже выглядели порядком лучше. — Защитником, — вместо Нила ответил Кевин, — он был защитником. Дэвид задумчиво посмотрел на Джостена. В Малую Лигу кого попало не берут. Кривая его обучения завидным образом ползла вверх, однако он по-прежнему прилагал массу усилий, чтобы не выделяться. — Ты и сейчас сдерживаешься? — уточнила Дэн, не совсем радуясь такой перспективе. — Я не сдерживаюсь, — поправил девушку Нил, потому что между не выделяться и не играть в полную мощь есть разница, причем весьма ощутимая. На лице капитана мелькнуло непонимание от слов парня, отчего Эндрю хрюкнул. Прекрасное взаимопонимание, не так ли? Дэн недовольно посмотрела на Эндрю, всë больше веселясь с девушки. Что она такого спросила? Неужели он где-то прокололся? Неужели предыдущий опыт, о котором он умалчивал, всë-таки вылез наружу? Как вышло, что, несмотря на все свои старания держаться в тени, он привлëк внимание Кевина Дэя? Если Кевин высмотрел его с такой лëгкостью, то для людей отца Нил Джостен, должно быть, и вовсе живая мишень. — Я не узнал, — в очередной раз повторил Кевин с болезненной гримасой на лице, — иначе я просто не стал бы с тобой связываться. «В попытке уберечь» повисло в воздухе, но Нил уловил, и в груди что-то предательски заныло. Было ли это ноющим чувством некой благодарностью за заботу о нëм? Но ему не нужна забота, даже от Дэя, хоть и желанна и подобно исцелению от всех душевных ран. Может это горечь, что Кевин не собирался подвергать его лишнему риску, лишая шанса сыграть в экси? Может это что-то совершенное иное, а Нил просто не в состоянии разобрать, что же тянет в груди? — Что ты тут делаешь? — процедил он сквозь онемевшие губы. — На тебя пришëл посмотреть, — сказал Эндрю. — Я не музейный экспонат, — вздохнул Джостен. — Ты слишком красив для этого, — вмешалась Элисон. Эндрю с силой прикусил себе язык, чтобы не ляпнуть довольное и согласное «ага». Чертовы таблетки. Он помнит эти невозможные голубые глаза, в которых можно утонуть. Эндрю не считал себя романтиком, считая это всë несусветной чушью для ничего не смыслящих в отношениях людей, искренне считающих, что партнëрам так уж необходимо дарить цветочки, клясться в вечной любви и верности, никогда не сдерживая свои красивые обещания, и всякая подобная чепуха. Ничего не бывает вечно. Но это голубизна — она затягивает на дно, туда, откуда не возвращаются. Проклятье. Не о том думает. Нужно вернуться к книге. — А ты чего рванул? — задал вопрос Кевин. — Я первый спросил. — Тренер тебе уже ответил, — с лëгким раздражением произнëс Кевин. — Мы ждëм, когда ты подпишешь контракт. Хватит уже тратить наше время. — Нет, — сказал Нил. — Слушай, тысячи нападающих только и мечтают о таком предложении. Может, лучше к ним обратитесь? — Мы просмотрели все анкеты, — вступил в разговор Ваймак, — и выбрали тебя. — Я не буду играть с Кевином, — пробурчал Нил. — Будешь, — сказал Кевин. «Принцесса», — фыркнул Гордон. Посмотрел на Дэя, выглядящий абсолютно несчастным, и, в кои-то веки, попридержал колкое замечание. Ладно, он же не последняя тварь, чтобы издеваться над страдающим, при этом из-за себя самого, человеком, который очевидно винит себя в том, что подтолкнул старого знакомого в объятия смерти. Ха, в кого он превратился только? Элисон ободряющее погладила его по спине, и Сет выпрямился, целуя девушку в висок. Ваймак равнодушно пожал плечами. — Ты, наверное, не понял, но мы не уйдëм отсюда, пока не добьëмся твоего согласия. Кевин считает, что ты нужен команде, и он прав. — По-хорошему надо