Когда молчат слова

По дороге в Добинск Рита набрала номер участкового из местного отделения. Голос в телефоне был спокойным, но внимательным — явно опытный сотрудник. Она быстро дала координаты и адреса подруг Ольги — Майки Ременевой и Верки Строптиной — а также попросила проверить и родителей Федорченко. — Отправим туда наряды, — пообещал участковый. — Сообщим, если найдём что-то подозрительное. — Отлично, — кивнула Рита, глядя в окно машины. — Спасибо. Они сами тем временем направились к бабушке Ольги — Агафье Петровне. Она жила в небольшой квартирке на окраине Добинска. Женщина встретила оперативников настороженно, но после недолгой беседы рассказала, что сестра её, Марья Петровна, живёт в деревне Катино, в доме на краю села, под лесом. — Она упрямая, — предупредила бабушка. — Ни с кем особо не общается. И к себе никого не пускает. Как умер муж, так затворницей и живёт. Уж поди 20 лет как. - Спасибо. Разберемся. – поблагодарили оперативники старушку. Они не теряли времени. По узкой дороге, петляющей через лес и поля, оперативники направились в Катино. Дом на окраине выглядел заброшенным, с облупившейся краской и заброшенным садом. Как только они вошли во двор, из-за угла выскочила Ольга — глаза горели паникой. Быстро выхватив из сумки перцовый баллончик, она плеснула струёй прямо в лицо Данилову и устремилась через огород к лесу. Степан отшатнулся, моргая и стараясь закрыть глаза, но Рита, не растерявшись, мгновенно подбежала за ней и, догнав, крепко схватила беглянку за руку. — Не думай, что сможешь убежать, — спокойно сказала она, глядя Ольге прямо в глаза. — От нас ещё никто не убежал. Пошли. Понимая, что сопротивление бесполезно, Ольга замялась, руки сжались в кулаки. Её взгляд потускнел, и впервые за весь этот день она показалась не такой уверенной. - Степа, ты как? – обеспокоенно спросила Власова пострадавшего напарника, едва они подошли к нему. - Нормально. Жить буду. – пробормотал он, протирая снегом глаза. - Хорошо. Садись на пассажирское, я поведу. – продолжила Рита, - вот только гражданку упакую с комфортом. Она усадила Ольгу на заднее сидение и прицепила наручниками к спинке переднего. - Сиди тихо. – пригрозила капитан. – И учти, если у моего напарника будут проблемы с глазами, то у тебя нет. Потому что я тебе эти глаза вырву! Поняла? Ольга молча кивнула. Риту в гневе боялись даже мужики. Сев за руль, Рита дождалась, когда сядет Стёпа и завела мотор. Комната для допросов, казалось, покрылась инеем от взгляда Рогозиной. Глаза начальницы горели деланным спокойствием — но никто не сомневался, что внутри кипела буря. В соседней теневой комнате Рита наблюдала за процессом через стекло. Позже к ней тихо присоединился Данилов, который заскочил сюда после визита в морг — глаза слегка щипало после перцового баллончика. — Ольга, — начала Рогозина строго, — мы нашли тело Виктора Харченко. Убит ножом. Женщина прищурилась, стараясь сохранить холодный взгляд, но Рита заметила, как её пальцы сжались в кулаки. — А еще мы узнали что незадолго до этого с Вашего телефона было отправлено на его номер несколько сообщений с назначением встречи. — продолжала полковник. - Зачем? Ольга молчала несколько долгих секунд, потом выдохнула и опустила глаза. — Да, — голос дрогнул. — Я сама назначила эту встречу. Мы хотели поговорить… порешать вопросы с долей в компании. Рогозина кивнула, давая понять — слушает внимательно. — Но почему всё закончилось убийством? — спросила она тихо, но с нажимом. - Не знаю. Я когда приехала, его там не было. Я подождала 20 минут и уехала. - А звонить не пробовали? - Пробовала. Он не ответил. - Хорошо. Тогда почему прятались? Зачем брызнули из баллончика в лицо нашему оперативнику? - Откуда я знала, что это ваш сотрудник? Он не представился, напал на меня. Я просто испугалась. - Вот сука! – прошипела Власова. - Рит… - Данилов успокаивающим жестом коснулся плеча напарницы. - Напал значит? – протянула Рогозина. – А Виктор Харламов тоже напал? Только ему повезло меньше, чем