Техника проникновения

Комнату заполняли теплые лучи закатного солнца. Они плясали на стене, затапливая все вокруг рыже-розовым светом. Постель пахла тобой и немного Итадори. Пот и аромат клубники. Интересное сочетание. Он сидел рядом, глядя на тебя, как мальчишка. Волосы взъерошены, губы приоткрыты. Взгляд Юдзи чуть напуган, но полон желания. Ты дотрагиваешься до его щеки и улыбаешься. На тебе футболка размера оверсайз и трусики. И больше ничего. Он не можешь смотреть на тебя прямо, но украдкой поглядывает на твои аппетитные формы. — Эй, Юдзи… по-моему, ты думаешь слишком много. Поверь. Я сама хочу этого. Он улыбнулся в ответ, чуть виновато: — Не знаю… Просто ты… Такая красивая, мягкая, настоящая. И я… — А что ты? — задорно улыбаясь ты садишься напротив него, скрещивая ноги по-турецки. Итадори прикусывает нижнюю губу: — Чёрт, я так сильно тебя хочу, что страшно становится. Вдруг все испорчу? — Тогда просто слушай меня, — мягко говоришь ты, беря его за руку и прижимая к своей груди. Его глаза тут же расширяются и неотрывно смотрят лишь туда, где его ладонь касается через жесткую ткань футболки. — Я скажу, если что-то будет не так. А пока просто трогай меня. Юдзи поколебался секунду, но тут же склоняется над тобой, медленно, как будто боится спугнуть. Его губы касаются твоих очень осторожно и нежно. Ты прижимаешься к нему ближе, ощущаешь, как напряглось его тело. Его ладони ложатся на твои бёдра, а пальцы сжимаются на коже. Он порывисто вдыхает, когда ты заводишь руки за его шею, обнимая. Твои пальчики зарываются в мягкие розоватые волосы. — Я не слишком большая для тебя? — шепчешь ты с игривой улыбкой. — Нет! Ты идеальная. Я правда… у меня голова кружится от тебя. Он целует твою шею, спускаясь к груди. Осторожно берет сосок в рот, чуть покусывает. Ты стонешь от этого чувства, выгибаясь к нему навстречу. Секунда, и Итадори уже более смелый, чем был только что. Его пальцы скользят вниз, находя твой клитор, и начинают ласкать его. Сначала движения неловкие, но зато от души. Ты накрываешь его руку своей и направляешь: — Вот так… медленнее. Да… теперь пальцем внутрь. Он входит пальцем. Шумно сглатывает. Ты слышишь, как рвется его дыхание у тебя над ухом. Длинный палец исследует твое нутро, а затем внутрь скользит и второй. И вот ты уже сжимаешь его руку своими бедрами. — Юдзи… Я хочу тебя… — шепчешь ты. Он кивает. Его член уже горячий и пульсирующий. Он касается мягких сочащихся складок между твоих ног, чуть дрожит. Головка трется о нижние губы, Юдзи сглатывает. Ему хочется сильнее и быстрее, как и любому юноше. Но невероятная сила воли заставляет его концентрировать все свое внимание лишь на том, чтобы не сделать тебе больно. — Медленно, ладно? — просишь ты. — Обещаю. Он входит осторожно, замирая на каждом сантиметре. Ты сжимаешься, но сама ведёшь его внутрь, шепчешь: — Да… глубже… Я чувствую тебя. Он начинает двигаться, поначалу неловко, но с каждым толчком увереннее. Твои ладони обхватывают его его лицо, а губы целуют его шею, и в шепоте даешь ему понять: — Я чувствую, как ты дрожишь. Это так мило. — Мне хорошо, — выдыхает он. — Невероятно хорошо. Я не хочу, чтобы это кончалось. Он двигается глубже, быстрее. Его живот прижимается к твоему, ты чувствуешь, как внутри все сжимается в тугой узел, как что-то пульсирует. Секундой позже оргазм накрывает тебя с головой, как теплая волна на пляже. Юдзи чувствует это и замирает, а потом следом кончает с тихим стоном, зажмурившись и прижавшись к тебе всем телом. После всего вы лениво лежите на постели. На стене висит плакат с полуобнаженной девушкой, но ты лишь улыбаешься. Ваши ноги сплетены, а тела все еще горячие, немного запыхавшиеся. — Не молчи, — говорит он, уткнувшись носом в твою объемную грудь. Его ладони обнимали твои ягодицы, нежно поглаживая. — Скажи, как тебе было? Ты гладишь его по волосам. — Это было… так нежно… Тепло. Как будто я нужна. Мне хорошо, Юдзи. Правда. Он улыбается и с хитринкой смотрит тебе в лицо: — Тогда я хочу повторить. Но позже. Сейчас я просто хочу быть с тобой. Вы не заметили, как уснули. Этот день вымотал вас обоих. Но ночь прошла, и наступило утро.

***

Ранний свет просачивается сквозь тонкий тюль. Было тихо. Слишком тихо. Ты открыла глаза. Постель была тёплая, и Юдзи дремал рядом. Он спал, раскинувшись на животе, волосы растрепаны, дыхание ровное. Его спина с жесткими мышцами движется в такт сердцу. На его плече красовался твой след: лёгкий засос, почти невидимый. Ты улыбаешься. Помедлив, ты решаешь коснуться его, провести ладонью по пояснице. Он чуть вздрагивает и просыпается. Мгновенно поворачивает голову и смотрит на тебя. Лицо сонное, но взгляд наполнен такой нежностью, что дыхание застревает в горле. — Ты не ушла… — шепчет он. — Значит, это был не сон. Ты хмыкаешь, подползая ближе, прижимаясь грудью к его боку. — Конечно не сон. Хотя, знаешь… мог бы разбудить поинтереснее. — Да? — он приподнимает бровь и переворачивается на бок. Его рука ложится на твою талию, пальцы скользят по обнаженной коже. — А как именно ты представляешь «поинтереснее»? Ты не отвечаешь. Просто целуешь его. Медленно, с легким нетерпением. Он отвечает на поцелуй. Его язык скользит по твоему, а тем временем руки сползают на бёдра. Ты уже чувствуешь, как он начинает напрягаться. Его член снова становится твёрдым, прижимаясь к твоей коже. Он целует тебя в шею и шепчет: — Утром идеальное время, чтобы еще раз доказать, что ты самая невероятная девушка на свете. Ты усмехаешься: — Только не спеши. Я хочу чувствовать тебя дольше, чем вчера. Он тихо рычит, а потом переворачивает тебя на спину и нависает над тобой на вытянутых руках. Ты чувствуешь себя немного стесненной, когда он с такой жадностью разглядывает тебя, а потом внезапно его член входит в твою вагину. От чего ты охаешь и затаиваешь дыхание. Медленно, будто впервые. Каждый сантиметр нежно и с трепетом. Его ладони обнимают твоё лицо, глаза не отрываются от твоих. — Скажи мне, что ты моя, — шепчет Юдзи. — Просто скажи. Ты сжимаешь его бедра ногами, впуская еще глубже, и шепчешь в губы: — Я твоя, Юдзи. Только твоя. И он двигается плавно, ритмично, будто танцуя под первыми лучами утреннего солнца. Без боли. Без спешки. Только страсть, наполненная светом и тем, чего он давно не чувствовал: любовью.