было выбросить письмо твоего тренера не читая, — продолжал Кевин. — Твоя анкета — полное убожество, и мне салага в команде не нужен. Это идëт вразрез с нашими планами на новый сезон. По счастью, твоему тренеру хватило ума прислать не статистику, а видеозапись игры, так что мы увидели тебя в деле. На поле ты бьëшься не на жизнь, а на смерть. Салага? Если бы Кевин его узнал, то понял бы, что сведения в анкете — сплошное вранье. Он ведь знает, что Нил играл в Малой лиге, и не мог забыть тот жëсткий матч, прерванный из-за убийства. — Да бля, хватит об этом напоминать, — простонал Сет, страдающий бурной фантазией когда не надо, то есть всегда. Нет, серьëзно. Эту сногсшибательную встречу хрен забудешь, но им всë повторяют, словно с первого раза не догнали. Кевин побледнел, но в целом держался молодцом. — Не ко мне запрос, — с милой улыбочкой пропел Эндрю, пожимая плечами на коллективный стон команды, только-только пришедшие в себя после жутких подробностей о детстве Нила и Кевина. Сет показал ему средний палец. — А, вот в чëм дело, — тихо произнëс Нил. — Только такой инсайд нам и нужен. От облегчения у него едва не скрутило живот. Значит, Кевин его не узнал и всë это — просто дурацкое совпадение. Вероятно, таким способом мир показывает ему, что может произойти, если он будет чересчур долго засиживаться на одном месте. В следующий раз за ним придëт не Кевин. В следующий раз придëт отец. Дэй поджал губы, пытаясь ровно дышать. Нил зарылся руками в свои волосы, потягивая за пряди, пытаясь отогнать строчки перед глазами, которые он прочитал в третьей книге. О Лоле, ноже и автомобильном прикуривателе. Того, как мозг предательски подкидывает картинку того, как свисает кусок кожи и фантомный запах горелой плоти. Прошло примерно полминуты, прежде чем смог подавить паническую атаку. — На самом деле нам даже на руку, что ты из такой глуши, — заметил Ваймак. — Ни в команде, ни в твоей школе никто не знает, что мы здесь. Мы не хотим, чтобы этим летом твоя фамилия мелькала в новостях. На ближайшее время у нас своих забот по горло, и мы не собираемся тебя во всë это втягивать, пока не устроишься в общежитии. В контракте есть пункт о конфиденциальности — поэтому до начала сезона в августе ты обязан молчать о том, что вошëл в состав «Лисов». Нил снова всмотрелся в лицо Кевина: может, всë-таки узнал? — Это плохая идея, — сказал он. — Очень, — в один голос сказали Кевин и Нил, прекрасно зная, ЧТО может ждать последнего, когда его найдут. Это уже вопрос не «если», а «когда». И раз Нил в конце третьей книге сдох — нет ни единого шанса, что сможет избежать смерти. Это неизбежность, которую тренер и Лисы не хотели признавать, веря в глупую надежду. Нил давно разучился надеяться на что-то хорошее, и не понимал почему ребята хотят его защитить. Разве они не понимают какой это риск? Что пока Джостен с ними, им всем грозит опасность? Почему они не хотят отказаться от него, что только и делал, что врал им в лицо без конца и края? Так не бывает. — Твоë мнение принято к сведению, — сухо сообщил Ваймак. — Ещë вопросы или подпишем уже наконец бумаги? Лучший выход — исчезнуть. Даже если Кевин его не узнал, затея все равно хреновая. «Лисам» и так уделяют в новостях много внимания, а с переходом Кевина станут уделять ещë больше. Нилу попадать в фокус ни к чему. Надо разорвать контракт Ваймака на мелкие кусочки и валить. — Значит, вот что ты хотел сделать с нашим контрактом, — сказал Эндрю, потому что молчать, пока находится под таблетки — это не про него. В конце