Боже, храни русский рэп

Светло зашёл в лифт, прожал цифру на кнопке; с тяжёлым вздохом перекинул большой курьерский рюкзак себе на грудь и уставился в щель между дверьми. Когда лифт качнулся и коротко пискнул, Ваня по привычке обернулся к зеркалу. В нём его встретила уже знакомая заёбанность в глазах под конец смены и забавно торчащие на голове вихры. Ваня быстрым движением пригладил волосы и машинально поправил очки. На этаже он расчехлил рюкзак с громким звуком, аккуратно поставил пакет возле двери. Там лёгкое было: сникерсы, энергетики и готовая еда, какая-то хуйня азиатская. Ну хоть не пришлось надрываться и последним заказом тащить буржуазии колодец воды блять. Заказчик просил «оставить у двери». Ещё лучше. Подросток наверняка какой, обжирается сладким, пока предки на даче. Ваня предвкушал путь домой, мысленно уже начал подсчитывать, сколько поднял за сегодня; он отметил в приложении, что заказ доставлен и собирался удалиться до того, как заказчик встретит его у двери. Ваня уже закинул рюкзак на одно плечо, как дверь в квартиру распахнулась. Машинально Светло обернулся на громкий звук, а затем всё перед глазами поплыло и смешалось. Ваня сглотнул. Он не мог поверить своим глазам. На пороге собственной персоной стоял Ваня Рудбой. Он взвинченный, в одних адиках, очевидно наскоро накинутых. В руках джойстик, от которого тянулся ярко-красный провод к огромным наушникам, в которых Ваня был похож на капитана воздушного судна. В его глазах эмоции сменяли друг друга, как в калейдоскопе. — Парни, ёб твою мать, секунду! — заорал Евстигнеев, — Да завали ебальник, Юр! Светло приподнял брови, ор Вани отдавался эхом в парадной. Он вспомнил зеркало в лифте и пожалел, что не пригляделся к нему внимательнее. А ещё сам мысленно выдал каламбуры, которые сейчас, Светло уверен, озвучит Рудбой. Ваня наблюдал, как он вырубил провод ушей от джойстика, резким движением скинул их с головы на плечи. — Я вот, если честно, хуй знает, что сказать, — Евстигнеев растягивал каждое слово, развёл руками и откровенно ржал. Светло никогда не считал Питер маленьким городом, так почему же из всех возможных заказов ему выпал именно ебучего Вани Евстигнеева. — Можешь хуёво пошутить о том, что в Антихайпе платят мало, — парировал Светло, на самом деле пытаясь скрыть неловкость. Ваня смеялся его шутке. Фаллен заскользил взглядом по открытому торсу, по ярким тату. Ему ужасно хотелось рассмотреть их внимательнее, что, конечно, неприлично, и он еле сдерживал себя. — Играешь во что-нибудь? — вдруг спросил Ваня. — Ну… в Доту могу. — Наш человек, — одобрительно смеялся Рудбой, — А у меня комп лечится, я в фифу гоняю. — Ясно, — равнодушно сощурился Фаллен. — Ну давай, пока. — Светло развернулся и успел сделать несколько шагов к лифту. — Вань!.. — Рудбой окликнул его так порывисто, что Фаллен в иронии вскинул брови перед тем, как обернуться. — Чего тебе? Вань… — а Фаллену даже нравилось, что они не играли в незнакомцев. — У меня плойка, говорю, есть. И джойстик второй, зарядить только надо. Каточку какую может? — Не боишься, что я окажусь ёбнутым? Расчленю тебя и вынесу по частям в рюкзаке. «Боже, ты это серьёзно сейчас?» — моментально пронеслось в башке Фаллена. Рудбой на секунду завис, будто обдумывая своё решение, но ожил, усмехнулся. — Я и так знаю, что ты ебанутый. — Ну ты, видимо, тоже, раз первого встречного готов в дом пустить. — Видимо, и я ебанутый, — подтвердил Ваня. — Уговаривать не буду. У меня там катка горит, так что решай. Ваня вернул штекер на место, напялил наушники и демонстративно толкнул входную дверь — та отворилась шире. Рудбой же невозмутимо удалился вглубь по просторному коридору, топал босыми пятками по полу. — Да здесь я блять, не плачь, — слышал Светло уже где-то совсем вдалеке. Ваня тяжело вздохнул. Он уставший, голодный, хочет в душ и поспать, а не исполнять роль в превью к порно. Хотя фантазии о Рудбое у Вани были, он об этом особо не парился. Евстигнеева хотел не только