Мама? Нет,Мэри

Нил Абрам Джостен зашел в кафетерий. Ему казалось чушью, что тут люди видят прошлых себя, но Рене сказала, что всему нужно давать шанс и он послушал ее. Знаете, что чувствует человек, когда видит перед собой живого, но в то же время мертвого человека? Страх. Чувство ,которое он не ощущал после Балтимора. Единственное, что он мог сделать – это подойти ближе к матери, которая погибла год назад. – Мэри Хэтфорд, добрый день. Я ожидал увидеть Алекса, но как я понимаю ты оставила его и пришла сама. – Лицо матери обомлело от шока. Она видела Натаниэля, но перед ним стоял не Веснински, а Нил Джостен. Человек, которого признает сын экси и тот, с которым он играет бок о бок. Это Нил Джостен, который перестал убегать и благодаря своему решению обрел свою семьи и наконец любовь. – Он так тебя найдет быстрее, чем ты думаешь. Абрам. – тот самый голос, то же самое лицо. Но не тот же человек, который слушает ее. – Он мертв. Натан Веснински мертв. Как и его сын. Я больше не Натаниэль. Я Нил Абрам Джостен. Игрок лисов, десятый номер. Я – Лис. – он говорил это с гордостью. Кто бы, что бы не говорил про Лисов, про команду университета Пальметто, Нил всегда, всегда будет считать Лисью Нору своим домом. Единственным, тем самым местом, где ему будут рады и он будет рад возвращаться. – Вот как, – Мэри была все так же холодна, но на ее лице появилась искренняя улыбка. – Значит не зря? – она не говорила, что именно, но Нил знал. Она спрашивала в надежде, что ее сын скажет ,что нет. Не зря они были вместе в бегах семь лет, а восьмой год он бежал в одиночку. Не зря они убивали, чтобы остаться в живых. Не зря она пожертвовала собой. Не зря они были готовы к худшему. Нил впервые после долгих лет увидел ее улыбку. – Не зря. – твердо и уверенно сказал он. – Мне стоит рассказывать или есть вопросы, на которых ты хочешь услышать ответ? – она замешкалась. Видно Мэри была не в своей тарелке вокруг стольких людей. Она боялась, что ее и Алекса найдут. – Хочешь в более уеденное место? – она удивилась, но отказывать не стала. Нил не знал, может ли она пойти вместе с ним, но судьба, в которую он не верил разрешил им. И он повел ее в общежитие. В его дом. Как только они поднялись на третий этаж, Нила кто-то окликнул. – Нил? – он узнал голос. – Да, Мэтт? – он знал, что нельзя приводить чужаков, но даже так ему так надо. – Я предупредил охрану, не волнуйся. – Все наши тебя потеряли, мы сидим у вас. Идемте и вы.. – Мэри, - она ответила на немой вопрос. – Постойте.. – Мэтт, пошли. Зайдя в комнату они увидели людей сидящих в образе круга. Не хватало двоих. – Это – Мэри Хэтфорд. И мы с ней хотели бы поговорить наедине. Пожалуйста. – они все смотрели на Нила, а после на мертвую рядом. Первой обрела голос Рене. – Хорошо ,мы посидим у нас. Нил, если вы закончите разговор до того, как мы разойдемся заходи. Рене не часто принимала какую-то сторону, а когда все же принимала все слушали ее мнение. Никто не возражал. Все семеро вышли из комнаты, остался лишь Эндрю. – Ты не будешь против если с нами будет Эндрю? – он знал, что Мэри не была склонна верить любви, а так же доверять кому-то, кроме себя. Прожить вместе с Мясником столько лет и остаться без веры в глупое слово «доверие» совершенно нормально. – Он знает? – наконец спросила она. Ответить было трудно. Нил знал, что пренебрег всеми обещаниями, которых он давал перед смертью, но это было решением, способным спасти ему жизнь. Когда он долго молчал, Мэри приняла это за «да». Что странно, она отнеслась к этому спокойно, может из-за того, что уже не нужно бежать от кого-то. А может она поняла кто он для Нила. Они сели на диван и она сделала глубокий вдох, и спросила: – Как и где я умерла? – она знала, что умрет первее или догадалась, когда Нил подошел и сказал, что Натан – ее главный ночной кошмар мертв. – Он догнал нас 2005 году ,в Сиэтле. Мы ехали по побережью Тихого океана, нам удалось сбежать, но ты потеряла много крови. После твоей смерти я сжег машину и закопал твоих останки на расстоянии трех метров от машины, а кости положил в твою сумку. Их так и не нашли, как мне известно. – Вот как, когда и как ты попал сюда и Эндрю ,что у вас с ним? – Так.. где-то в мае 2006 года мой бывший тренер отправил мою игру тренеру Ваймаку и он приехал из Южной Каролины в Милпорт, Аризона. Он долго уламывал меня, в итоге я согласился. Кевин немного надавил, а Эндрю ударил клюшкой под ребра. А у нас с ним «это» есть. – Это? – она похоже не поняла. Хотя ее сын и не понимал ничего в отношениях она не понимала, что за «это» он имеет ввиду. Мэри вопросительно посмотрела на Эндрю. Тот смотрел на Нила, закатил глаза и только после ответил: – Мы с ним встречаемся. Вы ему дохуя всего запрещали, вот он и не понимает грань между отношениями. – он специально надавил на больное. Тот факт, что она ему запрещала дало шанс выжить и.. Нет. Он выжил только благодаря тому, что решил жить для себя и нашел свою семью. Его не спасли ее запреты, наоборот. Когда он начал делать, что вздумается он обрел счастье, семью, друзей, карьеру и парня. Все чему она его учила все эти годы не понадобились ему там, в будущем. Может это и хорошо, но это все равно осторожность. – Как он умер? – ей не хотелось называть его по имени, не хотелось вспоминать, что такой человек существует. – И твои документы. Они настоящие? – Умер он 10 марта. Дядя Стюарт приехал вовремя и пристрелил его, две пули потратил. Это к слову.