Отдых в виде приключений или любовь в виде секса (Часть2)

Глава 13 Если случится непоправимое – я тебя прокляну! Чон застыл, застыл на 64 дня. Не то, чтобы он считал, нет. Это вышло, как то, само собой. С того самого дня, когда мир перед глазами рухнул, он заледенел изнутри. Всё стало пресным, все предметы вокруг приобрели резкие очертания и волшебство курортного городка померкло. Осталась только жестокая реальность. Он ходил на работу, как и прежде, всё чётко выполнял, затем шёл к Льере и брал задания. Учился с каким-то остервенением. А в голове, как в компьютере – щелчок – ещё один день. С друзьями он так и ни разу не встретился. И только ночи приносили облегчение. Только во сне всё было хорошо, всё было, как прежде. А днём… Днём он изменился, взгляд его стал как у волчонка, он с каким-то садистским удовольствием отшивал мужчин, претендующих на его внимание. Язвил и издевался, это приносило какое-то садистское удовольствие и это пугало. И вот сегодня, Льера сама пришла к нему на работу, попросила уделить ей немного времени. Долго мялась, потом выдала, что Эрик должен вот-вот прилететь. И что она очень хочет, чтобы они встретились. У Чона сердце пропустило удар, затем он недобро усмехнулся и сказал ей, что не знает, ему нужно подумать. Льера ушла, взяв с него обещание, что при любом раскладе – он её не бросит, не оставит и не предаст их дружбу. Противное сердце нашёптывало, что всё не важно, что два месяца – это не срок, что главное он вернулся, но обожжённая душа была обижена и не хотела новой боли. Чон облегчённо вздохнул, оказывается, чтобы дышать свободно – надо так мало: просто знать, что он где-то рядом, что они дышат воздухом одного и того же города, что он под присмотром сестры и робко надеяться на случайную встречу. - Нет, сам я не пойду – твёрдо решил Чон – я ему не пёс, бегать по первому свисту – тряхнул головой и пошёл работать дальше. Эрик стоял в дверях и прибывал в самом большом шоке в своей жизни: Ввалившись с радостными воплями в квартиру сестры, он рассчитывал немного на другой приём… После слов приветствия, он ждал, что сестрёнка, как обычно, обезьянкой запрыгнет к нему на руки и прижмётся, а что в итоге?! Она медленно подошла, влепила ему пощёчину, со словами: «Это тебе за Чона!» и так же медленно удалилась на кухню. После того, как мать его пинками выгнала из дома, он думал, что его уже ничем не удивить. Из кухни послышалось вполне нейтральное: - Кофе будешь? - Всё! Мой мозг сломан. Они явно свихнулись или меня хотят в гроб загнать – пробурчал Эрик и поплёлся на кухню, по дороге кинув сумку в свою комнату. Эрик сидел на стуле и ждал, когда Лера протянет ему кружку с кофе. Не дождался. Она просто поставила на стол, даже не пододвинув. Села напротив и сверлила его взглядом. - У него правда кто-то есть? Лера развела руки, пожала плечами: - А ты у него спроси! – язвительно отчеканила. - Лер, я серьёзно… Мне встретиться с ним или уже не надо? - Ух ты! А чего вдруг ты решил посоветоваться?! Раньше надо было: Лер, мне разбить сердце твоему другу или нет? Мне написать ему, что скучаю или бросить, как шелудивую собачонку, не объясняя ничего? – зло кривлялась сестра. - Всё, понял я, понял – сам разберусь! – и ушёл в душ, громко хлопнув дверью. С Артёмом они встретились в назначенное время. Эрик сидел и дёргался. Артём понял, что всё плохо. - Как суды? – в ответ длинное предложение из матерных слов. - Ничего удивительного. Рассказывай. – И Эрик начал, эмоционально, зло. - Знаешь, что я тебе скажу – в конце повествования, начал Артём – у тебя есть два выхода