Фаллен, в тусовке того даже шутливо называли соской. Светло не знал, дошло ли это прозвище в конечном счёте до самого Евстигнеева, но факт оставался фактом. А теперь, когда Ваня лицезрел небольшую часть его тату, он и вовсе укоренился в мнении, что Рудбой — ебучий секс, по-другому не скажешь. И от того, что Фаллен разгонял эти мысли в голове, у него чаще забилось сердце, а внизу живота стало слегка жечь. Ваня обернулся к лифту. Наконец тяжело вздохнул, поднял пакет с этим ебейшим ужином из сникерса с энергосом, и зашёл внутрь. Ему было даже интересно, чем это обернётся. Фаллен сбросил кроссовки в коридоре, аккуратно пристроил рюкзак у стены и интуитивно проследовал в комнату. К слову, вариантов ошибиться не было, квартиру Евстигнеев снимал однокомнатную, хоть и просторную. В комнате Ваня уже вернулся в исходную позицию, яростно, прямо-таки профессионально сдвигал кнопки на джойстике с характерными глухими щелчками. — Ну что, трахнули твоего Мбаппе? — посмеивался он. Фаллен задержал взгляд на мониторе, где по полю носились фигурки футболистов. — В каком месте, цветом кожи блять? А ты тогда на жопу мою похож, — продолжал диалог Евстигнеев. Светло усмехнулся. Он понял, на кого похож Мбаппе. Рудбой наконец заметил гостя. У него как раз заканчивался матч, он равнодушно пропустил голы в свои ворота. — Да-да. Я ливаю, Юр. Я не один, — коротко доложил Ваня. — Ой, иди нахуй. Всё, пока. Когда Евстигнеев отрубил наушники и посмотрел Ване в глаза, между ними образовалась неловкая пауза. «Что, не такой смелый? А разговоров-то», — подумал Светло, и усмехнулся своим мыслям. Ваня словно понял причину его веселья, а потому тут же нацепил на лицо уверенную полуулыбку. — Вот это сервис, — он кивнул на пакет в руках Вани. — Не за что, — сказал Светло и опустил его на пол. — Я нахуя через весь город тебе заказ вёз? — Видимо, чтобы я на тебя посмотрел, — чуть понижает голос Рудбой. Фаллен сдвигает брови, но чувствует, как во рту становится шершаво от сухости, и ему хочется запить это ощущение. Светло оглядывается вокруг в поисках хоть какого-нибудь предмета, куда можно сбросить своё тело. Ожидаемо присесть можно было только на диван с Евстигнеевым, так что он выдохнул и опустился рядом. Ваня наконец потянулся к пакету, разорвал его и схватил яркую жестяную банку. — Ты голодный? — будничным тоном спросил Ваня, параллельно выпуская из-под пальцев щелчок. — Да, я пиздец какой голодный. — Рудбой не сдерживает смешок и едва не давится энергосом. — Окей… — на улыбке говорит он и принимается потрошить пакет. — Будешь? Я заказал, чтобы до минимального заказа добить. — он тычет в Ваню воком с яичной лапшой. — Ой блин, знал бы, по пути бы схавал. Давай. Евстигнеев оставляет банку энергетика на столе, встаёт; лезет в шкаф и набрасывает на тело футболку. Она скрывает татуировки, и на секунду Фаллен жалеет, что не успел-таки на них посмотреть. Когда он оборачивается, Ваня замечает, что домашней футболкой Рудбою служил мерч семнашки. Этот факт снова поднимает к горлу щекотку из смешков, но Светло лишь дёргает губами и насмешливо выдыхает. Евстигнеев то ли не замечает, то ли ему похуй. Он забирает с собой лапшу и скрывается в проёме: — Можешь пока игру выбрать. Но Ваня не торопится. Он всё ещё не мог поверить, что находится в квартире Рудбоя — человека, которого ещё пару недель назад он стебал в твиттере. Ване странно, но обитель Евстигнеева была очень даже уютной и опрятной. На полу не раскидан мусор, даже крошек на столе нет; стена возле Фаллена была обклеена полароидными фотками со знакомыми Светло различными лицами, какими-то билетиками, открытками, даже пара автографов затесалось. Ваня почувствовал, как слева в груди дрогнуло, а потом слегка размякло. «А Охра у нас романтик», — с долей иронии пронеслось в голове. Кстати о знакомых лицах: неожиданно, но наиболее узнаваемое ебало в квартире Вани не фигурировало, даже на полароиде. Ничего, ни следа. А говорят, что кур доят. Ваня слышал, как на