Когда молчат слова

Степан проснулся первым - в комнате ещё царил полумрак, но привычный звук будильника настойчиво рекомендовал вставать. Он тихо поднялся, чтобы не разбудить Риту, и направился на кухню - готовить крепкий кофе. Вечером казалось, что ночь подошла незаметно, но утро напоминало: дела ждут. Тем временем Маргарита медленно открыла глаза, услышав шорохи и звуки. В голове тут же закрутились сотни мыслей, но пока она еще позволила себе пару минут отдыха, чувствуя, как тёплый запах кофе мягко растекается по квартире. Степан, наливая кофе в две чашки и делая бутерброды, задумчиво посмотрел в окно - серое утро Москвы за стеклом, ещё не проснувшееся и будто немного усталое, как и они сами. - Доброе утро. Он повернулся. В дверях стояла Маргарита - в чёрных брюках и тёмно-зелёном свитере, который особенно подчёркивал цвет её глаз. Лёгкий макияж завершал образ собранной и уверенной женщины. - Доброе утро, - улыбнулся хозяин квартиры. - Как спалось? - Ты знаешь, на удивление хорошо. Даже почти выспалась. - Почему на удивление? - Я обычно плохо сплю на новом месте. - А у меня здесь особенная атмосфера, - усмехнулся Данилов. - Похоже на то, - ответила Власова, чуть улыбнувшись. - Ты чего в дверях стоишь? Проходи, садись. Будем пить кофе, - пригласил Стёпа, кивая на кухонный стол. - Как не родная… Рита коротко засмеялась и заняла место за столом. Они быстро позавтракали кофе с бутербродами и отправились в родную контору - день обещал быть насыщенным. Переодевшись в рабочую форму и получив новые вводные, оперативники направились в Добинск. - Стёп… А если отопление так и не включат? - задумчиво произнесла Власова, глядя в окно. - Не вижу проблемы, - отозвался Данилов, мельком взглянув на коллегу. - Я ведь не шутил вчера, когда предложил пожить у меня. - Ты серьёзно? - Абсолютно. А что тебя смущает? - Ну… Ты сам себе хозяин, а тут вдруг – я, посторонняя женщина в твоей квартире… Не хочу тебя стеснять. - Не переживай. Никакая ты не посторонняя. И ты меня совсем не стесняешь. Скорее наоборот. - Наоборот? - Ну да. Женщина в доме – это всегда уют. По-домашнему как-то. - Ну, из меня так себе хранительница домашнего уюта. С нашей-то работой… - Так я этого от тебя и не жду. Просто твоё присутствие - уже уют. Рита не ответила сразу. Она взглянула на Данилова внимательно, с лёгкой, почти загадочной полуулыбкой. - Ты чего? - удивился Степан. - Ничего, - медленно сказала она. - Просто всё как-то неожиданно… - Так я же тебе не замуж предлагаю. - А что так? Не хочешь на мне жениться? - притворно возмутилась Власова. - Нет, - весело отрезал Данилов. - Почему это? - стрельнула глазами напарница. Эта игра ей неожиданно начинала нравиться. - Да я тебя боюсь! – округлив глаза, сказал он. Рита расхохоталась - такое с ней случалось нечасто. - Балбес, - неожиданно ласково произнесла она, мысленно представив, как гладит его по волосам. Кончики пальцев начало слегка покалывать. Рита тряхнула головой, отгоняя шальные мысли и настраиваясь на рабочий лад. Добинск встретил их пасмурным небом и пронизывающим ветром. Участок находился в старом двухэтажном здании, с облупившейся штукатуркой и дверью, скрипящей при каждом открывании. В дежурке их уже ждали. - Где Федорченко? - сразу спросил Данилов. - В комнате для бесед. Не рыпается, сидит тихо, - отрапортовал молодой сержант, кивая в сторону коридора. Федорченко оказался мужчина лет пятидесяти, с усталым взглядом и дрожащими пальцами. На первый взгляд - сломленный человек, но Рита почувствовала: прячется он