love who loves you back

❝ — Ты невысокого мнения о пиратах?

А ведь сам без пяти минут пират!

Выпустил заключённого, присвоил британский корабль,

отплыл на нём с корсарами с Тортуги...

и хочешь добыть своё сокровище.

— Неправда. Клады меня не манят!

— Сокровище — это не только серебро да золото. ❞ Пираты Карибского моря:

Проклятие Чёрной жемчужины

Капля срывается с маленькой дырки в прогнившей старой трубе и с характерным звуком удара о металл приземляется на стол, а после, растекшись в непонятной формы лужу, снова собирается в прежний вид и поднимается обратно в дырку в ржавой трубе. Он видит это уже в тысячу двести сорок пятый раз. Интересная магия, он бы задумался о ней подробнее и разобрал на составляющие, возможно, провел бы анализ безопасности такой технологии и придумал возможность использовать ее в бою. Однако все что его волнует сейчас – где она? Если ее не поймали, то осталось ей недолго, потому что местный аврорат не любит церемониться. В таком случае, возможно, ее скорая смерть даже не так уж и страшна. Хуже, если ее будут пытать. Аврор Сен Млю весьма падок на пытки красивых женщин. А она была очень красива. Хотя, видел ли он когда-нибудь ее настоящий облик? Очень спорный вопрос. Про внешность он давно понял, что она никогда не показывала ему своего настоящего облика, скорее всего, просто использовала усовершенствованное заклинание и в ее внешности каждый видел то, что ему нравилось больше всего в женщинах. Хитро? Определенно. А еще жестоко. Но он привык к жестокости. С детства. Не удивило, скорее, привычно разочаровало. Больше всего его интересовало, а видел ли он когда-нибудь ее душу? Хоть в одном их разговоре за крепким напитком в роксе, обжигавшем кожу, если ты задумаешь соврать собеседнику. Как удобно, что он доверил наложить заклинание именно ей. Теперь он даже если захочет, то никогда не расскажет ни капли информации о ней. Хитрая сука. Возбуждало ли его это? Сначала очень, до пожара в груди, до невозможности спать и думать, он хотел ее всю. Позже он начал меланхолить, потому что они стали видеться реже. Это, скорее всего, тоже был ее хитрый план, как привязать его к себе и заставить уйти с привычной должности. Броситься в огонь, в самое пекло ради нее. Возможно, она думала, что это его уничтожит. Она использует его, а когда придет время, выставит все как несчастный случай и позже исчезнет, прикрываясь кровоточащей от горя раной. Просто он оказался чуть умнее, чем она думала. А он ее недооценил. Тривиально и глупо, но такова была ситуация, в которой он оказался.             Вдруг раздался стук шагов. Он почувствовал всплески магии, очень сильной. Стена раскрылась, распадаясь на кирпичики и в тот же миг собираясь обратно, пропуская внутрь Кингсли. Он стал выглядеть чуть мудрее, чем раньше. Но вкус на одежду остался прежний. Эти странные платья в пол с причудливыми узорами, браслеты на руках и эта дурацкая шапочка на голове. Кингсли крутил палочку в руках и осматривал камеру. Казалось, в его глазах промелькнула боль, но он привык ко лжи во взгляде, поэтому не доверял ничему. Министр облокотился на стол и посмотреть ему в глаза. — До Вас, как до президента, — начал министр, — Просто так не добраться. — Нас отличает хотя бы то, что он сдох, — просто отвечает, даже не взглянув на министра, рассматривая носки своих ботинок. — Туше, — кивает Кингсли, а после перед палочку горизонтально между двух рук, снова пристально смотря на него, — Я боюсь, у нас с Вами не так много времени, а у Вас еще и вариантов, я прав? Мерзкий старик, конечно, он не пришел просто так посмотреть на него в этой ужасной камере, он пришел что-то предложить, что абсолютно не понравится парню. Манипулятор хренов. — Буду краток, у нас произошла чрезвычайная ситуация, Ваши старые знакомые снова объявились и кошмарят нашу страну. Я боюсь, что из оставшихся в живых и готовых сотрудничать, Вы – это наш последний шанс их поймать. Конечно, не за бесплатно. Все просто, я даю Вам свободу, убежище на родине, пообещаю, что накажу Вас по всей строгости закона, а после отпущу. — Я так понимаю, гарантий никаких? У нас с Вами чисто хрупкое доверие? — он усмехнулся, отклонив голову назад. — Любите тех, кто любит Вас в ответ, Мистер Малфой, тогда, возможно, Ваше положение не будет таким плачевным. Дверь снова рассыпалась, выпуская мужчину в странном платье. Малфой усмехается, засовывая руки в волосы и больно потянув за пряди. Почему он был так одержим?