МАРГО

Москва. Квартира, снятая через третьи руки. Окна закрыты шторами, по полу — пакеты с одеждой, косметика, новые документы. Запах лака для волос и кофе. Марго выходит из ванной с полотенцем на голове, обнажённая, быстро двигается к зеркалу. На столе — неоново-розовое платье, высокая шпилька, тонкое бельё, новый телефон, лаковые ногти. Марго (в зеркало): — «Карина». 26 лет. Пиарщица. Полтора года в Лондоне. Люблю винишко, артхаус и бархатные стулья. (смеётся) — Ну привет, Лена. Посмотрим, кто кого. *** Вика в соседней комнате режет свои розовые дреды. Пряди падают в раковину. Под ними — аккуратный боб цвета тёмного ореха. Она надевает очки в нейтральной оправе, свитер и серый рюкзак. Проверяет микрофон, наушник, второй телефон с анонимной симкой. Вика (вполголоса): — На сцене ты. Я — за кулисами. Если начнёт чудить — скажу «яблочный пирог». Значит, пора сворачиваться. Марго: — Ты бы хоть «мохито» сказала, а то пирог — как из дедовской норы. Вика (усмехается): — Вот именно. Чтобы ты не перепутала, киска. *** Они в коридоре. Вика — в сером, будто ассистент. Марго — в платье цвета дорогого вина, духи, уверенная походка. Они расходятся в разные стороны. *** Пять лет назад. Екатеринбург. Ночь. Задворки бара. Бар был душный и громкий, дым стоял столбом. Марго вышла через чёрный ход — подышать, покурить, да и вообще. Ждала свою бывшую, которая, как всегда, не пришла. Дождь уже прошёл, но асфальт ещё мокрый, пахло горячим металлом и пивом. И тут — странная сцена. Девушка в худи и рваных джинсах — мелкая, худая — выходит через другой боковой вход. За ней — сразу четверо. Вроде бы спокойно, но что-то не так. Она пытается что-то сказать, и в ответ короткое: — Тихо, сука, иначе сломаю. Это был не пьяный конфликт. Это было похищение. Марго отшатнулась в тень, сердце застучало. Сама бы могла оказаться на месте этой девочки. Или уже была — только тогда, слава богу, отделалась синяками. Сейчас же — было иначе. Слишком по-настоящему. *** Фургон стоял у угла, чёрный, без номеров. Вика была уже внутри. Марго видела, как закрыли дверь. Водитель запрыгнул, и машина тронулась. Марго не думала. Побежала следом. Машина не гнала — ехала осторожно. На первом перекрёстке она остановила такси: — Следуй за тем чёрным фургоном. Не задавай вопросов. Надбавка вдвойне, если догоним. Водитель посмотрел на неё: мокрая, злая, глаза горят. И кивнул. *** Фургон свернул за шлагбаум — район старых ангаров. Без камер, без людей. Собаки лаяли на цепях. Такси не поехало дальше. Марго выскочила и пошла пешком. Скользнула вдоль стены, нашла щель между воротами и стеной. Видела, как одного из парней оставили снаружи курить. Остальные — внутрь. Она нащупала в кармане мелочь. Нет. Телефон. Старый. Сбитый. Увидела щиток на стене со старым номером. Позвонила. Голос в трубке, сонный: — Алло? Марго, быстро и чётко: — Камера не работает. Шеф в ярости. Он едет. — Что? — Просто выйдите проверить. Немедленно. Он сейчас будет. — Кто это? — Откуда у вас этот номер? Сбросила. Секунда — и двое выбежали наружу. *** Марго побежала в обход. Увидела боковую дверь — не заперта. Проскользнула внутрь. Внутри — свет, шум, брезент, ящики. И она — Вика. Скотч на руках, кровь из губы, глаза бешеные. Марго: — Я своя. Тихо. Пошли. Вика не задала ни одного вопроса. Только моргнула. Они выбрались через черный ход, бежали по грязной бетонке, потом вдоль реки. У Марго вывернуло лодыжку, у Вики изо рта шла кровь. Но они не остановились. Когда сели в автобус, Вика заснула прямо на плече Марго. Утро. Вокзал. Грязная футболка, сбитые костяшки пальцев. Чай в пластиковом стакане. Вика молчит. — Зачем ты это сделала? — хрипло, не глядя. — Ты была не в том месте. А я была в том же. Значит, ты моя. *** Коридор на втором уровне ресторана. Полутень, глухой ковёр, золотистый свет бра. Вика идёт чуть позади, одета строго: серая блуза, прямые брюки. Со стороны — ассистентка, сопровождающая кого-то гораздо важнее. Марго — на шаг впереди. На ней платье цвета дорогого вина, облегающее фигуру, с открытой спиной. Шелк играет в свету. Лаконичные туфли на шпильке, тонкие духи с древесным шлейфом, уверенная, замедленная походка. Она — не просто гость. Она — искра, что зажигает весь вечер! У дверей приватного зала они останавливаются. Марго (не оборачиваясь): — Подожди здесь. Если что — ты знаешь. Вика кивает: — Буду рядом. Они обмениваются взглядом. Никаких улыбок. Только спокойная решимость. Они расходятся в разные стороны. Вика — к лестнице, Марго — к двери с золотой табличкой. На миг она задерживает ладонь на ручке, вдыхает и входит. *** Вика спускается по лестнице, не торопясь. У неё в ухе — крошечный наушник. Связь с Марго — односторонняя. Только слушать. Только в случае крайней необходимости — вмешаться. Она идёт в обход, словно проверяет территорию. Поднимает взгляд — в зеркальной панели отражается охранник, смотрящий в её сторону. Вика тут же отворачивается, достаёт телефон, делает вид, что читает сообщение. На экране — трансляция с камеры: узкий коридор, вход в приватный зал. Всё под контролем. Она выходит на террасу. Сигарета, бокал вина, пальцы на пульте. Глаза — в экраны. Микрофон включен. Всё, что скажет Лена — будет записано.