Данилову. - Что Вы имеете ввиду? - На ноже найдены фрагменты отпечатков Ваших пальцев. — Он начал меня обвинять, — Ольга смотрела в пол, — всё вышло из-под контроля. Я схватила нож… Он… он напал на меня. Я ударила его несколько раз. Потом… я не знала, что делать. — Что вы сделали с телом? — спросила Рогозина. — Я дотащила его до реки, — призналась Ольга, с трудом сдерживая слёзы. — Там недалеко, с горки. Толкнула в воду... Снег как раз шёл. Он и засыпал следы. - Понятно. - Вы поймите. Он пытался отнять у нас бизнес. - А ничего, что Ваш муж брал у него в долг при открытии бизнеса и не отдал? Вполне справедливо, что Виктор потребовал долю. А теперь Вы сядете за убийство. – холодно произнесла полковник и, вызвав конвой, покинула допросную. - Сколько ниточке ни виться … - пробормотала Рита, поднимаясь, затем добавила, положив руку Стёпе на плечо: - пойдем чаю выпьем? - Пойдем. – согласился он. Оперативники покинули теневую и отправились в буфет. Там уже сидел Тукаев, спокойно попивая кофе и листая какие-то бумаги. — Ну что, как глаза? — спросил он, заметив Степана. — Щиплет ещё, — пожал плечами тот, стараясь не моргать. Рита уселась за стол рядом и улыбнулась: — Пострадал, так сказать, в неравном бою. — Кофе, чай? — предложил Тукаев, подняв кружку. – Поухаживаю за вами. — Чай, пожалуйста, — сказала Рита. – Данилову кофе. Степан кивнул, уже более расслабленно. Ребята сидели, пили чай – кофе и тихо обсуждали почти завершенное текущее дело. В дверь тихо вошла Рогозина, сдержанно улыбаясь, но взгляд её был как обычно строг. — Отдыхаем? — спросила она, опираясь на косяк. — Немного, — ответила Рита. — силы восстанавливаем.. — Завтра жду полный отчет по делу. — голос был коротким, но безусловным приказом. — А сегодня по домам – отдыхать . Оперативники кивнули, понимая, что расслабляться долго не получится. Рогозина улыбнулась уголком губ и вышла. — Вот так и живём, — пробормотал Тукаев, поднимая кружку. — Это точно, - согласился Данилов. - День — допросы, ночь — отчёты, а затем снова в бой. — Поехали, Стёпа. – с притиском сказала Рита. - Да, едем. – Степан поднялся направился к дверям,- Пока, Тёма. - Пока…. – протянул Тукаев, с лёгкой недоуменной улыбкой глядя вслед удаляющимся оперативникам. В машине воцарилась тишина — уставшие оперативники хотели просто помолчать. - К тебе заезжать? – спросил Данилов. - Ну конечно. Нужно вещи взять. – затем, улыбнувшись, добавила, - я так скоро весь гардероб к тебе перевезу. - Ничего. Я предоставляю в твое распоряжение целый шкаф. А будет мало – выделю еще часть своего. Мне много не надо. Поднявшись в свою холодную квартиру, она быстро забрала нужные вещи, достала из морозилки и кинула в пакет пачку пельменей и вышла в коридор к Стёпе. - Я готова. Поехали. Степан забрал у нее пакеты и ребята спустились к машине Дома у Степы Рита, сняв пальто, сразу направилась на кухню. Она поставила на плиту кастрюлю с пельменями, и аромат варёного теста быстро наполнил квартиру, создавая ощущение уюта и тепла. Свет на кухне был мягким, слегка приглушённым, как будто тоже знал — сегодня им нужна расслабляющая атмосфера. Степан следом за ней зашёл на кухню. Его глаза на мгновение встретились с Ритиными — в них была усталость, но и тихая благодарность за эту простую, домашнюю радость. — Пельмени после такого дня — именно то, что доктор прописал, — улыбнулся он, садясь за стол. — Полностью с тобой согласна, — ответила Рита, раскладывая тарелки. Её руки слегка дрожали, но улыбка была искренней. Они ели неспешно, между кусочками и глотками чая разговоры текли легко — о фильмах, которые хотелось бы посмотреть, о мелочах, которые делают жизнь ярче. За окном уже опустилась ночь, и город будто замер в тишине. После ужина каждый направился в свою комнату — принять горячий душ и смыть с себя напряжение дня. Тёплая вода ласково обнимала тело, смывая усталость и оставляя чувство лёгкости. Вскоре оба уже лежали в постелях, в своих комнатах, но в тишине слышалось что-то большее — невысказанная