за этой маской. - Доброе утро, Алексей Семёнович, - начала она, садясь напротив. - Напомните, когда вы в последний раз видели Виктора Харламова? Федорченко нервно дернул плечом. - Да я ж говорил уже… Неделю назад. На планёрке. А потом как в воду канул. - А вы, значит, даже не поинтересовались, куда он делся? - вступил Степан, с лёгкой иронией. - А с чего бы? Он сам по себе ходил, дел у него - выше крыши... - Ага, - кивнул Данилов. - И вот что интересно: вчера в вашей квартире были найдены следы крови, совпадающей с группой Харламова. Не хотите объяснить? Федорченко побледнел. - Это... это недоразумение! Он сам пришёл! Пьяный! Упал, нос разбил! Я ему льдом приложил - и всё! - Серьезно? А у нас другая информация имеется - Рита внимательно смотрела в его глаза. Федорченко замолчал. Его пальцы забарабанили по столу. - Он начал угрожать... - почти прошептал он. - Сказал, если я не подпишу отписку на долю, расскажет про те откаты. Я сорвался… - Значит, вы его ударили? - уточнил Данилов. - Нет! Я только… Хотел припугнуть. Он ударился сам. Потом я вызвал таксиста, чтобы его вывезли. Но куда его дел водитель - я не знаю. Через несколько часов с показаниями Федорченко и найденными в его доме вещдоками – некоторой одеждой Харламова, с пятнами крови, посудой со стола с отпечатками пальцев и пото - жировыми, - команда завершила осмотр. С помощью местной полиции оперативники отправили все собранные улики и подозреваемого в ФЭС. Водителя такси тоже удалось найти: он признался, что по просьбе клиента высадил мужчину на трассе, ближе к лесу. - Похоже, Харламов или добрался сам… или тут и остался, - мрачно сказал Данилов, осматривая вместе с напарницей место высадки Виктора Харламова, указанное таксистом. - Степ… - заинтересованно произнесла Власова. – Смотри-ка, здесь ветка сломлена, как будто срезана. - Давай проверим на биологические следы. - Хорошая идея, - согласилась Власова, распыляя реагент. Вскоре их матнипуляции показали наличие крови. Ребята тщательным образом исследовали этот подозрительный куст и не зря: в нем под снегом лежал нож со следами крови. - Думаешь, Федорченко не врет? - спросила Рита, пристёгивая ремень. - Он не рассказал нам всё. Но теперь у нас хоть есть за что зацепиться. А какая новая информация у нас имеется? - Что ты имеешь ввиду? - Ну ты сказала Федорченко, что у нас имеется новая информация. Рита хмыкнула и пожала плечами. Они выехали обратно в Москву, под гудение шин и серую завесу облаков. Впереди ждал анализ улик, поиск тела - и слишком много вопросов без ответов. День близился к вечеру. Через час они уже сидели перед Рогозиной в её кабинете. Степан и Рита делали краткий доклад о ходе расследования, подытожив информацию, которую они собрали. - Итак, мы поговорили с Федорченко, выяснили некоторые детали, но пока ни о чем конкретном не договорились, - начала Рита. - Однако у нас есть несколько зацепок. Эти следы крови и тканевые следы с места преступления и нож вполне могут нас к чему-то привести, - продолжил Степан. - Что вы думаете о его возможности участия в преступлении? Это не выглядит как обычный случай... Ну, по крайней мере, пока. - Мы не исключаем его участие, но пока у нас нет прямых доказательств, - ответила Рита. - Всё указывает на его возможное подключение к конфликту, но нам нужно больше фактов. - Я вас поняла. Хорошо, продолжайте работать, а я сейчас еще раз допрошу Федорченко, возможно, нам это поможет. Будьте на связи. - Рогозина встала и пошла к выходу, продолжая раздумывать. В ожидании новостей