Битва за экстрасенса

Тишина длилась несколько секунд, а потом на Ларионова обрушились голоса, топот, кто-то включил фонарь. Подбежала Таня, причитавшая что-то о скорой и врачах. - Не надо скорую, - Влад слабо зашевелился в руках у Ильи, - воды дайте. - Дайте воды! - крикнула девушка. - Влад, что случилось, ты как?! - Тань, подожди, - остановил ее ведущий, перехватывая у подскочившей к ним хозяйки стакан и аккуратно поднося его к губам экстрасенса. - Пей, я держу. Влад придержал стакан поверх ладони Ларионова, и тот почувствовал, насколько ледяные у него руки. Чернокнижник сделал пару глотков и откинулся назад, тяжело дыша. - Ты как? - осторожно спросил Илья. - Домой надо. Сядешь за руль? Ключи в кармане. - Встать сможешь? Влад аккуратно приподнялся, но было заметно, что каждое движение дается ему с трудом. Ларионов подхватил его и помог встать на ноги. Чернокнижника качало, он то и дело норовил снова опуститься на пол, и Илье пришлось буквально взвалить его на себя. - Дайте вещи, - тихо попросил Череватый. - Зеркало выбросите. Таня, которая с ужасом наблюдала за происходящим, отыскала его сумку, аккуратно собрала в нее остатки свечей и заляпанный воском и кровью цветастый платок и последовала за мужчинами на выход. В лифте Владу снова поплохело, и Илье пришлось умыть его водой - Таня удачно прихватила с собой бутылку. Когда они добрели до машины, Ларионов в своей теплой куртке и спортивном костюме обливался потом. Он сгрузил экстрасенса на заднее сидение вместе с его злополучным саквояжем, сам сел за руль и, проверив адрес, дал по газам. Всю дорогу Влад то стонал, то метался на заднем сидении, то погружался в недолгое забытие, и Илье стоило определенных усилий не отвлекаться от вождения. До дома добрались за час. Ларионов взвалил на себя шатающегося Влада, схватил его сумку ("кирпичи он там, что ли, носит?!") и, чертыхаясь, поковылял к подъезду. Ключи от дома нашлись в кармане пальто чернокнижника. До квартиры добрались без происшествий, не считая того, что Череватый опять едва не рухнул на пол лифта. Не разуваясь, Илья поволок его вглубь квартиры, зажигая на ходу свет. Единственная дверь, которая в его прошлый приход сюда была закрыта, вела в небольшую спальню, где, тем не менее, помещались двуспальная кровать и платяной шкаф вдоль стены. - Ложись, я помогу, - приговаривал он, укладывая Влада на постель, хотя тот не спешил отзываться и походил на тряпичную куклу. - Я сниму ботинки. Ларионов комментировал свои действия, это помогало успокоить панику. В конце концов, он не совсем понимал, что вообще происходит и что ему со всем этим теперь делать. Он просто решил, что может помочь, и послушался Влада, который просился домой, дальнейшего плана не было. Илья стянул с чернокнижника ботинки и отнес их в коридор, где сбросил и свои кроссовки и куртку. Когда он вернулся в спальню, Влад встретил его чуть более осмысленным взглядом, чем прежде. - Жарко, - прошептал он. Илья подошел ближе, экстрасенса сотрясал озноб. - Жарко, - повторил тот, - помоги снять. Он дернул испачканной рукой за ворот пальто. - Хорошо-хорошо, сейчас снимем. Ларионов приподнял Влада и помог выпутаться из одежды, тот остался в светлом свитере, на котором виднелись подсохшие пятна крови. - Ты весь в крови, Влад, надо смыть хотя бы с рук и обработать. Как же так вышло... - досадовал Илья. - Аптечка там, - Череватый кивнул на стоявший в углу комод. - Подожди, я за водой схожу. Илья отправился на кухню и вернулся с миской воды и полотенцем. В аптечке нашлась перекись, вата и йод. - Сейчас всё сделаем, смоем, обработаем - будешь как новенький, - болтал Ларионов, пока устраивал свой импровизированный медпункт на прикроватной тумбочке. Он нервничал, потому что Владу по-прежнему не становилось лучше. Бледное лицо осунулось, а под глазами темнели глубокие тени. - Возишься со мной, - вдруг тихо сказал чернокнижник, - я бы сам, не надо тебе это видеть. - Ну уже поздно, - усмехнулся Илья. - Ты едва живой, что бы ты тут сам сделал? Не выдумывай, давай руки сюда. - Жарко пиздец, - снова пожаловался Череватый. - Вот, уже ругаешься! Значит, на поправку идешь, - пошутил Ларионов. - Свитер этот блядский, хочу снять, сгорю сейчас. Влад зашевелился, пытаясь приподняться и ухватиться за свитер. Илья быстро понял, что толку не будет, и сам стянул его с экстрасенса, оставляя того в одних брюках. Он случайно коснулся кожи Влада и почувствовал, что тот и правда горячий как печка. - У тебя жар, - сделал он вывод, - может, сбивать надо? Таблетками там... - Не надо таблетки, - Череватый откинулся обратно на спину, - пройдет, погоди. Ларионов пожал плечами и взялся за полотенце. Он потянулся к руке Влада и аккуратно взял в свою - ладонь, в отличие от