- она тихо сидела и слушала. Ей было радостно, но в тоже время что-то не то. - И да. Мои документы «обменяли» за информацию про его деяния. Хоть где-то помог. У нее закончились вопросы. Мэри смотрела на сына, пыталась найти его черты, но не нашла. Это был не Натаниэль, он сам сказал. Перед ней сидит Нил Джостен. – Как ты? – странный вопрос, который она не задавала уже многие годы. – Я в порядке. Мне живется тут прекрасно, иногда бесит Аарон, но даже это хорошо. Я обрел семью и нашел себя тут. И мне жаль, что я ослушался тебя. – он не соврал. Первое время Нилу было действительно жаль, но он нашел себя, свое я, кого он потерял еще в детстве. – Не лги мне, я хоть и мертвая в ваше время, но вовсе не слепа. Ты стал счастливее и это хорошо. Это я должна говорить, что мне жаль. Мне стоило тебе рассказать почему и зачем мы бежим. Надо было объяснить тебе почему нельзя играть в экси. Но я лишь молча наблюдала, как ты терял интерес к жизни. Мне стоило догадаться, что в будущем тебя могут поймать. И твое лицо. Мне жаль. Но извиняться я не стану. То как ты жил тогда со мной не отличалось бы от того, как бы ты жил в Эверморе или с ним. Они хуже. У тебя не было нормального выбора. Именно по этой причине жаль. – Знаешь ,мне однажды сказали, что прошлое нужно принять и отпустить. После принятие мы сможем зажить по новой. Все те, кого ты видела тут – проблемные подростки, чья жизнь могла разрушиться в один миг, но тренер Ваймак помог нам. Он дал шанс, который нам бы не дал никто. Мы стали друг-другу семьей, потому что семьи у нас не было. Каждый из нас вышел из дерьма. И я не приму то, что тебе жаль. Ты не должна извиняться и показывать этого. Ты права. Судьба – мразь. Но именно из-за нее, нет, благодаря ей я смог найти своих близких. Я нашел не только свою любовь или друзей. Но и отца. Тренер Ваймак нам заменил его. – Нил говорил и говорил, но никто не хотел, чтобы он заткнулся. – Только благодаря ему мы сидим тут и болтаем. Я хочу сказать, что я принимаю и уважаю твое решение. И спасибо за все, чему ты меня научила. Я все еще надеюсь, что мне это не понадобится ,но все лучше чем ничего. – Он тепло улыбнулся ей. Ее глаза слезились. Она не должна плакать, не должна плакать, только потому что ее сын понял ее намерения и согласился с ними. Только потому что он обрел свое счастье после ее смерти. Но одинокая слеза прокатилась по ее щеке. Она увидела будущее Абрама, того ради кого она сделала все это. – Абрам. Ты вырос. И это хорошо. Твои слова имеют значения. Не знаю как, но мне всегда хотелось заглянуть в будущее, посмотреть на свою могилу и твою рядом или увидеть хоть что-то. Но я никогда не была готова к тому, что ты после моих сравнении с ним..сможешь принять свою внешность. И даже так, я считаю, что ты вовсе не похож на него. Ты выглядишь теплее и счастливее его. Он никогда не улыбался так. Спасибо, что смог выжить. И могу я поговорить с твоими друзьями и Эндрю наедине? Без тебя. – она сказала четко и без колебании. – Ага. – ответил блондин. – Пойдемте за мной. Джостен, сиди тут. Они тихо вышли из комнаты и пошли дальше по коридору, в комнату девушек. Когда он открыл дверь и впустил ее туда она почувствовала запах алкоголя, что сильно ударил в нос. Но тут все были улыбчивы, пока не заметили ее. Мэри тихо выдохнула и начала: – Меня зовут Мэри  Хэтфорд, я мать Абрама. Я знаю, что не имею право просить вас о таком, после того, что сделала ему. Но прошу вас, позаботьтесь о нем. Он не умеет принимать помощь, и это моя вина. Но я хочу, чтобы он был здоров. Присмотрите за ним настолько, насколько сможете. Не важно какие способы вы выберете, главное его состояние и свобода, которое вы ему дадите. Мне жаль, что так получилось с его прошлым. – кто-то фыркнул, но останавливать ее никто не стал. – Я сильно…люблю своего сына. Может быть сейчас он не считает меня матерью, но он всегда останется мне сыном, ради кого я старалась. Мне важно, чтобы он жил. И не просто был, а именно жил. Пожалуйста. – она так долго не произносила это слово, что немного было непривычно, но она не закончила. – Абрам – единственное, что я имела за всю жизнь после своего титула дочери британской мафии. – Мэри,– обратился кто-то к ней. – Нил не просто наш товарищ по команде, он член нашей семьи. Мы дорожим им так же, как и вы. И мы принимаем вашу просьбу. Я – как капитан команды могу вас заверить, что Нил Абрам Джостен будет под нашей опекой даже после выпуска, потому что у нас есть Эндрю. – все послушно кивнули на ее слова. Она только сейчас поняла, почему Абрам так ими дорожит.