Cafe hafuch

Насколько баллов по шкале от одного до десяти вы любите своё дело? Ответ не важен, ведь всегда найдётся тот, кто любит его сильнее. — Одиннадцать! Лейф запрокинул голову и засмеялся. Серебристая грива щекочет открытую спину и омега перекидывает её вперёд, не сводя хитрых глаз с собеседника. — Уверен? — мужчина опёрся на барную стойку и, подхватив стакан двумя пальцами за верх, поднёс его ко рту. — Специфическая у тебя работа. — Именно поэтому её и нужно любить! А иначе быстро сгоришь, — Лейф приблизился к посетителю и почти касаясь его уха губами, заговорщически промурлыкал: — Взять хотя бы моего коллегу, мою любовь, моего ангела Кая, — указывая головой к дальнему столику. — Он любит только танцевать. Ты посмотри на него. Несчастное дитя! Ему теперь маяться до конца ночи, занимаясь тем, что он ненавидит. Сочувствую ему очень-очень, но как же я рад, что у меня иначе. — А как это у тебя? Многозначительно подмигнув, Лейф сделал глоток и поморщился — алкоголь в его стакане отсутствовал почти полностью. Бармен слишком хорошо знал, с кем стоит в смене. Пил из них двоих только клиент, но знать об этом ему было необязательно. Лейф сделал шаг ближе, будто желая что-то прошептать, но вместо слов провёл кончиком носа по смуглой шее и глубоко вдохнул. — Мне нравится твой феромон. Наверху угольный дымный уд, пряный и отталкивающий одновременно. Но под ним — мягкий кофе с молоком, и чем дольше Лейф рядом, тем сильнее ощущается добавочная нота. Собственное тело реагирует приятной дрожью. Когда он отстраняется, волнистая прядь слетает на чужую порозовевшую скулу. Лейф весело цыкает. — Ты всегда такой скромный? — Я не любитель клубов, — мужчина едва касается Лейфа, целомудренно поглаживая голую кожу на спине. — Да и какой мне был в них смысл, пока был в отношениях. — А как давно расстался? Лейф спрашивает между делом. Его пальцы всё ещё покоятся на барной стойке, но телом он уже давно вторгся в чужое личное пространство. — Месяц назад, — отвечает мужчина после паузы. — Мы были вместе долго. Он не уточняет, сколько именно — то ли не хочет говорить, то ли боится, что это покажется глупым. Лейф не настаивает. Пропуская танцовщицу, которая протискивается мимо них, он прижимается к мужчине боком и чувствует, как его рука тяжело ложится на его талию. Всё ещё слишком почтительно. — Если бы не твоя галантность, мог бы притворяться альфой и все бы тебе верили. — Наверное, мог бы, — мягко отвечает тот. — Но честно говоря, я просто не очень понимаю, что тут уместно, а что нет. Стараюсь не наглеть. — А что бы ты хотел, чтобы было уместно? В тёмно-карих глазах промелькнул огонёк. — Поцеловать тебя? — Тогда поцелуй. Лейф дразнит, пробует на вкус, но быстро отступает. Он прислушивается, замедляется, замирает, а потом снова выдыхает тепло в чужие губы.  Не так он привык целоваться — с бетами всё происходило быстрее, с омегами — реже. С этим же всё иначе. Они медленно разрывают поцелуй, и Лейф беззлобно усмехается. — Кому же я залечиваю сердце сегодня? — Аарон. — Красивое имя. Даже если выдуманное. Аарон улыбается и закусывает губу. — Не выдуманное. Парень снова целует его, уже сам, обнимает лицо ладонями. Аарон сначала целуется без рук, но наконец набирается смелости и притягивает Лейфа, вжимая его бёдра в свои, а тот запускает пальцы в короткие каштановые кудри. — Сразу бы так. Брюнету неловко и очень жарко, хотя он уже и так остался только в майке, повязав свитер рукавами поперёк груди. От сладкого феромона Лейфа перехватывает дыхание, его волосы липнут к разгорячённым лицам, но Аарон боится дёрнуть спутавшиеся пряди и не убирает их, лишь плотнее втягивая омегу в поцелуй. От компании по соседству начали доноситься заинтересованные комментарии и улюлюкание, пара с другой стороны тактично отвернулась. Лейф обнимает мужчину за шею и прикусывает мочку. — Как думаешь, для продолжения нам нужны свидетели? — Хотелось бы обойтись без них, — Аарон смазано целует его в скулу. — Сейчас устроим. Блондин хватает его за руку, быстро допивает свой коктейль и не спрашивая своего спутника, осушает и его стакан тоже, а после тянет его сквозь любопытную толпу, к лаунджам. Они почти проносятся мимо столика, вокруг которого расположилась группа молодых девушек, среди них — рыжий парень в таком же костюме, как Лейф — один из танцоров. Он принюхивается и провожает пару смешливым взглядом, показав другу большой палец. Лейф только корчит гримасу в ответ и увлекает Аарона за собой в тёмный простенок, который мгновенно съедает шум основного зала, оставляя только вибрации и приглушённые биты. Лаундж рассчитан на двоих и ощущался бы почти клаустрофобно, если бы не боковая зеркальная стена. Лейф пропустил Аарона внутрь и закрыл за ними дверь. Щелчок замка окончательно отрезает их от внешнего мира. Лейф толкает замешкавшегося омегу к креслу напротив, обитому густым бархатом тёмно-зелёного цвета, но сам не спешит упасть в его объятия. — Сначала нужно соблюсти формальность, но тебе понравится, — парень выбирает трек на телефоне и пространство заполняется медленной электронной музыкой.