тела, оказалась ледяная и вся изрезанная стеклом. - Черт, у тебя осколки здесь... - Вот только его не упоминай, - перебил чернокнижник и вымученно улыбнулся. - Вытаскивай, потерплю. Илья пожал плечами и принялся смывать с его рук кровь и грязь, попутно осторожно извлекая застрявшие стекляшки. Влад изредка шипел от боли, но больше молчал и прерывисто дышал, лежа с закрытыми глазами и позволяя менталисту делать свое дело. Ларионов словил что-то наподобие медитативного состояния: он методично обтирал длинные пальцы, обрабатывал порезы перекисью, а особенно глубокие - йодом, пару раз менял воду в миске и ни о чём не думал. - Все, я закончил, - спустя почти час выдохнул он, разминая затекшие плечи. Сначала ему показалось, что Влад заснул, но тот уже смотрел на него усталыми глазами и даже немного улыбался. - Спасибо, - сказал он негромко, - ты лучше любых врачей. Илья смущенно улыбнулся в ответ. Он заметил, что у Влада на лбу выступила испарина, а тело все еще периодически подрагивало. Он отвел взгляд от голого торса чернокнижника и посмотрел ему в лицо. - Что с температурой будем делать? - спросил он. - Ничего не будем, поспать надо, само пройдет, - Череватый говорил короткими фразами, прерываясь на вздохи - слова еще давались ему с трудом. - Я тогда в зале буду, - Ларионов поднялся на ноги. - Прилягу там, а ты зови, если что. - Ложись здесь, - Влад тихонько похлопал по свободному месту рядом с собой. - Приставать не буду, так спокойнее просто. У Ильи в голове возникла целая когорта сумбурных мыслей и быстро умчалась прочь, стоило ему взглянуть на измученного человека перед собой. "Ну конечно лучше, если я буду рядом, мало ли что," - решил он, а вслух ответил: - Что-что, а на приставания ты сейчас явно не способен. Пойду умоюсь. Илья прополоскал рот и, плеснув на лицо холодной водой, долго стоял, уставившись на своё отражение в зеркале. Он думал о том, что сейчас ляжет в одну кровать с мужчиной, который... Который что? Его приятель? Коллега по работе? Жертва обстоятельств? Который стал ему... небезразличен? В конце концов, он решил, что стресс и усталость вряд ли будут хорошими советчиками, и просто вернулся в спальню, снял толстовку и, погасив свет, улегся рядом с Владом. - Тебе не холодно? - тихо спросил он. - Не знаю, трусит всего. Там плед в ногах. Илья нащупал мягкое покрывало и накрыл их обоих. Уже проваливаясь в сон, он почувствовал, как его кисти касаются холодные пальцы чернокнижника. Несколько раз за ночь Илья просыпался от того, что Влад то начинал метаться по кровати, то что-то вскрикивал и бормотал, то, наоборот, затихал настолько, что приходилось проверять, дышит ли он вообще. Ларионов давал ему воду, обтирал лицо прохладным полотенцем и снова ненадолго засыпал. Очередной приступ накрыл Череватого под утро. Его выгибало на постели, он выл раненым зверем и, казалось, никак не мог вырваться из охватившего его кошмара. Разбуженный стонами Илья подскочил на кровати, спросонья не сразу понимая, что творится. - Влад, проснись, проснись же, - он принялся трясти чернокнижника за плечо, - давай, вернись сюда, вернись! Вернись ко мне! Влад очнулся не сразу, распахнул испуганные глаза, и Илья заметил в них влажный блеск. Он дышал отрывисто и тяжело, весь взмокший и совершенно дизориентированный. - Это сон, просто сон из-за жара, - повторял Ларионов, успокаивающе поглаживая экстрасенса по предплечью. - Все прошло, все уже хорошо. - Это не просто сон, - зашептал тот, - это он. - Кто? - не понял Илья. - Та тварь из квартиры, - голос Влада звучал надтреснуто, - прицепился, сука, лезет теперь отовсюду. Он провел ладонью по лицу, словно пытаясь сбросить липкую паутину пугающего сна. - Да нет, не может быть, - Илья старался говорить оптимистично, - у тебя температура, это из-за нее. Обычный плохой сон, наутро все пройдет. Череватый только покачал головой. - Я и засыпать-то теперь боюсь, ты бы знал, что я там видел. - Это неважно, все позади, я здесь, с тобой. Тебе нужно поспать. Знаешь, - нерешительно произнес менталист, чувствуя, как краска приливает к лицу, - давай кое-что попробуем. Влад безразлично пожал плечами. В неровном свете, который бросали на них сквозь неплотно прикрытые шторы уличные фонари, он выглядел белым как мел. Илья легонько подтолкнул его, заставляя перевернуться на бок, а сам лег сзади и, не давая себе лишний раз задуматься о том, что делает, обнял поперек груди. Череватый вздрогнул от неожиданности, но тут же расслабился и поудобнее устроился в его рукак. - Спасибо, - прошептал он. - Спи, - ответил Ларионов. Он лежал еще какое-то время, ощущая, как постепенно приходит в норму сердечный ритм экстрасенса, и заснул, когда его собственный пульс сровнялся с размеренным стуком под его ладонью.