из этой ситуации. Первая – это сидеть, обижаться на весь мир и жалеть себя, такого охренительного, второе – плюнуть на всех и вся, забыть и начать строить жизнь заново. Запомни: мир – это курятник, в котором каждая курица, старается залезть по выше, столкнуть ближнего и насрать на нижних! И только немногим удаётся из всего этого дерьма найти настоящих друзей и настоящую любовь. И это дорогого стоит! Я, почему то, уверен, что один раунд я выиграл – нашёл тебя! А вот с любовью… Вот здесь пока я не уверен… А, у тебя как? – Эрик сначала замялся, потом смутился. - Ладно, пошли – Артём поднялся и махнул рукой. Эрик встал и пошёл за другом. - Куда мы? - Ко мне, может потом тебе будет легче говорить – и завернул в проулок. Поднялись, Артём открыл дверь своим ключом. Молча зашли, квартира была небольшая, но светлая и вся какая-то воздушная, такая больше бы подошла для девочек. И тут из комнаты выпорхнуло что-то тоненькое, одетое во всё белое и кружевное. Прижалось к Артёму и так преданно улыбнулось. Эрик устал пребывать в шоке. Артем улыбнулся, погладил это нечто по голове и мягко, еле слышно проворковал: Познакомься – это Эрик, мой друг, очень хороший – как-то с нажимом добавил – я клянусь – очень хороший – и подтолкнул это нечто к Эрику. Нечто пискнуло и трясясь спряталось за спину Артёма. – Всё, всё, успокойся. Мы сейчас ещё немного поговорим, а потом я вернусь, хорошо? И они ушли, вернулись на прежнее место и несколько минут молча сидели. Артём заговорил, монотонно, без эмоционально: - Знаешь, у меня ведь там – мотнул головой неопределённо – жена и ребёнок. Точнее, бывшая жена и ребёнок. Меня, как и тебя, выкинули на обочину жизни. Ранение, разбирательства и приговор – комиссовать! Был и нервный срыв, и депрессия, и запой. Ну, про жалость к себе и обиду на весь мир, вообще говорить не стоит – святое! Жена ушла, забрав ребёнка. Вот тут я и очнулся: они по съёмным хатам, а я квартиру превращаю в притон. Еле выбрался. Как здесь оказался – не буду вдаваться, а то за ночь не управимся. Так вот – Артём на минуту замолчал, Эрик же весь превратился в слух. – Чуть больше года назад, мы возвращались с экскурсии и где-то посередине между Бангкоком и домом, остановились на заправке, размяться и в туалет. Не скажу, что дождь лил, как из ведра, но хорошего мало. И вот, я отошёл по дальше, за курилку, что-то там в кустах пискнуло. Раздвинул, а там… Вот это вот смотрит на меня и трясётся от страха. Ты не поверишь, прямо котёнок, которого топили, топили, а он чудом выжил. Я не смог пройти мимо, чёртова русская душа, тогда я совсем плохо тайский знал, обратился на английском. И знаешь, он даже лучше меня говорит на английском… Хорошо темно уже было, я его в конец автобуса посадил и одеялком накрыл. Он так в одной позе и пролежал, не шевелясь. Когда всех развезли, спросил где его высадить, а он смотрит и молчит. Психанул, высадил возле парка, пошёл домой, а этот за мной, как котёнок тащится, только не мяукает. Зашёл домой, тут и дождь разошёлся не на шутку. Думаю, пойду, гляну ушёл или нет. Дверь открываю, а он сидит возле двери. Меня такой псих взял, я схватил его за руку, затащил домой, начал на него орать, а он взял и в обморок. Представляешь, как я испугался. Привёл в чувства, он схватил за руку и в слёзы. Вот так он у меня и обосновался. А мне, что, я тут всё время один был, хоть волком вой. Подумал, хоть не скучно будет, хоть какая-то живая душа встречает. Самое интересное, что шмотки на нём были хоть и изодранные, но фирменные. Не просто дорогие, а прямо коллекционные. И первое