концов лекарства заставляют его становиться болтливым без возможности заткнуться. Надолго. — Будто ты удивлëн. — Ни капли, — он легко соглашается с Нилом и широко улыбается. Сбежать — значит выжить, но ведь Нил и без того занят исключительно выживанием. Его жизнь — это постоянная смена имëн и мест, постоянное бегство без оглядки. Как только где-то осел — собираешь вещи и подрываешься. А в прошлом году, когда умерла мать, он остался в полном одиночестве и с тех пор просто бесцельно плыл по течению, не зная, куда его вынесет. Кевин прикрыл глаза. Как он и думал, Мэри умерла не так давно, иначе Нила ни на шаг не подпустили бы к корту, не с ней, пока она жива. Нил глубоко вздохнул, снова дëргая себя за волосы. Не вспоминать о матери, не вспоминать о ней, неа. Это последнее, чего он хочет помнить: то, как пытался оттащить обгоревшее тело от виниловой обивки кресла с тошнотворным хрустом, запахом сгоревшей плоти, соли и пластика. Эндрю цокнул языком, ударяя в бедро парня пяткой, заставив Нила забыть обо всëм и возмущенно посмотреть на виновника. «Бесит», — подумал Джостен, успокаиваясь. «Слишком много физического контакта», — убедилась Рене, рассматривая обивку дивана. Не знал он и того, сможет ли во второй раз отказаться от экси. Игра — единственное, благодаря чему он ощущал себя живым. Контракт с Ваймаком даст возможность играть и притворяться нормальным ещë какое-то время. Ваймак сказал, это на пять лет, но Нилу необязательно оставаться на весь срок. Он может смыться, как только пожелает, так ведь? — Не думай, что мы позволим случиться этому, — тут же подала голос Элисон, пока остальные, за исключением Аарона, который был абсолютно недовольным пополнением в команде в лице сына Мясника, и Кевина, уже раз сто похоронивший Натаниэля, согласно кивнули. — Ты останешься с нами, нравится тебе это или нет, — поддержал еë Никки, — ты наш. Ты Лис. Нил нахмурился. Ну-ну, пусть попытаются задержать его. Он не должен подвергать их лишней опасности. Не имеет права втягивать. Эндрю закатил глаза. Бегунок, что с него взять? Надо будет проконтролировать этот момент. Нил снова посмотрел на Кевина. Тот его не узнал, но, возможно, где-то в подсознании вспомнил мальчишку, с которым был знаком много лет назад. Его прошлое заперто на замок в памяти Кевина. Это доказательство существования Нила, как и экси. Кевин — подтверждение реальности Нила и, пожалуй, самый верный ориентир: если Нил будет находиться рядом с ним, если они будут играть в одной команде, он не пропустит момент, когда Кевин начнет что-то подозревать. Как только пойдут лишние вопросы или косые взгляды, Нил исчезнет. — Ну так что? — поторопил Ваймак. Инстинкт самосохранения ожесточëнно боролся с желанием, и эта борьба повергала Нила в бессильную панику. — Мне надо поговорить с мамой, — сказал он просто потому, что не нашëл другого ответа. — Занимаешься некромантией? — поднял брови Эндрю. — Нахуй пошëл, — огрызнулся взвинчивый Нил, молясь, чтобы первая глава побыстрее закончилась, иначе точно попытается сбежать. Или ударит кое-кого. Он ещë не решил. Миньярд показал большой палец верх, посмеиваясь. Чувствовал он нечто вроде снисходительного веселья. — После тебя, Нил. После тебя. Элисон с трудом сдержала восторженный писк, победно посмотрев на Сета, старательно изображающий, как его тошнит. Справедливости ради, Аарон занимался тем же самым. Рене крайне задумчиво рассматривала парней. Она была бесконечно рада за друга, но как-то упустила из виду в какой момент всë пришло... к чему бы