из лаборатории и наслаждаясь короткой передышкой, Рита и Степан сидели в буфете, потягивая кофе. Буфет был пуст. Рита закрыла глаза на мгновение, позволяя себе расслабиться. — Не знаю, как ты, а я капец как устала, — сказала она, ставя чашку на стол. — Я тоже. Но если честно, у меня есть ощущение, что что-то мы упустили. Мы с ним поговорили, но все эти факты... они пока не сходятся в одно целое, — признался Степан, отставив чашку. — Да, я тоже так думаю. — Рита задумалась, взглянув на него. — Может, мы что-то недооценили в его поведении? - Дождемся новостей из лаборатории. Может Холодов с Белой что-то нароют… Рита вздохнула и, откинувшись на спинку стула, сказала: — Слушай, а ты когда кофе наливаешь — всегда две чашки делаешь? Или только в особо подозрительных случаях? Стёпа улыбнулся: — Только когда рядом напарница, без которой дело не клеится. Рита качнула головой, но не ответила. Просто взяла вторую печеньку и вернулась к обсуждению дела. В это время зазвонил Ритин телефон. - Да, Таня. – Рита поставила на громкую. - Рита, зайдите в лабораторию. Есть новости по делу. – послышался взволнованный голос Белой. - Принято. – коротко ответила Власова и положила трубку. – Погнали, Степа. В лаборатории, как всегда, пахло озоном, растворителями и чуть-чуть — кофе, который Татьяна Белая тайком пила между анализами. — Ну что, Таня, есть что-то стоящее? — Рита нетерпеливо заглянула через плечо эксперта. — Есть. Волос с куртки Федорченко — не его. Женский. Блондинка, натуральная, судя по структуре, — Таня не отрываясь продолжала работу. — И ещё... на рукоятке ножа, который вы нашли, частично стёртые отпечатки. Один из них точно не принадлежит Федорченко. — И Холодов подтвердил: кровь на ноже — кровь убитого. Сама жертва, судя по ране, не могла нанести себе такой удар, — добавила она, бросив взгляд на монитор, где шли расчёты траектории удара. — Отлично, — Рита кивнула, — Стёп, пойдём к Рогозиной? - Андрей уже там. – вдогонку крикнула им Таня и продолжила работу. — Ну что скажешь? — выйдя из лаборатории спросила Рита и посмотрела на Стёпу. — Скажу, что не всё так просто, как хотел бы Федорченко, — задумчиво произнес он. — Отпечатки, волосы, кровь… Кто-то хочет подставить его, но сделал это топорно. Может спешил? — Или думал, что мы не заметим. — Рита прищурилась. — Это уже личное. — А может, наоборот — знал, что заметим. И хотел, чтобы мы шли именно по этому следу. Вопрос — зачем? Они вошли в кабинет Рогозиной. Холодов уже был там — стоял у стола, перелистывая документы. - Галина Николаевна , — продолжил он. — Если честно, уже мозги кипят. Надо всё обдумать утром, со свежей головой. — Ну, что у вас? — коротко спросила Рогозина, глянув на вошедших оперов. Рита и Степан переглянулись, и Рита сделала шаг вперёд: — Белая подтвердила: волосы женские, кровь на ноже — жертвы, отпечатки — не Федорченко. Всё указывает на то, что его могли подставить. — Либо он не так прост, как хочет казаться, — добавил Степан. Рогозина кивнула и посмотрела на часы. — Уже почти десять. Всё, ребята. Хватит на сегодня. Отдохните. Завтра с утра — свежими головами продолжим. Я свяжусь с прокуратурой, попробуем получить санкцию на повторный обыск. Холодов тоже отложил планшет: — Полностью поддерживаю. Пора бы и отдохнуть, а то скоро будем путать кровь с чернилами. — А я ещё немного — и начну допрашивать кофемашину, — усмехнулся Степан. - Идите уже. – по-доброму сказала строгая начальница и улыбнулась. - До свидания. Они вышли из ФЭС под тёмное небо и холодный ветер.