кухне Рудбой гремит ящиками и дверцей микроволновки. Фаллен вернул взгляд к экрану — там уже выкинуло в меню, сменялась графика пост-матча. Ваня неловко почесал ладонь и потянулся к джойстику. Когда Евстигнеев зашёл в комнату, он заметил, что Фаллен одёрнул руку, но вида не подал. — Приятного. — Рудбой отдал Ване лапшу, которую переложил в тарелку. Светло украдкой подумал, что тот напиздел о минимальном заказе. — Как неожиданно и приятно… Ел он жадно и этого не стеснялся. Так аппетитно, что Ване захотелось попросить вилку из его рук, он даже начал формулировать в голове эту просьбу, но осёкся. — Ну, чё сидишь? Чувствуй себя, как дома, — жуя, сказал Ваня. Рудбой снова негромко смеётся, действительно чуть расслабляется и берёт в руки джойстик. — Я так-то не фанат этой хуйни. — Фифы? — Ага. — М-м. Понял. А я футболистом хотел стать. — Евстигнеев смеётся, но когда Фаллен не реагирует на смех, начинает сомневаться: — Ты троллишь? — Нет. Или да. Think about it, братан. — Ваня снова посмеивается, но уже от лёгкого абсурда, в который он попал по своей же инициативе. А инициатива, как известно, ебёт инициатора. Фаллену, однако, становится неловко есть в одиночку. Тем более, когда странное наитие подсказывало, что жрать у Вани нечего. Ну, кроме этой самой лапши и сникерсов. — Я наелся. — он оставляет на столе тарелку с половиной порции. Это отвлекает Евстигнеева от выбора игры. — Ну ты и дюймовочка. Я возьму? — когда Светло кивает, Ваня забирает еду, бесцеремонно ест его вилкой, а джойстик, наконец, передаёт гостю. Фаллен забирает, прокручивает меню. Не так много игр, в которые они могли бы поиграть вдвоём, чтобы ещё интересно было. Пресловутый Mortal Combat Фаллена заебал ещё классе в десятом. — Только не «Мортал», умоляю, — пополам с жеванием вставил Ваня и глухо хохотнул. — Читаешь мысли, — усмехнулся Фаллен. Ваня на это чуть давится лапшой, но быстро откашливается и тянется к энергетику. — Я даже не знаю… UFC? — наконец предлагает Светло. Он видит, как Евстигнеев едва заметно давит смешок у губ, и ему тоже хочется сострить банальщину на тему «welcome to the club, buddy», но чувствует, что это будет неуместно. — Ну давай попробуем, — говорит Ваня и даже немного улыбается. Светло обращает внимание на тарелку Рудбоя: еду он разве что не вдохнул, такой порции ему явно было недостаточно, а справился он с ней за каких-то полминуты. Евстигнеев зачем-то отставил тарелку со стола на пол, вытащил из пакета доставки салфетки, старательно вытер руки. Ваня осёкся: он не удосужился сполоснуть пальцы, поэтому теперь неловко оглядывал джойстик. Рудбой это заметил, махнул гостю рукой: — Не парься, — сказал он. — Бывает. — Светло чуть удивлённо улыбнулся ему. Ваня тем временем поднялся с дивана, снял с зарядки второй джойстик и плюхнулся рядом. Фаллен к тому времени уже запустил на мониторе игру. — Ну… — уже как-то ехидно выдохнул Рудбой, — Тебе пизда. — и впервые за все эти странные полчаса Фаллен непринуждённо рассмеялся в ответ. Первые два боя действительно за Евстигнеевым, он хмыкает, пальцами издаёт щелчки в стиле скейтерского жеста и победно выдыхает: — Сюда. — Рано радуешься. У Фаллена не было плойки, хоть он и подумывал купить и даже несколько раз откладывал на это деньги, пока не задавалось. Тягаться с Ваней, который оттачивал навыки киберспортсмена практически всё свободное время, было задачей не из лёгких. Светло был больше по стратегиям: Дота, Лол, ну может КС иногда. А ещё пару раз обыграл бухого Славу в шахматы, этим он гордился. Компьютерные клубы он тоже давно не посещал, времени не было. Всё же продуть Рудбою было особенно неприятно, почему-то очень хотелось дать ему понять, что он тоже хорош. Светло сосредотачивается, настраивается внутренне, словно перед настоящим боем. Евстигнеев расслаблен, было очевидно, что он не напрягался и играл без особого азарта, ему не хватало только держать сигарету между пальцев. Но то ли Ваня ловит соперника на расслабоне, то ли