то ни было. Она не могла точно определиться с описанием их взаимоотношений. Особенно после ночи в Колумбии. — Зачем? — не понял Ваймак. — Ты ведь совершеннолетний, так? В личном деле указано, что тебе девятнадцать. На самом деле восемнадцать, но раз в фальшивой анкете написано девятнадцать, пусть так и будет. — Ещë и про возраст напиздел, — Сет, отвлекаясь от того, чтобы продолжать играть драму, на поступающую информацию, не был удивлëн. — Чем больше несоответствий, тем выше шанс на выживание, — проговорил Нил, сделав глубокий вдох. — Всë равно надо посоветоваться. — Она за тебя порадуется. «Да ни в жизнь», — подумал он, сильнее вжавшись в спинку кресла. Мэри драила бы его за волосы нещадно, била бы до тех пор, пока все дурные мысли не выветрились бы из головы, так, чтобы и вздумать не посмел взглянуть на поле. «А почему кстати?» — вдруг пронзило его. Забудьте об излишнем внимании, но Мэри всегда отгораживала его от этого вида спорта. Ха, теперь он вряд ли узнает — даром воскрешать мëртвых он не обладает. — Наверное, — тихо согласился Нил, хотя это тоже было неправдой. Узнай мать, что он хотя бы задумался над этим предложением, она пришла бы в ярость. Может, и к лучшему, что она ничего не узнает, только разве «к лучшему» должно отзываться в груди нестерпимой болью, как от удара ножом? — Я поговорю с ней сегодня вечером. Эбби стало больно от осознания, что отец Нила хладнокровный убийца, плюс его мать не самая хорошая. У Лисов хотя бы один из двух родителей хороший человек, а здесь... Она отвернулась, выравнивая дыхание. Бедный ребëнок. За что жизнь так жестока с ними? Никто из Лисов не заслуживает подобного. — До дома подбросить? — Не надо, я сам. — Вау, кто-то прям рвëтся домой. Нил незаинтересованным взглядом посмотрел на довольного Эндрю, что лишь шире улыбнулся, стоило ему заметить на себе взгляд бегунка. Ваймак обернулся к Кевину. — Ждите меня в машине. Кевин собрал бумаги и соскользнул со своего насеста. Эндрю, стоявший за дверью, покинул раздевалку вместе с ним. «А, так не совсем ушëл». Джостен как-то упустил это из виду. Теряет все навыки, мать убила бы его за это. После того как они удалились, Ваймак посмотрел на Нила со всей серьёзностью. — Хочешь, мы побеседуем с твоими родителями? — предложил он. — Я представляю это, — хмыкнул Нил, хотя не подпускал бы никого из команды к своему отца или матери. Даже если объективно к Мэри гораздо безопаснее подойти, чем к отцу, будь он трижды проклят. Миньярд хохотнул. О да, это было бы забавно. — Не надо, я сам, — снова сказал Нил. Следующий вопрос прозвучал с убийственной прямолинейностью. — Родители тебя бьют? Повисла короткая тишина, оценивая убойную прямолинейность тренера. Нет, они сами сталкивались с этим, но никогда настолько прямо. — Тренер, у вас прекрасное чувство такта, — прокомментировал провал мужчины Никки, который слишком радуется, чем ему положено. Дэвид поднял бровь, оглядел чересчур довольного Хэммика и затем без капли сочувствия вынес: — Будешь бегать марафон. Никки уставился на него, как на величайшего предателя. — Нечестно! — Мне добавить ещë один кружок к марафону? Хэммик обиженно замолчал, скрещивая руки на груди и по-детски надувая губы. Команда тщательно скрывала смешки, но вот улыбки прятать и не думали. Парень был таким театрально-обиженным, что никто не сумел остаться равнодушным, даже Нил, хоть последний и считал поведение Никки идиотским. Нил уставился на него в полнейшем недоумении. Это прозвучало настолько бестактно и во всех отношениях