the neighbourhood — softcore

Лейф не танцует, он подкрадывается и не спешит — движения тягучие, невидимые нити поднимают его плечи, бёдра, изгибают позвоночник. Колени обрисовывают круги, он изящно опускается на них перед Аароном, но тут же по-кошачьи встаёт, соблазнительно подмигивая. Лейф смотрит ему в глаза и улыбается полным желания ртом. Платина волос переливается в приглушённом тёплом свете, Лейф наклоняется к мужчине и проводит прядью по его лицу, Аарон ловит её ладонью и аккуратно подносит к носу, блаженно вдыхая пряную грушу. Когда Лейф сбрасывает прозрачный топ, обнажая лёгкую грудь, Аарон откидывается на спинку и закладывает ладони за голову. Пара тягостных минут — и омега перед ним остаётся в чёрных укороченных боксерах, позволяя рассмотреть себя почти всего. Его губы приоткрыты и брюнет ещё сильнее вжимается затылком в свои руки, чтобы не притянуть Лейфа к себе и не впиться в них прямо сейчас, наплевав на все правила, в том числе свои собственные. Омега цепляет резинку белья, тянет вниз, но лишь оголяет тазовую косточку и высовывает кончик языка. Трек резко обрывается и Лейф вскидывает руки в изящной позе. — Ты — сама роскошь, — выдыхает Аарон. Лейф усмехается. — А ты — льстец. Это мне тоже нравится. Он делает шаг вперёд и устраивается у Аарона на коленях. Скользит руками за спинку кресла, и пальцы привычно нащупывают невидимую постороннему кнопку. Тихий писк. Где-то в системе отключаются камеры, звук, фоновая запись. Лейф снова наклоняется к Аарону и проводит носом по его щеке. — Вот теперь это настоящий приват. Аарон ловит его губы и увлекает парня в поцелуй, гладит голую спину, изучает пальцами каждый изгиб и щекотно ведёт вдоль, отчего Лейф фыркает и выгибается на нём, сильнее вжимаясь в пах. Он тянет майку Аарона наверх и чуть отстраняется, улыбаясь: — Я тоже хочу на тебя посмотреть, знаешь ли. Блондин опирается ладонями о колени омеги, переползая взглядом от ремня брюк вверх к напряжённому животу, груди, покрытой чуть отросшими тёмными волосами, плечам, гораздо шире собственных, нервному кадыку, влажным после поцелуя пухлым губам. Он смотрит прямо в возбуждённые, а потому смущённые глаза и вздёргивает подбородок, готовый вынести вердикт. — Очень красивый. У Аарона нет ответа на этот комплимент, и он только пододвигает Лейфа за бёдра к себе вплотную. Пальцы поддевают края боксеров, но замирают, не решаясь продвинуться дальше. Непривычная роль сковывает движения — омега целует Лейфа в ключицу и смотрит на него снизу вверх. — Я… — Аарон слабо улыбается. — Не знаю, как правильно. — Делай как хочешь, — шепчет Лейф и легко касается губами уголка его рта, запуская пальцы в волосы. — Я помогу. Он кладёт ладонь поверх чужой и ведёт выше под бельё, задавая направление. Лейф гладко выбрит, настолько, что пальцы не могут нащупать точки роста волос. Аарон рвано выдыхает, и смыкает их на основании его члена, получая в качестве вознаграждения мягкий укус в шею. Он медленно проводит до головки, чуть сжимает и его ухо опаляет сдавленный стон. Лейф наощупь расстёгивает ремень, пуговицу, молнию, сдёргивает брюки Аарона до колен вместе с трусами. Из неприметного блока под креслом он достаёт пачку презервативов и смазку и кладёт на подлокотник, прежде чем вернуться на колени любовника. — Раздень меня тоже. Аарон слушается и сладко-пряная смесь окончательно заполняет тесное пространство. Омега на нём соскальзывает бёдрами чуть глубже, подставляется намеренно. Свободной рукой мужчина оглаживает бок, аккуратную половинку, пока не