разыгрывается после предыдущих поражений, но Евстигнеев начинает терять хватку. — Блять… — выдыхает Рудбой, когда его боец оказывается прижат к полу. Он даже меняет позу, садится на край дивана и неосознанно жуёт губы. Ваня не настроен отступать, он ебашит до последнего, пока на экране не загорается победное окончание раунда. — Та-ак, — тянет Светло и даже имитирует движение локтями к себе, на что Рудбой будто зависает. — Я тебя сейчас выебу, — как-то грозно тянет Рудбой, его взгляд леденеет и впивается в лицо Вани. Фаллен парень не из робких, но под неприкрытой дерзостью второго тушуется. «Решил меня морально загасить?..» — думает Ваня. И тут же усмехается: — Спасибо, что поделился своими желаниями. — Светло поудобнее устраивается на диване и запускает новый бой. — Пожалуйста, — бросает Рудбой под нос. Ваня делает вид, что не услышал, а Евстигнеев делает вид, что ничего не говорил. Персонаж Рудбоя снова завален, и Ваня хрипит себе под нос, опять съезжает вперёд к экрану, терзает губы и хмурится. Джойстик под ладонями влажный, ему самому жарко, хочется снять футболку. Фаллен напряжён, у него ноют запястья, лоб чуть сдавливает от напряжения. Внутренне Светло ликует, он бросает секундный взгляд на полоску здоровья — ещё немного, и он уделает Ваню. Но с таким бывалым соперником даже мимолётное отвлечение чревато: Рудбой ловит ту самую секунду и навешивает удары, снова находится в выигрышной позиции. — Сука-а-а, — тянет Фаллен, сжимает зубы, он чувствует, что хватка сбивается, момент упущен и Рудбой поймал его на ошибке. Евстигнееву остаётся выполнить пару нехитрых действий, и Ваня сражён. Но медлит пару секунд, Светло не упускает шанса и добивает аватар второго. Когда бой закончен, Светло откидывается на спинку дивана. — Ты чё, поддался? — удивлённо произносит он. — Ещё чего, — усмехается Ваня и допивает энергетик, банку сжимает в кулак. — Не надейся. — Пиздишь. — Пизжу, — соглашается Ваня, затем как бы между делом подхватывает новую банку энергетика, открывает быстрым движением и склоняется, когда оттуда начинает хлестать пена. — Угощайся. — отдаёт Ване. Машинально Фаллен принимает из рук Вани банку, но в недоумении застывает. Он оглядывает Рудбоя оценивающим взглядом. Ваня смотрит на него в ответ. Светло человек наблюдательный. Он понимает: Евстигнеев не случайно открыл для него энергетик. Ваня догадывается, что Рудбой вступает с ним в новую игру, правила которой, на самом-то деле, приходится угадывать на ходу. Против воли Фаллен едва усмехается. Он задерживает взгляд на Ване, медленно подносит банку к губам и неспеша пьёт. Рудбой следит за его действиями, как дотошный следователь на допросе. Ваня энергетики обычно не пил, и приторно-сладкий вкус оседает у него в горле. Он делает несколько больших глотков и ставит банку возле ног. — Нравится? — вдруг низко спрашивает его Евстигнеев, взглядом пробегается по Ване сверху-вниз. Фаллен отвечает не сразу. Он намеренно выдерживает небольшую паузу, а затем медленно кивает Ване головой: — Да. Очень. — Рудбой медленно улыбается. — Так и думал… — тянет он, но откашливается, быстро отводит взгляд обратно к монитору. Ваня тихо смеётся и тоже возвращается к игре. Когда и бои надоели, а время уже клонилось к часу ночи, под смешки и восклицания Рудбой начал устанавливать Симс. Фаллен уже окончательно расслабился, прилёг на диван и облокачивался об него локтём, подперев голову. — Давай тебя сделаем, — предложил Рудбой и негромко засмеялся. Ваня шумно зевнул и махнул рукой: — Давай. — Так... Евстигнеев не сразу угадывает нужные команды, ссорится с монитором, когда его выкидывает в меню. — Да не хочу я выйти блять, верни. — Светло почему-то заходится в хохоте. — Дай. — Ваня снова садится, тянет руку к Рудбою. Второй не реагирует, оставляет взгляд на мониторе, но и не продолжает попыток. Тогда Ваня осторожно двигается к нему, случайно задевает ногой, сразу же одёргивает. А когда чувствует, что Евстигнеев возвращает касание, и теперь