близость, тепло, которое не требует слов. На следующий день, после того как отчёты были написаны, а дело окончательно закрытым, Степан заговорил первым: — Рит, может сходим сегодня в кино? Как ты на это смотришь? Рита улыбнулась, чувствуя, как сердце слегка учащенно забилось. - Я не против. Что смотреть будем? - Не знаю…. Что покажут. - Ладно. По дороге домой Рита со Степой заехали уже по накатанному маршруту к ней домой за вещами. Там их ждал сюрприз: от низких температур полопались трубы. И пока они дожидались мастера, подтирали ледяную воду с пола. Потом пришел мастер перекрыл, заизолировал трубы, спустил воду в батареях и сказал ждать очереди, потому что такое произошло в восьми квартирах этого дома. Слегка шокированная Рита дала свой номер телефона и номер телефона Стёпы мастеру, а затем собрала нужные вещи на несколько дней и ребята покинули несчастную холодную квартиру. Они зашли в магазин за продуктами, купили все необходимое и поехали к Стёпе. Дома Рита закинула грязное белье в стиральную машину и отправилась готовить обед. Данилов вызвался ей помогать. Так совместными усилиями они сварили суп и запекли в духовке мясо с овощами. Пообедали. Затем Степан остался на кухне убирать со стола и мыть посуду, а Рита пошла вывешивать стирку. Вечером они вместе направились в кинотеатр. Фильм был лёгким, почти комедийным — и они смеялись, забывая о тяжёлых буднях и опасностях. После фильма Рита со Степой неспешно прогуливались по улицам, освещённым мягким светом фонарей, которые отбрасывали длинные тени. Зашли в небольшой магазин, купили еще немного продуктов — овощи, свежий хлеб, сыр, колбасу. - Может вино возьмём? – предложил Данилов. – завтра все равно выходной. - Я не против. – согласилась Рита. Ребята выбрали вино, легкий небольшой тортик на десерт и поехали домой. Дома включили тихую музыку, и вместе начали готовить ужин. Рита резала овощи, а Степан с любовью жарил мясо. Их взгляды пересекались чаще, чем было нужно для разговора. Лёгкие прикосновения рук — случайные, но значимые. Затем накрыли на стол и Стёпа принес припрятанные свечи, которые еще его сестра Светлана иногда зажигала на Новый год и о которых так кстати сейчас вспомнил сам Данилов. Затем открыл и разлил по бокалам вино, которое тут де заиграло багряными бликами. - За этот вечер? – произнес он, в приветственном тосте подняв свой бокал. - За вечер. – стекло Ритиного бокала со звоном коснулось стекла Стёпиного. Вскоре бутылка опустела. Музыка всё ещё звучала — мягко, почти на грани тишины. Рита, покачиваясь на лёгких волнах опьянения и умиротворения, подошла к окну. Бокал в руке, вторая — на подоконнике. За стеклом — город во власти ночи, фонари в тонкой дымке, как будто кто-то разлил свет по стеклу. Степан подошёл неслышно, как всегда. Просто оказался рядом — тёплый, надёжный, настоящий. — О чём думаешь? — тихо спросил он. Рита повернула к нему голову, взгляд её был немного рассеянный, задумчивый. — Потанцуй со мной, — вдруг сказала она. Сама удивилась — своему голосу, своей просьбе. Он не ответил словами. Просто поставил свой бокал рядом с её, шагнул ближе, протянул руки и притянул её к себе. Она позволила — без колебаний, без маски. Её ладони легли ему на плечи, его — сомкнулись на её талии. Они начали двигаться в такт мелодии, почти не касаясь ногами пола. Только музыка, огоньки свечей и их дыхание, слившееся в один ритм. Рита подняла руку, и её пальцы нежно скользнули по щеке Данилова. Он вздрогнул, едва заметно, как от электричества. В ответ его объятие стало крепче, почти жадным. Он притянул её ближе, так, что между ними не осталось ни пространства, ни сомнений. В этот момент воздух между ними заискрил. Или это отражались в окне огоньки свечей? Но искры были не там — они вспыхивали внутри, медленно, но неудержимо. И когда их губы встретились — это не было неожиданностью. Это было логично. Мягко, без резких движений, сдержанно — и в то же время так, как будто каждый из них долго этого ждал. И просто не знал, как сказать.