грубо, что не стоило и пытаться ответить. — Вон, даже Нили согласен со мной! — указал на молчаливого парня Хэммик. Джостен закатил глаза, ни коим образом не поддерживая парня, что крякнул нечто неразборчивое. Ваймак, очевидно, это понял и сразу продолжил: — Давай-ка всë проясним. Я спрашиваю об этом не просто так. Тренер Эрнандес подозревает, что несколько раз в неделю ты ночуешь здесь. Он думает, у тебя дома не всë ладно, поскольку ты не уходишь вместе со всеми и не позволяешь никому встретиться с родителями. Поэтому он и написал про тебя — решил, что ты мне подойдёшь. Понимаешь, да? Тебе известно, каких ребят я отбираю в команду. Не знаю, прав ли Эрнандес в своих догадках, но что-то мне подсказывает, что он недалëк от истины. В любом случае, раздевалку на лето закроют. Если у тебя проблемы с родителями, мы можем устроить твой переезд в Южную Каролину пораньше. — Ещë какие, — выдохнул Нил, поднимая глаза к потолку. Лучше бы его действительно просто били. Кевин бросил непонятный взгляд на парня, но ничего не сказал, хотя и так всем присутствующим было ясно, что полностью разделяет мнение новичка с пугающим прошлом в том, что им всем пиздец. Мягко говоря. Аарон обречено простонал, задумываясь над тем, почему Эндрю просто не оставит Джостена за бортом? Сначала ударил того официанта, затем смилостивился над Нилом и притащил в их дом в Колумбии. Для красоты не хватало только разместить в своей комнате, благо не сделал этого, иначе он взаправду посчитал бы его сумасшедшим. А ещë он вытаскивает новичка из панических атак. Какого хрена? Где в этом мире блядская справедливость? — В смысле? — не понял Нил. — Эндрю с братьями на каникулах остаются в городе. Они живут у Эбби, нашего командного медика. Лишнего места у неë нет, но в июне открывается общежитие, а до тех пор можешь перекантоваться у меня. Квартирка, конечно, тесная, зато есть диван — на нëм всяко мягче, чем на голой земле. Скажем, что ты на испытательном сроке. Половина поверит, половина — нет, но это и неважно. В «Лисы» кого зря не берут, и всем понятно, что, будь ты посредственностью, мы бы с тобой не связывались. Подробности твоей жизни никого не касаются, а сам я не стану приставать к тебе с расспросами и, уж поверь, не стану трепаться. У Эндрю зачесались шрамы под повязками, как в тот день, когда уловил взгляд на предплечьях от Никки, что смотрел долго, непривычно серьëзно, не задавая никаких вопросов. Просто однажды вернулся домой с этими самыми повязками, купив их в каком-то спортивном магазине, и молча протянул Эндрю. Такой же взгляд был и у тренера. Так что да, он знал о чëм говорит Ваймак. Лисы тоже это знали. Обрести голос Нилу удалось лишь со второй попытки: — Зачем это вам? Ваймак с минуту молчал. — Думаешь, я сколотил эту команду ради пиара? Нет. Просто я готов дать человеку второй шанс. Второй, третий, четвëртый, да хоть двадцатый — главное, на один больше, чем тебе дадут все остальные. Лисы с благодарностью посмотрели на мужчину, что делал вид, будто не замечает их, но все понимали, что таится в его сердце. Сет мысленно проговаривал эту фразу, стараясь запомнить, потому что слишком красиво звучит, хотя сам такое не понимает, пусть и был благодарен тренеру, ведь именно благодаря его философии и оказался здесь. Впрочем, как и вся остальная команда. Видит бог, даже бесящий до усрачки Хэммик. Нил не раз слышал, что Ваймака считают чокнутым идеалистом, однако, слушая его, сложно было не поверить в его искренность. В душе Нила недоверие смешивалось с презрением. В