время, он так всё изучал, как будто ни разу не видел простую жизнь, таким житейским вещам удивлялся… Я его почти полгода не мог на улицу вытащить, сейчас, вроде ничего, через день вот в это кафе вожу. Иногда, если темно, может меня забрать на байке, если попрошу, но шлем нигде не снимает. Прямо, вот так, дома напялит и выходит. Странно это всё… Сколько раз предлагал ему, давай родных найдём, а он бац – и в обморок. Я даже не знаю, настоящее ли имя он мне сказал… А, однажды, он меня подловил: я с корпоративной вечеринки домой завалил, в хлам был. Вот так и сблизились, настойчивый он. – Артём улыбнулся своим мыслям – привык я к нему, и честно, теперь меня всё устраивает. Эрик хмыкнул, вспомнив, как его такого же подловил Чон, и что греха таить, его тоже всё устраивает. - Я к чему это всё тебе рассказываю… Мне срочно, на днях надо домой… - Артём жалобно посмотрел на Эрика, Эрик ответил вопросительным взглядом. – Если я просто возьму и уеду – Рик просто умрёт, с голодухи. Просьба к тебе будет, брат. Это на пару недель – не больше. Выручи… - Рик?! – почему-то Эрика только это удивило. - Он сказал мне, что его полное имя – Риккардо. Абсолютно не типично для тайца. - А что от меня требуется? - Ты можешь его тут, без меня, через день на ужин поводить, иначе, реально, приеду к трупу. Он даже не сможет за дверью готовую пищу забрать – Артём для убедительности покивал. - Может лучше Лерку попросим? – как-то жалобно спросил Эрик. - А как ты это представляешь? Две такие феи по темноте в кафе сидят, долго они просидят без внимания? Я почему прошу именно тебя, точно знаю, что в случае чего, ты сможешь физически защитить! Я постараюсь уложиться по быстрее. Не бойся, мы каждый день будем на связи. Эрик сомневался. Присматривать за чужим парнем – это что-то новенькое, он со своим ещё не разобрался. - А если он у меня в обморок грохнется? Брат, я рядом упаду. Я ни разу в жизни не видел обмороков. - Не должен, в принципе. Ты ж к нему с разговорами лезть не будешь. Это я, идиот, вечно как ляпну, вот он грохается. Сейчас пару дней втроём походим в кафе, а там я ему и скажу, должен ведь понять! Вот так Эрик и стал нянькой взрослому, половозрелому пацану. Прошла неделя как медведь вернулся, Льера постоянно звонила или приходила на ужин. Чон и ждал, и боялся того, что она может прийти не одна. Идя с работы домой, Чон постоянно взглядом цеплялся за фигуры, похожие на Эрика. Как он надеялся столкнуться с ним случайно, но чуда не происходило. И вот в один из вечеров, ноги сами неосознанно привели его к дому Льеры. Он постоял на углу, очнулся, разозлился сам на себя и развернулся уходить. Что-то привлекло его внимание в кафе, на другой стороне улицы. Он, как завороженный, перешёл дорогу и упёрся взглядом в стекло кафе, за которым сидел Эрик и протягивал тарелку, какому-то воздушному мальчику, осторожно заглядывая тому в глаза. Движения Эрика были плавными, взгляд заискивающий. - Не наш, пришлый – отметил мозг – с собой, что ли приволок – в области сердца скрутила такая невыносимая боль, что Чон присел на корточки. – а ведь он никогда не смотрел на меня так – пронеслось в голове. Его затошнило. «Это нервы, нервы и обида» - подумалось Чону. Резко развернулся и пошёл, не понимая куда идёт. Он уже ничего не понимал, ведь Чон думал, что Эрик от него отказался лишь потому, что не может принять чувства к другому мужчине. А в итоге что получается? Чон был просто пробником?! Трамплином к весёлой курортной жизни? Боль в районе сердца скрутила ещё раз, он присел, не в силах терпеть. Не соображая, что делает, быстро