они упираются друг в друга коленями, краснеет. — Ну... Вот так надо, — Фаллен касается джойстика поперёк рук Вани, второй же вцепился в него так, будто приклеили. Неотвратимо Светло задевает его пальцы. Неожиданно Рудбой поворачивается к нему лицом. — Как? — в глазах Вани ни капли шутки, Фаллен теряется от свечения надежды в его взгляде. Тем временем их лица совсем рядом, почти касаются лбами. — Вот так... — медленно говорит Ваня скорее на автомате, а затем тянется вперёд и касается Евстигнеева губами. Рудбой реагирует, как подросток. Он сразу же отвечает, не совсем аккуратно оставляет джойстик на столе, Ваню хватает ладонями за лицо. Целовался он также профессионально, как играл. Светло становится тесно в штанах, он стонет, не собирается отдавать инициативу. Он хватает Ваню за шею, чуть сжимает, словно поддерживает его голову. Рудбой, словно сдерживаться ему надоело, толкает Ваню на диван, вынуждает оказаться в позиции снизу. Фаллен внутренне смеётся «ну ладно, хозяин, как-никак». Они встречаются взглядами. — Я не… ну… — немного неловко пытается остановить накал Ваня. — Знаю, знаю, мне тоже почти тридцать, Вань, — засмеялся в ответ Евстигнеев. — Душ там. «Вот это щедрость», — продолжает внутренне иронизировать Светло. Ваня уже хотел свести происходящее к нелепому пранку одной фразой, но динамика сместилась самостоятельно. У Рудбоя зазвонил телефон. Он бросил взгляд на вызов и моментально изменился в лице. — Неужели, ну только не сейчас… — Светло чуть сдвинул брови, кто мог так остановить разгон Вани, будто поезд, встретившийся с фурой? Рудбой гипнотизировал телефон. Было понятно: он уговаривал себя не брать. А потом тяжело вздохнул. — Да. Привет. Бегал блять. Случилось что? — Ваня быстрым движением пальца убавлял громкость на айфоне и неловко поглядывал на Светло. Второй замер в той же позиции: полулежал на локтях, позволив Евстигнееву сидеть между ног. — Сейчас? — низко спросил Ваня. — Немного да. Эй, ну… я даже не знаю. — Рудбой наконец встал, прошёлся по комнате. Ваня медленно сел. Шум вентилятора внутри системного блока теперь казался оглушительным. Рудбой ходил по комнате взад-вперёд, трогал обои. Вдруг хрипло засмеялся. — Да… Ты мог бы просто, как тогда… Ага, — Рудбой снова смеялся, на этот раз расслабленней. — «У вас сок с сахаром, я это пить не буду». — Ваня переключился на пародию, говорил высоко и с надрывом. — Неженка блять. Ладно… И чё в итоге?.. Ну слава богу, никто не пострадал. — Рудбой сел на корточки и стал ковырять пальцами ворс маленького круглого ковра. Светло почувствовал, что Ваня практически забыл, что дома не один. — Я? Да… — Рудбой на секунду бросил взгляд на Ваню, — В плойку играл. Ой, ну всё-всё. Угодил, угодил. — Евстигнеев глупо улыбался, смотрел на то, как пальцы зарываются в мягкий ворс. — Да, конечно, я тоже немного занят. Отдыхай. Взаимно. Да, давай, спокойной ночи, брат. Обнял. Когда Рудбой сбросил вызов, на Ваню он посмотрел не сразу. Второй же был почти уверен в том, кто звонил, хотя Евстигнеев мастерски не палил контакт, голос и имя. Курсы конспирологов они там проходят, что ли? Светло хоть и было обидно из-за облома, но смеяться хотелось больше. Никаких тебе открыточек на стене, зато дорогущая игрушка в качестве подарка. А может, и хата, чем чёрт не шутит. Славе что ли идею подкинуть?.. А что, тоже брат как-никак, а о привилегиях можно и договориться. Фаллен так увлёкся стендапом в собственной голове, что не сразу заметил, с каким виноватым взглядом на него смотрел Евстигнеев. — Прости. Так глупо вышло, просто пиздец… — Рудбой прошёлся ладонями по лицу и наконец поднялся с корточек. Потом сел рядом, Ваню не трогал. Они молчали ещё какое-то время. — Сникерсом поделишься? — вдруг нарушил этот траур Ваня. — Не вопрос. — Ты не переживай так. Бывает. — Светло уже уплетал шоколад. — В конце-концов Мбаппе хороший футболист. Рудбой заржал в голос раньше, чем осознал, что это не совсем в тему. — Ладно, а ты мне реально нравишься.