голове не укладывалось, зачем Ваймак снова и снова добровольно обрекает себя на разочарование. На его месте Нил давным-давно бы отказался от «Лисов». Интенсивность взглядов увеличилась. Выждав короткую паузу, Ваймак спросил: — Так с родителями всë-таки проблемы? Хохот Эндрю все проигнорировали. «Ох, ещë какие», — подумал Нил с горечью, искренне пожелав, чтобы его просто били. Нил понимал, что рискует, но соблазн пересилил. Кивнув, он испытал болезненный укол, однако ещë острее его кольнула усталость, проступившая во взгляде Ваймака. Это не было жалостью, которую Нил порой улавливал в глазах Эрнандеса; Ваймак словно бы понимал, что значит быть Нилом, какой ценой он каждый день заставляет себя вставать и двигаться дальше. Вряд ли Ваймак хотя бы отдалëнно представлял себе его жизнь, но от других Нил не получал даже такой малости. Ему пришлось отвернуться. — У меня, конечно, нет настолько криминального прошлого, — начал Ваймак, поймав взгляд Нила, — но я понимаю, что каждый из вас борется со своими демонами, и я буду рядом, когда вам это понадобится, если вы отступитесь. Просто запомни мои слова на будущее, ладно? Нил прикусил нижнюю губу, отводя взгляд от мужчины, пытаясь прогнать сдавившее всë тело чувство. Липкое такое, проникающее в кожу и удерживая, словно цепи. Он не понимал этого. Его отец — чудовище, а он сам — монстр не хуже него. Он себя знает. Нил не может оставаться здесь, подвергая их риску. Совершенно несправедливо для тех, кто невиновен. И всë же... — Да, сэр, — произнес на выдохе, но Ваймак ограничился и этим, понимая, что сейчас давить на этого ребëнка будет излишне. Может, со временем ему удастся вбить в голову парня, что никто из Лисов его не бросит. Они, скорее, вцепятся в него зубами и руками так, что хрен оторвëшь. — Твой тренер сказал, выпускной у вас назначен на одиннадцатое мая, — наконец прервал молчание Ваймак. — В пятницу, двенадцатого, я пришлю кого-нибудь встретить тебя в аэропорту. Нил едва не брякнул, что ни на что не соглашался, но слова застряли у него в горле: он вдруг осознал, что всë решено. — Бинго, — щëлкает пальцами Эндрю, зарабатывая закатывание глаз от бегунка, абсолютно не впечатленный. Как говорится, выбор без выбора — конëк их тренера. Остаётся только диву даваться, как у него получается это. — Оставь бумаги у себя. — Ваймак снова протянул ему папку, и на этот раз Нил еë взял. — В понедельник тренер Эрнандес вышлет мне подписанные копии факсом. Добро пожаловать в команду. — Ура, — не слишком бодро отозвался Никки, вызвав удивление у старшекурсников. Хэммик почти обиделся. Он может быть громким и весëлым большую часть времени, но он умеет улавливать, когда кому-то станет плохо, даже сейчас, вот так читая. Серьезно, он живëт с близнецами: один удавится собственными словами, чем признается, что ему плохо, второй держит маску непроницаемости и трудно угадать, о чëм он думает. Ну, держал, пока его не посадили на таблетки. Сейчас на лице Эндрю вечная улыбка. Тут полагалось бы сказать «спасибо», однако Нил не смог выдавить из себя ни звука и продолжал сверлить взглядом пол. Ваймак не стал дожидаться ответа и пошëл искать Эрнандеса. — Чтобы патологический лжец не смог выдавить ни звука? Это сильно, — протянул Эндрю, пробежавшись глазами дальше по тексту, на миг сделавшись злобным, но мало кто заметил это. Только напрягшуюся челюсть увидели. Задняя дверь с лязгом захлопнулась. Нервы у Нила сдали. Он метнулся к туалету и едва успел влететь в кабинку, прежде чем его вывернуло наизнанку, хотя