настрочил сообщение для Льеры и отключил телефон. Эрик довёл Рика до дома, закрыл дверь на ключ, вышел и упал на ближайшую лавочку, нервно закурил. Ему казалось, что он в одного разгрузил вагон с углём. Все эти выходы в кафе давались очень тяжело. Он шарахался от пацана не меньше, чем тот от него. Руки тряслись, он панически боялся сделать резкое движение, отчего это нечто грохнется в обморок. - Артём, возвращайся скорее, я так долго не выдержу – про себя молился Эрик. Поднялся и медленно побрёл в сторону дома. А дома его ждал сюрприз: только он ступил на порог, сестра налетела на него с кулаками и начала барабанить в грудь. -Что?! Что ты опять натворил?! Если случится непоправимое – я тебя прокляну – кричала Лера. Эрик стоял с выпученными глазами и молчал. - Что случилось? - Ты где был?! Что ты ему наговорил?! – не унималась Лера. - Я у Артёма был, он просил за квартирой присмотреть – Эрик не мог ей рассказать, это была чужая тайна. - Вот, вот – тыкая в него своим телефоном, кричала Лера. Эрик взял у неё телефон и прочитал вслух написанное: «Я так больше не могу, не ищи пока со мной встреч, к тебе я больше не приду. Станет легче – напишу» -  И телефон отключен – Лера села прямо на пол и расплакалась так жалобно, так горько. Эрик стоял растерянный и не знал, что делать. Его один только поход в кафе вымотал, а дома добивают. Он поднял сестру на руки и отнёс на кровать, укрыл одеялом, погладил. - Я завтра с этим разберусь, не плачь, просто это какое-то недоразумение. Всё будет хорошо. Встал выключил свет и ушёл в свою комнату. Так и не уснув в эту ночь, Эрик поднялся, когда первые лучи солнца и не думали радовать эту грешную землю. Он собрался и вышел на улицу, до начала работы, Чону ещё целый час. Эрик неспешно дошел до ресторана и обосновался на углу, где просматривалось всё пространство возле входа в ресторан. Ждать оставалось немного. Чем ближе подходило время, тем быстрее стучало сердце Эрика. И вот долгожданная встреча: Чон вырулил из-за угла и каким-то чеканным шагом приближался к ресторану, было ощущение, что он идёт не на работу, а в бой! И тут он наткнулся на фигуру Эрика, замер, пожирая глазами. У Эрика шумело в голове, сердце бешено колотилось, руки тряслись мелкой дрожью. Он аккуратно сделал шаг навстречу, Чон ухмыльнулся каким-то волчьим оскалом и отрицательно мотнул головой. Отвернулся и быстро зашёл в ресторан. В груди Эрика злость спиралью закручивалась где-то в районе солнечного сплетения.  Он резко развернулся и практически бегом направился в сторону дома. Ворвавшись в комнату сестры, он начал трясти только что проснувшуюся Леру. -  Кто?! Кто это сделал?! Это тот китаец садист?! Я убью его!!! С радостью отсижу! Где он?! – Лера хлопала глазами и ничего не понимала. - Эрик! Не пугай меня! Объясни нормально – просила Лера – но Эрик разошёлся не на шутку. Он впечатал кулаком в стену, после чего немного поутих. - Кто заставил его побрить голову? Почему? – уже тихо, но со злостью, спросил он – если это его дружок, он - труп!!! Ничего, ничего, скоро вернётся Артём и я разберусь, я так разберусь – опять заводился Эрик – только бы скорее вернулся Артём. А Чон тем временем, вышел во двор, забился в угол, в тот самый, где они с Эриком молча прощались, и горько плакал. Он так и знал, что ему категорически нельзя с ним встречаться взглядом. Чего ему стоило не сорваться с места и всем своим телом прижаться к этому предателю. Он не знал где ему найти силы, чтобы остановить поток слёз и как ни в чём не бывало идти работать. Плюнув на всё, он ещё громе разрыдался.