добирается до входа и не замирает, одними глазами спрашивая разрешения. Лейф обнимает его лицо, прогибаясь в спине ещё больше, сам насаживается сначала на один, а после и на два пальца, размазывая согретую смазку. Второй ладонью Аарон скользит по его члену, мягко подталкивая вниз, растягивая с бережностью, которую Лейф даже сам с собой практиковал лишь изредка. Он стонет в поцелуй, ёрзает, вылизывает солоноватую шею, оставляя еле заметные на оливковом тоне пятна. Аарон прижимает его к себе, гладит нежные стенки, расслабляя, и добавляет третий палец, увеличивая амплитуду, пока последняя фаланга не исчезает внутри. Лейф на нём дрожит и лихорадочно облизывает губы, вслепую раскатывая презерватив на члене Аарона. На месте пальцев остаётся отвратительная пустота. Лейф помогает омеге направить головку в себя, торопится, опускается резко, сразу наполовину. Аарон приподнимает его под бёдра, тормозя и глядя чуть взволнованно. — Всё хорошо? Тебе не больно? Лейф снимает с себя его руки и укладывает на спинку кресла по бокам от головы, припечатывая своими ладонями. — Расслабься, я знаю, что делаю, — он шепчет и капелька пота срывается с его лба и падает Аарону на щёку. Лейф сам изгибается, волнообразно впускает ствол, оставляя любовнику лишь подаваться в себя, набирая темп. Он запрокидывает голову набок и хрипло шепчет: — Посмотри на нас. Они встречаются взглядами в зеркале во всю стену. Аарон замирает, не сводит с омеги глаз, ловит каждый стон, вторит ему, переплетает пальцы, давая упор. Бледная кожа Лейфа блестит от шиммера и кажется почти прозрачной на фоне собственной бронзы. Мышцы вздрагивают в унисон, бёдра Лейфа сжимаются на каждой фрикции, он припадает к Аарону грудью и отворачивает его голову к отражению, втягивая кожу на плече и шее. Влажные локоны прилипли к лопаткам, тонкая струйка скатывается по позвоночнику, теряясь в ложбинке ниже крестца. Аарон облизывает взглядом напряжённые ягодицы и длинные ноги, обнимающие его по бокам. Как бы ни было неловко, он не в силах отвернуться. Лейф двигается на нём так же плавно, как совсем недавно танцевал перед ним. Он загнанно дышит, беспорядочно целуя Аарона, докуда может дотянуться, и всё-таки выпускает его руки из захватов. — Помоги… Лейф не просит — умоляет. Мужчина обхватывает его за талию, вжимает в себя и рвано вбивается до основания, пока наконец всё тело омеги не скручивает оргазм. Он скулит Аарону в ухо, на мгновение обмякает на нём, но только для того, чтобы сжать его внутри себя, доводя до пика следом. Два тела слиплись, мокрые и перепачканные спермой Лейфа. Враз стало оглушающе тихо. Аарон приглаживает Лейфу волосы, убирая их от лица. — А я думал, это будет просто поцелуй, — усмехаясь. — Со мной редко бывает просто. На дрожащих ногах Лейф поднялся и дотянулся до контейнера, выуживая из него пачку одноразовых полотенец. Парень начал вытираться, когда Аарон вдруг останавливает его. — Дай мне. Он разворачивает его неспешно, прижимает к животу Лейфа, вытирает сперму, неторопливо касаясь кожи. Его ладонь скользит вдоль ребер, захватывает пах, пресс, внутреннюю сторону бёдер, убирает последние капли с груди. Лейф стоит, оперевшись ладонью о плечо омеги, и впервые за ночь не понимает, куда себя деть. Машинально он гладит мужчину по затылку и бросает быстрый взгляд в зеркало. Невозможная картина. Закончив, Аарон сминает полотенце в руке. Лейф тянется к нему и обнимает, утыкаясь носом в шею. — Приходи почаще, ладно? — еле слышно. Аарон улыбается и отвечает, не задумываясь: — Не могу ослушаться.