желудок был пуст. — Оу... — Никки искренне посочувствовал Нилу, что изрядно вымотался из-за разговора с их тренером, да и Кевином в целом. Элисон сморщила нос в отвращении и получила поцелуй в висок от Сета. — Ты чего это...? — хлопал глазами растерянный и обеспокоенный Мэтт. — Я провëл в бегах восемь лет, — устало попытался объяснить Джостен, никак не в силах осознать, почему команда просто не понимает очевидного, — от своего прошлого. От отца и его людей. И вдруг, когда ему удаётся так близко подобраться ко мне, пришло время всего ничего только год, появляется Кевин — угроза моему существованию. Меня приглашают в команду, часто мелькающая по телевизору, что для меня подобно смерти. «А ещë я нарушил заветы матери», — оставил при себе Нил. Лисы переглянулись. Это какой-то ужас. Эбби с мягким укором в глазах посмотрела на Ваймака, что избегал еë взгляда, так и говорящий: «Посмотри до чего ты довëл ребëнка!» И Дэвиду правда стыдно, что надавил на парня. Он должен был знать лучше. — Прости, Нил. Нил моргает, посмотрев на мужчину, и неловко поëрзал на месте. В груди что-то неприятно зашевелилось. Перед ним никто никогда не извинялся, особенно из взрослых. — Всë в порядке. Эндрю презрительно усмехнулся. Мать бы просто взбесилась, если бы узнала, что он наделал. Память о том, как она драла его за волосы, была ещë свежа. Столько лет они скрывались, переезжая с места на место, и вот теперь, благодаря Нилу, все их труды пойдут насмарку. Он знал: мать ему этого бы не простила, — и потому грудь стягивало обручем ещë сильнее. — Мда, мать у тебя тот ещë подарок, — Сет покачал головой. Нил нахмурился, но промолчал, лишь злобно уставился на удивлëнного такой реакцией Гордона, который показал руки в жесте сдаюсь. — Прости меня, — шептал он, давясь и кашляя, — прости, прости. Спотыкаясь, Нил добрëл до раковины. Прополоскав рот, поднял глаза на своë отражение в зеркале. Чëрные волосы, карие глаза — обычная, заурядная внешность; в толпе не заметят, не запомнят. Именно этого он и добивался, но сработает ли маскировка против репортëрских фотокамер? Эндрю усмехнулся, а Никки открыл рот, затем тут же его закрыл, так ничего и не сказав, понимая, что, скорее всего, вызовет у Нила либо паническую атаку, либо желание проблеваться. Слегка поморщившись, он склонился ближе к зеркалу и оттянул несколько прядей. Убедился, что светлые корни пока не отросли, облегчëнно выдохнул и подался назад. — Университет… — пробормотал он себе под нос. Звучит как мечта, а на вкус как пепел. — Нет, серьëзно, что за клуб философов? — поинтересовался Сет, — такими темпами мне нужно завести тетрадочку. — Зачем? — спросил Мэтт. — Записывать туда особо философские фразы, — ответил Гордон так, словно это само собой разумеющееся. Что-то в этом всë же было. Нил дëрнул молнию на спортивной сумке и сунул в неë контракт. В раздевалке его ждали оба тренера. Не проронив ни слова, он направился к выходу. Когда он шëл мимо парковки, из задней двери внедорожника Эрнандеса высунулся Эндрю Миньярд; его губы растянулись в издевательской улыбочке. — Слишком крут для таких, как мы? Даже в одну тачку с нами не сядешь? Нил скользнул по нему взглядом и ускорил шаг, а дойдя до конца парковки, перешëл на бег. Стадион, Лисы и их заманчивые обещания остались позади, однако неподписанный контракт в сумке давил тяжким грузом, пригибал к земле. — Бедненький, — протянул Эндрю, но без особого энтузиазма. Уж ему ли не знать, какого это, когда тебе дают выбор, а на деле являлось тяжестью на плечах.